Записки мертвецов

"…Об этом сейчас мало кто помнит, потому что человеческая память коротка. Пыль забвения полностью стирает из памяти события, казавшиеся когда-то важными, всего через пару-тройку лет. Что уж говорить о тех, которые случились 40 лет назад! Известно ли вам, дорогие читатели, что широко известная ныне старшая школа Собу, которая пользуется в нашем городе прекрасной репутацией, не так уж давно имела далеко не столь благообразную предшественницу? С 1947 по 1975 год на том же месте, где сейчас стоит Старшая школа Собу, существовало совершенно другое учебное заведение — младшая школа Тензин. За два года до её закрытия, в начале 1973 году, в стенах школы бесследно пропали медсестра Шинозаки и её дочь Сачико. Последовавшие расследования и поиски не привели ни к каким результатам. Исчезнувшие в итоге были признаны судом пропавшими без вести, а дело закрыто. Скорей всего, они были бы забыты через пару лет, но, к сожалению, трагические события в школе на этом не закончились. За 1973 год в течение учебного года в школе один за другим пропали ещё семь её учеников. Жители Чибы требовали от властей найти убийцу, в противном случае горозили сжечь сначала школу, а после — мэрию и полицию. Муниципалитету не оставалось ничего другого, кроме как начать поиск виновного в страшных преступлениях. На его поиск были брошены лучшие криминалисты не только Чибы, но и Токио. И после месячных поисков подозреваемый в серийных убийствах был найден. Открывшаяся истина ужаснула всех. Душегубом оказался директор школы Тензин, который вначале по неосторожности убил школьную медсестру. Свидетельницей её смерти стала дочь медработницы по имени Сачико, которую директор также убил, дабы устранить единственного свидетеля. Убийство было совершено при помощи подручного предмета — канцелярских ножниц для резки бумаги. После совершенного злодеяния директор спрятал трупы в подвале школы. На почве двойного убийства он повредился рассудком, от чего у него начала развиваться прогрессирующая паранойя. Во всех учениках он стал подозревать свидетелей его преступлений, готовых на него донести. И он начал методично отлавливать и убивать тех, кто вызывал у него малейшие подозрения. Причём делал он это с особой жестокостью. Своих жертв он сначала связывал по рукам и ногам, а после у беспомощных вырезал ножницами язык, дабы лишить их возможности дать показания полиции. Как установила посмертная судмедэкспертиза несчастных, причиной смерти каждой из жертв была кровопотеря. Директор был изобличён и арестован. Впоследствии он признался во всех убийствах, предстал перед судом и был приговорен к смертной казни через повешенье. Но даже после его смерти страх и ненависть жителей к школе Тензин был так велик, что мэрия, не считаясь с расходами, приняла решение её снести, а на освободившемся месте построить новую школу. Так в Чибе появилась старшая школа Собу, построенная на руинах Тензин словно Феникс, возродившийся из пепла. Правда, и до сих пор в городе ходят глупые слухи о том, что души погибших учеников до сих пор не упокоились с миром. Говорят, они находятся среди нас и мстят живым за те муки, которые были причинены им много лет назад…"

***

Поскольку неизвестно как попавший в этот мир газетный лист «Чиба ньюзмейкерс» дальше был залит давно засохшей кровью, Хачиман скомкал его и небрежно бросил под стену, чуть не попав в скелет какого-то бедняги в истлевшей школьной форме, давно уже нашедший свой конец в этом тёмном коридоре. — Журнашлюхи…- подумал Хикигая. — Пишут всякий бред. Что полезного в этой статье? Как сюда попала эта представительница жёлтой прессы? В ней одна вода и ничего по сути… Лучше бы собрали все эти «глупые слухи» воедино — глядишь, среди бредятины нашёлся бы один дельный совет, как отсюда выбраться. Кстати насчёт воды… Если мы её не найдём в ближайшее время, долго нам не протянуть. Он посмотрел на Юи. За прошедшее с момента их перемещения время Юигахама несколько свыклась с их безысходным положением и, по его оценке, держалась молодцом. Но вот оптимизма ей это никак не прибавляло. Видимо, она всё ещё считала себя виновницей того, что с ними произошло и этот комплекс вины лишал её хоть каких-то поползновений в сторону возможного спасения.

***

В тот день Юи пришла в клуб позже обычного. Юкиношита заваривала чай, а Хикигая был занят чтением очередного ранобэ, когда дверь распахнулась и сияющая, как июльское солнце Юигахама влетела в их серый клубный быт. — Йахалло! — воскликнула она. — Твоё имя случайно не Шизука? А фамилия- не Хирацука? Тогда почему ты не стучишься, прежде чем войти? — сердито спросила её Юкиношита. — Юкинон, Хикки — привки! — не обращая внимания на выпад президента клуба продолжала сиять Юи. — Я сегодня пришла к вам не с пустыми руками! — Камисама, — пронеслось у Хикигаи в голове, — только бы не печенье. Второй раз дегустацию её выпечки моя печень не выдержит. Видимо, что-то почувствовав, Юи посмотрела сначала на Хикигаю, а потом на Юкино. — Это совсем не то, что вы сейчас подумали! — заявила она.- Помните, я говорила, что хочу чтобы мы всегда были вместе. Ну и вот… С этими словами Юигахама вручила Юкино свой планшет, который она только что извлекла из сумочки. Юкиношита отставила в сторону любимый розовый чайник, взяла гаджет в руки, нахмурилась, а после начала читать вслух. «Заклинание на вечную дружбу: "Сачико, просим вас!" Вырежьте из бумаги фигурку человека. На фигурке напишите имя «Сачико». Каждый из друзей должен взяться за одну из частей фигурки, после чего все участники ритуала обязаны прочитать заклинание столько раз, сколько человек принимают в ней участие. После этого участники рвут фигурку, оставляя у себя тот клочок бумаги, за который они держались. Участники ритуала после этого всегда будут вместе и не расстанутся во веки веков». Королева подняла взгляд от тачскрина и вопросительно посмотрела на рыжую одноклубницу. — Юи… с каких это пор ты стала посещать мистические группы на фейсбуке? — спросила она. — Ой, Юкинон… Там ведь много такого-всякого интересного, я раз зашла почитала, второй…ну и втянулась. Ведь это, как его... А, вот! — «Есть брат Горгонио такого много, что и не снилось нашим мудрецам». Юкиношита вздохнула. — Горацио, на самом деле. Брат Горацио… Лучше б ты Шекспира читала, Юигахама. Толку было бы больше. И что ты от нас хочешь? Юигахама посмотрела в пол и густо покраснела. — Юкинон, Хикки… я так люблю вас обоих… в хорошем смысле, не подумайте чего. Я хочу, чтобы мы всегда были вместе. Давайте проведём ритуал. Хачиман и Юкино обалдело посмотрели друг на друга. Хикигая прекрасно понял намёк, который ясно читался в глазах президента клуба и начал импровизировать на ходу. — Юигахама… Как вполне сознательный участник нашего клуба, ты ведь понимаешь, что мистика- это не более, чем расхожие глупости всяких необразованных людей. Японское общество прекрасно сочетает в себе поклонников множества религий — синтоистов, буддистов, мусульман, христиан. Но вот религии мистицизма не существует. Знаешь почему? Потому что она — бред. Опиум для ума, Юигахама. Из мистики, как правило, не произрастает ничего путного, только тоталитарные секты наподобие «Аум Сёнрикё», которые мучили и убивали людей. Юи смотрела на Хачимана и глаза её медленно наполнялись слезами. — Хикки… Это так жестоко… Я не ожидала, что ты так отреагируешь на моё предложение. Ведь я хотела только, чтобы мы всегда были вместе. Я не представляю свою жизнь без вас с Юкинон… Сердце Хачимана дрогнуло. Плачущей Юигахаме он абсолютно не умел отказывать, так же как Хамакуре, клянчущему у него внеочередную порцию кошачьего корма. Он посмотрел на Юкиношиту. Судя по выражению лица, та пребывала в полной растерянности. «Чёрт, опять мне придётся принимать решение за всех. Благо, в этот раз оно не настолько серьёзное». — Ладно, раз ты так слёзно просишь — давай сделаем это. Исключительно с целью доказать несостоятельность подобных глупостей — произнёс он и снова посмотрел на Юкиношиту. — Вот как? А я вот решительно против подобного мракобесия! — отреагировала президент клуба волонтёров. — Не хватало нам ещё в стенах клуба поощрять всякие вредные антинаучные концепции! Противовречащие не только постулатам науки, но и элементарной логике! Юигахама посмотрела на Юкино влажным глазами, полными толи слёз, толи надежды. — Юкинон ты меня не любишь? — просто спросила она. Юкиношита чуть не упала со стула. — Я? Тебя? Не… Камисама! О чём ты говоришь? Ты… моя лучшая подруга. — Тогда, наверное, ты не любишь Хикки? — опять спросила она. Юкиношита густо покраснела и опустила глаза. — Юигахама… прошу тебя не углубляться в подробности моей личной жизни. Кого я там чего — это моё сугубо личное дело. — В таком случае- сделай это для меня. Хикки ведь уже согласился. Хачиман хотел было возразить против такого легкомысленного вывода, но… передумал. Потому что он знал как минимум 108 случаев, когда с девушкой легче согласиться, чем доказать ей что она не права. Он посмотрел на до сих пор красную как рак Юкиношиту и тихо прознёс: — Юкино, да соглашайся ты уже. Может ей так действительно будет легче. Давай сделаем как она просит. Исключительно с целью показать несостоятельность всяких оккультных штучек. - Вот и чудно! — обрадовалась Юи. — Я и фигурку Сачико заранее вырезала, вот смотрите. С этими словами она достала из сумочки бумажную фигурку и заставила их взяться за неё руками. Глядя друг на друга они порвали фигурку Сачико и трижды прочли заклинание. А после потеряли сознание и очнулись… здесь. …Обветшалые деревянные стены. Прогнившие и местами проваленные полы. Закрытые двери, которые не дают возможности выйти наружу. Вечная тьма за окнами, которые не возможно ни открыть, ни разбить. Журнал класса 2-А младшей школы Тензин, найденный в одной из классных комнат. И всюду — следы ужаса и смерти. Кровь на стенах и на полу. Скелеты давно умерших, одетых в обрывки школьной формы. Растерзанные или расчленённые не так давно трупы со следами жестоких пыток. И полное отсутствие еды и воды. Странные звуки в дальних концах школы. И странный, исходящий из ниоткуда фиолетовый свет время от времени. Но даже не это было самым страшным. После того, как они пришли в себя, Юкиношиты с ними рядом не оказалось. И все её поиски ни к чему не привели.