Какой?

— Вот отчёты за этот месяц, сэр. — тихо проговорила Лия, выкладывая все бумажки на стол перед Россией. С тех пор как Россия начал встречаться с Америкой, она стала холодно к нему относиться. Это русского не удивляло, но и не радовало. Он скорее чувствовал себя виноватым перед ней. Она все же заслуживала счастья. — Хорошо. Спасибо. — кивнул Федерация и проводил её смутившимся взглядом. Блондин выдохнул. Кто точно не париться по поводу Лии, так это США. Россия точно был в этом уверен. Он никогда не выглядел более радостным, чем последние полтора месяца. Все пытался удивить Россию, старался, даже с СССР начал более менее хорошо общаться. Это радовало, однако с Рейхом никто из них так особо и не сдружился. Память о войне слишком сильно резала душу. Он может и был другим, но его образ чудовища так и остался в голове парней. Союз это понимал, поэтому не настаивал и старался не сталкивать их вместе. Рабочий день уже подходил к концу и сегодня США хотел устроить что-то типа танцев, для двоих, ибо, как только он узнал, что русский не умеет танцевать, тут же изумительно затороторил про то, что этого вообще не может быть и что он обязательно его научит. Честно признаться, Федерация не сильно хотел, да и не очень любил, да и последнее воспоминание о танца было связано у него с Германией. Они так и не общались с тех пор, как Россия начал встречаться с Америкой. Союз передает ему то, что пишет Германия его отцу и русский хоть и грустит, но не волнуется за друга. Тот весело отдыхает с Данией в кругу друзей. Наверное, немцу так будет лучше. — Ну что, готов ехать домой? — весело заскочил в его кабинет Штаты. — Да, конечно. — улыбнулся Федерация, быстро собрав вещи. Взяв парня за руку, он зашагал за ним, пока тот оживлённо рассказывал о работе. --- — Я хотел потанцевать с тобой, а напился вина. — усмехнулся американец, подперев рукой подбородок. — Лучше пей. — посмеялся Россия. Он как обычно был не очень то и пьян, а вот США уже сидел с мутными глазами. Речь его уже стала развязной и сладкой, а движения мягкими. Федерация довольно улыбнувшись, уставился на Штаты. — Сейчас вырубишься или опять чудить пойдешь. Интереснее чем танцы. — Может тебе ещё и попкорн выдать? — недовольно, будто заедал слова, капиталист. — Не, на закуску не подходит. — мотнул головой блондин. — А что тебе тогда выдать? — Россия призадумался, но Штаты прервал его мысли, встав со стула и придвинулись ближе к парню. — Погоди, я знаю что. Ты же хотел посмотреть, как я буду чудить? — Что, — нагло посмотрел прямо в лицо шатену Россия. — подкупить меня своим сексом? — Лучшим сексом в твоей жизни. — опрокинул парня на стол США, придерживая ноги за белка, от чего тот смущённо выдохнул. — Конечно лучшим, — спокойно и немного со страхом проговорил Федерация. — Мне ведь не с чем сравнить. — Подожди…что? — изумлённо уставился на расскрасневшего парня Америка. — Мне никогда особо не нужны были отношения, сначала моя голова была занята проблемами страны, а потом тобой. Мне было некогда и не интересно. — приподнялся на локтях Россия. — А сейчас ты хочешь? — осторожно спросил США. — Да. — тихо шепнул Федерация и отвернулся. Честно признаться, он давно хотел этого. Именно со Штатами. Хотелось не только быть с ним, но и принадлежать ему. Хотелось почувствовать его. Его тепло. Его дыхание. Уго касания. Но полтора месяца они вели себя как милые маленькие подростки. Танцевать вон собирались. Благо Россия напоил американца и тот начал поддаваться. — Вау. — расплыдсямв улыбке США. — Я ещё не спал с девственниками. — Я тебе блядь не карточка коллекционная! — упёрся ногой в лицо парня Федерация, пытаясь его отстранить, но тот ловко схватил его ноги и приподнял за бедра, притянув к себе. Россия замер. — Вот и молодец. — вкрадчиво улыбнулся американец. — Послушный мальчик. А как ты себе это представляешь? — С тобой. — приподнял брови русский. — Ответ правильный, но мне нужно подробности. — усмехнулся Штаты. — Наверное нежно. — смутился Россия. — и приятно. Я скорее хочу, чтобы ты был главным и сам решал, что для меня будет лучше. Пока что. — Даже так. — удивился США. — Хорошо. — шатен аккуратно прикоснулся к талии парня, а затем легко схватив за руки, приподнял и втянул в поцелуй, прикасаясь к шее пальцами, тихо зарываясь в белоснежные волосы. Оторвавшись от губ, американец развернул голову парня за подбородок, губами прикасаясь к шее. Спускаясь к ключицам, рукой пробираясь под белую кофту, поглаживая мышцы живота и проводя пальцами по рёбрам. США входил во вкус. Обычно он все делал быстро и не заботясь, но сейчас почему-то каждое движение было важно. Каждый миллиметр тела должен быть по своему затронут. Так, чтобы парню было приятно. Американец хотел его. Но это странное чувство в груди. Точно, он не просто хотел его. Он хотел окунуть Россию в удовольствие больше, чем удовлетворить себя. Впервые такое чувство. И США это нравиться. Россия тяжело выдохнул, держась тонкими пальцами за рукава черной футболки капиталиста. Такого он ещё не испытывал, прикосновения отдавались щекотным чувством внутри и стягивались в узелок желания внизу живота. Тело горело и будто пульсировало. Хотелось ещё. Но американец делал все так аккуратно и медленно, казалось, он специально дразнится. США улыбнулся, заметив реакцию русского на его прикосновения, понимая что блондин уже возбуждён. Скрываясь рукой под кофтой он прикоснулся к соскам, аккуратно, словно случайно. Россия вздрогнул и тут же напрягся, приподняв плечи чуть сильнее схватившись пальцами за рукав. Американец продолжил, целуя в ушко и положив руку на начало бедра, пальцем упираясь в кость. — Приятно? — шепнул на ушко русскому Штаты, обдавая кожу горячим дыханием. — Я хочу больше. — резко взглянул ему прямо в лицо Россия, заставив парня застыть. Американец не ожидал такого, серьёзными глазами уставившись на парня. Он был милым. Желание до рыка бурей проносились по телу. США резко опрокинул его, заставив вздрогнуть. Федерация слегка испуганно посмотрел на него, но затем закрыл глаза, почувствовав приятные прикосновения снова. Шатен оголил грудь парня, губами прикасаясь к соскам, слегка покусывая их, оттягивая и сжимая. Америка отстранился, прикасаясь рукой к смущённо у парню, трогая за щеку, поглаживая по скуле. Русский будто сам ластился ближе к руке. США улыбнулся, второй рукой прикоснувшись к ремню, начав его расстёгивать, быстро избавляясь от лишнего. Штаны полетели следом, оголяя тонкие бледные ноги. Капиталист погладил голень и поцеловал его с внутренней стороны, ближе прижавшись к паху блондина. Проведя пальцем по бедру, американец расправился с трусами возлюбленного и довольно наблюдал прекрасный вид. Честно сказать, он и сам был уже на пределе, но перед Россией нужно было держать лицо. Поэтому припадая грубыми к животу, что вздрагивал от сбивчивого дыхания. США прикоснулся к члену парню, массируя его от чего тот вздохнул чуть более глубоко, чем обычно. — Ты меня соблазняет? — все же не выдержал американец, слегка отстраняясь. Россия непонимающе приподнял на него голову. — Да я даже не знаю, что делать. — пожал он плечами, а потом усмехнулся. — А что, я тебе нравлюсь? — Может быть. — наклонился к лицу парня Штаты. Федерация и не заметил, как рука капиталиста оказалась ниже и уже пальцами придавливала колечко мышц. — Аме… — начал было Россия, испуганно взглянув парню в лицо. — Не волнуйся, на самом деле, у меня кое-что есть. — Штаты моментом отразился и скрылся в другой комнате, оставив Россию родного недоумевать на столе. США мигом вернулся, держа в руках пачку презервативов и непонятный для блондина тюбик с каким-то гелем. — Ты готовился что-ли? — тут же догодавлся русский, увидев тюбик с густым прозрачным гелем. — Ты прав милый. — кивнул американец. — Не хочу сделать тебе больно. — Федерация внезапно нахмурился, понимая, что это не он тут американца для секса спаивал. Но последние слова выдернули его из раздумий. — А ты собирался? — недоверчиво покосился на парня Россия. — Нет, я на такое неспособен. — пожал плечами американец. Он вернулся обратно к России и втянув в новый поцелуй, быстро открыл тюбик, выдавив себе немного геля на пальцы. Шатен легко прислонил их к отверстию, нежно поглаживая и надавливая. Федерация выдохнул в поцелуй. — Холодная. — умозаключил блондин. — Как будто нянчишься со мной. — вызывающе сказал Россия, уставившись парню прямо в его серьёзные глаза. США приподнял брови и резко вошёл одним пальцем. Если уж Россия решил вести себя так уверенно, то и капиталист будет держать линию. — Ах… Аме… — не выдержал Федерация, всё же впервые подав свой голос, тонкий, звенящий. — Делай так почаще. — наслаждаясь этим звуком, протянул капиталист. Он продолжил двигаться, расстягивая в том же темпе, заставляя Федерацию выгибаться в спине и шептать что-то неразборчивое. США продолжал выцеловывать его грудь и шею, постепенно добавляя второй палец. Через некоторое время Штаты резко выдернул пальцы, заставив русского вздрогнуть и удивлённо, приподнять голову, пытаясь отдышаться. — В меня это, — испуганно начал было Россия, смотря на то, как капиталист натягивает презерватив. — не войдёт. — Поверь мне, — усмехнулся США. — в тебя ещё и не такое войдёт. — Что?! — вздрогнул Федерация. — Не переживай, — ласково поцеловал парня в ушко Штаты, тихо пристраиваясь. Он старался гладить Россию и успокаивать поцелуями, но тот вздрагивал от каждого движения, словно осиновый лист на ветру. — тебе понравиться. — русский кивнул, разрешая войти и шатен этим воспользовался. Как он и говорил, он сделал все аккуратно. — Постарайся расслабиться. — прошептал американец поглаживая вздрагивающего парня. Первый раз всегда больно, этого не отнять, но это ощущение боли стоит того, чтобы продолжить и получить наслаждение. Россия это вскоре понял, когда все же расслабился и позволил Америке двигаться чуть свободнее. США выдохнул, сам этого момента боялся, а смотря на болезненное лицо Федерации, так вообще виноватым себя почувствовал, но теперь, когда парень под ним все же расслабился, камень будто упал с плеч. Капиталист немного приподнял парня за спину, от чего таз блондина поменял градус. Русский взглянул на него вопросительный взглядом, не понимая зачем это было сделано, но после первого такого толчка, в голове образовался туман от приятного тягучего чувства. — Аах… — простонал Россия, запрокидывая голову. — что…что ты сделаал…? — в ритм толчкам, выдохнул Федерация. — Ничего особенного. — заторможенно проговорил США. Блондин слишком сильно туманил разум. Его тело, лицо, голос, всё это смешивалось в одно большое чувство возбуждения, заставляющее американца едва держаться на ногах. Он никогда и не думал, что в его жизни появиться человек, который будет иметь над ним такую власть, которая по душе Штатам, которой он готов подчиняться безоговорочно. Россия уже потерял счёт всему, что можно было считать. Время перестало для него существовать. Кто бы мог подумать, что это так приятно. Тем более, когда партнёр знает что делать. Это определенно было плюсом. Хотя, было немного стыдно признаваться американцу в этом, но попробовать то хотелось. И он не пожалел, не пожалел, что отдался ему. Его теплые руки блуждали по телу, как будто искали больше мест, для доставления удовольствия, а каждое движение внутри, ударялось в голову, что та кружилась от этого безумно приятного ощущения. — Аме…я. — начал было блондин, пытаясь посмотреть парню в глаза, тот серьёзно, сглотнув, обратил на Федерацию внимание и тут же пожалел об этом. — Я бы втрахнул тебя в этот стол. — опустил голову США, прикрывая глаза челкой. — Нее-ет. — смущаясь, отвернулся блондин. — Я… — Я знаю. — провел пальцем по его члену Штаты, довольствуясь мгновенной реакцией. Россия вздрогнул и зажмурился, прикрыв рот рукой, чувствуя, как скоро все возбуждение внутри него выльется наружу. Запачкав себе живот, парень откинул голову, чувствуя, как внутри все сжимается, однако американец не остановился. — П-подожди. — испуганно посмотрел на него Россия. — Аме! — слишком хорошо, внутри было горячо, а всё ощущения будто набрали новую силу, становясь её более резче и приятнее. — Амер-рика! — простонал Федерация. — Я не м-могу…ха… США не выдержав этого вида и голоса, всё же закончил. Тяжело смотря на русского, что быстро дышал, лёжа на столе, слегка подрагивая. — Салфетку? — после недолгого молчания, продолжил американец. — Очень любезно. — отрывисто прошептал Россия, потихоньку успокаиваясь. — Мой отец учил меня манерам. — сняв презерватив, проговорил Штаты. — А трахаться тоже он тебя учил? — открыл глаза блондин. — Мммм…слава богу нет. — открестился американец. — Я уберу всё это, а ты вытрись. — он быстро застегнул штаны, и схватив нужные предметы, удалился кинув напоследок. — И не садись, я сам тебя донесу до постели. — Чего? — изумился русский, недовольно оглядывая проем двери, где исчез капиталист. Вытерев все, он смял салфетку и прицелившись, попал ровно в мусорку, радуясь своим талантам. — А почему садиться нельзя? — удивлённо спросил он у пришедшего Америки. И не дождавшись ответа всё же присел, но тут же лег обратно, руками схватившись за край стола. США обеспокоенно подбежал к нему так быстро, насколько смог. Ноги были ватные. — Все, понял. — Дурак. — выдохнул Штаты, и приподняв парня на руках и легко поцеловав в макушку, бережно понес в спальню. --- — Это тебе дом второй что-ли? — недовольно прошипел британец, смотря на то, как Союз по хозяйски расхаживает в его кабинете, наливая чай в дорогой сервис, который кстати тоже был собственностью Великобритании. — Я у тебя каждую неделю бываю, — пожал плечами Советы. — давно знаю где у тебя все заначки. Кстати, можно печенье, оно там, в верхнем ящике? — британец зло посмотрел на него, а затем прикрыл глаза рукой, выдохнув. — Возьми. — проговорил англичанин. — И мне чай сделай. — Хорошо. — Отчёты сдал? — смирившись, спросил блондина Великобритания. — Да, у тебя на столе. — утвердительно кивнул Союз. — А сейчас он на лечении я так понимаю? — Да, сегодня должен приехать. — так же согласился СССР. — Ты просил привести его, наглядно показать тебе. — И где? — развел руками Британия. — Японская Империя должен привезти его. — пожал плечами русский и подошёл к мужчине, поставив чашку. — Где-то сейчас. — взглянул он на настенные часы. Как по приказу, в дверь постучали. — Войдите. — громко проговорил англичанин. В дверь вошли. — Кто вы? — удивлённо уставился на мужчину Великобритания, переглянувшись с СССР, что так же ничего не понимал, но взгляд его был насторожен. И не зря. — Британия, ложись!