Воспитательные методы генерала

      Но только не в глазах Александра. Это предложение настойчиво подсказало ей сознание и, конечно, девушка старалась опровергнуть непривычные мысли. Ей действительно так важно в его глазах выглядеть сообразительной? Или точнее, выглядеть в его глазах, как можно лучше- может быть, даже лучше, чем она является на самом деле. Но разве это плохо – желание быть лучше? Это ли не двигатель прогресса и мотивация к большим достижениям? Алина удивилась своим мыслям. В последнее время она изучала много литературы, о которой раньше и не слышала. Это заставляло смотреть на вещи часто иначе, чем раньше – наверное, даже глубже.       Впереди показалась гладкая поверхность озера, в сумерках оно приобрело красивый тёмно-лиловый оттенок. Алина остановилась, погружённая в собственные размышления и залюбовалась изумительной картиной летнего вечера. Будто специально громко шагая, на опушке появилась Виктория. - Как прошёл урок? – Вежливо поинтересовалась она. Алина перевела задумчивый взгляд на девушку, рассматривая её. Она была своеобразной загадкой. Алина не любила загадки. Ей нравились чёткие линии карт, известные всем факты и понятные повороты старинных дорог. Ей не нравилось гадать и не нравилось толковать прозрачные намёки. - Хорошо, - соврала она – Багра была милашкой. - Неужели? – Вскинув брови спросила Виктория и рассмеялась заразным смехом. Алина не сдержала собственный смешок. – О, видимо, ты её любимица! Ведь милашкой её вряд ли назовёт даже глухой. - Ты тоже училась у неё? – Алина решила начать издалека, деликатно подбираясь к интересующей её теме. - Конечно. - И как проходило обучение? Она тоже колотила тебя палкой? - Нет, она занимает избиением лишь тех, в ком видит потенциал. От внезапной откровенности девушки, Алина потерялась в своём чётком плане вопросов. И лишь неприлично открыла рот. - Уверена, она не упустила возможности рассказать тебе о моём маленьком секрете. – Виктория натянуто улыбнулась. - Да, но я не знала, верить ли этому. Она сказала, что у тебя нет силы. - Что ж, некая правда в её словах есть. Многие вопросы, если не половина стали для девушки понятны. Конечно, она задавалась вопросом, зачем она, если заклинательница света уже есть – пусть не солнечного, но лунного. Почему не использовать её свет в уничтожении каньона? Теперь стало ясно, что никакой усилитель не способен сделать мощнее то, чего просто нет. У Алины, без её желания на то, возникло чувство торжества от своеобразной победы. Правильнее было бы пожалеть бедняжку, но угрызениями совести она не мучилась от внезапного открытия. Всё же это не её проблема. - Как это работает? Я не понимаю. Виктория грустно улыбнулась и плавным движением точёной ручки призвала ослепительно красивый шарик лунного света. Он подлетел к Алине, приветливо освещая лицо. - Попробуй дотронуться. – попросила шатенка. Алина неуверенно протянула палец, ожидая неясно чего. Шарик не оправдал ожидания. - Девушка ровным счётом ничего не почувствовала: ни тепла, которое возникало от солнечных лучей, ни холода. Просто…ничего. Она нахмурилась. - Это всего-навсего свет луны. Он не способен ни на что. Свет солнца так силён, что имеет возможность уничтожить противника, превратив в пепел. Сила теней может, сконцентрировавшись, просто рассечь тебя на две половины. Но… - Виктория разочарованно опустила руку, чтобы вновь поднять обе ладони, сделав широкий жест.       Над поверхностью озера замерцали тысячи огоньков разного размера. Отражаясь в спокойной глади воды, они представляли собой единую невообразимой красоты картину. Алина невольно затаила дыхание. - Моя сила способна разве что заставить волькр любоваться красотой. Девушка невесело улыбнулась. - Поэтому, Алина для меня ты не меньшее спасение, чем для других. А в чём-то даже большее. Девушка поначалу захотела фыркнуть, возмутившись. Но в какой-то момент ей показалось, что она смогла проникнуться историей. - Как ты оказалась здесь? Почему отец тебя…- Алина споткнулась на полуслове, стараясь подобрать что-то помягче, чем «убил». - Кишка тонка. – Ответила Виктория. Слышать подобную фразу из её уст оказалось комично. – Он не смог лично расправиться со мной – это и была его ключевая ошибка. Он смог только отправить меня в каньон. «Нечисти место в порождении подобной». Она задумчиво рассматривала горизонт. Не смотря на трагичность произошедшего, в ответ на фразу жестокого отца, в голове Заклинательницы всплыла вычитанная истина: "Подобное привлекает подобное". И всё же, Алина подумала, что лучше быть сиротой, чем иметь за плечами такую историю. Она может хотя бы представлять себе, что родители её любили и заботились, воображать какими добрыми они были. Жестокая правда не давала Виктории тешить себя надеждами. - Мне жаль. – Искренне посочувствовала Алина. - Да, всем жаль. - Но как ты выжила? – задала Заклинательница самый важный вопрос. - Заставила волькр любоваться луной и звёздами. – Улыбнулась шатенка, заканчивая импровизированное представление над озером. Алина поняла, что не всеми секретами девушка готова делиться и приняла это спокойно. Этого можно было ожидать – сознание часто скрывает травмирующие психику события , если не от себя самого, то от других точно. - Получается, ты росла здесь – в Малом Дворце? - Да, с десяти лет. Примерно, как и все остальные. Алина кивнула. Этого примерно она и ждала от разговора. - Пора на ужин, тебе не кажется? Я ужасно голодна.       После ужина, уже оказавшись в собственных покоях, за толстыми стенами, ограждающими её от других, Алина смогла задуматься о разговоре с Викторией. Внезапно она обнаружила, что не задала ни один по-настоящему интересующий её вопрос. Интересным наблюдением ей показалось то, что все эти вопросы каким-либо образом касались Александра. Все гриши росли во дворце с малолетства, но Генерал никого не мог назвать своим воспитанником. «Как сложились их отношения после того, как Александр узнал, что силы Виктории бесполезнее любого самого обычного гриша? Почему держит её при себе? Почему относится также, как к чему-то важному и драгоценному?» - вопросы подобного характера с огромной скоростью ворвались в голову Алины. Пришлось надавить пальцами на виски , чтобы унять внезапную боль.       Девушка сделала интересное открытие – она не вспоминала о Генерале Второй армии последние несколько часов. И это было странно. Ей совсем не хотелось признаваться даже в своих мыслях в этом, но, учитывая, что чаще всего половину её размышлений занимал он, факт того, что она просто забыло о его существовании на несколько часов был … необычным точно. А может быть она просто устала? День и правда был сложным. Присвоив этому выводу звание логичного, девушка медленно расстегнула кафтан, оставшись в лёгкой льняной рубашке.       Она со стоном удовольствия рухнула в мягкое кресло, неаккуратно сбросив сапоги. Истинным наслаждением было расплести волосы и запрокинуть затылок на удобный подголовник. Святые, он был создан для этого! Но наслаждаться внезапным одиночеством ей не позволили. В массивную дверь настойчиво постучали.