Поздняя весна не всегда тёплая

      Несмотря на общее состояние-нестояния, просыпаться Яну было радостно, тем более когда за спиной сопел Серёга.              Медленно перевернувшись на спину, Ян смотрит на спящего парня, не сумев сдержать ликующей улыбки, которая наползала на его лицо против воли.              Вздохнув, Ян не спеша поднимается с дивана и топает сначала на кухню, утолять жуткий сушняк холодненькой минералочкой, найденной в холодильнике, а потом ползёт в ванную комнату, освежать тело, а то как-то неприятно будет предстать перед хозяином дома в неподобающем виде со спутанными лохмами и благоухающим ароматами на любителя.       Спустя полчаса, Ян возвращается на кухню, кутаясь в Серёгин махровый халат, который раздобыл у него в спальне.              Усевшись на мягкий стул-кресло, Ян попивает маленькими глоточками минералочку, одним глазом заглядывая в работающий телек на стене, а другим — в свой смартфон, почти бездумно листая праздничную ленту в соцсетях.       Мыслями он был у Серёги под боком, едва сдерживая себя заявиться к нему реально, но жутко боясь повторения старых ошибок, из-за которых Сергей обращался с ним, как с пустым местом, даже ещё похуже.       Второй раз Ян не выдержит всего того дерьма, что ему довелось пережить, сейчас, вот, водичку попьёт, дождётся, пока проснётся Серёга и свалит тихо-мирно, подобру-поздорову.

***

      Проснувшись от заливистого, многоголосого лая соседских шавок, Серёга разлепляет глаза и видит, что Яна рядом нет.       Первая мысль — ушёл втихаря, — ошпарила мозг, вторая, более здравая — дверь-то заперта, — немного притупила панику и заставила действовать.       Сергей не проверяет наличие Яна у себя дома, в любом случае нужно сначала принять душ, умыться, а потом уже отправляться на поиски, всё равно дальше Ставрополя Краснов не исчезнет.       

***

— Доброе утро!       От звука голоса Сергея, да и от его внезапного появления на кухне, Ян вздрагивает и садится прямо, убирая ноги с соседнего стула. — Доброе.       Ян рассматривает такого красивого и по-домашнему родного Серёгу, что становится невыносимо грустно.       Пожалуй, пора сваливать. — Как ты себя чувствуешь? Может обезболивающее, или уголь активированный? А может ты голодный? — с беспокойством спрашивает Сергей, посматривая на бледного Яна и одновременно наливая в чайник воду. — Всё нормально. Я не хотел тебя будить, да и уходить по-английски тоже как-то стрёмно.       Серёга усмехается и садится на соседний стул, гипнотизируя Яна своими выразительными ярко-синими очами. — Я не пущу тебя никуда. — Как это? — Ян искренне не понимает, точнее его мозг не может воспринять слова Сергея серьёзно. — Вот так, — придвинувшись ближе, почти касаясь коленей Яна, Сергей осмеливается дотронуться до его правой руки, слегка сжав прохладные пальцы. — Ян, я предлагаю тебе быть вместе. — Вау! Вот так Дед Мороз! И вправду существует!       Ян прикрывает на секунду глаза, обмахиваясь свободной рукой, так как его внезапно бросило в жар. — Ты согласен? — Серёга смотрит на него с мягкой улыбкой, затаив дыхание, чтобы не пропустить самые важные слова в этот момент. — Я уже устал так жить, постоянно думая о тебе и казня себя за скотское отношение, мне нужно конкретно знать, что ты думаешь по этому поводу.       Улыбка сходит с лица Сергея, так как Ян не выражает буйной радости, он грустен и задумчив. — Неприятно, да? Когда человек, которого ты любишь больше жизни, ни во что тебя не ставит. — Очень неприятно.       Ян улыбается краешком губ, запуская пальцы во влажные волосы Серёги, легонько их перебирая, уносясь мыслями на злосчастный ж/д вокзал, шестью годами ранее. — Когда я проводил тебя на поезд, я думал не выдержу, упаду и умру, так и не доехав до Ставрополя. Так хуёво, мне никогда в жизни не было и это несмотря на то, что у меня самый позитивный характер в мире. Боль, тоска, грусть и чернота… вот что я чувствовал и видел перед собой. Я плакал, бредя куда-то, никого не замечая и мало соображая, как жить, зачем жить… Если б не Кирюха, то я не знаю, как бы справился. Он подошёл ко мне, увидев, что я вообще не в адеквате, сказал, что тоже парня своего провожал. Он подумал, что это я от разлуки с любимым так… хотя так оно и было, только односторонне. Короче, познакомились, оказалось, нам по пути. Сели в такси, Кирюха стал расспрашивать меня что да как, а я ему взял и выложил от горя всю свою подноготную, первую любовь неудачную. — Ян, не нужно вспоминать об этом, тебе же тяжело, — Сергей проводит костяшками пальцев по его щеке, мечтая повернуть время вспять. — Как это ни банально звучит, но боль со временем улеглась и я научился жить без тебя. Кирюха дал мне бесценные советы, которым я следовал, потихоньку выбираясь из черноты и депрессии. Он молодец, сам прошёл через аналогичную ситуацию, его мама спасала, она у него умная тётенька, психологию знает от и до. Вот и мне помогли. — А сейчас, у тебя есть чувства ко мне? — Серёга задал вопрос, а сам мысленно уже ответил на него. — Конечно. Они же никуда не делись и не испарились… просто за ненадобностью притупились. Я начал встречаться с Каринкой, а с ней даже гей станет натуралом. В общем, дальше ты знаешь. — А Юля? — С Юлей я стал встречаться в шутку, чтобы тебя расшевелить. Она вообще по Маю сохнет. Но потом нам понравилось быть вместе, я даже хотел предложить ей остаться парой, но после Архыза, я передумал, так как видел, что с тобой что-то не так. — Со мной давно уже что-то не так, ещё когда в армии служил, я понял это. — И что же с тобой не так, а Серёженька? — Ян мягко улыбается, смотря лучистым взглядом на Серёгу, как тот решается, набирает побольше воздуха в лёгкие и произносит ровным голосом: — Я люблю тебя.       Ян ещё шире улыбается, возводя глаза к небу, встряхивает головой, встречаясь взглядом с серьёзным Сергеем. — Неужели я это слышу, Никольский?! Прошло миллион лет, по моим ощущениям, но я по-прежнему от тебя тащусь.       От его слов теперь Сергей улыбается открытой, счастливой улыбкой, прижимая Яна к себе, обнимая крепко, с наслаждением вдыхая запах его волос. — Прости меня, пожалуйста… Я больше никогда тебя не отпущу.       Сергей отстраняется, чтобы посмотреть Яну в глаза и воплотить свои мечты в реальность.       Обхватив одной рукой Яна за затылок, Сергей касается его губ своими, испытывая эйфорию от ответных касаний к себе. Ян обнимает его за спину, проезжаясь ладонями вниз и замирая на пояснице, целуя Сергея с упоением и жадностью, втягивая его губы и прикусывая зубами, теперь имея на это полное право.       Сергей Никольский был его любимым человеком, парнем, судьбой, и от осознания этого хотелось кричать в голос, чтобы весь мир услышал, как он счастлив!!!