София

**** Софья не собиралась становиться стервой – она уже давно ей была. Просто умело это скрывала. Думала, что это лишь забава, а настоящая она – это тихая, угодливая девочка. Но только лишь после боли, Софья осознала, что её настоящая сущность – это стерва. Да, можно говорить вечно, что стерва – это труп коровы, но…не в этом ли смысл. Назвать человека стервой, значит называть его бесполезным стухшим куском мяса. Это слово очень точно описывает Софью. Она чувствовала себя бесполезной тушей, с которой можно делать всё, что угодно, но изволь платить за это удовольствие! Изволь потом не обижаться, если эта туша постоит за себя, когда ты её ненароком обидишь. Если Софья и чувствовала себя сгнившей внутри, это не значит, что снаружи всё очень заметно. Девочка хорошо играла на публику, а свою душу открывала ничем не примечательной книженции. Хоть она и не приглядна, но была очень ценна для Софьи. Она её лелеяла и хранила как зеницу ока, ведь не дай Бог кто увидит её настоящую сущность… Девушка сидела голой перед зеркалом и разглядывала свои недельные шрамы на спине. «Дорогой дневник, я считаю, что теперь меня можно назвать настоящей принцессой. Ведь только настоящая принцесса может полюбить боль такой какая она есть..» Оторвавшись от письма, Софья любовно посмотрела на свой новый шрам, что проходил у неё вдоль ключицы, прямо до ложбинки грудей. Его она получила вчера, когда с братьями, в основном с Максом, подожгли теплицу в королевской усадьбе. «…она знатно горела, за что я получила 10 ударов.» - писала Софья в тетрадь. *** То, что Лидия, а именно так звали ту «прислужную шалашовку», не исполнила его, Макса, указаний – никого не волновало. Никого, значит одного Макса. Он не смотря ни на что стал с ней встречаться. Хотя встречаться – это громко сказано. Он ей умело пользовался. Умело и тихо, как может только Макс. Имей Софья хоть какие-то моральные ценности, она бы не стала делать то, что делала. А именно, подглядывать за этой сладкой парочкой и за Лидией в целом. Ей не было стыдно, когда она видела, как эти двое занимались сексом на сене, или когда Лидия принимала ванну одна. В последние моменты Софье хотелось выйти из своего укрытия и придушить девушку своими руками. Она знала, что делает неправильно, подглядывая за братом, тем самым нарушая его личные границы, но ничего не могла с собой поделать. Её будто тянуло на все места встречи этой парочки. Ноги сами неслись в их сторону. Её гложило чувство вины перед Максом, но она никогда не могла оторвать взгляд от него и от девушки рядом с ним. Он вёл с ней себя как истинный джентельмен. Укрывал, когда было холодно, говорил ласковые слова и осыпал комплиментами. Всё это заставляло Софью ещё больше ненавидеть Лидию и хотеть причинить той хоть какой-нибудь вред. Чем она и занималась в свободное время. Ведь теперь его предостаточно. Братьям на Лидию было глубоко наплевать, ибо они её не знали и поэтому могли свободно наслаждаться жизнью не под командованием Макса. Но Софья это не устраивало. Да, она влилась в их мужской коллектив. Да, она стала там, почти, в доску своей. Но! Какой в этом смысл, если Макс стал часто пропадать неизвестно где со своей «драгоценной» Лидией? Точнее ей-то, Софье, известно где, но не в этом дело. Без Макса их дружная компания разваливается на не менее дружные кучки. И хрен их соберёшь вместе, если ты не Максим Земсков. Поэтому, перед Софьей стояла очень важная задача – устранить соперницу. Точнее просто Лидию. Ведь соперницей её девушка не считала, зная себе цену. Но это, если не брать в расчёт чувства, возникающие в горле у Софии, когда она видит Макса и Лидию вместе. Ладно. Стоит признать, что Софья не так жестока как кажется. Хотя нет, всё же жестока, но она не глупа. Поэтому всё то, что она вытворяет очень сильно сказывается на её эмоциональном здоровье. Она понимает, что делает всё неправильно, ведь это даже не по-христиански. Софья была атеисткой, но одному правилу она собиралась следовать всю жизнь: - Брат и сестра не могут быть вместе; Для Софьи это переводилось, как «смотреть можно, но не трогать», чем она, собственно говоря, и занималась. Была и вторая причина, по которой Софья не спала все ночи. Точнее эта причина помогала ей избавиться от ревности, что пожирала её с тех пор, как она увидела Макса с Лидией вместе. За несколько месяцев, находящихся в раздумьях, Софье понравился лишь один придуманный ею план. А нравился он ей потому, что она продумала и просчитала всё до мелочей. Она, Софья, должна слабо привязать кирпич на крыше дворца. Привязать прямо над тем местом, где любят гулять наши голубки. И вот, проходя однажды, Лидии нечаянно на голову упадёт кирпич. И тут, как повезёт, либо морг, либо реанимация. Да, на словах план не очень идеален, ведь надо рассчитать время (секунду в секунду), коэффициент случайности, скорость скольжения кирпича по крыше и скорость ходьбы нашей парочки. Но, поверьте, всё это уже сделано, ибо София размышляла об этом не первый день, а уже 6 месяц.