Одержимость

В старом частном доме, выполненном в традиционно-японском стиле, а именно на его кухне, хозяйничал Ханагаки. Юноша, как обычно бывает, не переодевался после школы и ходил в уличной одежде, укладываясь даже в ней спать, но в своё оправдание он мог смело заявить, что до чёртиков чистоплотный и не пачкал свою одежду каким-то нелепым образом. Ханагаки готовил гедза под биты любимых исполнителей, слегка покачивая бедрами в такт музыки.Окна как обычно оставались открытыми, весь дом пропах благовониями, которые жгут в храмах и на большинстве других мероприятий: от религиозных обрядов до похорон. Такемичи не любил этот запах, поэтому регулярно проветривал дом. Может, это было не особо правильно, но проблем со здоровьем у Ханагаки по этому поводу не возникало. Конечно, в холодное время года от проветриваний приходилось отказываться, но и запах тогда притуплялся. Юноша уже снял сковородку с плиты, собираясь переложить в глубокую тарелку, чтобы хоть как-то пообедать, но этому не суждено было сбыться, его идиллию прервала входная дверь, что с диким грохотом отворилась, а за ней показалась Хината Тачибана, которая уже успела ухватил первую попавшуюся вещь с полки и в приступе ярости отбросить в стену, звук разбившегося стекла эхом раздался по всей квартире, отталкиваясь от голых стен. —Ебучий Ханма! Как он меня заебал! — Скрываясь уже на крик, сказала девушка, из-за активной жестикуляций руками её полупальто слетело с плеч, а потом было отброшено в угол хозяйкой. Дикие возгласы и грохот стекла не шутку напугали Ханагаки, он вскочил от неожиданности, роняя содержимое сковородки на пол. —Ну ешкин-матрешкин, —расстроенно произнес блондин, украдкой поглядывая на беснующуюся по комнате Хину, затем тихо добавил, пробубнив себе под нос — «ебанный стыд..» Когда ладонь Тачибаны вновь тянулась к какой-то вещице, что собираясь и её отшвырнуть в сторону, словно тряпку, Тачемичи уже не выдержал такой наглости лучшей подруги, перехватил её запястье, останавливая. —Успокойся. Живо.— Голос юноши отдавал безмятежным спокойствием и до жути непривычной строгостью. Состроив бровки домиком, он поджал тонкие губы, обиженно цокая язычком. —Прости, я…— Тачибана виновато склонила голову вниз, осматриваясь по сторонам, стыдливо разглядывая весь ущерб, который успела нанести старой квартирке друга. Блондин с облегчением выдохнул, и наконец выпустил руку из тяжёлой хватки, а на лице вновь появилась добродушная улыбка. —Из твоего трехэтажного мата я понял только то, что ебучий Ханма тебе что-то сорвал и спишь и видишь, как бы подобраться ближе и перегрызть ему глотку. Может, расскажешь, что же произошло на самом деле? — спросил Такемичи и, решив, что уборка чуть-чуть подождёт, поставил чайник. Он знал, что ароматный чай всегда успокаивает Хинату, ведь был небольшой риск повторных приступов неконтролируемой агрессией, а Ханагаки ещё надо было где-то жить. Хината уже удобно устроилась за столом. Юноша разлил чай по кружкам и поставил одну из них перед Тачибаной, а сам уселся напротив девушки. Светловолосая подметила, что это чай невообразимо вкусный, интересно, где Мичи его достал? Но она поинтересуется этим позже, а пока долгожданный рассказ. Девушка всё же решилась и приступила к самой истории.— Я хотела признаться Кисаки-куну, но Ханма как всегда всё испортил своим, блядским, присутствием! Словно хвостик вьётся возле Кисаки! — Она снова закипала, но аромат сладкого чая так приятно бил по носу, успокаивая. —М? Не думал, что ты решишься,—сказал Такемичи и отпил содержимое кружки.— И как он вам помешал? —Заявился в самый ответственный, затем вывел меня на эмоции, да ещё и Кисаки-куна с собой увез!—Тараторила Хината, загибая пальчики, перечисляя проделанное Ханмой, и она была явно не в восторге от этого.—Мало ли что он может с ним сделать!— Вновь возмутилась она, настаивая на своём. —Ну-с, если Кисаки уехал с ним, то очевидно, что он ему доверяет. Может, они друзья или приятели? — Такемичи просто констатировал очевидное. —Да не может этого быть! Мой Кисаки-кун не такой, чтоб водиться с таким отбросом, как Шуджи Ханма. — Шуджи Ханма…Знакомое имя. — Конечно, он же с нами всю младшую и среднюю школы проучился, — объяснила девушка. — А, точно ведь… Хм, Ханма, вроде как, гопник, — сказал Мичи, задумавшись — Гопник? — переспросила Хина. — Слышал, что он в Сибуе, вроде как, шороху наводит..Или наводил. Хината, конечно, знала, что Ханма был не против подраться с кем-то, но чтоб наводить шороху в Сибуе… Тачибана начала задуматься о том, почему такой примерный, пусть и неформальный мальчик, как Кисаки, знаком с Шуджи и почему предпочел его ей. В глубине вновь начала зарождаться ревность, которая ощущалась уже физически. —Слушай, Такемичи..Ты же иногда можешь подраться с какими-то шайками. Может ты что-то знаешь что-то о гопниках в Сибуе? —Хммм… Да не особо-то и знаю. Но у меня есть пару знакомых, которые раньше состояли в тамошних бандах. —А мы можем с ними встретиться? — спросила Хина, решив, что разузнает о том, кто такой Ханма и с этим набором знаний она сможет защитить Кисаки, не дать ему ступить на тропу хулиганов и стать каким-то отребьем. —Тебе-то это зачем? Только не говори, что хочешь начать копать под Ханму, — Такемичи скосил брови. Впутываться во всякое дерьмо ему не хотелось, но и оставлять Хину одну разбираться было по- ублюдски. Ханагаки не сомневался в способностях подруги и в ее умении постоять за себя, но мало ли кто попадется ей в Сибуе, если она соберется туда. — Именно это я и собираюсь сделать, — подтвердила девушка и допила чай. «Хина…твоя одержимость Кисаки скоро перейдет все границы дозволенного..» —подумал Такемичи, чувствуя, как нутро шепчет о скором пиздеце, но парень быстро заткнул его, чтобы ночью спать спокойно. *** Район Сибуя. Район коммерции и финансов. Его заслуженно называют «сердцем и душой» Токио. Также это район бурной ночной жизни. Многогранный и нецелостный. А также в этом районе множество банд босодзоку и сукэбан. Нездешних и тех, кто вел себя излишне вызывающе вполне могли побить где-то в темном переулке, обокрасть, изнасиловать или даже убить. Но это не мешало двум подросткам стоять возле какого-то заброшенного ангара, Хината монотонно курила и медленно выдыхала дым в направлении ночного неба. Такемичи же изредка посматривал на время в телефоне раскладушке и морщился, если ветер забивал в нос табачный дым. К ребятам подъехал на мотоцикле парень, и, сняв шлем, слегка поправил свой растрепавшийся сливовый помпадур. — Извини, Такемичи, пришлось заезжать на заправку, — парень посмотрел на Ханагаки и улбнулся. — Аккун, спасибо, что приехал, — Такемичи подошел к парню и они обнялись в честь встречи. — Ты сказал, что хочешь узнать о бандах в Сибуе. Я думал, что ты продолжишь придерживаться своей политики «не вступать в банды», — Ацуши посмеялся. —Да я и не собирался от неё отказываться, этоХината решила справки навести кое о ком.Ответь на пару её вопросов, пожалуйста, — Ханагаки оглянулся на Тачибану. —О..Привет, Тачибана, с выпуска из средней школы не виделись. —Я тоже рада тебя видеть, Сендо, — Хина приветливо улыбнулась. Встречать бывшего одноклассника спустя время, с которым были приятельские отношения, оказывается, приятно. —Что ты хотела узнать? — Аккун перекрепил заколку на волосах и снова посмотрел на Хину. —Какие у вас в Сибуе банды и, впринципе, кто из здешних хулиганов выделяется? — А?.— Ацуши явно такого вопроса не ожидал. Хината хоть и умела водить байк, могла постоять за себя и курила, но какого-то интереса к движению гопников не высказывала. —Так...ну, самые известные банды — Токийская свастика и Вальхалла, но последние залегли на дно ещё года два назад, — начал рассказ Ацуши, — По-сути, сейчас район держут при себе Свастоны, я состоял в них, когда был в средней школе. Одиночных хули ганов почти нет, а те, что есть — я не смогу выделить адекватно. Есть ещё пару шаек, но с ними я не знаком лично. —А Ханму Шуджи помнишь?— спросила Хината, мысленно отмечая себе в памяти основные моменты. — Помню, конечно. Он сейчас в шестом отряде, некоторые из Вальхаллы примкнули к Свастике год назад, и он в том числе. Командиром был, но с поста сошел, вроде как. —Хм,— Хината задумалась и в её голове пронеслась мысль, за которую она тут же ухватилась.—Кисаки Тетту знаешь? —Само собой, он вступил перед моим уходом, я ещё успел его застать, тогда и вальхалловцы вместе с Ханмой пришли. Так и получилось, что Ханма- командир, а Кисаки его зам в шестом отряде. Но сейчас, похоже, Кисаки стал командиром заместо Шуджи. Хината замерла. Как это? Её прилежный и скромный малыш уже год как бесчестный хулиган? Да ещё и, похоже, командир отряда в банде, которая держит целый район? Да не может такого быть. Ацуши просто шутит над ней. —Да, я все верно сказал. Кисаки Тетта сейчас командир шестого отряда Токийской свастики,— повторил Ацуши, смотря в телефон, а после протянул телефон Тачибане, где некий Такуя подтверждал информацию и даже прислал фото Кисаки в черной байкерской куртке с золотой вышивкой. Хинате уже не было смысла отрицать, все доказательства предоставлены, да и Ацуши не был из тех, кто шутит с такими вещами. —А кто....кто глава Токийской Свастики? — спросила Хината, немного отходя подальше. —Манджиро Сано, а его зам — Рюгуджи Кен. — ответил Сендо, чувствуя себя немного неловко, наблюдая за странной реакцией девушки. *** Ханагаки лежал на своем футоне, монотонно мониторя список своих контактов в поиске нужного. Как оказалось, Ацуши по случайности удалил номера телефонов Майки и Дракена, да и почти всех Свастонов. Взгляд усталых голубых глаз зацепился за имя "Ямагиши Казуши". Такемичи слегка улыбнулся, вспоминая, как в средней школе он, Аккун, Ямагаши, Такуя и Макото наводили шороху в своей школе. А Казуши тогда славился своими обширными знаниями о гопотском мире. Юноша почему-то не сомневался, что у "Энциклопедии гопников" есть контакты глав Свастонов, в которых тот хотел состоять, но в итоге решились из их пятерки только Ацуши и Такуя. Такемичи написал привет и, получив ответ почти сразу же, начал диалог о жизни друг друга, что происходит и чем занимаются. Ну а где-то под конец попросил контакты "Непобедимого Майки", которые ему тут же скинули. Ханагаки пожелал приятелю удачи и спокойной ночи, а после приступил к напечатанию незамысловатого текста на номер Манджиро, где представился и в уважительной, но неэмоциональной форме попросил о встрече. Ханагаки не ждал того, что глава самой влиятельной банды в Сибуе ему хотя бы ответит, поэтому, только-только отправив СМС, отложил телефон и завалился спать, даже не представляя, что где-то к трем часам ночи Майки ответит ему.