Испытания джедая

      Показалось, сердце пропустило удар. Но фигура учителя, плавающая в тëмном космосе и уже покрывающаяся инеем, не дала расклеиться. Одной рукой я взялся за кресло, а вторую протянул по напралению к учителю. Хотелось броситься прочь из корабля или рывком притянуть тело, но вместо этого я прикрыл глаза и протяжно выдохнул в скафандр. «Делай всë правильно, собранно. Скорость придëт потом». Рука мягко повернулась и я плавно потянул тело мастера внутрь корабля. Как только он частично влетел внутрь, я схватился за ворот одежды и протянул в коридор. — Закрывай и скорее нагони кислорода! Быстрее, ведро! — надо признать, действовал он и так быстро, но я не смог удержаться. Недостойное джедая поведение, и учитель бы на это точно указал. Блядь!        Неожиданно появилась гравитация, и я, успев сориентироваться, приземлился на ноги. Учитель же всем весом рухнул на какую-то коробку туловищем, свесив конечности вниз. — Блядь! — уже вслух повторил я, стаскивая его на пол и стягивая со своей головы шлем. Тело учителя обледенело, но падение сбило большую часть льда. Я приник к его груди и на секунду замер. Тишина. До предела усилил органы чувств, но всë равно не смог уловить биение сердца или ток крови по жилам. В души заворочалось отчаяние, но я не собирался сдаваться. — Ведро! — небесно-голубой робот въехал в коридор, — У тебя есть биосканы? Просканируй мастера на всех диапазонах.        Сам я сел на колени, подогнув ноги под себя, и глубоко задышал, стараясь наладить в душе покой. «Не важно, что происходит в этот момент, важно, что произойдет в следующий. И чтобы предвидеть это, или изменить, ты должен найти равновесие и сосредоточенность».        Постепенно я всë больше погружался в медитацию и Силу, вымывая из себя переживания и страхи. Глубже в суть. Почувствовать еë течение и ощутить себя еë частью. Не холод, но гармония, равновесие. Именно оно — ключ к Силе.       Переведя взгляд на учителя, я почти запаниковал, но невероятным напряжением восприятия всë же почувствовал в нëм жизнь. Правда, замедленную практически до полной остановки, но стабильную. Не будь он моим учителем, вряд ли бы я смог понять, что он ещë жив.       В природе его состояния требовалось разобраться, но это чуть позже, а сейчас… — Фуууууух. Слава Силе! ЮХУ! — я, там же, где сидел, упал и, раскинув руки, часто задышал, — Ведро, можешь не сканировать, он жив. Лучше пожрать мне чего нибудь принеси. Там вроде батончики были. И отправь мне доклад на датапад — по состоянию корабля и нашему местоположению.       Он снова что-то там чирикнул и, через минуту, принëс мне несколько батончиков.        Пока я ел, мысли совсем не лезли в голову, поэтому толком разложить всë по полочкам я смог только как закончил лакомиться «деликатесами». Слава Великой Силе, учитель жив и вроде бы даже не ранен. Если я правильно понимаю, он впал в анабиоз. В момент опасности, тяжёлого ранения или попадания в природную ловушку джедаи при помощи этой техники способны практически полностью отключить свой организм, защищая его от опасности. Некоторые даже останавливают старение и способны пребывать в таком состоянии сотни, если не тысячи лет. Но самое дерьмовое — чем сильнее кома, тем сложнее проснуться. Часто, чтобы очнуться, джедаю нужна помощь — и не падавана, а нескольких полноценных рыцарей. Неумелая помощь наоборот может навредить в процессе пробуждения — организму или сознанию.       В итоге я просто положил учителя немного в стороне от прохода и накрыл брезентом. — Ничего личного, учитель, просто у вас даже в коме лицо требовательное, — уж не знаю, слышит ли он меня, но лучше перестраховаться.       Датапад пиликнул, и я, усевшись на ящиках рядом с наставником, погрузился в чтение. Хорошие новости — двигатель, как и системы управления и жизнеобеспечения, в порядке. Ну, в относительном. Плохие новости заключались в сломанном гипердрайве и повреждённой системе связи. Сигнал расходился всего за пару тысяч километров — для космического пространства всë равно что шаг.       Нам не осталось ничего, кроме как просто лететь вперëд. Место, в котором мы находились, дроид опознать не смог — в отличии от направления. В итоге мы взяли курс на какое-то там скопление туманности газовой сочетаемости и зауми. В теории — двигаясь в еë направлении, мы должны были добраться до обитаемых систем, но, к сожалению, только в теории. Нам было неизвестно, какое нас от этого скопления отделяет расстояние, вполне возможно, тысячи световых лет. Безопасно впадать в Анабиоз Силы, как учитель, я ещë не рискну, а значит — мне нужны еда и вода. Робот бодро отрапортовал, что топливо закончится гораздо раньше, увеличивая вероятность моей гибели. Перевод его пиликанья выводился специальной программой на датападе. — А чего это только мою гибель, Ведро?! Спешу напомнить, твоя энергия тоже зависит от наличия топлива! — после этих слов робот затрясся и стал разъезжать из одной части коридора в другую, громко пища, — Нехрен было с нами лететь тогда, мы предупреждали. И не смей ругать Орден, а то на переплавку пойдёшь! — на этом робот остановился, резко согнул манипулятор и, коротко чирикнув, гордо поехал в ремонтный отсек. Сволочь! Никто, кроме него, видите ли, не может управлять кораблëм! — Если я начну помирать, я заберу тебя с собой! — уж не знаю, услышал ли, но моë дело предупредить.       Так и началось наше не увлекательное путешествие. Я сидел, лежал, медитировал, упражнялся, медитировал, ел, и спал. От скуки я даже начал пытаться помочь в ремонте дроиду, но быстро был послан. Личностью он оказался вредной и не любящей, когда ему лезут под манипулятор «…в деле, для которого меня создали». Основной ремонт проходил снаружи, так что моя помощь особо не пригождалась даже в других местах. В конце концов я просто сел рядом с учителем и стал медитировать, всë больше погружаясь в Силу. В какой-то момент потерял счëт времени и так увлёкся созерцанием потоков и нитей Силы, что дроид, испугавшись моего трëхсуточного неподвижного сидения, пустил по мне ток. Вскочив, я уже собирался погнаться за ним с мечом, но вместо этого упал, морщась от боли в мышцах.        Как следует размявшись, почувствовал необычайную лëгкость в теле и разуме. Впервые я смог так глубоко погрузиться. Даже ощущение Силы стало лучше, отчётливей. Я и раньше погружался в глубокую медитацию, но такое со мной впервые. Впервые я сам настолько увлёкся процессом, что забыл про всë остальное. Великолепно. Захотелось попробовать повторить, но сначала — еда.       Подкрепившись и предупредив дроида, чтобы держал манипуляторы подальше, снова сел медитировать, сходу пытаясь почувствовать то же состояние, что и до того, как чертово ведро меня отвлекло. Первые два часа ничего толкового не дали. Следующие два тоже. В конце концов я забил на попытки повторить то ощущение Силы и просто погрузился в созерцание вселенной. Наблюдая за токами энергий, переплетений практически невидимых линий будущего, слушая рождение жизни и еë угасание, я всë полнее проникался восхищением Силой. Все в Ордене верят в неë, от служки до завхоза, но вот почувствовать еë своей частью, а себя — еë, привилегия лишь джедаев. И вот, когда я снова был на грани того ощущения просветления, единства, абсолютной гармонии… меня прошëл ток… ЭТОТ ЧËРТОВ ДРОИД! Я УБЬЮ ЕГО! Разумеется, с таким настроем ни о какой гармонии речи не шло.       Когда я открыл глаза, буквально кричащие о скорой отправке металлолома на свалку, предусмотрительный дроид уже держал у меня перед лицом датапад.        Оказалось, в зону действия нашего сигнала попала небольшая перевалочная станция на орбите газового гиганта. На сигналы они не отвечали, но выбора, кроме как пришвартоваться к ним, у нас всë равно нет.       Станция оказалась похожа на много слепленных друг с другом прямоугольных ангаров и цилиндров. Большинство ангаров были закрыты и обесточены, но три горели манящим светом, будто обещая приют, ремонт и связь. — Только осторожней залетай. — дроид согласно пиликнул и крутнул верхней частью корпуса.       Залетели мы очень неаккуратно. И хозяевам это очень не понравилось. — Не стреляйте! Мы пришли с миром!