Танцы на стекле

      Сакура бежала как можно быстрее к долине завершения. Они были там, она не сомневалась. Единственный вопрос, который сейчас ее мучил - живы ли они? Эти двое обладали нечеловеческой силой, были без преувеличения сильнейшими Шиноби в истории. Все, чего она сейчас желала - чтобы они были живы. Оба. Скорее всего они оба ранены и она должна, просто обязана их спасти. В последний раз.       Сакура всегда старалась их защитить, даже если в этом не было нужды. Даже если она была слабее противника. Но как быть с тем, что теперь противниками оказали они сами? Кого она выберет, если сможет спасти только одного? Кем она дорожит больше? Кто для нее важнее? Ответов девушка не знала. Не могла знать.       Солнце медленно поднималось над горизонтом. До водопада осталось не более ста метров и девушка ускорила бег, насколько могла. У нее самой сил почти не осталось, после продолжительной битвы и гендзюцу, что наложил на нее Саске с помощью Риннегана, она была больше похожа на выжатый лимон, чем на сильнейшую куноичи Деревни Скрытой в Листве. Добежав до пункта назначения, Харуно остановилась и огляделась по сторонам. Впереди обрыв, они должны быть где-то здесь. - Где же вы? - Задав вопрос в пустоту, Сакура ещё раз прошлась взглядом по некогда чудесной долине. Статуи, высеченные из камня были разрушены, деревья, что пасли неподалеку вырваны с корнем, от водапада осталось лишь большое озеро, потопившее под собой за э поляну. Заметив вдалеке два небольших пятна, девушка ринулась вперёд. - Только бы успеть.       Несясь со всех ног, Сакура думала только о том, чтобы не опоздать. Только бы не было слишком поздно. Только бы они были живы. Если потребуется, она отдаст за них свою жизнь. И плевать, если потом они будут проклинать ее за такой поступок, она не может допустить их смерть. Ей все равно уже нечего терять. Добежав до обломка скалы, на котором лежали два товарища, Сакура на секунду замерла. Вокруг их тел была огромная лужа крови. На мгновение девушка подумала о самом худшем, пока не услышала голос своего друга. - Сакура, ты нас нашла! - Они живы. Они живы! На месте их рук - кровавое мессиво, но они живы и даже в сознании. Она сможет им помочь. Хотя бы в этот раз.       Упав на колени возле своих товарищей, куноичи стразу же приступила к лечению. Главное сейчас - остановить кровотечение. Не совсем понятно, каким образом, потеряв столько крови они ещё оставались в сознании, но сейчас это не важно, главное... - Сакура, не надо меня...- его голос был тихим и хриплым, таким непохожим на голос всегда уверенного в себе Саске. - Замолчи, ничего не говори. Мне нужно сосредоточиться,- не смотря в его сторону, не поднимая глаз, произнесла Харуно. Обида давила на горло, не давая нормально произносить слова, слезы, рвущиеся наружу душили, не давая сделать вдох.       Залечивая раны, как сотни раз до этого, машинально, прочти автоматически, Сакура думала лишь о том, что никогда ему этого не простит. Ей придется побороть себя и отпустить, разлюбить его, если она хочет выжить. Если она ещё хоть раз заменяется о своих чувствах - он размажет ее по стенке и даже не задумается. Он ненавидит ее. Она его раздражает. И никакая любовь в мире не способна изменить это. Почему судьба так жестока к ней? Почему она влюбилась в человека, для которого простые человеческие чувства - лишь проявление слабости? - Прости меня,- его слова эхом раздаются в голове и больше похожи на иллюзию, чем на правду. Он просит прощения? Это невозможно. - Простить тебя? За что ты извиняешься? - Слова с трудом покидают ее уста, слезы всё ещё душат, сжимая горло. - За все...что я натворил.       Он говорит уставшим голосом, как старик, проживший долгую жизнь. Простить его - слишком трудная задача для розоволосой. Он всегда причинял ей боль, даже сейчас. В ее голове его голос не звучит искренне, больше похож на насмешку над ее чувствами. Он знает, что она его любит, давно знает. Знает, что она его простит. Но слова застревают где-то в горле, у самого корня языка, так и не вырываясь наружу. Это больно. Слишком больно для нее.       Закончив лечение, Сакура встала и, не произнося ни слова, побежала прочь. Подальше от его пронзительных глаз, от его голоса, который проникал в самую глубь ее искалеченной души. - Похоже, Сакура не оценила твоих извинений, - Наруто не мог не съязвить. Саске признал его, признал все свои ошибки и хочет измениться, но Сакуре об этом откуда знать? Она ведь не могла знать, что Учиха действительно раскаивается в своих поступках, что ему и правда жаль. - Заткнись, усуратонкачи, - он и так это понял. Одно выражение ее лица сказало все за нее. Он ее обидел и прощения не заслуживал.- Вставай, нужно развеять вернуть все на свои места.       Покончив с техникой Мадары, Саске ринулся в след за Сакурой. Нужно попытаться объясниться с ней. Дать понять, что он хотел лишь ее защитить. Всю жизнь он лишь терял дорогих себе людей и ему совсем не хотелось повторять это снова.       Несмотря на то, что он чуть не умер, техника Сакуры каким-то образом придала ему сил, чтобы добраться до поля боя. Вокруг было огромное количество коконов из которых то и дело вылезали шиноби, будто бабочки. Учиха искал взглядом розоволосую девушку и никак не мог найти. Как она так быстро убежала? Ведь ее запасы чакры были истощены. Вдруг к нему со спины кто-то подбежал и набросился, обнимая за шею, чуть не повалив его. Брюнет не сразу сообразил, что это была Карин, очнувшаяся от Вечного Цукиеми. - Саске, мой дорогой, где ты был?- Голос красноволосой девушки был резким и громким, будто скрежет металла.- Я прощаю тебя за все, что ты сделал. Теперь я точно знаю, что мы будем счастливы и я никуда тебя не отпущу.       Лепет Узумаки ни капли не цеплял его, все его мысли были сосредоточены на поисках взглядам розоволосой куноичи. - Карин, отс...       Мысли Учихи были остановлены взглядом зелёных глаз, что смотрели прямо на него и пригвоздили его к земле. Сакура смотрела на него с грустью и печалью, и улыбалась. Он нокгда раньше не видел у нее такой улыбки. Как будто бы она потеряла что-то очень ценное, но больше не жалела об этом.       Сакура искала Цунаде, чтобы взять немного чакры у своей наставницы и помочь раненным. Нужно организовать заново полевой госпиталь, который был разрушен Десятихаостым. Вдруг девушка услышала какой-то визг в паре десятков метров от нее. Повернув голову в сторону неприятного звука, Харуно на мгновение задержала дыхание. Там стоял Саске с Карин. Узимаки его обнимала, что-то без конца болтала, в то время как он искал что-то глазами, пока не встретился взглядом с зелёными глазами. Он не отталкивал красноволосую, не говорил, что она его достала, он просто стоял, позволяя себя обнимать. В то время как ее готов был убить лишь за слова о любви к нему. Грустно улыбнувшись, Сакура продолжила искать Пятую. Пусть он будет счастлив. С Карин или с кем-то ещё - неважно. Видимо, только ей нельзя любить его. Даже на расстоянии.       Пробыв месяц за решеткой, Саске, сразу после освобождения, решил покинуть деревню. Ему нужно все обдумать. Научиться жить заново, без всепоглощающей ненависти. Научиться помешать людям. Научиться быть добрым. В стенах Конохи сделать это будет невозможно: каждый житель деревни знает о его прошлом и не даст ему шанс. А постоянные напоминания ему ни к чему.       У ворот деревни его провожали Какаши и, неожиданно, Сакура. Учиха сомневался, что она придет, хоть и очень хотел. Сегодня она выглядела не такой решительной, как в день окончания войны. Она была подавленной, уставшей и с грустью в глазах. Какаши говорил, что Сакура провела весь этот месяц в госпитале, помогая раненым и почти не спала. Темные тени залегли под зелёными глазами. Ей нужно больше отдыхать. Больше думать о себе, а не о других. Лёгкая тень беспокойства отражалась в глазах брюнета при взгляде на бывшую сокомандницу.        Ее же глаза были направлены себе под ноги в попытке избежать встречи с глазами цвета оникса. Весь этот месяц она провела в госпитале лишь с одной целью - не вспоминать о нем, не думать о нем. При одной мысли о том, что Учиху держали в темной холодной камере с завязанными глазами, ее окутывал дрожь. Вчера, когда Какаши сообщил ей, что Саске оправдали и он будет служить на благо деревни, у нее будто упал камень с плеч: дышать стало легче. Она уже не злилась на него за его слова. Ее любовь была слишком сильной и всепрощающей. Она не будет больше пытаться понравиться ему, пытаться оказаться как можно ближе к нему. Теперь она лишь желает ему счастья, пусть и не с ней. Он этого заслуживает.       Через пару минут Какаши прервал неловкое молчание. - Постарайся не вляпаться в неприятности, я отвечаю за тебя своей головой,- тон учителя был слегка шутливым, будто он пытался разрядить воздух, что накалялся между двумя сокомандниками. - Все будет хорошо, Какаши. Я больше не собираюсь никому мстить. Но мне нужно побыть в одиночестве, чтобы все обдумать и понять, как жить дальше, - брюнет говорил искренне, от всего сердца. Итачи признали героем, его самого - оправдали. Большего ему и не нужно.       Сделав пару шагов, он оказался возле розоволосой куноичи на расстоянии вытянутой руки. - Сакура,- его голос прозвучал слишком близко, от чего девушка испуганно подняла глаза и впервые посмотрела на него в упор,- прости меня, если сможешь.       Неловкая улыбка тронула уголки ее губ. - Все хорошо, Саске. Я не злюсь на тебя,- она говорила искренне, без тени злости, лишь с каплей смущения.- Я больше не буду просить тебя взять меня с собой.       Снова показать перед ним свою слабость - теперь самый большой страх для куноичи. Столько раз она обножала свою душу перед ним, столько раз обжигалась о его холодное равнодушие... - Может быть, в следующий раз ты изменишь свое решение, - холодные пальцы коснулись девичьего лба. - До встречи, Сакура.