Может хоть в шестой раз?

Они выезжают из города и это очень странно, поскольку раньше дом этого мужчины находился на солнечной улице возле парка и был похож на пряничный домик из сказки из-за ярких цветов, оставленных после прошлых жильцов, которые он не имел ни желания, ни видимо времени и сил менять. - Это? А куда мы?- нервозность она скрывает плохо, прячет маленькие тонкие кисти в рукавах толстовки и бесконтрольно кусает губы, воровато оглядываясь вокруг, словно стараясь запомнить дорогу назад. - Я тоже приготовил тебе подарок, дорогая.- он не отвлекается от дороги, однако замечает ее бурную нервозную жестикуляцию и напряженную позу.- Мы скоро приедем, расслабься. И она бы с удовольствием расслабилась, но жизнь слишком отличается от обычной перезагрузки, которую она переживала из раза в раз. Ее беспокоит отсутствие воспоминаний, которые они с Томом пережили вместе, она понятия не имеет как они пришли к таким отношениям, которым, оказывается, уже годовщина. Блондинка переводит внимание на пейзажи небольшого подлеска, пролетающего за окном залитого солнечным светом и поджимает губы, стараясь отогнать от себя непрошеное ощущение чужого тела, чужой жизни. "А разве она не живет в долг уже в шестой раз, погибая по разным причинам?"- она силится вспомнить что-нибудь от первой себя, но прошло так много времени ее маленьких жизней, ее последней жизни с детьми и внуками. -"Если так прикинуть, то мне что больше сотни лет получается?" - Даниэль, милая, не засыпай...Мы скоро приедем, я знаю, что тебя укачивает в машине.- машина делает поворот и блондинка поворачивается к нему, осматривая мужественный профиль и улыбается. Эта улыбка приходит сама, робкая, немного смущенная и счастливая наверное. "Он все про меня знает? Он действительно заботливый." - Вот, смотри.- она съезжают с дороги и уже через пару минут среди деревьев подлеска появляется крыша покрытая светлой черепицей и вопрос только в том, это дом или большая ваза с цветами около двери? - Я давно решил съехать подальше от наших милых соседей, да и дом нам нужен явно более большой на будущее.- к щекам приливает румянец от слишком прямой мысли несущей эти слова. Он тормозит и выключает двигатель, покидая машину и обходя ее, открывает дверь с ее стороны и помогает покинуть машину, тут же прихватывая ее за талию тормозит рядом, давая больше времени на то чтобы оглядеться и выразить свое мнение. - Ты его купил?- она немного недоверчиво оглядывается вокруг даже не представляя сколько стоит это место, недоверчиво переводит взгляд на него и улыбается. Двухэтажный особняк среди деревьев, не так далеко от города, большие окна на первом этаже, небольшой сад и бассейн, несколько беседок. - Да, я увидел его и понял, что он просто создан для нас.- он чуть напряжен, явно ждет ее реакции, а она заново учится дышать, потому что этот дом идеален.- Мебель уже там и ремонт как раз в прошлом месяце закончили. - Ты бог? Когда ты все успевал, мы же все время вместе были...-"откуда она это знает?"- она искренне возмущается, а потом обнимает его талию и притирается к боку скрыв лицо в плече.- Он великолепен. Мужчина заметно расслабляется и выдыхает, довольный ее реакцией, однако быстро поднимает ее на руки, подхватив под колени и спину и идет к дому.- Так вроде положено. Они оказываются в доме, он опускает ее на пол и это просто божественно, тут очень спокойная обстановка, деревянная мебель и камин, чудесная большая кухня и деревянная широкая лестница с золотыми перилами, ведущая наверх. - Мне так нравится, ты проделал невозможную работу.- она оглядывается внимательно, бегает по дому, касается мебели, внимательно по шкафчикам любопытный носик сует и не замечает, как Том выходит на улицу и возвращается с цветами. - Даниэль.- она отзывается на свое имя и замирает, когда мужчина дарит ей букет алых роз, длинные ножки которых при ее то росте едва ли не касаются ее колен.- С годовщиной тебя. - С годовщиной....Томас.- вторит она и целует его первая, мягко и осторожно касается губ тут же отстраняясь, а после они вместе отправляются на поиски вазы, медленно обживая этот новый дом только для них. - Томас, я приготовила омлет и кофе, иди обедать.- мужчина спускается сверху после душа в белой футболке и светлых брюках, серым жилетом поверх и замирает в дверном проеме, привалившись к косяку внимательно наблюдая за своей невестой.- Чего встал, сюда иди...кушать будем. - Сейчас..дай полюбоваться.- и вот тебе красное лицо, вот тебе лучшие традиции мелодрам. - Не смущай меня. - Ладно. Уже позже, когда она помыла посуду, блондин уговорил ее отдохнуть пару часов, поскольку документы университета требовали внимания и именно так она узнала, что теперь он не просто декан литературы, теперь он директор ее университета и вопрос с деньгами на дом как-то отпал сам собой из-за высокой платы за это престижное заведение. - Поспи пару часов, я разбужу тебя ближе к вечеру, а то я многое забросил, пока это готовил.- он целует ее в лоб и она немного ругает его совсем беззлобно, что он совсем не бережет себя, а мужчина лишь ухмыляется и щелкает ей по носу, клонясь ближе.- Копи силы на вечер, тебе они пригодятся, милая. Приняв душ, Даниель ложится на кровать и упирается взглядом в потолок, однако долго подумать уже не получается , утомленная слишком большим накалом эмоций и событий, она засыпает. "Золотая обложка книги исчерчена непонятными рунами и выглядит очень расплывчато, однако она никак не может отделаться от мысли, что когда-то точно видела ее и честно говоря если это и воспоминание, то оно очень странное и старое. Словно все ее жизни и события крутятся вокруг этого печатного изделия и сама она как марионетка в руках своего кукловода, но руки, держащие ее раскрытой точно не ее, они извиты венами и кажутся иссохшими. Тот кто держит ее в руках, читает руны глубоким хриплым, но таким далеким чтобы распознать голосом и сферы с ее жизнями приходят в круг, как барабан пистолета, кружа вокруг книги причудливый танец и пусть она не понимает языка, на котором написана книга, в голосе отчетливо слышится печаль, какая-то умудренная временем боль, которая сквозит в каждом красивом завитке неизвестного языка". Однако досмотреть этот сон? Видение? ей не дают ласковые поглаживания по голове слегка шершавой мужской ладонью, ласковый баритон зовет ее по имени выталкивая в реальность, которая по ее мнению прекраснее сна. Томас сидит на краю кровати и пропускает длинные светлые пряди сквозь пальцы, наблюдая за пробуждающейся блондинкой, едва приподнимая уголки губ в улыбке, когда она открывает глаза, как крот щуря глаза от света лампы на столе. - Просыпайся, Даниэль, жизнь проспишь.- она все еще морщит нос и щурится, слишком милая, чтобы удержаться, поэтому блондин приподнимается и касается губами кончика наморщенного носика и его плечи сразу обхватывают цепкие ручки. - Прости...- шепчет девушка и тянет его к себе целуя в губы в легком поцелуе, тут же отстраняясь.- Я не думала, что столько просплю...Сегодня же годовщина.- она садится, когда он поднимается и осматривает мужчину перед собой давясь слюной. У Хиддлстона спортивная фигура, крепкие широкие плечи, развитая грудная клетка, обтянутая серой футболкой, светлая кожа шеи сильно констатирует с мягкой тканью:- "Божечки-кошечки, как я отхватила его себе?" -Прощу, если ты наденешь обручальное кольцо, дома-то его можно носить.- Том открывает прикроватную тумбочку и достает оттуда коробочку с кольцами, одно одевая ей на палец, второе на свой.- А то мне все больше кажется, что твое желание скрываться-это побег из под венца со мной. "Нет! Ни в этой жизни! Да я скорее сдохну чтобы вернутся под этот самый венец".- возникает веретеном возмущений в ее все еще рассеянном сознании, однако на губах появляется улыбка, пока она сплетает из пальцы с кольцами:- Думаю, что сбежать не получится, поскольку мой декан литературы намного более спортивный, чем его студентка. - Хочешь в ролевые игры поиграть, милая?- доверительно тихий мурлыкающий тон мужчины вызывает мурашки предвкушения по телу, в кровь мелкими колючими осколочками по нервам впрыскивается легкое возбуждение. "Нифига я... Посмущалась бы хоть, ты же замужем была! Бессовестная, только переродилась, а уже под мужика ложишься! А? О? Так...у меня секс первый был года через три только, у нас он был? Или он ждет, пока учиться закончу? Так? Как бы узнать?" Внизу они ужинают, все же доставка делает свое дело, а ее стряпню может съесть только камикадзе перед последним полетом и умрет он явно до столкновения с врагом. Тихо и мирно общаются о учебе, обсуждают политику, планы на выходные. Черт подери, как бы деликатно так уточнить их прошлое-то? И уже позже, когда посуда была помыта, кухня приведена в порядок, они оказываются у горящего камина на пушистом ковре отогреваясь в так и не обжитом до конца доме, принося в него жизнь, движение за движением. - Я хотел предложить тебе вино, но у тебя через пару дней экзамены, нужно чтобы голова была ясная.- он протягивает ей горячий шоколад с зефиром и садится ближе, умещая ее хрупкую фигуру между своих ног опираясь спиной на мягкий край кресла. - Это не говорит о том, что ты себе в этом должен отказывать, Томас.- Даниэль тоже обживается, как и новый дом в который они въехали она медленно расслабляется, доверяется этой реальности, как и тем перерождениям, ищет плюсы и тут собственно все из них состоит, минусов пока что не видно, но пипец любит подкрадываться незаметно. - А я себя и не обделил.- он держит в руках бокал с янтарной жидкостью виски, шутливо чокнувшись с ее кружкой сладкого он поздравляет ее с годовщиной и получает поздравление в ответ. И в какой момент их умиротворенное созерцание огня переходит в пламя между ними? Когда его губы касаются ее шеи царапая кожу легкой щетиной пуская стадо мурашек? Когда его руки оказываются у нее под все той же многострадальной толстовкой, поглаживая тонкую талию? Тогда, когда его рука проскальзывает под пояс шорт и белье, переходя к смелой ласке ее естества и ее ноги расходятся шире, давая ему простор и согласие на продолжение? Он тяжелый, такая приятная тяжесть тела сверху несмотря на секс со своим бывшим в той жизни мужем воспринимается совсем иначе, как-то правильнее, как-то роднее. Его голос становится низким, он шепчет ей комплименты, восхваляет ее красоту, поддается жадности ее рук стягивающей с него одежду, пока она лежит под ним на пушистом ковре, который щекочет кожу высоким ворсом. Блики пламени играют на его обнаженной, любимой солнцем коже, причудливые танцы и находят отражение в горящих голубых глазах, пока с нее слетает одежда сплетаясь с его горками вокруг на полу, а на губах смешиваются горький виски и сладкий шоколад, оттеняя вкусы друг друга приятным тандемом. И уже не возникает вопросов про их половую жизнь, нет ни мыслей не желаний что-то спрашивать или о чем-то говорить, можно только чувствовать. Принимать ласки и ласкать в ответ жадно скользя по его телу, ощущать касания губ к груди, ласки пальцем по бедрам и талии. Томас хватает грубо, крепко удерживает талию, не давая сделать ни движения, сковывает на месте, пока входит в нее и нет вспышек боли или дискомфорта. Маленькие ноготки оставляют красные полосы на его спине и плечах, пока тела качаются в движениях таких же древних как образование мира, пока стоны сливаются музыкой и губы то и дело воруют дыхание друг друга. На смену страсти, как на смену шторма в этом море чувств и удовольствия наступает нежный ласкающий бриз, в котором пара на полу греется от огня, обнимая друг друга, вслушиваясь в то как идентично бьются их сердца. Весь мир за дверью будет завтра, будет снова университет, снова декан и снова студентка, снова занятия и экзамены, но все это будет завтра за дверью дома, а пока им слишком хорошо чтобы шевелиться, чтобы нарушить этот момент единства. Наверное впервые Даниэль думает, что не хочет иного возрождения, не хочет быть без него, странное ощущение правильности, того что это и есть ее настоящая жизнь, а все те были лишь стадиями идущими к ней. - Может в душ?- он лукаво улыбается и трется носами с блондинкой и она чуть щурит глаза, а потом пожуривает его слегка сварливо:- Завтра на занятия. - А мы быстро...я обещаю.- и они идут в душ, но быстро не получается...