Какой?

Америка довольный собой вышел из здания вместе с другом. Он увидел то, что хотел и вдоволь счастлив. Всё-таки хорошая это традиция, вместо нормальных дорогих подарков на день рождения дарить что-то необычное, что вызывала эмоции намного круче чем радость. По крайней мере с этим способом не существовало плохих «подарков» вернее, они все были плохими, зато очень даже от всего сердца. Вот идёшь ты другу колечко выбирать, да оно же просто так, ну будет он его носить, не будет, какая разница. Порадуется, что золото и забудет, какие тут искренние эмоции. А так, на колено встал, предложение сделал, вот друг офигеет от такого, а если у него и девушка есть, то тогда ещё интереснее. Кстати, у России есть девушка? Он вроде только по девочкам, с того самого момента должна же была появиться хоть какая-то красавица, которая бы покорила сердце русского, или он настолько холоден и отстранён, что никакая дама в его сторону и не колышется, не дай бог ещё замёрзнуть в его окружении. Надо будет спросить потом у блондина. Америка в свою очередь вел достаточно разгульный образ жизни. Собственно, что или кто мог ему это запретить. Да никто. Родителей он особо никогда не слушал и сейчас с ними общается только на формальностях, на общество ему плевать, пусть осуждают, всё же, всё они говорят это в спину, мало кто осмелится высказать ему хоть что-то в лицо, хотя, был один человек который не побоялся. США снова вспомнил про Россию. После того вечера их первой встречи, где Штаты бесстыдно пытался воспользоваться красотой России для того, чтобы развлечься на одну ночку. Тогда его остановил Германия, но США уверен, не было бы Германии, русский бы просто дал ему в морду без лишних слов. Так вот, после этого вечера Федерация высказал американцу всё, что думает о его похождениям по партнёрам. Америка как сейчас помнит слова, которые он тогда услышал. — Ты как дешёвая шлюха. — со своим каменным лицом произнёс тогда русский. Германия стоящий рядом с ним, побледнел тогда, да собственно, и все, кто это застали. Штаты тоже был в шоке, настолько в шоке, что даже разозлиться не смог. А потом настолько не смог разозлиться, что даже влюбился. Федерация был красивым, умным, серьёзным, загадочным и недоступным, а главное — честным по отношению к другим. О себе он конечно мало говорил, но это можно отнести к скромности. Хотелось расколоть его скорлупу и узнать все тайны, что там таились. Но увы и ах, любовь жестока и коварна. Русскому американец был противен и иметь ничего общего он с ним в этом плане не хотел. После отказа, США впервые почувствовал боль от разбитого сердца, своего, как это было бы не странно. Ему нужно было время, чтобы это принять и он считает, он справился. Сейчас они хорошие друзья с Россией, он даже больше не называет его дешёвой шлюхой. Вообще русский не такой уж и страшный, как оказалось. Что было более удивительно для капиталиста, так это то, что он умеет улыбаться. Америка то думал, что все русские либо камень, либо построят такой кровожадный оскал, что только ноги уносить. А тут такая солнечная улыбка, такой только любоваться можно, через солнечные очки. — Да не парься ты, Гер. — похлопал парня по плечу американец, пока тот задумчиво шел рядом с ним. — Подумаешь, ваши с Россией отцы постоянно пытаются убить друг друга. — пожал плечами США. — В истории не было главы, где они хотя бы мирно разговаривали, так что забей. — Легко сказать. — потёр переносицу немец. — Очень легко, однако мой отец самый главный злодей этого мира, так как пытался поработить его. — Ну эгоист, что тут сказать. — Штаты бесстрастно повел глазами. Слова его звучали по детски, но не стоит забывать, что он один из тех, кто прошел вторую мировой войну, внеся в неё значительный вклад. Он знает ужасы, он знает, что такое смерть, он всё прекрасно понимает и может быстро сориентироваться, но сейчас мирное время, можно позволить себе хоть немного расслабиться, тем более рядом с другом. — Он всегда таким был. — как-то с сожалением сказал Республика, уткнувшись носом в свой шарф и понурив взгляд. — Ну и ладно, больно он тебе нужен. — улыбнулся ему Америка. — Ты и без него прекрасная и самодостаточная страна, нечего на нем зацикливаться. — Я отвечаю за него. — помотал головой немец. — Так, постой, — США слегка остановил парня, лицо его выражало простоту. — ты не виноват в его грехах, ясно? То что он делает это его проблемы, ты здесь не причем. Ты не будешь отвечать не за его слова, не за поступки и тем более за него. — капиталист закончил свой монолог очень серьёзно, глаза его на миг перестали мерцать детской наивностью, в них просияла та самая взрослая мудрость, но тут же пропала и парень улыбнулся. — Иди домой и отдохни, скоро Россия будет праздновать новый год, а вместе с ним и день рождения, отдохнем от суеты и повеселимся. — Да, конечно. — с благодарностью посмотрел на друга Германия, пока тот садился в машину и быстро заводил её, смешно морщился от холода. — Ну пожалуй и мне пора. — немец аккуратно плюхнулся в салон своего черного BMW и принялся обдумывать слова американца, попутно заводя мотор и пристегиваясь. Он был прав, Республика не должен чувствовать вину и ответственность за своего отца, хотя бы потому что тот никогда не винил себя за то что так поступил с Германией и уж точно не был ответственным во всех своих решениях, он и сейчас то не особо блещет этими двумя качествами, но всё же, что-то внутри немца заставляло его так относиться к Рейху. И он прекрасно знал что. Страх стать таким же чудовищем как он. Германия дал себе обещание, что никогда не будет таким, как его отец. Никогда. Он всегда будет вежлив и добр, он будет стараться помочь всем, поэтому он не может просто так оставить отца. Рейх конечно не заслужил такого прекрасного сына, но в это «всем» входил. — Чёртовы пробки. — немного обозлённо проговорил Республика. Дорога домой опять занимала слишком много времени, совсем не вписывалась в его график. Решив у себя в голове, что он просто свернёт во дворы и объедет весь этот сумбур, немец улыбнулся своей гениальности. Немного поплутав по дворикам, он всё же выехал ближе к дороге до дома. Этот район был немноголюден, тут в основном были парки с маленькими мостиками через проходящую по городу реку и большое количество деревьев, что цвели каждую весну. Здесь было тихо, что изрядно нравилось Республике, а главное совсем недалеко от его квартиры. Он легко засмотрелся на застывшую природу, когда проезжал мимо, как тут же надавил с силой на тормоз. Ему не показалось, или он увидел знакомую фигуру? Немного сдав назад, немец остановился и внимательно вглядеться вдаль. От удивления он даже ненадолго потерял дар речи. Поодаль, на мосту стоял Союз, лицо его Германия не особо разглядел, но в том, что это он, был уверен. Что он забыл здесь в такое позднее время? Он вроде вообще за тридевять земель отсюда живёт, разве нет? Припарковав машину за углом здания, Республика попытался подойти как можно ближе, он притаился за камнем и тут же позвонил России. Голос парня звучал немного хриплым, что удивило Германию, но думать об этом было некогда, поэтому дождавшись согласия Федерации, он включил телефон на беззвучный и юркнул под мост, в место где его не будет видно. Затаившись начал ждать, пытаясь понять, о чём говорит СССР. Монолог его был странным и местами даже непонятным, что вгоняло Республику в ступор. Он с кем-то говорит? Но второго даже не слышно, или его нет? Сам с собой? Не похоже, видимо есть кто-то, кого немец не заметил. Мысли Германии прервал еле-слышный скрип снега под шагами, он боязливо повернулся, но увидел лишь Россию, что аккуратно присел рядом, оглядевшись. — Выглядишь не очень. — умозаключил Республика, оглядывая потрёпанный вид русского, его покрасневшие глаза и печальный взгляд. — Всё в порядке? — Всё нормально. — как можно тише произнёс Россия. На долю секунды в глазах его что-то вспыхнуло, но немец решил оставить это на потом, сейчас надо понять, что замышляет Советы. — Видел его? — переключившись на более серьёзную тему, спросил у парня Германия, ненадолго поднимая голову. — Да. — так же настороженно кивнул Федерация. — Что мой отец мог забыть здесь? — Не знаю. — покачал головой в стороны немец. — Он с кем-то говорит. — Разве? — неуверенно посмотрел на парня Россия. — Да, вслушайся. — оба притихли, пытаясь расслышать слова мужчины. Союз и правда с кем-то говорил. Он выдерживал паузы, видимо ждал ответа, но собеседник молчал. Да его и видно не было. Честно, похоже было на бред сумасшедшего. — С кем он так много говорит? — удивился Федерация, недовольно посмотрев на друга. Вспомнив отца, из того и слова даже не вытянешь, а тут вдруг так много слов, в такой короткий промежуток времени, чудо. — Не знаю. — помотал головой Германия, тоже пытаясь ответить на этот вопрос у себя в голове. Внезапно Союз устало вздохнул и замолчал, заставив парней затаиться. — Пойдём, я отвезу тебя домой. — его холодный голос стал более обычным и спокойным, за этими словами не чувствовалось подвоха или скрытого смысла, это были просто слова о предложении помощи. Парни удивились. — Хорошо. Наконец они услышали голос второго, что всё это время молча слушал СССР. Германия вздрогнул, мир для него резко перестал существовать вокруг. Ему ведь это не послушались? Это точно тот самый голос? Он повернулся на Россию, чтобы удостовериться в том, что ему просто показалось, но русский ели дышал, весь бледный, он сидел с ошарашенным лицом и глазами полными непонимания. Германия догадался, что голос был реальным. Но тогда, разве может это быть правдой? Почему?