Сладкий сахарный мальчик

– Лялька, – обратился кудрявый парень к сидящему омеге перед ним. Малыш Феликс дулся, как ребёнок развернулся к стенке и пилил взглядом всё, кроме Вару. Парень крутился вокруг омеги, кривлялся, разводил руками, спрашивая в чём дело и какая небылица могла испортить стол чудный зимний вечер. На памяти Вару не всплывали никакие его козни да и сегодня целый день он ничего не вытворял. Что же могло обидеть Феликса? – Лялька... – протяжно простонал альфа, сползая вниз головой с дивана и кувырком вставая на ноги. Он обошёл пару раз комнату, снова подлетел к омеге, потыкал пару раз тому в щеку и тут же убежал, когда его грызанули за палец. Потом вылез опять, только уже рука была в надёжной защите. Не зря в детстве пробовал боксёрское мастерство. Громадная перчатка была как раз в тему. Но и та не помогла, в итоге приняла роль оружия и прилетела альфе прямо... Было больно до дрожи в коленках и было больно за мужскую честь. Пару попыток вывести на разговор парня ласками или щекоткой явно вылезут синяками. В конечном итоге Вару позорно сдался, опустился рядом и протяжно застонал. – Феликс, ну уже не смешно! – заныл парень, словно ребёнок, которого беспощадно наказали. Вспомнилась родная мать, которая часто баловалась игрой в молчанку за дело или нет. Вот и Феликс сейчас считал каждую нервную клетку Вару. – Тебе двадцать гребаных лет, а ведёшь себя как дите малое. Может поговорим или ты и дальше будешь сидеть и мысленно меня убивать? Альфа распластался на диване, укладывая голову на спину омеге. Его пытались прогнать, стряхнуть чужие руки с талии, но Вару оказался настырнее. Пока Феликс сосредоточился на одном, парень воспользовался моментом, перевернув возлюбленного на спину и подмяв под себя. Перед ним показалось красное от негодования лицо. Чужие руки упирались в грудь. Попытки выбраться ломались с крахом. – И что делать будем, сахарок? – Альфа давил лыбу, понимая, что одну битву в этой войне он выиграл. Осталось дело за малым. – Ну что, лялька, давай поиграем, – Вару зажал ноги омеги, понимая, что сейчас слишком открыт и получить по достоинству было не очень хорошей перспективой. – Я делаю предположение, в чем же такой плохой Вару мог провиниться, а ты говоришь да или нет. Сойдёт? И как же Вару был рад, получив согласие. – Жалобы от соседей? – в ответ отрицательный кивок. – Ага... Тогда, возможно, опять из-за грязного белья на полу? Нет? Странно. Тогда... И это "тогда" длилось уже десять минут. Феликс продолжал отрицательно махать головой, пока мозг Вару кипел. – Я уже не знаю даже, чёрт... – прорычал альфа. – Дни рождения твоих родителей и брата я выучил. К счастью, день рождения кота помню. Да и все праздники только впереди... Годовщина что-ли? – решил в шутку ляпнуть Вару, но уж никак не ожидал увидеть одобрительный кивок в ответ. – Подожди, чего? – Годовщина первой нашей встречи... Ты тогда помог мне, – от долгой молчанки голос омеги немного хрипел. – Я думал ты помнишь. Вару не нашёл что сказать, лишь выпустил несчастную омегу, позволяя тому уйти. А ведь он прекрасно помнил ту ночь и тот пряный запах горелой карамели.