Неприкаянная душа

      Камешек звонко ударился о надгробие и отлетел в сторону. Мальчишка удовлетворенно хмыкнул и наклонился за следующим, но остановился, заметив среди травы металлический блеск. Подойдя ближе, он сел на корточки и осторожно поднял свою находку — разбитый мобильный телефон. Покрутив головой, мальчик не обнаружил вокруг ни единой души и пожал плечами. Он сунул гаджет в карман, чтобы отдать отцу, а тот попробовал починить или разобрал на запчасти, и потянулся за следующим камешком.       В спину ему ударил порыв ветра, неожиданно холодный, пробравший до костей. По коже побежали мурашки, мальчик поежился и огляделся по сторонам.       — Кто здесь? — крикнул он. Изо рта появилось и тут же рассеялось облачко пара.       Никто ему не ответил.       Мысленно приказав себе не трусить, мальчик порадовался, что никто не стал свидетелем его позора. Тем не менее, играть среди могил ему расхотелось. Бросив последний взгляд на кладбище, он вприпрыжку побежал домой, на ходу отстреливая из воображаемого ружья воображаемых зомби. Разбитый телефон тихонько позвякивал у него в кармане.

***

      Падая в открывшуюся в земле пропасть, Сэм поначалу старался не упускать Михаила из виду. Они разделились, но Сэм видел, как архангел схватился за одну из тысяч натянутых в пространстве цепей. Его падение, если и не остановилось, то замедлилось. Стиснув зубы, Сэм переборол желание тоже ухватиться за что-нибудь. Даже крохотная вероятность спасения для него означала также и спасение Люцифера. Он должен был идти до конца.       — Думаешь, ты победил, Сэмми? Эта нора ведет вовсе не в Страну Чудес.       Сэм мысленно заткнул Люцифера. Он изменил свою судьбу, не погубил этот мир, не подвёл Дина в самый последний раз. Значит, он действительно победил.       Через мгновение Михаил остался позади. Сэм взглянул вниз, пытаясь предугадать, что его ждет.       Если у Ада и есть дно, то его не было видно. Вокруг Сэма сверкали молнии, клубился дым всех оттенков серого. Повсюду были натянуты паутины цепей, которых Сэму едва удавалось избегать. Несколько раз он всё же задел их, чем заработал, как минимум, здоровенные синяки. Чем глубже он падал, тем сложнее становилось дышать. В рот как будто набился песок. В ушах шумел ветер вперемешку с чьими-то отдаленными воплями. Впереди Сэм различил силуэт человека, прикованного цепями прямо здесь, среди пустоты. Он отчаянно извивался, одежда на нем была порвана и окрашена кровью, а постепенно смолкнувшие рыдания мало напоминали человеческий голос. Идея Михаила повиснуть на цепях казалась теперь не такой уж хорошей.       Впрочем, они были в Аду. Здесь не могло быть хороших идей.       На краю сознания Сэма бешенство Люцифера разгоралось всё больше, и Сэм уже едва мог его сдерживать. Вокруг становилось темнее, словно они проваливались туда, куда почти не доставал свет. Крики и гром смешались в одну непрерывную какофонию, и всё же один звук из неё выделялся — ритмичный, шершавый лязг металла. Он то становился громче, то стихал, и Сэм никак не мог определить источник этих прерывистых звуков. Ничего хорошего они не предвещали, поскольку Люцифер, который тоже их слышал, неистово рвался на свободу. Голова Сэма готова была расколоться надвое, в ушах стало мокро и холодно. Сэм закрыл глаза.       Кровь. Бледное лицо Дина, всё в крови. Удар, хруст кости. Отбитые костяшки.       Будь что будет. Он пойдет до конца.       — Нет!       От крика Люцифера по сознанию Сэма прокатился взрыв, темноту осветили хаотичные вспышки света. Сэм открыл глаза и разглядел далеко внизу, в черноте, огромную железную пасть. Клетка, прутья которой были изогнуты и торчали наружу, словно зубы, покрытые не то кровью, не то ржавчиной. Они смыкались и лязгали друг о друга — тот самый звук, что преследовал их падение. Теперь же клетка поджидала их, готовая проглотить свою добычу. Дна ее не было видно, и казалось, что это были ворота в пустоту.       По позвоночнику пробежала обжигающая искра паники, расползлась по всему телу до кончиков пальцев. В последний момент Сэм попытался замедлить падение, размахивая руками — всё что угодно, лишь бы не оказаться внутри этой ловушки. Всё было тщетно. Клетка широко распахнула челюсти, словно змея, и Сэм провалился в её тьму.

***

      Сэм замер, не шевелясь. Казалось, от него что-нибудь отвалится, стоит ему всего лишь вдохнуть чуть глубже. Слух постепенно возвращался, звон в ушах прорезали голоса. Совсем рядом кто-то спорил на повышенных тонах. Сэм несколько раз моргнул, прочищая зрение, скосил глаза и увидел Люцифера в своем привычном обличии и Михаила в теле Адама. Значит, и они не спаслись от клетки. Сэм сглотнул и осторожно приподнялся, облокотившись на решетку. Услышав шум, оба собеседника повернулись к нему.       — А вот и организатор нашего путешествия! — Люцифер одним прыжком оказался возле Сэма и схватил его за грудки. — Посадка не такая уж и мягкая, не так ли, Сэмми?       Он рывком поднял Сэма на ноги, отчего у того закружилась голова, а стены клетки заходили ходуном. Ноги Сэма оторвались от пола, горло сдавили пальцы, перекрывая кислород. В попытке вырваться Сэм дёрнулся, и Люцифер ударил его в живот. По телу от места удара разлилась волна холода, которая никак не вязалась с обжигающим огнём в легких. Сэма прошиб пот, от нестерпимой боли хотелось кричать, но горло будто онемело. Когда терпеть стало невозможно, Люцифер отпустил. Сэм рухнул на пол, но дьявол, не дав ему отдышаться, снова поднял его и прижал к решетке.       — Только представь, как весело мы проведём здесь следующую вечность, и всё по твоей милости! — и он снова швырнул охотника на пол.       «Вечность».       Хотя Люцифер больше и не сжимал ему горло, дыхание у Сэма перехватило. О любой, даже самой страшной пытке ему всегда было известно одно — когда-нибудь она закончится. Но только не эта. Дин не придёт, чтобы спасти его. Сэм бросил взгляд на Михаила. Тот стоял поодаль, отрешенный. Глаза его были прикрыты, а губы слегка шевелились, словно он говорил сам с собой.       Никто не придёт. Он останется здесь навсегда. Плечи Сэма поникли, голова устало упала на грудь.       — О, вижу, ты понимаешь, о чем я толкую, — хмыкнул Люцифер. — Мой брат, кажется, застрял на стадии отрицания, и нескоро к нам присоединится. Но мы скучать не будем. Я заставлю тебя пожалеть о том, что ты отправил нас сюда.       Сэм покачал головой и поднял взгляд на Люцифера. Его брат отправился на вечные муки, не моргнув глазом, хотя он последний человек на земле, который должен был оказаться в аду. Сэм, со своим проклятьем, со всеми этими людьми, которым он причинил боль, просто не имеет права жаловаться. По его лицу скользнула улыбка:       — Ты можешь заставить меня страдать, но пожалеть — никогда. Что бы ты ни сделал со мной, оно того стоило.       Ухмылка сползла с лица Люцифера, сменившись злобой загнанного в угол зверя. Он вновь схватил Сэма и поднял на ноги, приложив о решетку так, что из глаз посыпались искры. Одну руку он положил Сэму на лоб, ласково, по-отечески. Мгновение, и от руки словно пошли электрические разряды. Сэма судорожно затрясло, он не мог увернуться от этой руки, не мог закричать, пошевелиться, дышать, а затем и думать. Он вдруг оказался распят на горящей дыбе, но, в очередной раз моргнув, обнаружил себя подвешенным на крюках, словно свиная туша, а затем лежащим на земле, пригвожденным острыми кольями. Картинки сменялись, но ощущения лишь накладывались друг на друга, словно всё это происходило с ним одновременно: запах паленого мяса, звук ломающихся костей, жар на коже, скрипучая сухость во рту и боль, боль, боль…       — Хватит, — прозвучал спокойный голос Михаила, и всё вдруг оборвалось. На несколько секунд наступила тишина, словно уши набили ватой.       Сознание Сэма прояснилось, и он обнаружил себя лежащим на полу клетки. Голова и тело нещадно болели, словно его пропустили через мясорубку, но увечий на нём не было.       — Это всё нереально, — не то спросил, не то пробормотал Сэм. Голос его был хриплым от криков.       — Смотря что считать реальностью, Сэмми. Она, как и время, в этом месте очень неоднозначна. — Люцифер, тяжело дыша, стоял у противоположной стены, опираясь на неё рукой. — Впрочем, какая разница, если это всё равно чертовски больно, не так ли? — его взгляд теперь был устремлен на Михаила. — В чем дело, братец? Я уж думал, ты вообще не с нами. Дождись своей очереди, или ты куда-то спешишь?       — Оставь его, — так же спокойно и невозмутимо ответил Михаил. — Это наше с тобой дело. Он вообще не должен быть здесь.       — Вот как? Что-то я не заметил, чтобы ты выбросил свою игрушку. Здесь от него никакой пользы, не так ли?       — Мы договорились.       — Что ж, мой, как видишь, не такой сговорчивый, — Люцифер усмехнулся — Но это только пока. Брось, мы же братья. Зачем ссориться друг с другом, когда есть мальчик для битья?       Он сделал шаг к Сэму, который отпрянул и вжался в стенку клетки, но Михаил преградил своему брату путь.       — С дороги! Первый танец я уже обещал, — зашипел на него Люцифер.       Архангелы закружились друг напротив друга, и со стороны казалось, что они лишь обмениваются испепеляющими взглядами, но между ними что-то происходило. Противостояние шло на уровне, недоступном Сэму, и тот мог разглядеть лишь искры, потрескивающие между братьями. Люцифер то и дело поднимал брови и ухмылялся. Его оппонент, напротив, был совершенно непроницаем.       Сэм попытался подняться, но не смог заставить руки и ноги слушаться. Хотелось одного — забыться и перестать чувствовать боль по всем теле, запах железа и вкус пепла во рту. Бежать было некуда, бороться не за что. В этот раз он ничего не сможет сделать. Сэм закрыл глаза и подумал о Дине, но воспоминания смазывались, то и дело возвращаясь к искалеченному лицу брата, которого он избивал своими руками. Он никогда этого не забудет.       Когда рядом с ним раздалось шуршание, Сэм содрогнулся, готовясь к худшему. Он вряд ли сможет продержаться, если Люцифер снова запустит свою карусель. С другой стороны, умереть он не может, а если и может, Люцифер этого не допустит. Сэм будет проходить через свой личный ад снова и снова, до самого скончания времен. Такова судьба, и Сэм сам её принял. Лишь в этом месте он смоет с себя кровь брата, очистится от скверны, что течёт в его венах. Возможно, когда-нибудь он даже искупит свою вину за все смерти и боль, принесенные им в этот мир.       — Сэм, — прозвучал совсем рядом голос Михаила.       Сэм чуть не подскочил от неожиданности и поднял на архангела вопросительный взгляд.       — У нас мало времени, — Михаил вздохнул и слегка отодвинулся, открывая Сэму вид на лежащего на полу Люцифера. — Ты не должен быть здесь.       — Что? Что ты имеешь в виду? —Сэм с трудом ворочал языком. — Это я привел нас сюда, и отсюда нет выхода.       — Есть, — Михаил коснулся виска Сэма рукой, и боль заметно утихла. — Это тюрьма для Люцифера, и только для него. Это он может освободиться, только если кто-то откроет клетку. Но тебя она выпустит.       Взгляд Сэма заметался по клетке в поисках двери, но все стенки представляли из себя одинаковые ряды железных квадратов.       — Сэм, ты можешь вернуться на землю.       На землю. К Дину. Не может быть.       — Не может быть, — пролепетал Сэм, а затем покачал головой. — Почему ты мне помогаешь?        — Я лишь восстанавливаю справедливость, — Михаил едва заметно пожал плечами. — Это больше не твоя война. Так бы хотел наш отец.       — А Адам?       — О нем я позабочусь.       Сэм бросил быстрый взгляд на бессознательного Люцифера, сглотнул и кивнул.       — Хорошо. Что нужно сделать?       — Тебе это не понравится. И я не гарантирую результат.       — Терять мне нечего. Пусть это закончится, так или иначе. Я готов.       Михаил кивнул, взял Сэма за плечи и с силой развернул лицом к решетке. Прежде чем Сэм понял, что происходит, железные прутья впились в его тело так, что затрещали мышцы.       — Придётся потерпеть, — послышался сзади голос Михаила, и железо содрало кожу до мяса. Сэм до крови прикусил губу.       Когда треснули рёбра, Сэм уже не смог сдержать крика. Боль была нестерпимой, и на мгновение он пожалел о своём побеге. Из головы вылетели все мысли, кроме одной: «Пусть это прекратится». Но пути назад для него не было. Михаил с силой толкал Сэма в спину, не давая ему отпрянуть, и прутья клетки проходили сквозь него, словно нож сквозь масло.       — Осталось немного, — пробормотал Михаил, но Сэм и сам почувствовал, что агония отступила — прутья проходили насквозь, не оставляя на теле и следа. Сэм открыл прежде крепко зажмуренные от боли глаза и взглянул вниз.       Там, вдалеке, вместо непроглядной тьмы, теперь была покрывая травой земля. Прищурившись, Сэм узнал надгробия и ограду — то самое кладбище, где он открыл портал в Ад. Дина нигде не было видно. Неужели он сможет снова с ним встретиться? Сколько времени прошло в мире живых?       — Тревога, человек за бортом! — раздался позади, совсем рядом, голос Люцифера, а затем послышался хлопок. — Что-то ты совсем потерял бдительность. Твоя очередь отдыхать, дорогой братец.       Сэм в панике рванулся вперёд, но почувствовал, что его что-то удерживает. Ноги его уже болтались в воздухе, в каком-то мгновении от свободы, но чьи-то руки крепко вцепились ему в плечо и тянули назад, распространяя по телу обжигающий холод. Сэм дёрнулся снова, не сводя глаз с зелёной травы там, внизу.       Нет. Пожалуйста. Только не снова.       — Сэмми, Сэмми. Уходишь, не попрощавшись, — захныкал Люцифер Сэму в спину. — Но я ещё научу тебя хорошим манерам.       Новая порция боли захлестнула Сэма, когда решетка впилась ему в спину. Люцифер втягивал его обратно. Сэм беспомощно извивался, пытаясь оттолкнуть от себя дьявола. Спасение, такое близкое, ускользало от него.       — Оставь. Ему здесь не место.       Услышав слабый голос Михаила, Сэм всхлипнул от облегчения. Люцифер не сможет бороться с ними обоими.       — Мы с тобой на время расстанемся, Сэмми, — прошипел Люцифер ему на ухо. — Но я не могу отпустить тебя без подарка.       По спине Сэма пробежал холодок. Он почувствовал острую боль в груди, такую сильную, словно лопнуло зажатое в крепкий кулак сердце, но лишь на мгновение, а потом его взгляд затуманился, а поле зрения сузилось, съедаемое темнотой. Он увидел себя, расплывчато, и как будто со стороны — как он летит вниз, падает и распластывается на земле кладбища. Как его накрывает пеленой дождя, как день сменяется ночью, как вновь рассветает. Он смотрел, как встаёт, разминая руки и ноги, как оглядывается по сторонам, проверяет карманы. Достаёт телефон, сжимает его в руке. Стоит в нерешительности, а затем бросает телефон на землю, разбивает его несколькими ударами ноги и уходит прочь с кладбища.       Видение, чем бы оно ни было, закончилось. Сэм почувствовал, как дьявол отпустил его. Качнувшись вперёд, он полетел вниз. Во всем теле теперь была невероятная легкость, будто он не падал — парил. Размытое пятно земли стремительно приближалось, и внутри Сэма все сжалось в ожидании удара. Но его не последовало. Вместо жесткого приземления Сэм провалился в темноту и холод, которые проглотили его, не жуя.

***