WYRD

Ким уводит альфу из поселения в глубь леса. Омега долго просто идёт молча, хмуро поглядывая на Уёна, а Чон пытается собраться с мыслями, после услышанного. — Как так могло произойти? Хонджун усмехается. — Сан же рассказывал тебе про нашу звериную форму, верно? — Воин кивает. — Ну так вот мы её показываем только в двух случаях — или что бы потом убить, или, когда выбрали себе пару. — Пару? Но я думал, что у вас запрещены браки. Сонхва сказал, что вас уводит судьба… — Ну, он теоретически не соврал. Встретить свою пару — тоже судьба. — Но почему тогда только в двух таких случаях? — Потому что показывая облик мы устанавливаем связь. Это своего рода плата за наш дар. Единственный вариант разорвать её — чья-то смерть. — Даже когда выбрал пару? — Уён спотыкается. — Нет, конечно. — Омега фыркает. — Зачем убивать того, кого любишь и оберегаешь ценой собственной жизни? — Эм… Но Сонхва тогда меня увидел первый раз… Я не думаю, что он меня любит…  — Я понятия не имею, чем он думал когда это делал. Ты вообще предназначен не ему. А он — не тебе. Теперь расхлёбывает… — Что это значит? — Альфа замирает и напряженно вглядывается в чужое лицо. Хонджун чертыхается понимая, что сболтнул лишнего, но списывает это на излишний стресс. В любом случае кашу заварил Сонхва, вот пусть с альфой своим сам и разговаривает. — Я не могу сказать больше чем сказал уже. — Раздраженно отвечает омега. — Одно знаю точно — он выбрал тебя. Теперь выбирать тебе. — Ким кивает на домик что находится за его спиной. — Вы должны поговорить. Уён кивает и делает шаг к крыльцу, но Хонджун укладывает свою руку ему на плечо. — Не сомневайся. Ты поймёшь, что нужно сделать, когда придёт время. Омега уходит, оставляя Чона одного. Уён входит в дом и застаёт Сонхва спящим. Осторожно усаживается на кровать и рассматривает мягкие черты омеги — он больше не в облике рыси и это не может не радовать. Ёсан пояснил, что в такой форме они лучше залечивают раны. О том про какие раны говорил омега Уён догадался — его последний сон, бледный Сонхва, пальцы на его груди… Хонджун сказал, что Пак его выбрал, и теперь очередь альфы. Он совершенно не сомневается, что хочет остаться с Сонхва, но в то что этого хочет и сам омега до сих пор не верит. Чон аккуратно отодвигает чёлку открывая обзор на спящее лицо ведуна. Да и ведуна ли теперь, если утратил одну из форм? Пак хмурит брови и открывает глаза. — Уён? Альфа молча кивает и берет ладонь омеги в свою, поглаживая тонкие пальцы. Сонхва покусывает губы и смотрит растерянно. — Ты правда выбрал меня? — хрипло произносит Уён. Пак кивает, и Чон прижимает чужую ладонь к губам, целуя нежно. Сонхва расплакаться готов — он понимает, что Хон уже рассказал что-то альфе, но понятия не имеет что именно. — Ты позволишь мне стать своей судьбой? Я знаю что мы не предназначен друг другу. Но теперь связаны. И знаю, как разрывается связь, так что если… Договорить альфа не успевает как омега подпрыгивает на кровати и льнёт к альфе. Утыкается носом в плечо и всхлипывает. Уён немного удивлён, сердце колет от такого разбитого Пака и поэтому он пересаживает омегу себе на колени, прижимая и успокаивая. Спустя некоторое время Чон приподнимает омегу за подбородок и заставляет посмотреть себе в глаза. Сонхва шмыгает носом, на щеках блестят дорожки от слёз. — Ты уйдёшь со мной? — Вновь спрашивает альфа и Пак кивает. Уён улыбается нежно и касается чужих губ. Он готов урчать от удовольствия, чувствуя, как Хва ему отвечает. Омега под его пальцами отзывается на каждое прикосновение и распаляется, начиная постанывать. Он разворачивает Сонхва к себе лицом и углубляет поцелуй. Тот стонет громче и начинает ёрзать на чужих коленях, возбуждаясь и возбуждая. Альфа прикусывает сосок через ткань рубахи и рычит собственнически. — Никому тебя не отдам. Даже если судьба вновь изменится. — Больше не изменится. — Почти задыхаясь отвечает Пак. — Я только твой. Слова нравятся альфе, он вновь рычит и переворачивает их, аккуратно укладывая Сонхва спиной на кровать. Стаскивает одежду с себя, помогает раздеться омеге. Припадает поцелуями к тонкой шее, которую открывает Пак, трётся носом, впитывая чужой аромат и бормочет: — Ты пахнешь Лунными слезами. Сонхва улыбается и тянется к губам альфы, увлекая в новый поцелуй. Чон целует глубоко и очень нежно, спускаясь рукой к ягодицам Сонхва. Осторожно раздвигает их и вводит один палец. При всей славе ловеласа, опыта у него не так много, и он скорее чувствует, чем знает, как быть. Омега влажный — естественная смазка выделляется обильно, и пахнет так что крышу сносит. Уён отрывается от Пака смотрит на раскрасневшиеся щеки и припухшие губы, ловит блестящий взгляд и возвращает такой же. Сонхва разводит ноги шире давая лучший доступ и Чон растягивает его уже тремя пальцами, аккуратно на столько насколько позволяет выдержка. А она уже подводит. Пак обхватывает лицо альфы, заставляя заглянуть себе в глаза и шепчет: — Хочу тебя. Чон верит — слышит, как хлюпает смазка в разработанной дырочке, а потому прикусывает губу омеги и отстраняется. Смазывает колом стоящий член и осторожно входит в омегу. Сонхва распахивает рот в немом крике и выгибает спину, пугая альфу. Тот хочет отстранится, но Хва вцепляется пальцами в его руку и скулит полузадушенно: — Мне не больно. Мне слишком хорошо. Альфа кивает и входит до конца замирая. Пак зажмурился — в уголках глаз скопились маленькие слезинки. Уён целует омегу в подбородок, спускается к ключицам и переходит на грудь, замечая косой шрам. Касается нежно его губами, понимая, что он предназначался ему, а не омеге. И надеется, что сможет отплатить своими чувствами за всё что Пак по его вине пережил. — Двигайся. Всё в порядке. Чон еще раз целует полоску шрама и приподнимается над Сонхва встречаясь глазами. Немного выходит из жаркого нутра омеги и скользит до упора выбивая первый громкий стон. Уён двигается плавно, наращивая темп толчков. Сонхва вцепляется в спину альфы своими пальцами, подмахивает тазом и целует везде куда достаёт. Уён громко стонет — Пак под ним выглядит просто прекрасно, его хочется залюбить и заласкать. Воин накрывает его своим телом, пачкая их животы предсеменем, что сочится из аккуратного члена омеги и каждый раз старается проникнуть глубже. В доме становится слишком жарко, дыхание сбивается у обоих, а тела блестят от пота. Омега не выдерживает ритма, что взял Чон, и кончает, захлёбываясь в немом крике. Уён приходит к оргазму немногим позже и проталкивает свой узел глубже внутрь Сонхва, вновь заставляя его кончить, и начинает вязку. — Я люблю тебя. — Альфа шепчет еле-еле, но Хва всё слышит. Улыбается робко и открывает шею. — И я тебя. Уён целует его нежно, а затем вонзает свои клыки ставя метку и связывая их окончательно. Уже утром, они возвращаются в поселение встречая хмурого Хонджуна и волнующегося Сана. Последний в прочем перестаёт волноваться едва замечает широкую улыбку Чона и краснеющего Сонхва. Ким же оглядывая парочку только вздыхает и протягивает Паку еще один сломанный амулет. — Ты знаешь, что делать. Сонхва кивает, забирая из рук старшего половинки и подходит к костру, что разведён в центре деревни. Шепчет что-то и бросает фигурку в огонь. К ним подходит Ёсан, протягивая узел, в котором собраны вещи Пака и некоторые травы. Хва сердечно благодарит его и извиняется за доставленные неудобства, на что Кан только отмахивается. Сонхва возвращается к Уёну и переплетает их пальцы, чувствуя, как альфа сжимает их в ответ. Они прощаются и Пак выводит альф обратно к камню. С деревней омег для него покончено. Едва альфы скрываются за поворотом гордая осанка Хона распадается, и он устало выдыхает. — У них всё будет хорошо, да? — Ну ты же запихал ему свой амулет в вещи. — Усмехается Ким разворачиваясь к Ёсану. — И несмотря на то что они не были предназначенными изначально — Уён любит его. Ты ведь знаешь, что иногда любовь сильнее судьбы… Кан кивает и переплетает свои пальцы с пальцами Хонджуна.