Три свадьбы и одиночка

      Сегодня у Бакуго выходной, но он настолько привык к раннему подъёму, что будильник в шесть часов утра его даже немного радовал. Кацуки поднялся с постели и направился в ванну, чтобы умыться. Пока шла утренняя водная процедура, в комнату вошёл чёрный кот с плетёным ошейником, который ему подарила Яойорозу. Удивительно, как хорошо он сохранился после почти пятнадцати лет службы.       Когда ещё ученики класса 3-А жили в общежитии, Бакуго привёл этого кота. Точнее будет сказать, что котёнок сам увязался за блондином по непонятным причинам и впоследствии старался не подпускать никого к Кацуки, не отходя от него ни на шаг. Чуть позже он всё же привык ко всем остальным и позволял гладить себя, но когда в глазах зверя горел огненный красный, что означало злость животного, все обходили его стороной. — Ну привет, мой любимый комочек шерсти, - поздоровался Кацуки с питомцем, выйдя из душа, поглаживая его по голове, на что в ответ получил громкое "мяу".       Пока Бакуго чистил зубы, животное довольно тёрлось о ноги хозяина, не взирая на то, что они были достаточно влажными. Кота абсолютно не смущала вода, поэтому он послушно купался, когда того требовал Кацуки, а также покорно сидел, пока его хозяин чистил ему зубы. Ключевым в хороших отношениях этих двоих было абсолютное понимание и принятие друг друга. Можно сказать, они были эмоциональными партнёрами, которые довольно редко проявляли свои чувства, как сегодня, уважая личное пространство, но всегда находились где-то неподалёку, хотя бы для мимолётного поглаживания или чтобы в любой момент потереться о ноги хозяина. Даже утренняя пробежка Бакуго не обходилась без пушистого друга.       На завтрак Кацуки приготовил себе яичницу с болгарским перцем, предварительно наполнив миску питомца кормом. Краем глаза Бакуго заметил конверт, лежащий под входной дверью. Он поднялся из-за стола, чтобы прочитать чересчур красочную, по мнению Кацуки, картонку.       "Приглашение на свадьбу".       "Ужас какой, неужели я дожил до того возраста, когда все мои знакомые вдруг играют свадьбы? Того и гляди все помирать начнут, хе-хе," - подумал Бакуго, усмехнувшись, но после сник от этой мысли.       По статистике, у героев средняя продолжительность жизни вдвое ниже, чем у обычных людей, что естественно, учитывая степень риска данной профессии, а так как почти весь класс Бакуго посвятил этому свою жизнь, такие тёмные времена могут начаться очень скоро, но Кацуки старался не думать об этом, а особенно после смерти Каминари два года назад.       Каминари Денки погиб при исполнении, и именно его смерть далась его бывшим одноклассникам особенно тяжко. Он был слишком солнечным, жизнерадостным и весёлым, чтобы не вспоминать о нём так часто, например, когда друзья собираются небольшой группой, чтобы поболтать. Без слёз не обходиться никогда. Вот и теперь, вспомнив о друге, Бакуго пустил слезу, думая о том, что однажды мог бы получить подобную открытку от него с Джиро. И он бы обязательно пришёл.       Убрав выступившую влагу, Кацуки стал вчитываться в текст. — Ахереть, Урарака выходит за этого тупого задрота! Я должен это видеть.

***

— Я, блять, не понял, это мальчишник или грёбаная пижамная вечеринка?! Деку, твою мать, призрак Туполицего уже несколько тысяч раз проклял тебя за такой отстойный тусич! - негодовал Кацуки, пиная подушки, почему-то лежащие у него под ногами.       Серо и Киришима посмеялись над замечанием Бакуго о Денки, несмотря на то, что его упоминание всё ещё нагоняло грусть.       Мальчишник Мидории проходил у него дома и не предполагал ничего экстримального. По сути это были обычные посиделки с выпивкой и ночёвка после неё. — Урарака там по-любому отрывается по полной. По крайней мере я полностью уверен в том, что девичник, организованный Ашидо, пройдёт как минимум взрывоопасно, - пробурчал Кацуки, отпивая пиво из банки. — Мне вполне хватает твоей взрывоопасности, Каччан, поэтому не ной и наслаждайся, - обиженно высказался Мидория, устраиваясь на полу между Тодороки и Иидой. — Ну ахуеть теперь... — Да ладно тебе, Баку-бро! - подбодрил Киришима, присев рядом с Кацуки и закинув руку на плечо. - Всё равно ведь весело.       На самом деле Бакуго вообще не планировал приходить на мальчишник Деку, но его мать заставила его это сделать. Перед свадьбой нужно было купить костюм и подготовить его к празднику, поэтому Кацуки на время приехал погостить к родителям, которые благополучно предали его, отправив к Мидории. Одной очень большой проблемой, которую Бакуго избегал последние несколько месяцев и по которой, собственно, он и не хотел идти к Изуку, был Киришима Эйджиро. Кацуки со времён первого класса старшей школы безответно влюблён в Киришиму, у которого ещё со средней школы была девушка - Мина Ашидо. Если не знать Бакуго достаточно хорошо, то из вышесказанного можно подумать, что он ненавидит Ашидо, но это было далеко не так. Он уважал её силу, уважал её неумолимую волю к чему бы то ни было, уважал её непоколебимость, жизнерадостность, оптимизм и ещё много чего. Они трое учились в одной старшей школе и вместе стали героями.       Кацуки самостоятельно провёл черту между ним и Эйджиро, но переступать её запрещалось только Бакуго, так как Киришима о ней даже и не подозревал.       Эйджиро очень сдружился с Кацуки, самым первым заслужил его благосклонность к себе, а в конце концов влюбил в себя. Бакуго слишком хорошо понимал Мину: невозможно не влюбиться в это красноволосое недоразумение, которое без конца крутиться вокруг тебя с этой яркой улыбкой и неиссякаемым очарованием.       Однажды Ашидо всё-таки заметила особенный взгляд Кацуки на её парня и пришла поговорить об это к нему в комнату.       Она постучала в дверь, после чего приоткрыла её. — Привет, Бакуго, можно войти? — Только дверь за собой закрой. Что-то хотела? — Разговор есть, - решительно произнесла девушка, присев на край кровати.       Бакуго развернулся на кресле к ней лицом. — Тебе ведь нравится Киришима, правда? Так же, как он нравится мне. — Да, - сурово ответил Кацуки, скрестив руки и ещё сильнее нахмурившись. Ему было неприятно об этом говорить. Бакуго не хотел, чтобы кто-нибудь знал, а особенно Мина, но врать он не мог, не хотел, а в данном случае не имел права. — Хорошо, понятно, но... — Хоть одно слово, похожее на "извини", полетишь из этой комнаты к хуям собачьим, подгоняемая моим взрывом, поняла? Мне не нужна твоя жалость. — Я хотела сказать, что ты мог бы хоть попытаться. Всё-таки у тебя шансов не меньше, чем у меня, учитывая то, что я с ним уже встречаюсь. — Не неси чепухи. Киришима любит тебя, а ты любишь Киришиму, и вы встречаетесь, больно нужен я в этой истории. Любите друг друга и дальше и живите счастливо, а теперь иди сюда, - Бакуго раскинул руки в стороны и встал с кресла. Ашидо быстро поднялась с места и заключила Кацуки в крепкие объятия. Бакуго легонько ответил, поглаживая подругу по спине. - Со мной всё будет хорошо, всегда был один, проживу как-нибудь, ну а теперь вали.

***

      Церемония прошла замечательно. В шаферы Мидория выбрал Тодороки, за что Бакуго был благодарен богу, но Деку всё же попросил Кацуки произнести пару слов. — Как всем известно, я - самый подходящий кандидат для того, чтобы произносить речи, - начал Бакуго, встав из-за стола. Зал залился смехом. - Но ради Уравити я постараюсь быть как можно более... не похожим на себя, - снова раздался многочисленный смех. - Так вот, стоит начать с того, что я поздравляю вас обоих, как бы трудно мне ни было это говорить, но я правда рад, что вы так счастливы вместе. Теперь не проебите это всё. Ну и напоследок хочу дать обещание, что я точно свергну Деку с первого места. — Главное не разводи для этого ферму детей, - выкрикнул Тодороки, и по залу вновь разошёлся смех. — Ничего не обещаю, Двумордый.       Бакуго сел на место под утихающие смешки. — Классная речь, Баку-бро, - похвалил Киришима. — Ещё бы.

***

Двумордый: Привет, Бакуго, у нас с Момо не так много времени, поэтому пишу тебе лично, чтобы пригласить на нашу свадьбу. Место и время я вышлю позже, просто нам нужно знать, сколько примерно людей будет. Вы: Я приду, если не буду работать. Двумордый: Отлично, а насчёт работы не переживай, я для всех выбью отгул, как и Мидория. Тогда до скорого. — Слыхал, морда? И года не прошло, как уже и эти свадьбу играют, нет ну адекватно? - обратился Бакуго к своему питомцу, поглаживая его. — Мяаааууу... — Вот и я о том же.

***

      Мальчишник Тодороки проводился в доме Старателя, которого вместе с сестрой благополучно выпроводили за порог, и проводился он с большим размахом: много дорогой выпивки, еды и хорошей музыки лично от Джиро. — Учись, Деку, каким должен быть настоящий мальчишник! - усмехнулся Бакуго.       Мидория лишь цыкнул, ничего не ответив. — Давайте набухааааемся!! - громко кричали Серо с Киришимой, утягивая Шото за собой к выпивке, пока Иида, махая руками, громко о чём-то их предупреждал.       Ближе к трём часам утра почти все вусмерть пьяные, распластавшись по полу, спали. Тодороки с Мидорией заснули в обнимку на диване, Иида, каким-то образом сложившись почти в идеальный квадрат, улёгся в каком-то углу, Оджиро и Токоями заснули сидя, оперевшись друг о друга, пока Бакуго не уложил на спины. Сам Кацуки не был слишком пьян. Он устроился за одним из столов и под спокойную музыку (Джиро умеет составлять плейлисты) ел что-то, похожее на салат, пока к нему не подполз Киришима. — Воду будешь? - спросил Бакуго, протягивая другу бутылку с жидкостью.       Эйджиро благодарно взял бутылку и выпил её почти полностью. На удивление, от этого ему стало в разы лучше, он даже начал что-то соображать. — Я скучаю по Мине, - проскулил Киришима. — Придурок, вы же завтра увидитесь. — Но я хочу увидеть её сейчааас, - захныкал он сильнее. — Какой же ты дурак, лучше иди поспи, так ты приблизишь встречу с ней. — А у тебя есть кто-нибудь, Бакуго? - вдруг спросил Киришима. — Нет, и не планируется, а вообще это тебя ебать не должно. — Но я же твой друг, я волнуюсь за тебя. Ты и так нелюдимый, но разве ты хочешь всегда быть один?       Бакуго удивлённо смотрел на полусонного, пьяного Эйджиро. Он был чересчур мил и беззащитен, Кацуки мог в любой момент просто схватить его лицо и притянуть к себе, но он давно научился сдерживать эти порывы. Очень давно. — Что ты такое говоришь? Я не один. У меня есть мой кот. — Я говорю о любви, Кацуки, о любвиии, - обиженно протянул Эйджиро, злобно зыркнув на друга. — Ну, если вдруг случиться так, что мой кот превратиться в человека, то я буду не против встречаться с ним, - усмехнулся Бакуго. — Да ну тебя, - вновь обиженно проговорил Киришима, отворачиваясь. Кацуки смеялся. — Есть кое-кто, кого я очень давно люблю и всё никак не могу забыть, как бы ни хотелось... — Ох, нет, неужели это был Каминари? - обеспокоенно спросил Эйджиро. — Нет, тупица, это ты! - крикнул Бакуго, не сразу понимая, что проговорился. — Чёрт, Кацуки...       Киришима не успел договорить. Бакуго вскочил с места и умчал прочь из дома. Ливень на улице пронизывал до дрожи и немного отрезвлял. Кацуки добежал до автобусной остановки и, обессиленный, сел на корточки, схватившись за голову. — Твою же ж маааать, - проскулил он, утыкаясь лицом в колени.       На автобусе он добрался до дома.

***

      Прошло пару месяцев полного молчания со стороны Киришимы. Бакуго всё так же работал, всё так же гулял с котом и ходил навещать беременную Очако в дом Мидории. — Ты как себя чувствуешь вообще? — Ох, всё очень хорошо, только очень кушать хочется. Милый, можешь дать мне мороженку и солёных огурчиков? — Ты чё, сдурела?! На тебя так фамилия этого дебила повлияла? Никакого мороженного, это вредно для ребёнка. Ты хотя бы одну книжку прочла из тех, что я тебе дал? Вот тебе молоко и мандарины! - Бакуго резко поставил сетку с мандаринами и пошёл наливать молоко. — Но я этого не хочууу, - захныкала она. — Молчать, женщина, будешь жрать, что я сказал, - приказал Кацуки, поставив стакан с молоком. - А я пока сделаю тебе плов с кукурузой.       Изуку кропотливо чистил мандарины для своей жены, как вдруг в дверь позвонили. Деку пустил гостей внутрь. Послышались радостные голоса. Это были Ашидо и Киришима, и оба обомлели, когда увидели Бакуго, который, предварительно уменьшив пламя плиты, вышел к гостям и, оперевшись о порог кухни, хмурился, разглядывая вошедших. Мидории, не обращая никакого внимания, продолжали поздравлять пару с чем-то, разговор о чём Кацуки пропустил. — Чё за повод? - спросил Бакуго. Мина и Эйджиро нервно сглотнули. — Киришима сделал предложение Мине! - радостно пищала Очако, легонько подпрыгивая, что Бакуго запретил делать сразу же, предостерегая её о том, что это опасно для ребёнка. — Живо ебала раздуплили и харе на меня с такой жалостью смотреть, иначе взорву обоих. И поздравляю вас. — Спасибо, Бакуго, - покорно произнесли оба, на что Кацуки лишь пренебрежительно цыкнул, после чего вернулся к готовке. Киришима последовал за ним в кухню. — Чего тебе, Дерьмоволосый? — Хотел спросить, согласишься ли ты быть моим шафером?       Бакуго повернулся к собеседнику, пребывая в глубоком шоке. Эйджиро переминался с ноги на ногу. Было видно, что он немного напуган. — Какого хрена, Киришима? — Н-ну а чего?! Ты мой лучший друг и дорог мне... Я хочу, чтобы ты был рядом со мной в такой важный для меня момент. — Значит, на мои чувства тебе наплевать, да?! Нет, мне, конечно, абсолютно похуй, потому что я с самого начала сдался, но то, как эгоистично ты себя сейчас ведёшь... Я в ахуе, Киришима! В глубочайшем ахуе! — Н-но... — Я всё сказал, Акулья морда, так что попроси Серо, а на саму свадьбу я само собой приду, так уж и быть, - сказал Бакуго, перемешивая рис. — Я хочу, чтобы это был ты, а не Серо! - сурово произнёс Эйджиро. — Твою мать, Киришима! Ты не связывался со мной четыре месяца после того, как я признался тебе! А теперь заявляешь, что хочешь, чтобы я был рядом на вашей свадьбе! Не ахуел ли ты?! — Я тебя люблю! Ты мой лучший друг! Если это не будешь ты, то никакой свадьбы не будет! - кричал Киришима.       По щекам Бакуго пустились две струйки слёз. — Какая же ты мразь, Дерьмоволосый, бесчувственный чурбан! Говорить такие слова, когда они ничего для тебя не значат... Как жестоко... — Я не хотел тебя ранить, Кацуки, прости меня... — Не зови меня по имени!!! - взвыл Бакуго.       На время воцарилась тишина. Кацуки выключил газ. — Я слишком долго люблю тебя, пойми... Я не могу, просто не могу и всё. Серо ничем не уступает мне в роли шафера, поэтому у тебя есть, кого об этом просить, но только не я, прости... — Ладно, я... Прости меня. — Мы можем быть друзьями, как и раньше, это я могу тебе пообещать. Вообще-то, это единственное, что я могу пообещать... Угх, иди уже сюда, ты ведь без этого не уйдёшь.       Бакуго развёл руки в стороны. Эйджиро крепко обнял друга. — А на мальчишник придёшь? — Блять, ладно...

***

      Киришима Мина выглядела великолепно во время церемонии.

***

— Мяаааууу... — Привет, дружок, соскучился по мне?       Кот начал нежно тереться о ноги хозяина, попутно мурча. — Мы с тобой всё преодолеем, Эйджи, клянусь. Мы с тобой против всего мира. Только вдвоём. — Мрррррр...       Бакуго ещё долго плакал, обнимая своего кота.