Надежда на взаимность

      Шелковое постельное бельё скользило по телу, словно лёгкое облако. Гермиона перевернулась на бок, открывая глаза. Ещё ни одна ночь не проходила настолько великолепно, ей не хотелось, чтобы это время заканчивалось. Сейчас всё казалось сном, но лишь приятная истома тела и аккуратно сложенный костюм Драко на стуле, говорил об обратном.       Звуки льющейся воды, доносились из душа. Девушка потянулась и встала, надевая лёгкий халат. Теперь все мысли наконец пришли в порядок, вот что имела в виду девочка на улице. Потеря Гермионы — это вовсе не позолоченная заколка с рубинами, а любовь, которую девушка отвергла во время войны. Она закрыла своё сердце от всех и навсегда. Грейнджер погрузилась во внутренние переживания и не видела ничего кроме страданий в то время, как её друзья уже жили обычной жизнью.       За окном радостно чирикали свои утренние трели птицы. Вдохнув свежий зимний воздух из открытого окна, Гермиона села за туалетный столик, чтобы расчесать непослушную гриву. Она провела рукой по затылку и нащупала что-то металлическое. Довольно странно. Гриффиндорка точно помнила, как Драко сам бережно снимал все украшения с её тела и доставал каждую шпильку из волос.       Нахмурив брови, Грейнджер расстегнула заколку, повинуясь давно забытому жесту, и не поверила своим глазам. Семейная реликвия была прямо в руках, такая же, какой она её помнила.       Ещё одна пропажа нашлась. Но как? Неужели это действительно рождественское чудо?       Драко вышел из ванны в махровом халате, вытирая мокрые волосы белоснежным полотенцем. Он замер, когда увидел Гермиону и прочистил горло.       — Доброе утро. Как спалось?       Она подняла брови и проследила за еле видной полоской кожи его груди и живота, которую не скрывала одежда. Было неприлично так долго смотреть, но Гермиона ничего не могла поделать. Она забыла о всех вопросах и просто захотела снова оказаться с ним в постели. Лишь его тактичное покашливание и самоуверенная улыбка вырвали девушку из фантазий.       — Очень хорошо. А вот это что? — Она протянула украшение парню, показывая. Малфой смутился и его щеки покрылись густым румянцем.       — Честно говоря, я думал, что ты не заметишь. — Он почесал голову сзади и сел на кровать.       — Надеялся, что я просто буду ходить в полусонном состоянии?       — Ну да, всю ночь старался...       Гермиона закатила глаза и опустилась рядом с ним. Она взяла Драко за руку.       — Ночь была прекрасной. — Грейнджер сама чувствовала, как её глаза светятся от счастья и видела отражение своей любви в его глазах. — Но откуда здесь вещь, которую я потеряла?       — Я её у тебя позаимствовал... На время.       — Зачем? — Непонимание отразилось в её чертах, и Драко поспешил объяснить.       — Если точнее, когда во время войны вы были в Малфой мэноре, я переживал и пытался спасти тебя и твоих друзей. У меня не особо хорошо получалось, но я старался...       Шестерёнки крутились в голове Гермионы, но ей всё ещё было не понятно, что произошло. Очевидно, что Драко уже тогда питал к ней симпатию, от этой мысли бабочки запорхали в животе.       — А дальше?       Драко сильно волновался, и его выдавали подрагивающие пальцы, чтобы хоть немного успокоить нервозность парня, Гермиона гладила его руки. Проявляя, как можно больше упущенной нежности, она льнула к нему. Тепло родного тела вселяло уверенность, что всё будет хорошо. Малфой был так мил, когда смущался и ей хотелось просто расцеловать его.       — Заколка спала с твоих волос во время появления Добби и отлетела под кресло. Я не знаю точно, но видимо так и было, потому что я нашёл её уже после войны, когда был ремонт в поместье.       — А вернуть вещь хозяйке тебе не захотелось? — Гермиона села на его колени и редко моргая посмотрела в глаза. Руки парня поднялись вверх по её спине и Грейнджер подумала, что хочет провести всю жизнь в его объятиях.       — Конечно захотелось, но вряд ли бы ты это одобрила пару лет назад в Хогвартсе на дополнительном курсе.       — Очень даже зря, у нас мог быть страстный роман, стены Хогвартса бы сотряслись, будь ты более смелым.       — Уверена? — Драко приподнял брови и с сомнением посмотрел на Гермиону.       — Меня очень возбуждала твоя квиддичная форма.       — Ну что-ж раз так, я ещё обязательно примерю её. — Парень поцеловал её щеку и, запустив руку в волосы, прикусил мочку уха. Гермиона вскрикнула, когда он повалил её на кровать, но быстро обвила его торс ногами и улыбнулась.       Драко был готов буквально растаять от нежности её взгляда и не верил в своё счастье.       — Я люблю тебя, Гермиона, всегда любил. В надежде на взаимность, я оставил заколку у себя и решил, что если ты полюбишь меня верну её тебе, а если нет... — он тяжело сглотнул и несколько мокрых прядей упали на его лоб пряча глаза. Было тяжело представить, что случилось бы после отказа. — Я бы оставил украшение себе, как напоминание о твоей красоте.       — Тебе не нужно больше вспоминать, теперь я рядом и никуда не уйду.       — Я это чувствую, — они перевернулись и, зайдя за спину Гермионы, парень нежно собрал её пышные волосы и зацепил их рубиновой заколкой.       Халат медленно скатился с плеч, обнажая девичью красоту, и Драко положил руки на мягкий живот, прижимаясь своей грудью к её спине. Он медленно поглаживал и чертил узоры, которые известны только ему, пока губы оставляли мокрые поцелуи на спине и плечах Гермионы. Тихие постанывая срывались с её пухлых губ. А его рука хитро опускалась всё ниже, проводя по краю белья.       — Драко... — Так протяжно и возбуждающе, что от хрипотцы её голоса он почувствовал наслаждение.       — Что, любовь моя?       — Будь всегда рядом.       Драко хотел сказать тоже самое, но просто сжал её упругую грудь в руке и перекатил твёрдый сосок между пальцев.       Раньше Гермиона не могла даже представить, что сдержанный Малфой бывает таким нежным. Оказывается за маской парень прятал романтика. — Любое твоё желание и даже весь мир к ногам...       Второй рукой он пробрался в уже изрядно влажные трусики девушки и погладил клитор. Её голова откинулась назад и Драко хорошо видел, как веки Гермионы трепетали от удовольствия.       Сложно сдерживаться когда рядом любимая девушка без одежды, но Малфой хотел сначала расслабить её и показать свою любовь. Он потратил на это всю ночь и никогда не устанет снова и снова так делать. Драко было важно, чтобы она знала о своей значимости. — Тогда я хочу тебя.       Гермиона резко развернулась и как дикая кошка впилась в его губы. Драко ухмыльнулся и повиновался её просьбе, чувствуя, как она оседлала оголившиеся бёдра.       Она его храбрая гриффиндорка и останется такой навсегда.       За окном летали птицы и на катке играла медленная музыка. Снег кружился в замысловатом танце ветра, а влюблённые парочки молодых людей гуляли возле Эйфелевой башни и загадывали желания в Рождество.       Париж воистину город любви, потому что подарил Гермионе и Драко возможность быть вместе.