Белая ёлка

      Раннее утро понедельника. На календаре двадцать седьмое декабря. Признаюсь честно - к новому году я даже не готовилась. Ну, а зачем, собственно, мне готовиться? Живу уже третий год одна, с тех пор, как от родителей съехала. Друзья все разъехались к своим родителям в гости. Поставить ёлку для себя? Так её Альбина на пол ронять будет.       Это пушистое чудовище подарили мне на прошлой неделе родители. Если где-то что-то свисает - оно тут же будет уронено, сгрызено и сломано.       Купила ей мышку на удочке, специально выбирала верёвку попрочнее, повесила так, чтобы мышка оказалась на высоте чуть выше ушей кошки. Прихожу с работы домой - мышь от верёвки отгрызена, верёвка от палки тоже. Что с этой непослушной кошкой делать - ума не приложу.       Животных я конечно люблю, кошек в особенности, но как-то, знаете, лучше когда кошка добрая и ласковая, спокойно играется в свои кошачьи игрушки, спит на коленях, мурлычет. Но это чудовище не делает ничего из перечисленного. Хотя бы не царапается и не кусается, и то хорошо.       Я подумала повесить гирлянду на потолок, туда же она не залезет. А вот и тут облом. Увидела её вчера на верхней полке шкафа, с неё до потолка - лапу протяни. Этот вариант тоже отпал.       Чего я, собственно, проснулась сегодня в четыре утра? По вине всё той же Альбины. Она решила, что будет очень весело смести с полки мою любимую статуэтку-дракона.       Когда я зашла в гостиную, она лежала на месте статуэтки, причем именно так, как лежал дракон на своём пьедестале. Что ж ты умная-то такая?       Раз уж я проснулась, решила пойти насыпать ей корма. Если она такое чудит просто так, то что она сделает, если будет злиться? Проверять не хотелось.       Я заварила себе какао с зефиром и села на кухне, вытянув ноги на соседнюю табуретку. За спиной хрустела сухим кормом пушистая катастрофа. Так, рассматривая узор на своих носках, я просидела около часа. Какао давно закончился, я просто хотела посидеть в тишине. Альбина, вроде, ушла в гостиную и легла на диван. Успокоилась.

***

      — Да ладно тебе, Саб, не может всё быть настолько плохо.       — Как раз может. Она мне покоя не даёт. Надо бы заняться её воспитанием, но вот как?       — Давай, я сначала посмотрю на это твоё "пушистое чудовище", а потом уже подумаем.       Подъём по лестнице закончился, я достала ключи из кармана и открыла дверь в свою родную квартиру, надеясь, что кошка её не слишком разнесла. Я пропустила Лею вперёд, а после зашла и сама.       Подруга резко застыла посреди коридора, после чего медленно повернулась ко мне. У неё на лице буквально было написано: "Ты уверена, что хочешь увидеть свою квартиру?"       Я тяжело вздохнула и шагнула мимо отступивший в сторону подруги. Кошка, пока я отсутствовала, явно почувствовала, что новый год уже завтра, поэтому, откуда-то, она достала все мои новогодние украшения, а также части от искусственной ёлки.       Пластиковая хвоя, вперемешку с обрывками мишуры и осколками пары десятков стеклянных ёлочных игрушек - ещё во времена школы сама их украшала, жалко-то как - расстилалась по всем комнатам ковром, таким же пушистым с виду и колючим на самом деле, как и сама виновница погрома. Её яркие зелёные глаза смотрели на меня, будто насмехаясь моему обречённому выражению лица.       Я ещё раз вздохнула, успокаиваясь, и повернулась к подруге, спрашивая: "Поможешь убрать?" На это она кивнула, и мы, аккуратно пробравшись на кухню за мусорными мешками, начали ползать по полу, стараясь не пропустить осколков стекла. Через часа два такой работы, Лее позвонил муж, и она поспешила домой, собираться в поездку в другой город к родственникам. Стекло и основную часть разноцветного мусора к тому времени мы уже собрали, поэтому мне осталось только пропылесосить остатки, постоянно ловя на себе взгляд хитрых глаз.       Вечером, когда кошка подходила к миске с кормом, который я досыпала недавно, я заметила, что та немного прихрамывает на правую переднюю лапу.       — Пушистая катастрофа, ты что, умудрилась пораниться о стекло, которое сама и рассыпала по полу? - спросила я.       Ответом мне на это стал поворот в мою сторону головы и скептическое выражение глаз, что-то вроде: "А тебе не должно быть всё равно?"       Я подошла к ней, и, несмотря на настороженный, предупреждающе-агрессивный взгляд, взяла её на руки, идя с этим комком шерсти в гостиную. Там я повнимательнее осмотрела её лапу, которую, как оказалось, пересекала красная полоса. Я принесла одеяло, чтобы завернуть кошку, которая точно будет стараться убежать, и домашнюю аптечку. Продезинфицировать рану надо, всё таки на стекле была краска.       Кошка, как я и полагала, как только йод начал пощипывать, стала вырываться. С горем пополам, я всё-таки продезынфицировала рану и замотала её бинтом, чтобы остатки йода на ковёр не попали.       Кошка была возмущена появившимся утяжелением на лапе, но не стала его рвать, думаю, поняла что ей самой так лучше.       Настал вечер. Я закончила вечерние водные процедуры и зашла в свою спальню.       На моей кровати сидела Альбина. Она сверила меня немного виноватым взглядом.       — Ты что, извиняешься за погром? - спросила я с сомнением в голосе и на лице. В ответ мне послышалось фырканье, которое наверняка значило: "Не обольщайся слишком сильно".       Кошка всё же спрыгнула с моей кровати и гордо прошествовала к своему мягкому домику. Она спряталась под его крышу, но и оттуда наблюдала за мной.       Я залезла под одеяло и повернулась в противоположную от кошки сторону. Не, ну а что? Я тоже повредничать могу. Долго ловить спиной её взгляд я не смогла.       — Чего ты ещё хочешь? Узнать, почему помогла с раной и даже не отругала за погром? Ну, если б мне хотелось от тебя избавиться, сдала бы в приют. А погром - смысл ругать? Ты, во-первых, не послушаешься, а во-вторых, я не хочу ругаться. Хочу жить спокойно. Понимаешь? - дожидаться ответа от кошки было бы глупо, поэтому я позволила себе расслабиться и заснуть.

***

      Проснулась я от будильника. Самого обычного. Я удивилась, но не придала этому значения. Может, кошка сама от вчерашнего устала и сейчас спит.       Зелёные глаза я нашла, смотрящими на меня с полки на кухне. Я перекусила и пошла на работу, радуясь, что хорошо выспалась, но абсолютно не радуясь тому, что работаю тридцать первого числа. Сокращённый день нам тоже решили не делать. "У вас ещё неделя отдыха впереди!" - сказали нам. Вернулась я в семь вечера, как обычно, при этом я не застала дома погрома, а кошка нашлась спящей в своём домике. Это не могло не радовать, кажется, она поняла, что я не хочу вести с ней войну.       Остаток вечера я провела за готовкой себе - а заодно и кошке, как сюрприз - чего-нибудь вкусненького.       Когда я позвала её на "праздничное застолье" и показала её сегодняшний ужин, она минут пять крайне удивлённо на меня смотрела, а затем принялась за трапезу.       Сидеть дома, ждать речи президента, не хотелось, поэтому я стала собираться на улицу, чтобы дойти до площади около реки, с которой пускали праздничный фейерверк и успеть занять хорошее место. Кошка таскалась хвостиком за мной, а потом вообще села на пороге квартиры, перекрывая проход. Я вспомнила, как пыталась надеть на неё поводок и вывести гулять. Она эту идею тогда не одобрила. Сейчас я снова взяла поводок и тёплую одежду для кошки, и думая, что она опять не согласится, начала её одевать. Ничего подобного! Пушистая сидела спокойно. Мы сегодня обе друг друга удивляем.       Мы уже собирались выходить из дома, но тут я вспомнила про мешок с гирляндами, которые не удалось вчера найти и побить Альбине. Я достала одну короткую гирлянду, начиная обматывать её как пояс вокруг своей одежды. Затем достала ещё одну, похожую и села на пол около кошки. Она поняла мой замысел и позволила обмотать себя тоже.       Главным плюсом этих гирлянд было то, что они оканчивались не обычной вилкой для розетки, а разъёмом, который есть у флешек, поэтому, я взяла два переносных зарядника для телефонов, которые без дела валялись у меня, и закрепила их на нашей одежде.       Гирлянда вспыхнула яркими цветами.       В таком облачении мы вышли из дома, направляясь на набережную, смотреть салют.       Прохожие провожали нас взглядами, кто-то, уже явно подвыпивший, даже поздравил с праздником наш яркий дуэт.       Мы встали около забора с видом на реку. По ней неспешно двигалась баржа. Я взяла Альбину на руки, начиная осторожно трепать её пушистую белую шерсть.       В полночь мой телефон прислал уведомление "С новым годом!"       Ещё примерно пол часа после двенадцати мы стояли, просто любуясь на воду и отражающиеся в ней огни наших гирлянд.       Затем с баржи полетела ракета. Ещё одна, и ещё! Они взрывались в небе, разлетаясь на множество разноцветных частиц. Жёлтые! Фиолетовые! Синие! Зелёные! Каких только не было. После в небе появилось несколько фигур, какая-то, скорее всего, должна была быть смайликом, какая-то снежинкой, а последняя поздравлением с новым годом. После неё тридцатиминутный фейерверк закончился, но мы не спешили домой.       Кошка вновь была опущена на землю и мы пошли прогуляться по улицам.       Надо же! Ещё неделю назад я бы и не подумала, что уже к новому году мы будем так дружить. Настрой кошки испортить мне жизнь, если сказать по правде, меня тогда пугал. Сейчас же я надеялась, что это в прошлом. Я просто отдалась новогоднему настроению и шла за моей светящейся кошкой, которая с энтузиазмом вела меня гулять в центр города, где было больше ярких огней.