Ты встал на его сторону?

Неподвластная Чонгуку полиция Вашингтона рано или поздно узнала бы о незаконных действиях его группировки. Но это произошло так неожиданно, словно за ним велась скрытая слежка последние несколько лет. Всё-таки у них было достаточно доказательств. Поэтому и местные американские шерифы, полиция, прокуратура и суд стремятся как можно скорее закрыть его в местах лишения свободы и хоть как-то сохранить своё лицо. В конце концов всё ясно. Он сознается, если припереть его к стенке. Улик более чем достаточно. Но есть одно важное но: между его противозаконными действиями и явкой с повинной должно пройти как минимум несколько месяцев, чтобы он сам признался в том, что он делает, зачем всё это делает, прикрываясь полицейским жетоном, что он скрывает помимо своих тайных махинаций и сделок с местной полицией. На эти вопросы пытаются ответить четыре человека: следователь, прокурор, адвокат и судья. Мистер Чон Хосок. Статный, высокий мужчина на вид лет 35-ти, будучи начальником, старшим следователем отдела Корейского посольства в Вашингтоне, он не сталкивался с подобными происшествиями. Как же он, наверное, растерялся, с другой стороны, любой растерялся бы, узнав, что полицейский может творить такое за спиной у других, подвергая многомиллионный город в наркотический хаос. Журналисты, унюхав об этом, устроили бы такой разгром. Столько бы статей полетело про некомпетентность вышестоящих органов власти, которые позволяют такие незаконные действия своим сослуживцам, пускай и в другой стране. Да действительно, Чонгук производил впечатление настоящего мужчины. Однако как же получилось, что он через поколение властвует целой наркоимперией? Нечего и сравнивать. Если рассуждать с позиции старшего следователя, под чьим началом находится три следователя по особо важным делам, то произошедшее было всего лишь фактором халатности и упущения властей. --- · Господин старший следователь, приехал подполковник. Его впускать? · Понял. Нет, я сам спущусь к нему в кабинет. Высшее начальство: Эммет Мёрфи, начальник главного полицейского управления префектуры посольства Америки. · Срочно проходи в мой кабинет. Тебе поручается расследование дела корейского копа Чон Чонгука. На втором этаже располагались все подразделения административного департамента. Хосоку, работающему на пятом этаже, редко доводилось ходить по этим коридорам. А уж в кабинете начальника он был лишь однажды, сразу после своего повышения. Но он не чувствовал волнения. С каждым следующим шагом его всё больше переполнял гнев. Почему нужно было отрывать его с расследования, которым он занимался несколько месяцев? Конечно, новое дело очень серьёзное. Ведь Чонгук находился под строгим надзором в центральном управлении. · Разрешите войти? Чон вошёл в кабинет. Поднявшись с роскошного кожаного дивана, его приветствовали трое: верхушка полицейского управления. Начальник главного корейского управления Сон Чона, глава административного департамента Еён Шицу, глава уголовного департамента Сияно Моджи. Все трое были чиновниками из национального полицейского агентства. · Скажите, вы же близко общались с Чонгуком? · Да нет, я всего лишь слышал его имя и знал, как он выглядит, по фотографиям из машин возле складов. Но личных контактов у нас не было. · Так это даже лучше. Опустив подбородок, Еён придвинул к Хосоку лежащую на столе толстую папку. Личное дело. На первой странице — краткая биография, срок службы в полиции. В послужном списке — полицейские участки, несколько подведомственных учреждений. · Но как же моё расследование? — возмутился Чон. — Я убил на это несколько месяцев, а вы мне предлагаете сейчас лететь в Корею и гоняться за этим придурочным. В центральном управлении тоже есть опытные исследователи. · Что? Поручить это им? — Моджи вытаращил глаза. — Ты вообще понимаешь, что это за дела? Полицейский — наркоделец! · Понимаю, но моё нынешнее дело тоже... · Да, мне доложили о нём. В чём проблема? Всё решаемо и без твоего участия. Идите и занимайтесь новым делом. Хос покинул полицейское управление посольства на служебном автомобиле. Поскольку было уже поздно, вызывать закреплённого за ним водителя было не обязательно. Ему надо было ехать на собственный участок. По приезду он вошёл в центральное управление закреплённого за ним района и посмотрел на часы. Ровно два ночи. Поднявшись на третий этаж, он открыл дверь в уголовный отдел. Все без исключения поднялись со своих мест с застывшими лицами. Во всех управлениях к старшему следователю по особо важным делам относятся с особым почтением. Руководящими должностями помимо начальника и заместителя считались должности старшего следователя, криминалиста и следователя по межрегиональным делам. Но когда случались происшествия, вне зависимости от стажа в должности, старший следователь пользовался огромным авторитетом. И получить право занять этот пост мог только человек из состава отдела по особо важным делам, расследующего исключительно громкие дела. · Нет времени. — отодвинув предложенную ему чашку чая, исследуя за старлеем уголовного отдела, поспешил в старую часть здания. Они зашли в маленькую комнатушку с парочкой шкафов и стульев. · Рассказывай мне. Что под него копают? · Улик на самом деле предостаточно, чтобы при его появлении на американской стороне сразу же закрыть на несколько лет. · Ясно. — опустив голову, произносит Ким. — Знаешь, каждое расследование представляет собой книгу. Подозреваемые — герои этой книги. У каждого из них своя история. Однако герои не могут выйти из книги. Только тогда, когда мы раскроем её, они смогут что-то рассказать нам. Понимаешь, о чём я? · Да, сэр, но поскольку преступление совершено сотрудником полиции, нужно придумать тактику общения со СМИ. В связи с этим, хотя с точки зрения процедуры допроса это беспрецедентный случай, придётся начать с самого начала. · Всё, что они копают под него, не должно просочиться. Наплети что-нибудь, придумай. Я вылетаю сегодня утром в Сеул. У тебя есть неделя. · Понял. Сделаем. Выходя из участка, Чон направляется к телефонной будке, стоящей в двух кварталах от отдела. Закинув банкноту, набирает номер. · Алло. Передайте ему, что я вылетаю сегодня утром. — бросает трубку. Вызывая такси, едет до дома, чтобы отдохнуть перед вылетом и собрать чемодан. Как по расписанию, в 8:00 утра он уже стоит на стойке регистрации в аэропорту Невады (Калифорния). Пролетев 11000 километров, только к позднему вечеру Чон приземляется в Сеуле. Поймав такси от аэропорта, едет через лесные массивы в центр города. Достигнув места назначения, выходит напротив высотной многоэтажки. Зайдя в свою квартиру, тут же хватается за стационарный телефон, оповещая человека на другом конце провода о том, что он уже на месте. В ответ слышит лишь слова согласия и адрес, на который он должен приехать в ближайшие сутки. --- Хорошенько отоспавшись, Чон ранним утром следующего дня выезжает по назначенному адресу. Направляется за город. Подъехав к достаточно большому зданию, спрятанному за деревьями и другими маленькими постройками, Хосок смело минуя охрану, входит на террасу, где сидит Чонгук. · Приветствую, хён. Как долетел? — непринуждённо, не отрываясь от чтения текста в ноутбуке, произносит Гук. · Закрой рот и слушай меня. Они выдернули меня с насиженного места, чтобы пасти тебя. Почему я должен постоянно прикрывать твою задницу, находясь за 1000 км!? — возмущается Хосок. · Ну, дядя-Чон, не ругайся. · Ты хоть понимаешь, что сейчас происходит!? Если тебя поймают, я уже не спасу. Под тебя копают, придурок. И не твои подкупные крысы, а американские агенты из Калифорнии. · Такие как этот? — показывает на появившегося в дверном пролёте Тэ. · Да ты ебанутый что ли!? В этот раз тебе не получится подкупить слезливой историей о прошлом! А если бы послали не меня, а кого-нибудь другого!? Тебя тут же прямым рейсом отправили бы в тюрягу, блять! Хвала всем богам, что я на хорошем счету в посольстве и они в жизни не полезут проверять, что я такой дядя. Тэхён стоит в шоке. В голове наконец-то сложился пазл, кто до сих пор прикрывает Чона-младшего с американской стороны и почему он всё ещё жив. · Ему вообще можно доверять эту информацию? — смотрит в упор на ахуевшего Тэ. · Ну, ты же сам помогал мне его искать. Я уверен в нём. · Столько проблем от тебя... Забочусь о твоей заднице только из-за брата. Ты всё-таки мой единственный племянник. Валить тебе надо, куда угодно и как угодно, но только без моего участия. Я поеду в ваше Корейское посольство и буду играть дурочка всё это время. · Хорошо, я всё организую в ближайшие два дня. · Вот мой новый телефон. Звони сюда, когда покинешь страну. И чтобы ни писка! Прекращай поставки и продажу на время. Закрой рынок. Переведи бабки на поддельные белые счета, чтобы всё было легально. Я устал удалять из базы ебальники твоих придурков. Ты думаешь, наркоконтроль такой тупой, что не пошлёт кого-то за твоей башкой или не заподозрит неладное в местных крысах? · Сделаю. Только не кричи. · Я поеду пока, узнаю, что там намечается. — отдавая листок с номером в руки, покидает террасу. · Сука, надо же было в такой семье родиться!? Они барыги и долбаебы! — возмущаясь, мужчина садится в автомобиль и уезжает в неизвестном направлении. · Чонгук, что мы будем делать? · Дорогой, ты любишь Гавайи? Полетим туда на время, пока всё не утихнет. Снимем домик. Отдохнём. · А как же запрет на вылет из страны? · Ну, я всё-таки не бедствую. У меня есть личный самолёт и своя взлётка недалеко от суда. А дядя что-нибудь придумает, скажет, что я покинул страну ещё до передачи дела в его руки. Он сам, и мы с тобой будем в безопасности. — успокаивающе поглаживает чужую руку, лежащую у него на плече. · Хорошо. Давай только без риска. Не хочу, чтобы и мне припаяли сговор с преступником и отослали в карцер навечно. · Разве тебе никогда не хотелось побывать на тёмной стороне? — поворачивая голову через левое плечо, смотрит на Техёна. — Почувствовать себя плохим мальчиком, бегающим от полиции? · До встречи с тобой — не особо! · Ну ладно, не возмущайся. Лучше беги собирайся. — отпуская чужую руку из своих объятий, произносит Чонгук. --- Через два дня Хосок приехал в отдел, соединяющий посольство между двумя странами. В коридоре, объединяющем допросные комнаты и уголовные кабинеты, было безлюдно. Прежде Чон не приходил сюда. В душе были разные чувства: раздражение, тревога, но, наверное, никогда ещё он не чувствовал себя настолько загнанным в угол. Ответственность за сохранение репутации полицейского управления посольства была возложена на его плечи. Но его больше грызло непонятное ощущение неопределённости: либо, не выдавая своей личности, браться за расследование дела, либо помочь племяннику — чуть ли не единственному человеку, который у него остался из семьи. Это ещё больше добавляло угнетённости ситуации. · Чон Хосок, твою мать! Как ты его упустил?! · Что? Вы что имеете в виду, сэр? · Этот мудила каким-то образом умудрился свалить из страны. Хосок медленно выдыхает, не выдавая свои эмоции. Усаживается на стул и медленно, рассудительно начинает повествовать: · Вы мне передали его слишком поздно. Я не успел полностью ознакомиться с делом. В отделе здесь мало кто прошарен в этом. Просто дайте мне время, и я его найду. --- ``` Несколькими часами позже. ``` Парочка приземлилась на острове, окутанном тёплым воздухом, исходящим от океана, свежими фруктами и ароматами масел, вещающими в воздухе. · Боже, Чонгук-ка, здесь так красиво. Я никогда не был здесь. — проходит в их «временный» дом с панорамными окнами. — Я надеюсь, здесь нас не найдут. · Будь уверен. Не переживай за меня так. Я довольно удачливый парень. Уверен, с тобой она не покинет меня. — подходит ближе к любующемуся видом Техёну и приподнимает за талию. · Подожди, я сначала на пляж. Хочу увидеть океан. · Хорошо. Выбегает из дома, направляясь прямо к берегу океана. Чонгук разбирает чемоданы, развешивая все вещи по местам в шкафу спальни. Через стекло, выводящее взор прямиком на улицу, замечает сидящего на песке Техёна, который уже несколько минут, не двигаясь, смотрит в одну точку. Выходит из дома, подплывая к младшему. · Всё в порядке? · Даа, но... · Но? · А как понять фразу твоего дяди про мой подкуп слезливой историей? Почему он именно так выразился по отношению ко мне? Ты и вправду меня подкупил, чтобы обезвредить на время? · Я изначально думал, что ты в это всё не поверишь. — чётко произносит Чон, усаживаясь рядом с Тэ на песок. — Я сначала хотел по-другому начать наш с тобой разговор тогда: запугать по максимуму, чтобы ты даже шевельнуться не мог от страха, нагрубить, уничтожить морально, сделать всё, чтобы ты ко мне не приближался больше, проклинал меня, ненавидел. Потому что понимал, что впоследствии после встречи со мной всё будет плохо. — опускает голову, вырисовывая узоры на песке. — Я готовился к этому морально, пока ты не отправил меня в обморок. Услышав такие слова в свой адрес, Тэ потихоньку отодвигается от сидящего рядом с ним. · Да ты что, издеваешься надо мной, что ли!? Ты так играешь на моих чувствах, да? Хочешь вызвать у меня жалость к себе? Ты хоть понимаешь, сколько я своих нервов потратил, не спав ночами, выслеживая тебя? Сколько мне всего пообещали за твою голову! Я как идиот поверил тебе! — вскакивая с земли, отходит в сторону, вытирая мокрые щёки. · Стой... Куда ты! — повышает голос на уходящего от него Тэхёна. — Я понимал, к чему приведёт всё это. Не хотел тебя втягивать. Понимаешь? — ловит за руку и притягивает к себе, обхватывая двумя руками лицо. — Но после того, как ты меня спас, я понял, что больше не могу тебя упускать. Как тогда в детстве. Я ничего не смог сделать, когда твоя мама уехала, забрав тебя у меня. · Ты подлый, лживый скот! Я больше не поверю тебе! Ни единому твоему слову! — кричит Тэхён, пытаясь убрать чужие руки со своего лица. · Ротик прикрой! — приближается губами и целует без спроса. Пытается пролезть внутрь, но его не пускают. — Сейчас наговоришь, а потом будешь жалеть. · Да я... я... Чон снова не даёт договорить и целует, уже настойчивей. Пальцами надавливает на скулы, чтобы рот самопроизвольно открылся. И у него это получается. Завладев, хозяйничает внутри. Обвивая горячими, сильными руками талию, парализует её. · Я не отпущу тебя больше. Я долго искал, мучался, чтобы вот так просто ты ушёл сейчас? — отрываясь от губ, говорит Чон. — Если ты меня ненавидишь, я заставлю влюбиться. Заставлю полюбить снова. · Не нужно... — шепчет Тэ, смотря в глаза напротив. · Ты хочешь, чтобы я ушёл из твоей жизни? · Нет... Не нужно заставлять... я... я и так уже влюблён... — поддаётся ласкам и придвигает ближе. · Я даже и рассчитывать на это не мог... — обнимает ещё крепче, буквально лишая воздуха. Подхватывает на руки и несёт в дом. Кидает на кровать, вжимая телом в матрац. Оставляет бурые пятна на шее и выпирающих ключицах. · Я... я не уверен, что смогу удовлетворить тебя. — отодвигает Чонгука от себя в сторону, оставляя между ними небольшое пространство. · Я покажу тебе, как мне нравится... иди сюда... Давай ко мне на коленки. Тэхён послушно меняется с ним местами, оказываясь на коленях. · Расстегни рубашку... Потрогай меня. Почувствуй мой пресс... — Тэ выполняет всё, еле дыша от собственного возбуждения. Проводит рукой по накачанной груди, ощущая напряжение в воздухе. Чон впивается пальцами в бёдра, крепко сдерживая их. От чего Тэ от неожиданности стонет. · Не хочешь прокатиться на мне? · Мечтаю... — тянет тот, стягивая с себя лёгкую пляжную майку. Чон приподнимается вместе с сидящим на нём Тэ и ногами стаскивает совсем ненужные сейчас джинсы, выпуская колом стоящий член наружу. Техён ахает, почувствовав на своей пояснице горячую плоть, которая прижалась к нему. · Он так сильно хочет тебя, малыш... Удели ему внимание. Тэ, спускаясь вниз, видит перед собой немалых размеров член. Теперь он может разглядеть его со всех ракурсов. Ведь в прошлый раз из-за темноты в комнате он мог его только чувствовать внутри себя. Младший берёт его в руку и сжимает головку у самого кончика. Делает всё так же, как делал себе, когда от недостатка чужого внимания проводил эксперименты над собой. Играется с уретрой, проводя по ней пальчиком. · Возьми в рот... — нервно шепчет Чон, жаждущий ласки и мокрого тепла на своём члене. Тэхён впервые в жизни пробует на вкус член в своём рту. Это так непривычно, необычно для него. Но эти ощущения придают невообразимый прилив наслаждения только от одного вида этой картины. · Нравится?.. — рычит Чон, наблюдая за действиями снизу. Тэ качает головой, погружаясь всё глубже. Ускоряет движения языком внутри, представляя, как сейчас приятно и мокро его парню. Немного переусердствовав в наборе глубины, давится и краснеет ещё больше. · Тшш... малыш, не торопись. Наслаждайся моментом. Делай с ним что хочешь. Мне любые твои пожелания будут приятны. · Тогда я хочу почувствовать его в себе без растяжки. И я хочу стоя, напротив этого зеркала. — указывает пальчиком на зеркало, встроенное в стену, — смело заявляет Тэ. · Ты меня удивляешь всё больше и больше... — облизывается в предвкушении, понимая, что его ждёт. Чон встаёт с кровати и сажает на свои бёдра Тэ. Младший схватывает талию ногами и хватается руками за шею, чтобы не упасть. Чон прислоняет его к холодному зеркалу. Тот ёжится от приятных мурашек, пробегающих облачком по всему телу. Чонгук на весу резко, без предупреждения, входит в него, используя лишь природную смазку. Тэхён стонет от неприятной боли и матерится на всю комнату. · Малыш, ты сам хотел этого. Я могу остановиться. Ты только скажи. · Я и сейчас хочу... п-продолжай... Чон начинает плавно двигаться, чувствуя, как стенки раздвигаются внутри. Насаживает, выбивая из того стоны и всхлипы. · П-повернись спиной к зеркалу... хочу видеть своё лицо, когда ты трахаешь меня. — просит младший. Чонгук тут же поворачивается, открывая обзор на шикарный вид своей спины. Тэ, держась руками за шею, чтобы не упасть, облизывает её, покусывая выступающие от напряжения венки на ней. · Вот теперь только попробуй сказать, что уйдёшь от меня. — грозно произносит Чон. — Видишь, как твоё тело реагирует на меня? — показывает взглядом на сочащийся член, бьющийся об чужой живот в такт толчков. Тэхён краснеет ещё больше, сталкиваясь лицом к лицу со своим возбуждением. Чонгук, вспомнив пожелание Тэ, опускает того на пол. Разворачивает к себе спиной и нагибает, позволяя тому видеть своё отражение в зеркале. Входит настолько глубоко, насколько это возможно. Рычит от узости, ускоряя темп. Тэхён опирается обеими руками о стекло, оставляя на нём отпечатки своих пальцев, чувствуя, как оно трясётся от быстрых, размашистых движений. Чон проскальзывает другой рукой вниз и обхватывает чужой член, быстро надрачивая, двигаясь сверху вниз. · Тебе нравится то, что ты сейчас видишь? · Очень... ахввхзаа... я хочу видеть это к-каждый день, круглые сутки... Тэ специально не прикрывает глаза, хотя так хочется... Он видит каждое движение Чона на своём теле и от этого ещё больше возбуждается. · Смочи его, п-пожалуйста... — откидывая голову на чужое плечо, говорит Тэ. Чон, не прекращая бешеных толчков, выпускает член из руки и подносит её ко рту. Демонстративно выпуская язык наружу, облизывает фаланги, смачивая их. Возвращает руку на место. От такого зрелища Тэ готов кончить прямо сейчас. Но этому не даёт сделать чужая ладонь, полностью накрывая весь ствол. · Ты кончишь только тогда, когда я позволю, понял? Тот машет головой из стороны в сторону в знак согласия, жалобно мыча. Чон задирает одну ногу Тэ так, что моментально попадает по простате, без особого труда найдя её в таком положении. · Б-блять, Чонгук-ка... аххааххваахаа... — кричит уже не в силах сдерживать себя. — Либо ты перестаёшь мне дрочить, л-либо кончай быстрее... я уже не могуу.. ахааах... · Уже не могу остановиться... Сделаю вид, что я этого не слышал. — рычит Чон. · П-пачка, остановись... п-пожалуйста, аххаавахх, я конч... ахх... В глазах Чона читался откровенный ахуй после услышанных слов. Игнорируя просьбы, он ещё больше раззадоривает. Резко выходит и также резко вводит обратно, срывая своё имя с губ младшего. Убирая наконец руки с чужой промежности, хватается руками за талию Тэ, сильно сжимая её, на что получает болезненный крик вперемешку со стонами удовольствия. Пара финальных толчков — и оба одновременно извиваются: один на зеркало, другой на чужую поясницу. Тэ, стоя на ватных ногах, пытается сдвинуться с места, но тут же падает без сил. Благо его успевают поймать и уложить на постель. · Блять, ты затрахать меня до смерти решил?! — восстанавливая дыхание, спрашивает Тэхён. · Мы даже до моего временного рекорда не дошли. — смеётся тот. · Да иди ты! Я ходить вообще смогу нет? · Ну, поковыляешь денёк, а там нормально будет. · Всё ещё не могу привыкнуть к такой быстрой смене обстановки. Не могу поверить, что ещё месяц назад я сидел в отделе, мечтая тебя убить, а сейчас трахаюсь с тобой до потери пульса, наоборот боясь, чтобы тебя не стало. Всё так быстро... · Если собираешься жить со мной, готовься к этому. Вдруг зазвонил мобильный телефон, лежащий неподалёку на тумбочке. Посмотрев на отображающую надпись на экране /дядяЧон/, тут же берёт трубку. · Слушаю тебя. · Ты где сейчас? · На острове, далеко отсюда. · Короче, дела плохи: они выяснили, что ты съебался из страны, и мониторят тебя по всем аэропортам. Я надеюсь, ты не настолько слабоумный, чтобы лететь на гражданском? · Нет. Я со своей взлётки поднялся. — немного отдышавшись, говорит Чон. · У тебя на примете есть люди, похожие на тебя в точности и по возрасту, и по внешности? · Есть, мой двойник Хве Йонг. · Ты хочешь, чтобы менты от тебя отстали навсегда, но при этом не потерять деньги? · Конечно, что за вопрос! · В общем, я выяснил, что твоё лицо особо нигде толком не светилось, только издалека из машины, и то в плохом качестве. Так что они тебя даже не отличат. Выбирай: либо твои ребята по твоему приказу имитируют твою смерть и мы обставляем это как суицид в попытке избежания наказания, либо я лично с ним договариваюсь, и он сдаётся вместо тебя. Предлагаю ему ежемесячные выплаты в счёт моральной компенсации, пока он сидит, и неприкосновенность от других сидящих ебланов. Но ещё предстоит куча судебных разбирательств и прочая волокита. · Я хочу остановить всё это и больше не возвращаться в эту сферу. Лучше пусть будет имитация. И все, в том числе и я, забудут про всё это как страшный сон. — обнимая сидящего рядом Тэ, чётко говорит Чонгук. · Хорошо. Я принимаю твой выбор. А что будем делать с деньгами? · Я уже всё перевёл на разные левые счета и половину на твой — за прикрывание моей задницы. Так что банкротами не останемся. · Не стоило, конечно. Но спасибо. Деньги никому не помешают. Звони начальнику своих амбалов. Только с твоего разрешения они начнут действовать. · Хорошо. Удачи тебе, дядя-Чон. · И тебе. Всё-таки ты не ошибся в выборе того пацана... Он сделал тебя человеком. --- · Алло, Ли Чон, заканчивайте всё это, я выхожу из игры... · Будет сделано, сэр.