Блинчики с мёдом.

После тяжёлого дня Итэр возвращается домой с университета, совсем без сил. На пороге его встретила любимая рыжая кошечка, которая очень напоминала его возлюбленного-Аякса. Дома пахло на удивление очень вкусно, хотя было тихо. Младший решил зайти на кухню и посмотреть, что же там. У плиты стоял рыжеволосый парень в чёрном фартуке, который готовил блинчики. Блондин решил кашлянуть в кулак, тем самым привлекая внимание. — О, солнышко, ты уже вернулся? — с улыбкой спросил старший, — Сильно устал? — Очень. Сегодня так было скучно на лекциях, а ещё и убираться в аудитории заставили, — обречённо вздохнув, ответил медовоглазый. — Тогда садись за стол. Я приготовил твои любимые блинчики и сейчас полью их мёдом. — Ты лучший... — Сора подошёл ближе к своему парню и поцеловал его коротко в губы. Совсем невинно. Итэр уселся за стол и стал ждать. Чайльд подошёл с тарелкой блинов к столу и взял баночку с мёдом, полив на блины. У младшего аж слюнки потекли, а старший как-то странно на него смотрел, хитро прищуриваясь. Светловолосый ещё не знал, что в блины было добавлено.

***

Блондин сидел на коленях Аякса, обнимая того за шею и тёрся пахом, пока тот жадно целовал его шею и оставлял багровые отметины, сжимая в ладонях упругие бёдра блондина. Сора пытался сдерживать стоны руками, но рыжик резко убрал его руку и хриплым от возбуждения голосом сказал: — Сладкий, я хочу слышать твой прекрасный голос. Из-за такого голоса своего возлюбленного Итэра новой волной накрыло возбуждение, а на штанах уже виднелось пятно. Блондин начал ёрзать, а старший рыкнул и повалил того на кровать, прижимая руки к кровати. Старший взял лубрикант с тумбы, который уже давно подготовил перед приходом блондина. Синеглазый резким движением снял штаны Итэра, вместе с боксёрами. Золотистоглазый от неожиданности прикрикнул, а потом откинул голову назад, чтобы не видеть этот стыд. Чайльд обильно вылил на пальцы половину лубриканта с клубникой. Облизнувшись, он вставил первую фалангу и медленно растягивал младшего, чтобы не сделать ему больно, хотя в штанах было до боли тесно. Когда палец стал входить легче, то он добавил к нему второй, на что блондин издал короткий стон боли, но терпел. И вот уже входит третий палец, из-за чего из глаз Соры потекли слёзы, но старший тут же начал целовать солёные дорожки, тем самым отвлекая Итэра. Не прошло и минуты, как послышался громкий стон на всю комнату. Аякс всё же нашёл простату младшего, и попадая ещё и ещё раз по ней пальцами. Медовоглазый вцепился своими ноготками к плечи старшего, чуть ли не царапая. — П-пожалуйста... войди в меня... — захлёбываясь стонами, хриплым голоском попросил блондин. Тарталью второй раз просить не нужно и он судорожно начал снимать свои брюки и боксёры. Высунув пальцы со смущающим хлюпаньем, он уткнулся своей горячей плотью к проходу, но решил всё же подразнить любимого. — Попроси, я войду, малыш. — Пожалуйста, трахни меня уже... я нуждаюсь в тебе.... Эти слова блондина были для него, как зелёный свет. Он резко вошёл наполовину, тут же начиная целовать щёчки любимого. Темп был бешеным, а крики были слышны на весь дом. Старший всё время попадал по сладкой точке своим членом. Темп становится всё медленнее и медленнее из-за приближения разрядки. Тарталья начал надрачивать Итэру, доводя до пика удовольствия. Через несколько секунд старший кончил в нутро блондина и повалился на того без сил. Они тяжело дышали, но смотрели нежно в глаза друг друга. — Я люблю тебя, Аякс. — И я тебя, малыш.