Последнее желание

      Юнги давно хотел этого.       В конце декабря атмосферно. Повсюду всякие разноцветные украшения, яркие гирлянды, новогодние песни и красивейшие ёлки, под которыми лежат ненастоящие подарки. Выглядит потрясающе и поднимает настроение перед праздником намного лучше, чем даже представления вкусных салатов и отдыха от школы.       Скоро начнутся каникулы. Заслуженные и слишком ожидаемые. В этом году это последние рождественские праздники, потому что Юнги и Хосок уже выпускники. Новость радостная, хоть и немного грустная от того, что они покинут место, в котором проводили долгие годы.       Школа постепенно стала родной. Несколько лет назад оба мечтали поскорее окончить её, пойти дальше и забыть это время как страшный сон. И именно этот последний год все перевернул. Больше нет желания закончить вычеркнуть из своей жизни школу и нет той неприязни, которая была, вроде, совсем недавно. Учителя уже не кажутся грозными и несправедливыми, а такие же обычные ученики — глупыми и надоедливыми. Собственные одноклассники когда-то перестали раздражать и бесить. Оказывается, с ними может быть весело и приятно проводить время. Наверное, сказывается то, что со временем все стали более взрослыми и спокойными, хоть до зрелости ещё далеко.       Юнги никогда бы не подумал о том, что мысли об окончании школы будут чем-то грустным и тоскливым. Ему не хочется уходить. Поэтому в этот последний год он собрался наслаждаться школьной жизнью так, чтобы никогда не забыть. Ему многое надо сделать и запомнить.       В прошлом году он впервые почувствовал что-то больше, чем симпатию. И впервые решил не оставлять это просто так, а уделить внимание и время, чтобы понять, что чувствует, а также просто хорошо провести время. Именно поэтому он пригласил Хосока в торговый центр, чтобы побыть с предметом своей влюблённости, концентрируясь только на них двоих. В классе такого не сделаешь.       Юнги искренне надеется, что хоть что-то, хоть крошечное ответное нечто в душе Хосока по отношению к Мину есть. А если нет, то сильно неприятно, но не трагично.       Хосок всегда был отличным другом и хорошим человеком. Почему Юнги не заметил этого раньше? Начиная от внешности, а именно изящного вкуса в одежде, красивых черт лица, хорошего телосложения и заканчивая качествами характера: сдержанностью, спокойствием и лёгкой дурнотой, — всё в нём было идеально. Полная противоположность Юнги: импульсивному, с уже сильной дурнотой и хитрому. Больше, чем может показаться.       И когда это началось, Юнги благополучно не заметил. Просто когда-то обратил внимание на то, какой, оказывается, Хосок невероятный. А потом понеслось: симпатия поселилась в лёгких и настолько увеличилась в размерах, что стала первой влюблённостью. Юнги даже не противился, потому что, несмотря на свои чувства, головой он бы тоже выбрал именно его, поэтому время, проведённое с Чоном, было самым комфортным, что может быть. Рядом с Хосоком Юнги чувствует себя правильно спокойно. И это чувство намного глубже и лучше, чем изредка появляющиеся бабочки в животе. Оно не только в сердце, но и в разуме.       А потом Юнги начал жёстко подкатывать. С дебильными фразочками по типу: "Твои родители случайно не пиротехники? Тогда откуда у них такая бомба?" или "Ты случайно не икона? Тогда почему я так хочу встать перед тобой на колени?". Хосок просто смеялся и слал его куда подальше. Часто юноша предлагал сходить погулять вдвоём, много спорил с Хосоком, например, на шлепок по заднице. Но дальше шуток и приколов никогда не заходило, хоть Юнги (как ему казалось) видел, что несмотря на отказы Хосоку тоже было интересно и весело с ним.       Чувства становились глубже, а только лишь проведённого вместе времени оказывалось уже недостаточно. Юнги желал быть близко душой, а не телом, постоянно хотел касаться Хосока, обнимать его или хотя бы держаться за руки, но он не позволял себе такого, думая, что Чону будет неудобно либо неприятно.       Сегодня хотелось это изменить.       За окнами темно и холодно, а в большом торговом центре, куда они пришли, наоборот, тепло и светло. Встретились у входа, сразу же направившись внутрь.       В здании людей не так много, как могло бы быть, что даже хорошо. В преддверии Нового года обычно все наоборот, но не сегодня. Хосок, как старший, хочет показаться вежливым и внимательным, поэтому предлагает сходить сначала покушать, а потом прогуляться. Юнги соглашается, и они идут в небольшое кафе на втором этаже. — Что ты хочешь? — они стоят около меню. — Хм, наверное, то же, что и ты. Плачу ведь не я, — хихикает Юнги, рассматривая разные блюда. — Что-нибудь лёгкое, а то потом трудно будет гулять. Мы пришли не чтобы есть. — Хорошо, — Хосок улыбается, изредка посматривая на радующегося всему Мину. Наверное, это из-за праздника.       Нет. Далеко не из-за праздника.       Парни заказывают напитки, салат с курицей и овощами и садятся за самый дальний столик в углу помещения. Так комфортнее.       Еду скоро принесут, а сейчас есть время на разговоры. — Спасибо, что пришёл сюда со мной, — Юнги не хочет выглядеть милым, но у него явно не выходит, потому что Хосок только и делает, что умиляется этому созданию, когда он прячет глаза, а на бледных щеках расцветает лёгкий румянец. — Мне нравится проводить с тобой время. Тебе спасибо, что позвал.       Юнги так ярко улыбается, что мир, кажется, светлеет. Быть может, это Хосок так влияет. — Ты милый, — Чону забавно смотреть на то, как Юнги смущается, не в силах поднять глаза. — Спасибо, ты тоже милый, — он сам понимает, что выглядит глупо сейчас, но то тёплое ощущение где-то в груди отвлекает от всех мыслей.       Юнги хочет сказать что-то ещё, но сбоку вдруг кто-то появляется. Оба поворачивают голову, смотря на маленького мальчика лет шести, который выглядит слишком растерянным. — Эм, ты что-то хотел? — Хосок улыбается, стараясь выглядеть добрее. — Д-да. Вы не видели тут игрушку? Мне кажется, что я её потерял, пока сидел тут. Маленький медвежонок, — мальчик осматривает парней, думая о том, стоит ли доверять им или нет.       Юнги хмурится, пытаясь вспомнить, видел ли он что-то, когда они только пришли сюда, но ничего не приходит в голову. Тогда он глядит по сторонам и, заглянув под стол, замечает небольшого медвежонка, который едва уместится бы в ладонь. Мин достаёт его и, отряхнув от пыли, отдаёт мальчишке. — Спасибо большое. Я так боялся, что потерял его.       Малыш расцветает, как только видит игрушку, а потом вдруг, расплывшись в улыбке, произносит то, что заставляет Юнги замереть на месте с ухнувшим куда-то вниз сердцем: — Вы ведь встречаетесь?       Юнги не понимает, зачем мальчишка спросил такое, ведь эта тема запретная в дружбе Хосока и Юнги, потому что, кажется, даже вся школа в курсе, что второй беспросветно влюблен в первого, думая, что Хосоку это никуда не упирается.       Непонятно и то, что именно происходит в голове Хосока, потому что тот, выглядя совершенно спокойно, вдруг отвечает положительно.       Зато понятно, что в голове у Юнги.       Взрыв. Просто бум. — Да, встречаемся. А что? — и улыбается так, словно ничего нового не сказал, а Юнги, кажется, сейчас завизжит и растечётся лужицей у его ног. Или просто останется в таком состоянии навечно. Он ещё не определился. — Вы так нежно смотрите друг на друга. Я бы хотел такую любовь, как у вас. У меня уже есть один мальчик в мыслях, — очаровательно обнажив зубки и поблагодарив их ещё раз, мальчик уходит в сторону выхода. Туда, где все это время стояла его мама.       Тишина. Почти оглушающая.       Хосок, задумавшись над тем, что только что сказал, начинает перекладывать столовые приборы с места на место, пытаясь скрыть смущение от своих же слов. Знает ведь, как много это значит для Юнги. Однако сказал, что они встречаются полностью осознанно и умышленно. Как и хотел. Его щеки розовеют, и Юнги бы обязательно это увидел, если бы хоть раз поднял взгляд с своих рук. Неловко. — Вот Ваш заказ. Приятного аппетита, — вежливо говорит официант, принёсший два салата и два стакана сока, преспокойно перекладывает их с подноса на стол, словно не замечая повисшего молчания в этом месте. Оно и к лучшему. Он разворачивается и, едва услышав два тихих спасибо, уходит.       Хосок, вновь выглядя невозмутимо (как он так умеет?), чуть отпивает яблочный сок. — Угощайся, Юнги.       Тот, немного отмерев и придя в себя, начинает шевелиться: берет в руки вилку, пододвигает салат ближе к себе, набирает его немного и неторопливо отправляет в рот, разжевывая. Вкусно. — Спасибо.       Мин старается снова вести себя непринуждённо, пообещав себе подумать над этим поступком, когда будет один. Точно не сейчас. В данный момент хочется смутить Хосока, как это сделал он. Хитрая улыбка сама по себе лезет на лицо. — Значит, мы встречаемся? — не звучит как вопрос, — а почему ты мне не сказал? Я бы хотел многое сделать, как пара.       Старший, нахмуриваясь, смотрит на него исподлобья. — Я сказал так, чтобы не расстраивать его.       Бред. Хосок это понимает. — Ага, конечно. Так я и поверил. — Правда. Я сказал ему это просто так.       Юнги ухмыляется. — Поздно, Хо. Ты попал.       Он знает.       Они быстро доедают свою еду, ненадолго задерживаясь в кафе, и уходят. Направляются в развлекательный центр. Походить по магазинам они могут и по отдельности, а вот повеселиться вместе будет интересно сейчас. — Куда пойдём, хён?       В планах у Юнги пострелять из ненастоящих пистолетов и погонять на байках на время. Давно хотел это сделать. Особенно в паре с Чоном.       Игровых автоматов так много, что глаза разбегаются, не в состоянии зацепиться за что-то одно.       В первую очередь они идут к стрелялкам. Простые находящиеся рядом друг с другом автоматы и подразумевают собой стрельбу по несуществующим монстрам, а именно зомби, которые несмотря на то, что мёртвые, передвигаются достаточно быстро, чтобы игроки смогли потерять здоровье и проиграть. Победит тот, кто убьёт больше всего врагов.       Интересная идея загорается в мыслях и, прежде чем начать играть, Юнги с невероятным воодушивлением рассказывает её: — Давай на желание? Выиграю я — ты выполняешь любое моё желание. И наоборот.       Задумка интересная, поэтому Хосок раздумывает меньше пяти секунд, соглашаясь. — Я думаю, что ты проиграешь. — Неа. Я выиграю. Я уверен в своих силах.       Они быстро оплачивают сеанс и начинают стрелять по разные стороны. Первое время зомби идут не быстро, давая время привыкнуть к ходу игры.       Вокруг снуют люди, некоторые также играют, кто-то просто наблюдает за другими, а Хосок и Юнги, сосредоточенные на игре, не замечают ничего, кроме врагов, которые всё наступают и наступают.       Юнги стреляет резко, нервно, в голове только мысли о собственной победе и возможное желание, которое Мин загадает Хосоку. Он даже не думает о Чоне, пока тот спокоен и полностью сосредоточен на игре и противниках.       Кажется, что игра закончится ещё не скоро, но, подняв взгляд на таймер, Юнги понимает, что остались считанные секунды. Он убил много монстров, поэтому почти не беспокоится.       Звучит сигнал, оповещающий о том, что время вышло.       Юнги, ухмыляясь, смотрит на табель подсчитывающихся очков и уже готов вскинуть руки вверх и радоваться заслуженной победе, как вдруг на него обрушивается огорчение.       У Хосока очков больше.       Младший в замедленной съёмке поворачивает голову к тому, с неверящим видом наблюдая, как на его лице появляется несдержанная улыбка.       Красиво выглядит. — Я выиграл, — озвучивает очевидное. Видеть то, как Юнги смотрит сначала растерянно, а потом подозрительно, невероятно приятно. — И теперь ты должен мне... Хм, – он на пару секунд задумывается, — купить самые красивые новогодние носки, которые я выберу.       Ну, не так уж и плохо. Юнги, честно, ожидал худшего. Но все же хотелось чего-то неожиданного, чего-то такого, чтобы стать ближе. Ведь это его план. Мин хитро улыбается, понимая, что можно хотя бы подразнить Хосока. — Хорошо. Куплю нам парные носочки, будем носить, мы же встречаемся, — он хихикает, когда Хосок смотрит с упрёком.       Его настроение моментально сменяется. Он выглядит грозным, желая убедить Юнги в своей правоте. — Ты же знаешь, что я это сказал, чтобы не расстраивать мальчика. Мы не встречаемся, Юнги, — старший начинает идти на немного отходящего назад Мина. — Ага, конечно. Тогда зачем ты это сказал? — у Юнги улыбка пропадает. Становится действительно страшно от такого Чона. И волнующе.       Хосок наступает на него всё ближе.       Мин упирается в какой-то игровой автомат сзади, и старший возвышается над ним, выглядя опаснее, чем до этого. Хосок приближается к лицу друга и говорит медленно и серьёзно, чтобы до того дошло: — Мы не пара, — глаза его горят, а голос тихий.       Люди косятся на них, проходя мимо, но парням плевать.       У них обоих сердцебиение зашкаливает, сливаясь в унисон, а колени подгибаются, когда они стоят на таком близком расстоянии друг от друга.       И Хосок не может это отрицать. — Ладно, — Юнги сглатывает, отходя от него подальше, — но мы выглядим как пара.       Хосок смотрит на него, вновь смеющегося, измученно, взглядом не соглашаясь с этим.       А самому идти сложно. Ноги трясёт.

***

— Да как ты это делаешь?! Почему я всё время проигрываю? — Юнги в глубоком недоумении. Он почти кричит на весь игровой зал, пытаясь понять, почему Хосок одерживает победу уже в третий раз, когда Юнги не может и одного. — Случайность, — Чону искренне жаль его, но младший так забавно и мило злится, что Хосок не может не засмеяться. А выигрывал он и правда случайно. — Не может быть этого. Я не хочу выполнять твоё третье желание, — Юнги скоро начнёт топать ножкой и стоить плаксивую мордашку, потому что это уже невыносимо.       Задания Хосока были не то, чтобы скучными, но точно какими-то дурацкими и странными.       После первой игры они всё же сходили в магазин одежды и выбрали ровно две одинаковых пары самых красивых новогодних носков. Юнги купил их и был очень рад оставить себе одну из них, несмотря на то, что Хосок был недоволен.       После второй игры на тех самых симуляторах гонки Юнги пришлось идти в детскую зону и, слушая упрёки взрослых и даже их детей, быстро залезть и скатиться с горки. Долго пришлось уламывать, но желание есть желание и выполнять его нужно. Буквально сгорая со стыда, он так быстро убегал оттуда. Какие-то мамочки ещё что-то кричали вслед ему, красному, словно помидор, о том, что подростки нынче странные и испорченные, а в их детстве такого не было.       А Юнги ведь не может сказать, что это желание его одноклассника Хосока, который чуть не свалился от смеха, пока смотрел на это.       И сейчас, после третьей игры, Юнги снимает свой свитер и с глупым лицом выворачивает, а позже надевает обратно. Не очень хочется ходить в одежде навыворот, но, опять-таки, желания Хосока, как победителя, надо выполнять. Это была идея Юнги и теперь только ему мучиться.       Ловя на себе странные взгляды, они идут вдоль игровых автоматов, выбирая во что ещё можно поиграть. — Юнги, уже поздно. Поэтому последний раз играем и домой. Маленьким мальчикам нужно в кроватку, — он улыбается, идя впереди Мина, потому что знает его реакцию. — Сам ты маленький мальчик. Ты старше меня всего на несколько месяцев, — Юнги задыхается от возмущения. Хосок знает, как это бесит младшего, но ничего не может с собой поделать. Доставать Мина его возрастом и даже ростом — одно из самых лучших занятий в жизни. — Выбирай.       Юнги смотрит по сторонам и, почти выбрав какой-то цветастый автомат со странной схемой игры, замечает аэрохоккей.       О да. Это то, что нужно. Юнги так много раз играл в него, что сейчас уверен на все сто процентов в том, что выиграет. Он знает множество тактик и ходов. — Вон. Пошли, — Мин берёт старшего за локоть и тащит в ту сторону, где стоит игра. — Аэрохоккей? Ладно, давай.       Они подходят к нему. Юнги выглядит странно, глаза его блестят, а пальцы немного трясутся.       Он понимает, что это его последний шанс на сегодня хоть что-то изменить и потому последнее желание. — Если выиграю я, то ты должен мне поцелуй, — неуверенная и немного нервная усмешка расцветает на лице. Юнги уверен, что выиграет. — Идёт?       Хосок хмурится, пытаясь понять, что же этот мелкий делает, но соглашается: — Идёт, — спокойно.       Хотя сердце точно не в порядке.       Парни оплачивают один сеанс. Победит тот, кто забьёт шайбу семь раз в ворота другого. Игра начинается.       Они берут в руки биты. Шайба появляется со стороны Хосока. Он подаёт первым. С замиранием сердца Юнги смотрит на то, как зелёный диск опускается на стол и через мгновение от удара летит на противоположную сторону, к Мину. Тот довольно быстро реагирует, отбивая её обратно.       Первое время непривычно. Позже становится лучше.       Пока что они играют не торопясь, лишь раззадоривая друг друга. Оба напряжены, хоть и стараются не показывать это.       Внезапный рывок Юнги, и шайба летит прямо в ворота, исчезая внутри. Гол. 1:0.       Младший радуется так сильно, а Хосок... И Хосок тоже радуется.       Чон снова подаёт. На этот раз резче, чем раньше. Чего тянуть? Самому хочется поскорее закончить эту игру и узнать, кто же будет выполнять желание.       А у Юнги голова мыслями занята, пока он раз за разом отбивает шайбу. Почему Хосок так легко согласился?       Снова рывок. Гол. 2:0.       Хосок двигается резко и быстро, а Юнги не отстаёт. Атмосфера накаляется. Даже жарко становится.       Что послужило причиной тому, что Чон принял его желание? Он мог отказаться, и тогда бы не пришлось им играть на поцелуй.       Почему он это сделал?       Хосок запускает шайбу в стенку на противоположной стороне, она рикошетит от другой и летит точно обратно. Ровно под биту Хосока.       Юнги не успевает среагировать. Гол. 2:1.       Огорчение. Улыбка с лица пропадает, но парень понимает, что это ещё не конец игры, а, значит, ещё много шансов выиграть.       Кажется, Юнги ничего так не хотел, как победить Хосока.       Он пытается зарядиться той уверенность, которая была в начале игры и вроде получается, пока не... Гол. 2:2.       Счёт поравнялся. Кажется, что до конца ещё долго. Неправда.       Хосок, хмурясь, бьёт по шайбе, посылая её в сторону Юнги. Тот выглядит так серьёзно, когда отбивает, что на секунду теряется настрой. И потому Чон пропускает шайбу. Гол. 3:2.       Пару раз диск оказывается настолько близко к воротам, что сердце пропускает удар, а потом всё заново.       Резкие движения и нервные вздохи. Гол. 4:2.       Так почему же Хосок согласился?       Кажется, что он сам не знает. Может, просто пожалел Юнги.       Тот, озвучив своё желание, выглядел таким настоящим, что сил отказать не нашлось. В тот момент на самом дне до жути красивых кошачьих глаз появилось нечто, озарившее вдруг всё рядом с ними, явившее смысл. Хосок потерял ориентир, когда смотрел в бездну, видя в ней надежду. Может, именно поэтому.       Ведь в глазах его океан. Гол. 4:3.       А если не поэтому? Что если Хосок сам хочет, чтобы Юнги выиграл? Нет, это слишком дурацкие мысли. Мин знает это и на душе становится чуть тусклее.       Рядом проходящие люди смотрят со стороны на их битву, замечая то, насколько они сосредоточены на простой игрушке, проигрыш в которой не будет что-то значить. Но точно не для Юнги и Хосока. Вновь гол. 5:3.       Всего два очка до победы. Юнги постарается, но Хосок не остановится. 5:4.       Игра становится всё острее.       Что будет, если Юнги проиграет? Он не попробует вкус желанных губ? Если честно, ему этот момент за последние несколько лет десятки раз снился во снах и сотни раз представлялся в мыслях. Слишком боязно. 5:5.       Счёт снова равняется. Вероятности выиграть у обоих одинаковые.       Юнги подаёт почти в угол. Шайба летает по столу легко, невесомо. А в груди так тяжело. 5:6.       А люди всё смотрят. Прохожие просто глядят, рядом стоящие ждут, чтобы узнать, кто же выиграет.       Хосоку остаётся последний гол, и он выйдет победителем. Выглядит донельзя решительно. Юнги смотрит на него, умоляя взглядом дать ему шанс. Он ведь согласился, значит, тоже хотел поиграть на поцелуй.       Юнги хочет зашептать "Пожалуйста, Хосок", хочет закричать, остановить игру, сделать все возможное, только не проигрывать.       Юнги хочет, наконец, поцеловать Хосока. Так долго ждал, когда же на его чувства ответят взаимностью. И, показалось, что дождался.       Старший видит. Видит в глазах напротив, понимает, что хочет дать Мину выиграть. Дать поцеловать себя и утонуть в океане. Океане таких прекрасных глаз Юнги.       Хосок всё видит, но в момент, когда Юнги на миг открывает ворота, отправляет диск прямо к ним.       Попадает. Игра окончена. 5:7.       Видимо, только показалось.       Автомат перестаёт работать. Шайба больше не выпадает, а биты не скользят так, как раньше. Словно в один миг всё стало тяжелее во много раз.       Это разбитая надежда на глубине океана.       Юнги стоит, не двигаясь, и смотрит на потухший табель со счётом. Хосок не выглядит так, будто готов прыгать от радости и счастья. Он выглядит расстроенным. Наверное, это из-за того, что Мин так огорчился. А, может, из-за чего-то другого.       Юнги правда не знает. И думать об этом не хочет. Только домой желает. Скрыться от этого позора и не выходить из комнаты, пока не пройдут праздники. Каникулы скоро начнутся ведь. — Юнги, — Хосок тихо подходит, приобнимая его за плечи и уводя от аэрохоккея. Люди ведь ждут. И плевать им на них. — Пойдём, я провожу тебя домой.       Тот не отвечает. Просто позволяет себе идти, позволяет принять помощь с одеждой. Руки как-то ослабли и говорить нет настроения.       На улице темно и холодно. А в торговом центре, из которого они уходят в поздний вечер, тепло и светло. Там стоят шикарные новогодние ёлки, там люди радуются и прекрасно проводят время.       Там Юнги хотел изменить всё. Не получилось.       До дома идти недалеко, но не хочется прощаться так скоро. Этот вечер, несмотря на произошедшее, был одним из лучших за последние несколько месяцев. Младший запомнит его.       Запомнит и то, как отчаянно хотел победить, чтобы поцеловать того, в кого безбашенно влюблен. — Юнги. Эй, Юнги, — Хосок встаёт перед ним и слегка трясёт его за плечо, а кивком потом показывает на знакомый подъезд. Они дошли так быстро, оба не заметили. — Ты как? — Чон смотрит обеспокоенно. Юнги ни слова не сказал, как они вышли из центра. Он никогда не выглядел так серо, как сейчас. — Нормально, — он вдруг поднимает взгляд и начинает улыбаться разбито, но уверенно, — я почти смог.       Он улыбается, а глаза нет.       На лице Хосока тоже появляется улыбка. Нежная и тоскливая.       Они стоят близко друг другу, что посреди громкой улицы слышат дыхание друг друга. — Я так надеялся, что выиграю, — тихий шёпот почти опаляет щёки. Юнги уже начинает разворачиваться и уходить. — Ты и так выиграл.       И в момент, когда Юнги, оборачиваясь, хмурит брови и открывает рот, чтобы спросить глупое: "Что?", горячие губы Хосока накрывают чужие родные.       Мир замирает. Смотрит на то, как взрываются ощущениями уже два влюбленных сердца.       Юнги всё же не показалось.       Несравнимо. Ни с одним сном и ни с одной из фантазий. Реальность ошеломительная и такая прекрасная.       Никогда бы не подумал, что будет целоваться с тем, кого так чертовски сильно желал, около подъезда, после совместной прогулки.       Не подумал бы, что может погрязнуть в Хосоке ещё больше, чем раньше.       Силы кончаются. Хосок отстраняется первым. Тяжело дыша и почти не в состоянии говорить, они просто стоят и смотрят друг на друга. Уязвимые и открытые. — Я проиграл тебе уже давно.       Гирлянды на чужих окнах освещают улицу разноцветными огнями. В конце декабря поистине атмосферно.       На улице до сих пор холодно и темно, но не там, где находятся лёгкие и бьются вновь два сердца в унисон. Там внутри пожар, согревающий все органы и дарящий значение.