Поздняя весна не всегда тёплая

Конец весны, начало лета •••••••••••••••••••••••••••••••       Шесть месяцев пролетают ярко и стремительно, особенно когда живёшь в чужой высокоразвитой стране, где к тебе относятся с заботой, вниманием и уважением.       Тимур вернулся в родной край тёплым майским деньком, прилетев из Токио для решения кое-каких вопросов, связанных с переездом матери в Японию и продажей квартиры.       Акихиро Агава — отец Тимура, организовал Галине лечение от алкозависимости в частной клинике Пятигорска, наняв специалиста из Ставрополя.              Проживая в клинике, у Галины было достаточно времени, чтобы ещё раз обмозговать предложение отца Тимура насчёт переезда из России. В молодости, ей очень нравилось проживать в Японии, она была в большом восхищении от этой страны и планировала остаться там жить, повстречав Акихиро Агаву. Но так уж сложилось, что мистер Агава вовсе не планировал бросать свою жену ради молодой русской девушки, разбив ей сердце вместе с нереализованными мечтами.              Назло своему любимому, Галина скрывает свою беременность и улетает в Россию, запретив своему отцу — Георгию Николаевичу влезать в её дела и сообщать подлому япошке о рождении сына.       Теперь же, по прошествии двадцати трёх лет со дня рождения Тимура, она наконец-то поняла, что совершила ошибку, пустив жизнь под откос. Быть может Акихиро оставил свою жену и женился бы на ней? А почему нет? Всё возможно в этой жизни.       Приехав в клинику за Галиной, Тимур прям не узнал мать, настолько она изменилась внешне, перестав употреблять всякую дрянь. Она помолодела, стала намного красивее, вернув загубленное природное обаяние.       Увидев сына, Галина бросилась к нему на шею, зарыдала горько и больно, оплакивая свою абы как прожитую молодость и наплевательское отношение к единственному сыну.              Тимуру жаль мать, он утешает её, прощая весь негатив минувших лет, из-за которого у самого Тимура житуха была не сахар.       В Ставрополь возвращались совсем другими людьми — родными; порог квартиры переступили точно зная, что это их прошлое, а будущее обоих ожидает только светлое.

***

      Май был сам не свой. Его порядком подзаебало угнетённое состояние, когда проёбываешь нечто важное и главное. Оно ускользало от него и потихоньку рассеивалось, с каждым грёбаным месяцем, со дня отлёта Тимура.       Узнав, что Тим прилетает в Ставрополь в конце мая, Май невероятно воспрял духом, но коварные мыслишки о том, что Тимур уже возможно несвободен, делали настрой тухлым и безнадёжным.       Отправляя Тимуру сообщение с приглашением посетить его дом в дружеской обстановке, Май ожидает любого ответа, вплоть до отрицательного.              Всё это время Май сохранял с Тимуром приятельские отношения, но особо не допытывался как у того дела в личной жизни. Тимур как-то обмолвился, что он обзавёлся парочкой друзей, но из-за языкового барьера общаться было сложно, нужно было постоянно лазить в смартфон и пользоваться переводчиком.       В общем, у Тимура был адаптационный период с постижением нового и осваиванием трудно постижимого. Но он старался, трудился, учился и достиг необходимых результатов: мог объясниться с окружающими простыми фразами и, самое главное, решил остаться в Японии навсегда.       Получив приглашение от Мая, его уверенность пошатнулась, он снова стал мечтать о несбывшихся надеждах с участием любимого блондина, понимая, что поступает легкомысленно соглашаясь прийти к нему домой вечером, на следующий день после приезда в Ставрополь.

***

      Ну и стихия разыгралась на улице: порывистый ветер сгибал фруктовые деревья в саду и зелёные туи за двором. Ледяной дождь хлестал по металлочерепице, превращаясь в бурные реки, бегущие по ровному двору, вымощенному разноцветной плиткой.              Май хотел было отменить встречу с Тимом, да поздно спохватился: за пятнадцать минут до назначенного времени к его дому подъехала машина такси.              Рванув в прихожую, Май хватает с вешалки зонт и выбегает на улицу, нацепив на ноги резиновые шлёпки, перепрыгивая водяные потоки холодной воды, но всё равно намочив ноги по самые колени, пока допрыгал до калитки.              У Тима зонта не было, поэтому как только он покинул тёплый салон автомобиля, то в два счёта вымокает до нитки, портя свой стильный молодёжный вид и гладкие волосы, намытые и уложенные перед выходом из дома.              Май спешит к нему, держа над головой большой чёрный зонт, который едва справлялся со своими функциями: его белое поло и джинсовые шорты были практически полностью мокрыми. — Тим, скорее в дом! Май берёт Тимура под руку и бежит с ним в спасительное уютное нутро жилища. — Фух, ну и погодка! Забежав на крыльцо, Май складывает зонт, стряхивая с него воду, оставляя его у стены, нечего лишнюю воду в дом тащить. — В Японии тоже часто льют дожди, — говорит Тимур, войдя за Маем в прихожую. — Значит, почти как дома себя ощущаешь? — Мой дом — это Ставрополь. Я скучал по нему первое время, — отвечает Тим, рассматривая Мая, такого невероятно красивого и родного. — А я по тебе.       Сократив расстояние, Май прижимает Тимура к себе, крепко обнимая его и целуя во влажные пухлые губы, дождавшись наконец этого момента, когда он перестаёт сомневаться и делает то, что ему по душе. Держит в объятиях человека, который по душе. — Это правда?       Тиму приходится прервать такой сладкий момент и взглянуть своему солнышку в глаза, держа руки у него на талии. — Да, — Май вздыхает, собираясь с духом, продолжая, — может я и эгоист, но я бы очень хотел, чтобы ты был со мной. И плевать где: хоть в Японии, хоть в Африке, хоть в России, лишь бы ты был рядом.       Тимур не верил своим ушам! Самое главное желание в жизни того и гляди норовило осуществиться, а он стоял и хлопал глазами, вместо того чтобы сказать что-нибудь вразумительное. — Тим, ну так что, у меня есть шанс завоевать твоё доверие? Или ты уже встретил свою любовь? — спросил Май, вглядываясь в растерянные глаза напротив. — Свою единственную любовь я встретил ещё в десятом классе, шесть лет назад. Я очень сильно люблю тебя, Май, и больше не хочу с тобой расставаться.       Тимур прижимается к стройному телу парня, на миг прикрыв глаза, вспомнив бесконечно долгое время вдали от Мая. — И я люблю тебя, Тим.       Тимур радостно улыбается, слыша такие милые сердцу слова, с наслаждением отвечая на нежный поцелуй, но прерывая его через несколько секунд для озвучивания своих мыслей. — Я не могу в это поверить… я уже почти смирился, что тебя больше не будет в моей жизни… Тем более ты был счастлив в отношениях. — Вот именно — был. Тим, не забивай голову моей прошлой жизнью. Предлагаю принять ванну и в процессе этого приятного занятия поговорить о нашей совместной жизни, — предложил Май начиная стягивать с себя промокшую футболку. — Я не против.       Май берёт Тимура за руку отправляясь с ним в ванную комнату. Пока набирается вода в джакузи, парни целуются, освобождая друг друга от одежды, возбуждаясь до предела и вскоре получая удовольствие от обоюдных нетерпеливых ласк.              Погрузившись в горячую воду с пеной, молодые люди удобно устраиваются в объятиях друг друга — Май опирается спиной на бортик ванной, а Тимур ложится спиной на его грудную клетку, откидывая голову ему на плечо. — Как же я жалею, что бросил тебя… — с горечью говорит Май, перебирая влажные волосы Тима, пахнущие магнолией. — Май, мы никогда не были парой, не вини себя. — Мы должны были быть парой! Но я пипец как боялся однополых отношений, молодой был, глупый. — Ты всегда был рассудительным и умным, так что, всё хорошо, у тебя есть голова на плечах. — Спасибо. Наверное, ты прав. Но всё равно я чувствовал, что люди, с которыми я встречался — это не то, что мне нужно. Я всё время думал о тебе. — А как же Эвелина? — Она классная… но мне надоело метаться между чувствами к тебе и правильной жизнью с ней. Она уехала в Питер и не обещала вернуться. Короче, я лечу с тобой в Японию, мои родители не против. — Нет, Май. Вспомни, как тебе не подходил климат Питера, а вдруг в Японии тоже самое будет?! Тимур повернулся к Маю, чтобы видеть его глаза и говорить о таких важных вещах лицом друг к другу. — Да ничего со мной не случится, а у тебя там уже всё схвачено, новые перспективы и приоритеты. — Одно дело находиться там без тебя и начинать абсолютно новую жизнь, и другое дело сбивать тебя с привычной орбиты и тащить в незнакомую страну. Так что, никуда мы не летим и строим своё гнёздышко на Родине. — Блин, Тим, я не хочу, чтобы через энное количество лет, ты пожалел об отказе от Японии! Тебе надо сто раз хорошенько всё обдумать. — Хорошо, не буду с тобой спорить и обещаю подумать пару дней. — Ну вот, другой разговор. Май прижимается к губам Тимура вовлекая в сладкий поцелуй, уже не так переживая за решение Тимура, в любом случае, они будут вместе, хоть в России, хоть в Японии, это уже второстепенная задача, которую они решат сообща и получат верный ответ.

***

      Тимур переехал к Маю на следующий день, забрав дорожную сумку из гостиницы.       Тим даже на короткое время не хотел останавливаться у себя в квартире, сразу накатывали до ужаса неприятные воспоминания, которые он старательно выкидывал из памяти последние пять лет как негодный мусор, как что-то инородное, мешающее нормально существовать.              К концу недели пребывания в Ставрополе Тимур чётко осознавал, что улетать из России насовсем он не желает.       Он сообщает свою волю Маю, тот не отговаривает от принятого решения, ведь он тоже не хочет покидать родной город, но ради Тимура уехал бы куда угодно.       Когда Тим оповещает отца через Такеши, что остаётся в России, то получает ответ полный сожаления. Мистер Агава успел привыкнуть к своему младшему сыну и очень расстроился, что будет видеть его очень редко — Тимур не отказывается от посещения Японии, и в следующий раз можно отправиться в путь не раньше, чем через шесть месяцев по гостевой визе.       Пока бумажная волокита была в процессе, Тимур наслаждался совместной жизнью с Маем. Они оба были необыкновенно счастливы от взаимной любви и гармоничного сосуществования под одной крышей.              Вот теперь Май ощущал себя на своём месте и с тем человеком, наконец-то отбросив ненужные мысли и просто кайфуя от состояния влюблённости.       Благодаря опеке отца для Тимура открыты любые двери, в любое учебное заведение. Как когда-то хотел, он выбирает Ставропольский вуз СКФУ, факультет «Банковское дело».              Подав документы, Тимур дожидается начала вступительных экзаменов проводя летние дни с пользой и удовольствием.              Тим возобновляет свою танцевальную деятельность, снова вступив в группу «Good Night», после продолжительного перерыва двигаясь так же грациозно и пластично, будто и не покидал коллектив на целых полгода.       Его жизнь была насыщенной и беззаботной, благодаря очередным кардинальным изменениям в его нелёгкой судьбе.       Сейчас Тимуру грех было жаловаться, любимый человек был рядом с ним, они проживали вместе, проводя каждую минуту с нежностью, страстью и бесконечной любовью; впереди маячила учёба в вузе родного Ставрополя, а не далёкого Токио; его работа приносила не только доход, но и массу приятных впечатлений — он танцевал для Мая, который не пропускал ни единого выступления своего парня.       Через месяц, когда с оформлением документов на квартиру было покончено, Тимур провожает свою мать в аэропорт.       Он точно знает, что это верный выход, в Токио она будет в безопасности от самой же себя, ведь кто знает, не захочется ли ей снова испить зелёного змия и окончательно загубить своё здоровье.       Посадив маму на самолёт и отправив отцу свежие фото взмывающего в высь воздушного судна, Тимур начинает немного нервничать, ведь перелёт очень долгий и выматывающий, особенно когда летишь в одиночку.              Тимур надеялся, что матери встретится адекватный попутчик хотя бы на каком-нибудь отрезке пути, Галина была общительна и любопытна, поэтому волноваться на этот счёт не стоило.