Цветущее пламя

В этот погожий вечер хвойный лес тихой трелью играл колыбельную для маленькой девочки, которая удобно устроилась на широких ветвях могучего дуба. Старое величавое дерево заботливо закрывало её от лучей закатного солнца, которое будто ещё не наигралось со своей маленькой подругой перед уходом. Девочка сладко зевнула и потянулась, её нежный сон нарушил отдалённый оклик, нарушивший ласковую мелодию леса. — Бродяга! Бродяга! — повторялся внизу звонкий голос. Свесившись с ветки головой вниз, девочка осмотрелась. Пробираясь сквозь кусты, ей навстречу вышла девочка постарше, с тёмными волосами и строгим взглядом. — Вот ты где! — заметив свою маленькую подругу на дереве, та обвинительно указала пальцем. — Я тебя повсюду ищу, что ты тут делаешь? — Отдыхаю! — спустившись в пару прыжков с ветки на ветку, выкрикнула Бродяга в ответ. — Приехали… А ты ничего не забыла? — глубоко выдохнула старшая. — Хм, собрать хворост Соне я передала, яблок в саду вредного деда мы сегодня с Болтуном и Шишкой нарвали, стены в новом домике мы тоже раскрасили… — приложив пальчик к подбородку, задумчиво перечисляла Бродяга. — Мы договаривались вместе принять новеньких на закате! — устало выпалила высокая девочка, нагнувшись к ней поближе. — Ты сама меня вот уже два дня доканывала просьбами вместе провести посвящение! Уже передумала? — ОЙ! Точно! — озарилось осознанием лицо девочки. — Прости, Эхо! Бежим скорее! Эхо только и осталось наблюдать поднятую упорхнувшей в сторону лагеря девочкой пыль. Покачав головой, она медленно пошла следом, объяснять, что новенькие ещё не пришли. Бродяга нашлась в центре их лагеря, у костра. Эхо обошла палатки остальных детей и присела напротив, пытаясь разгадать мысли призадумавшейся девочки. — Что? Волнуешься? — с улыбкой спросила Эхо. — Нет, — фыркнула Бродяга. — Ну, немного… то есть я хотела бы подружиться с кем-нибудь из новичков! Прежде, чем ты уйдёшь… — тихо проронила она последние слова. — Я уйду только через полгода, ты ещё успеешь завести друзей, не переживай, — приободрила её старшая подруга и присела рядом, заботливо приобняв. — Когда мы торчали в детдоме, ты говорила так же, — буркнула Бродяга в ответ. — Отличный повод тебе подумать, как не дать ситуации повториться! Мы тут все в одной лодке! Общество шалопаев, беспризорников и сирот. Здесь все такие же, как и ты! Бродяга молча прижалась поближе, задумчиво вглядевшись в огонь костра. Когда она протянула руку поближе, языки пламени как будто слегка потянулись навстречу, стремясь сильнее её согреть. — Без тебя мы тут точно пропадём. Тебе обязательно уходить? — Да, кто ещё будет следить, чтобы вы не объелись ядовитых ягод и не разгромили лагерь! — рассмеялась Эхо. — Но как-то же до меня здесь справлялись? Так что мне тоже предстоит покинуть лагерь в пятнадцать, чтобы все оставались равны и старшие не тиранили младших слишком сильно. — «Правила лесной стаи священны»… — со смехом процитировали они вместе. — А Волчонок и без того нас тиранит! Когда ты уйдёшь, он обязательно захочет занять твоё место! — поворчала Бродяга. — Ну так дай ему отпор! — ухмыльнулась Эхо. Пока Бродяга делилась жалобами на их главного задиру, а Эхо давала ей советы по отстаиванию своих границ, они славно скоротали время до прибытия в лагерь гостей. Трое ребят — новые посвящённые в «Лесную стаю» — торжественно выстроились перед Эхо. Тучный мальчишка немного младше Эхо подбоченился с гордым видом, а рядом с ним мальчик и девочка на голову ниже него, похожие как две капли воды. — Клянётесь ли вы трудиться во благо «Лесной стаи», выручать свою новую семью и хранить её секреты? — с важным видом вопрошала Бродяга. — Клянёмся! — хором ответили новенькие. — Правила лесной стаи — священны! Клянётесь ли вы следовать им каждый день, ночью и днём? — Клянёмся! — А теперь Эхо откроет книгу легенд и дарует вам новые имена! Эти имена станут символом, что не важно откуда вы пришли, отныне — вы часть нашей стаи! Эхо раскрыла «книгу легенд», с большой надписью на обложке «Сказки народов мира», но читать здесь умела только она и пара её ровесников. Пролистывая до сказочных имён, которые сейчас никем не заняты, она добралась до одной из любимых сказок Бродяги, откуда выудила три яркие клички. — Итак, у нас свободны: хохмач, плутовка и бобёр! — Я Плутовка! — выкрикнула девочка. — А я Хохмач! — крикнул за ней брат. — Эй, я не хочу быть бобром! — насупился старший мальчик. — Кто последний, тот и бобёр! — заявил ему младший. — А ты-то с чего «хохмач»? — Я хорошо умею шутить! — Да ну? — Да! Знаете, почему рисовые шарики очень тяжёлые? … Потому что онигири! В ответ повисла тишина, лишь ветер тихо прошелестел вокруг. Однако через пару секунд Бродяга озарилась осознанием и прыснула со смеху. — Что ж… кличку «хохмач» можно считать и иронией… — Эхо покачала головой. — Ну, а я-то с чего бобёр? — не унимался тучный мальчишка. — Ну ты же любишь что-нибудь «заточить»! — подначил его Хохмач. — Ха-ха. Смешно. Хохмач. На том и порешили. «Лесная стая» обзавелась новенькими в их рядах, ребятня ринулась знакомиться и праздновать. Хотя, по правде, почти все уже друг друга знали. Несмотря на незыблемый ритуал посвящения, абы кого в стаю не приглашали, нужно было заслужить доверие, прежде чем быть допущенным на порог тайного лагеря. Для некоторых это доверие оставалось недостижимым. Дети бывают очень обидчивы. И жестоки. Три месяца спустя — Думаешь, они примут меня? Бродяга и её друг сидели на самой высокой крыше в деревне. Ребята свесили ноги и ели недавно стащенные с рынка яблоки. Девочка весело напевала, болтая ножками, пока мальчик с тёмными волосами и янтарными глазами был хмур, обдумывая её недавнее предложение присоединиться к её банде беспризорников. — Конечно! Ты же мой друг, Гию! — беззаботно отпустила Бродяга. — Но я не такой, как остальные, и твои прочие друзья… Маги огня терроризируют Царство Земли. Многие из вашей «стаи» остались без родителей из-за моих соплеменников. Гию отягощённо взглянул на пламя, танцующее на его ладони, и стыдливо загасил его. Бродяга поднялась и подала ему руку, Гию смущённо принял её. Дети поспешили спуститься, как раз когда их заметил стражник. Они съехали с крыши по черепице и спрыгнули в большой стог сена. Стражник за ними не погнался, только побранился и пригрозил копьём. Бродяга, заливаясь смехом, пустилась бежать, потянув Гию за собой. Они остановились, когда уже не хватало воздуха на бег и смех сразу. Довольные, они уселись на траве под деревом, перевести дух. — Как и нам, тебе некуда податься, тебя тоже гоняют стражники, и ты тоже терпеть не можешь детский дом. Ты такой же, как и мы, Гию, не переживай, тебя примут, — одарила его лучезарной улыбкой Бродяга. Гию улыбнулся ей в ответ, слова подруги его обнадежили. «Лесная стая» дружна и выручает своих, стать одним из них — лучший способ не сгинуть на улице и не оказаться в детдоме. Он собирался не упустить этот шанс. На следующий день — Ну почему?! Бродяга, роняя слёзы, срывала голос на свою подругу. Эхо старалась не смотреть девочке в глаза. — Это для его же блага! Ты знаешь, что его ждёт здесь! — слова давались Эхо нелегко, но меньше всего она хотела перед своим уходом добавить в лагере поводов для конфликта. — Он не такой, как остальные маги огня! — Это не важно! — резко оборвала её старшая, грозно взглянув сверху вниз. — Я не поставлю всех нас под угрозу! — Почему ты считаешь его угрозой?! — Потому что от магов огня — одни проблемы! Они захватили наши дома и убили семьи, как и твою! Эхо прокричала это громче, чем хотелось бы. У входа в их палатку столпились другие дети, а Бродяга посмотрела на неё, как на чужую. Девочка побежала со всех ног прочь, Эхо окликнула её вслед, но та в слезах отмахнулась. Девочка остановилась, лишь когда заболело в лёгких. Прислонившись спиной к большому пню, она села на траву, хватая воздух и глотая слёзы. В голове уже роились мысли одна хуже другой: что ей сказать Гию? Что его опасения были правдой? Что её друзья его ненавидят? А если бы она сама оказалась магом огня, Эхо бы её тоже возненавидела? Выгнала бы из семьи? Рыдая и шмыгая носом, девочка и не заметила, как к ней подошли сзади, тихо наблюдая. Однако нарушитель не отличился терпением. — Из-за парня, что ли, своего ревёшь? Бродягу как будто водой окатило, этот неприятный и наглый голос она узнает из всех. Его ей сейчас хотелось выслушивать меньше всего. — Отстань, Волчонок! — обиженно взвизгнула девочка. — Ну ты и плакса, — усмехнулся мальчик. — Вечно ревёшь по пустякам! — И ничего не по пустякам! Ничего ты не знаешь! — Да ну? О том, что твой дружок — маг огня? Девочка испуганно выглянула из-за пенька, заметив ухмылку Волчонка. Мальчишка, как обычно, выглядел лохматым и дерзким, а его улыбка была похожа на задиристый оскал. Но сегодня он был даже более злорадным, чем обычно. — Тоже мне проблема! — по-хозяйски сложил руки Волчонок. — Если Эхо переживает, что твой дружок маг огня опасен, то нужно просто убедить её в обратном! — И как это сделать? — Нужно, чтобы кто-то поручился за него! Как и всегда. Просто это должен быть кто-то ещё кроме тебя. Я мог бы помочь тебе с этим, просто расскажи, где его искать… Тем же днём Гию лежал всё под тем же самом деревом. Прикрыв глаза, он подставил довольное лицо лучам тёплого солнца. Тревожные мысли о своём происхождении уже отпустили его, в голове был только образ улыбчивой подруги, что вела его за руку сквозь лес, навстречу новым друзьям. Он ощутил, что над ним нависла чужая тень, и открыл глаза. Сверху на него смотрел хмурый лохматый мальчишка с холодным взглядом. Вид его был суровым и недружелюбным, отчего Гию испуганно подобрался. — Ты Гию? — строго поинтересовался мальчишка. — А-а… кто спрашивает? — попытался увильнуть Гию. — Я из «Лесной стаи», Бродяга о тебе рассказывала. — Правда? Да, это я! А тебя как зовут? — у мальчика слегка отлегло на душе. — Волчонок. Волчонок хмуро оглядел Гию и фыркнул, словно ожидал большего. Он прошёл мимо и зашагал вдоль забора, махнув рукой, Гию тихо засеменил за ним. — Мне сказали, ты маг огня? — вдруг выдал Волчонок. — Эм, ну да… — слегка помявшись, признался Гию, решив, что Бродяга всё о нём рассказала. — И как? Умеешь всякое? Там огненные шары пускать или хлысты? — с азартом полюбопытствовал первый, продолжая идти вдоль забора. — Нет, я так не умею. Я стараюсь никому не навредить своей магией! — Ты драться-то хоть умеешь? — Я раньше ни с кем не дрался… Волчонок фыркнул, скривив лицо, и зашёл за угол, как только забор окончился. Гию слегка приуныл, но продолжил идти за ним. — Ясно всё с тобой… Как только Гию сделал шаг следом, он почувствовал резкий удар в живот. — …Очередной слабак! Мальчик вскрикнул и упал на колени, роняя слёзы, но его обступили вокруг, тут же подхватили сзади и подняли, не давая вырваться. — Мне не нужны слабаки в моей «стае»! — хмуро сплюнул Волчонок под крики других детей и замахнулся для очередного удара. На сей раз Гию досталось в челюсть. Губа тут же разбилась, и пошла кровь, лицо загудело от боли. Он забрыкался, дергая ногами, но ему тут же достался пинок в колено. — Бобёр, держи его крепче! — Вдарь ему сильнее, Волчонок! — Будет знать, паршивый маг огня! Мальчик слышал крики детей, полные ненависти и злорадства, пока его избивали. Перед глазами мелькали гневные гримасы и злорадные ухмылки. Лицо жутко жгло, в глазах всё плыло, живот скрючился и гудел от побоев, сандалии забрызгало кровью, но удары не прекращались. На мгновение ему показалось, что в подлеске, позади толпы, он увидел лицо Бродяги. Девочка смотрела на него, молча, испуганно, словно остолбенела. Он уцепился за это видение, посмотрел на неё с надеждой. Это было совсем мимолётно, а потом очередной удар вызвал вспышку перед глазами, и она исчезла. А за следующим ударом Гию не видел уже ничего. Бродяга неслась сквозь лес, ничего не видя перед собой из-за слёз, застилающих глаза. Ветви и сучья царапали кожу, но она словно не чувствовала это, разрываясь изнутри от куда большей боли. Как она могла поверить Волчонку? Этот задира давно точил зуб на всех магов огня и подначивал остальных ребят. И теперь Гию… Она предала его. Она видела его взгляд, видела крик, застрявший в его горле, просто не могла заставить себя выйти к остальным. Она боялась Волчонка, боялась, что он поступит с ней так же. Она задыхалась от страха, её трясло от бессилия, слёзы размывали мир вокруг. Она кричала что есть сил, царапала кожу ногтями, не представляя, как избавиться от боли и как унять истерику. Лишь когда силы оставили её, когда бушующее пламя внутри выгорело, она рухнула на землю, тихо бормоча мольбы о том, чтобы всё оказалось кошмарным сном. Но последние угольки внутри неё всё ещё не хотели гаснуть. Когда ушёл ужас, когда иссякли слёзы и когда надежды на то, что кошмар вот-вот закончится, сгорели на этих углях, они напитали новое пламя. Бродяга нашла в себе силы встать и поплестись к лагерю. Вечером Волчонок и остальные ребята из лесной стаи оживлённо болтали у костра. Эхо была чуть поодаль, расхаживала, не находя себе места от беспокойства за запропастившуюся Бродягу. Остальные, впрочем, не разделяли её переживаний. — Расслабься, она постоянно где-то пропадает! — выкрикнула ей Соня. — Захочет есть — вернётся, — вкинул Бобёр. — Вдруг она всё ещё злится на меня… — проронила мысли вслух Эхо. Никто не заметил Бродягу в тёмной стороне леса, наблюдающую за лагерем. Девочка кружила вокруг, словно живой мертвец, испепеляя своим взглядом всего одного человека. Она медленно пробиралась мимо деревьев, кустов и палаток, почти не издавая ни звука. Лишь когда она оказалась в десяти шагах от общего сборища, треснувший сучок под ногой оказался слишком громким. Остальная детвора, оживлённо болтая, и не заметила её, но Эхо обернулась на шум. — Бродяга? — Эхо обеспокоенно окликнула её, чем привлекла внимание и остальных. Ребята молча замерли, завидев девочку, что словно вылезла из ночного кошмара: грязная, со спутанными волосами, заплаканным лицом и изодранной одеждой. А ещё взгляд. Взгляд, что пришпилил всех к своим местам, заставив всех прикусить языки. Словно их подругу подменил демон, что хотел их всех съесть. На мгновение она переменилась в лице, словно став прежней. Она жалобно взглянула на Эхо, взволнованно задышав, и ускорила шаг. Эхо примирительно улыбнулась ей и раскрыла объятия, надеясь, что сейчас девочка прильнёт к ней и та её приласкает. Но Бродяга пробежала мимо, её лицо исказилось самой свирепой и дикой гримасой, какую кто-либо из присутствующих мог припомнить в своей жизни. Завопив, она набросилась на Волчонка, вцепившись в него, словно бешеный зверь. — НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! УРОД! СДОХНИ! ТЫ СРАНЫЙ КУСОК… Девочку принялись отцеплять от упавшего наземь мальчишки. Но даже усилиями мальчишек её было тяжело сдвинуть с места, она мёртвой хваткой вцепилась в свою жертву. Лишь когда Эхо и несколько ребят потянули её все вместе, им удалось отцепить беснующуюся девочку от Волчонка, что кричал от невыносимой боли. Волчонок еле поднялся, держась за окровавленное ухо, а Бродяга дергалась, пока её держали другие ребята. С диким видом она сплюнула в костёр кончик его уха. Девочки закричали, а Волчонок поражённо замер, едва сдерживая от боли слёзы. — Бродяга! Ты с ума сошла? — закричала на неё Эхо. — Я УБЬЮ ЕГО! — выпалила Бродяга. — Да у неё крыша съехала! — бледный как мел выдал Хохмач. — ТЫ ЧЕГО ТВОРИШЬ? — рявкнул в ответ Волчонок. — Ребята, отведите его в сторону и прижгите рану! — строго скомандовала Эхо, и с не дюжей силой рванула Бродягу подальше. Девочка уже и не сопротивлялась, теперь, когда врага обступили другие мальчишки, напасть будет тяжело. Ярость, что бурлила внутри, вновь перерастала в истерический лепет. Дрожащими глазами она посмотрела на Эхо, которой явно очень многое хотелось спросить. — Какая муха тебя укусила? Что с тобой? — Он избил его! Избил до крови! Он обманул меня! — Кто кого избил? — Эхо силилась вычленить смысл из её плача. — ГИЮ! ОН ИЗБИЛ МОЕГО ДРУГА! Эхо опешила, застигнутая врасплох. Меньше всего она хотела, чтобы дошло до кровавых драк, почему и не желала принимать друга Бродяги в их ряды, но ситуация всё равно вышла из-под контроля. — Так ему и надо было! Вшивый маг огня! — встрял Волчонок, всё ещё держась за ухо. Остальные дети, что были свидетелями той драки, начали ему поддакивать. — Ну-ка все успокоились! — громко крикнула Эхо, заставив галдящих детей замолчать. — Сейчас все разойдутся по своим местам, и мы завтра утром… — Нет! — взвизгнула Бродяга, сбросив руку старшей со своего плеча. — Я не буду с ним спать в одном лагере, я его ненавижу! — Бродяга! Мы сем… — НЕТ!!! Бродяга вскрикнула в ярости, и пламя костра взмыло вверх, словно в него плеснули масла. Дети ошеломлённо посмотрели на неё, словно на чудовище, и отбежали в сторону. Крики и обвинения посыпались одно за другим, и даже Эхо не могла остановить нарастающую панику, что разгоралась, как пожар. «Она маг огня!» «Она хочет нас убить!» «Обманщица!» «Поэтому она такая сумасшедшая!» «Она опасна!» «Пусть уходит!» Бродяга побледнела и испуганно посмотрела на остальных, сама не понимая, что сотворила. Она не верила собственным глазам, и не подозревая до сего момента, что ей подвластно покорение огня. Дети смотрели на неё в ужасе, но ещё они были злы. Она только что напала на «своего», а после показала магию огня. Теперь она враг. Она чужая. Её взгляд заметался по лицам ребят. Болтун с Шишкой, с которыми она любила воровать яблоки у ворчливого деда, уже не смотрели на неё как на друга. У Сони, что всегда была к ней добра, во взгляде ни осталось ничего, кроме страха. А Хохмач и Плутовка, которых она посвящала в часть «стаи», и вовсе смотрели на неё, как на врага. А Эхо… та выглядела разбитой, словно её надежды сгорели в этом самом костре. Дрожащими губами она пыталась проронить ей всё немногое, что могла сейчас сказать. — Беги… Убегай, пожалуйста.

***

Бродяга проснулась от подёргивания своей ноги в сторону. Ощутив очередной рывок, девочка с усилием разлепила глаза и потянулась, услышав, как скулит её новый питомец. Она заметила, как Моти жевал и дергал её штанину, пытаясь привлечь внимание. — Ладно… я встаю! Малыш лоселев жалобно заскулил, и ему вторило урчание в животе девочки. Бродяга понимающе улыбнулась и погладила по голове зверька, ощупав его ещё растущие рожки. — Да, мне тоже есть хочется, — тихо протянула Бродяга. — Если бы не тот воришка, что украл у меня все мои деньги, я бы накупила нам кучу вкусного. А теперь… придётся снова «порыбачить». Отряхнув волосы от соломы, Бродяга вскочила с лежанки в их убежище. А прятались они в том же самом амбаре, где девочка и нашла своего нового питомца. Владелец заглядывал сюда крайне редко, даже не удосужился починить дыру в крыше, что осталась после неудачного приземления Бродяги. Накрыв Моти недавно раздобытой шалью, с помощью которой она выдаёт того за свою «козу», девочка и лоселев выскочили на улицу. На оживлённых улицах Ба-Синг-Се, как обычно, было полно народу, так что никому не было дела до животного под тряпкой. Хотя Бродяга каждый раз нервно прижимала питомца к себе, когда какой-нибудь прохожий пугливо отскакивал от рычащей «козы». Девочка уже планировала согласно привычному плану повернуть на рынок, где проходит каждая её «рыбалка», но сегодня необычно много людей столпилось около глашатая. Бродяга, ведомая любопытством, протиснулась сквозь толпу и навострила уши. «Сегодня в полдень на большой площади среднего кольца состоится благотворительное выступление академии металла под личным руководством знаменитой Тоф Бейфонг! Специально приглашённый гость мероприятия: Тао Джин! Не пропустите уникальное событие публичной встречи двух могущественных героинь Царства Земли!» — глашатай, не скрывая собственной увлечённости, вещал толпе, которая удивлённо гудела и ликовала от предстоящего события. — Ого, Тоф Бейфонг! — загорелась энтузиазмом Бродяга. — Это же героиня из сказок про Аватара! Мы должны сходить, Моти! Лосельвёнок лишь озадаченно склонил голову, но готов был пойти с девочкой куда угодно, лишь бы там давали еду, о чём напомнило урчание в его животе.

***

Киан Лунг стоял у окна в своём кабинете, наблюдая за морским пейзажем. Выслушав доклад Азулы о произошедшем столкновении с наёмниками во время доставки груза, он обратил к ней внимательный взгляд. — Отрадно видеть, что вы не пострадали в бою, — безмятежным баритоном произнёс Киан Лунг. — Вы бы сильно пожалели, если бы я пострадала, сражаясь за кучку дурацких семян! — с укором взглянула на него Азула. — Ах да, прошу прощения. Я посчитал, что лучше скрыть истинное содержимое груза, иначе он мог бы показаться вам мелочью, — слегка улыбнулся мужчина, пригладив бороду. — Вы правы, он показался мелочью и всё ещё остаётся таковым в моих глазах. Будь эта капуста хоть золотой, она не стоила стычки с танками! — Действительно, она не из золота, но я бы не стал недооценивать ценность столь редких плодов, что украсят столы состоятельных особ Царства Земли. А это очень много золота. — Дело не в ценности. Вы недоговариваете, Киан Лунг, и очень многое. В нашу первую встречу вы сказали, что не претендуете на то, чтобы командовать мной, но вместе этого вы управляете мной, скрывая информацию, чтобы добиваться того, что вам нужно. Неужели вы думали, что я не замечу? Не принимайте меня за дуру… — Насколько я помню, эта миссия была пробной? Вы не собирались в полной мере сотрудничать, так что и я позволил себе поделиться тем, что счёл достаточным для кооперации. Кроме того, Лис доложил мне, что и вы повели себя своевольно и вовлекли в план посторонних. Хотя в конечном итоге он остался доволен опытом работы с вами. Я прошу прощения, если моё недоверие вас оскорбило, и надеюсь, что теперь мы сможем работать вместе без недомолвок. Если вы, конечно, не изменили своего решения. Азула посмотрела мимо собеседника, призадумавшись. Для них обоих было ясно как день: они никогда не доверятся друг другу в полной мере. Но не считая внезапного сюрприза в виде танков у «степных волков», задание для неё прошло без труда. Если и другие поручения Киан Лунга будут не труднее, то она вполне могла бы… Внезапный глухой стук сбоку отвлёк девушку. Киан Лунг спокойно взглянул на большой сундук у стены, Азула проследила за его взглядом. Стук повторился, и сундук немного пошатнулся. Девушка задала немой вопрос взглядом, и мужчина вышел из-за стола, неторопливо пройдя к нарушителю спокойствия. Когда Киан Лунг открыл сундук, Азула удивлённо вытаращилась. В сундуке лежал тучный мужчина, связанный по рукам и ногам, с кляпом во рту, весь покрытый потом и в ужасе таращившийся на них. Она взглянула на мужчину, затем на Киан Лунга и обратно. — Это ещё кто? — недоумевающе изогнула бровь Азула. — А, это Йен, боюсь уже не медный, ведь до заката, который увидеть ему уже не суждено, ни одной монеты он в руках больше не подержит, — строго изъяснил Киан Лунг, пренебрежительно глядя на бывшего соперника. — Благодаря вашей с Лисом вылазке, мои люди легко взяли его укрытие. — Так вот зачем нужно было уничтожить «степных волков», — заключила Азула, отойдя от сундука скривив нос от запаха пленника. — И вы снова утаили от меня очередную деталь… — Что вы! Он так шумит с самого утра, что я был уверен: мы обязательно это обсудим, — беззаботно бросил Киан Лунг, возвратившись за стол. Азула закатила глаза, после чего ногой захлопнула сундук, не обращая внимание на мычание пленника. — Возвращаясь к вашему предложению. Я согласна работать с вами. При одном условии. Мужчина сложил руки и хмуро обратился в слух. — Мне нужно, чтобы вы разыскали кое-кого… — А, ваша юная спутница, — быстро уловил мысль Киан Лунг. — Кажется, у вас произошла размолвка. — Да, — осеклась Азула. — И всё же вы… — Не нашёл это подозрительным? Как мне сообщили, ваш конфликт был достаточно бурным и естественным, так что я решил закрыть на это глаза. Я в любом случае шёл на риск, встречаясь с вами. — Значит, вам не составит труда её найти? — Азула нахмурилась, услышав подробности её ссоры с Бродягой, поняв, что в гостинице Киан Лунг следил буквально за каждым её шагом через местную прислугу. — Мы перестали отслеживать её передвижение после расставания с вами. Однако, если она не потеряла своего питомца, отыскать ребёнка с лосельвом будет несложно. Азула немного воспрянула духом. Приосанившись, она задумалась над следующим вопросом. — Есть ещё кое-что, что мне не даёт покоя. Просто хочу проверить одну теорию… Киан Лунг заинтересованно взглянул на неё, вопросительно покачав головой. — Вы из дай-ли, не так ли? — с подозрением сузила глаза Азула, внимательно отслеживая его реакцию. — Что натолкнуло вас на такую мысль? — совершенно не изменившись в лице, невозмутимо спросил мужчина. — Ваша манера общения, ваша походка и поза, то, как легко и крепко вы удерживаете власть в Ба-Синг-Се, оставаясь в тени. То, что вам известно всё и повсюду. Ну и… ваша причёска. Азула указала на традиционную косу, которую поголовно носили представители дай-ли. Киан-Лунг слегка изогнул брови. — Вы используете старые сети осведомителей дай-ли и их подземные туннели, чтобы быть везде и сразу. И теперь, когда официально дай-ли больше нет, вам не нужно ни перед кем отвечать. Всё, что нужно, — это целая вереница посредников и небольшие толчки домино, создающих цепную реакцию, что меняет весь облик города. — Впечатляющая наблюдательность! — деловито сложил руки мужчина. — И удивительно складная теория. — И правдивая? — не унималась Азула, сверля его взглядом. — Не стану вас разубеждать, — размыто ответил Киан Лунг. Азула раздражённо хмыкнула, но больше допытываться не стала. Она лишь уверилась в своей правоте, хотя отметила себе однажды добиться чистосердечного признания от этого лжеца. Однако пока этот лжец выполняет свои обещания, часть его секретов она готова оставить в покое. Вместе они вышли из кабинета, спустившись по парадной лестнице в роскошный зал. Азула тут же ощутила запах дорогого алкоголя и ароматного табака, а также благовоний, специй и жареных деликатесов, подаваемых господам. Девушка поморщилась, отвыкнув на природе от такого обилия неестественных запахов. Облепив игровые столы, здешние толстосумы кивали на чужие неудачи и громко хохотали, отмечая победы. Их окружали дамы в шелках и дорогих украшениях, смеющиеся высоко и звонко, деля друг с другом сплетни. Атмосфера роскоши и порока здесь цвела и благоухала. — Приношу свои извинения, если место встречи вам претит, — словно уловив её настроение, произнёс Киан Лунг, изучая её взглядом аки коршун, будто разглядывая намёк на уязвимость. Девушка хладнокровно ответила на его взгляд и мгновенно взяла себя в руки. — Скорее мне претит здешнее общество, — сухо заключила Азула. — Но я по-своему впечатлена, возвести игорный дом на воде… В отличие от суши, где Триаде препятствовали бы Царь Земли, законы и налоги, в море законы писались иначе, и контролировать азартные игры местные законодатели ещё даже не задумывались. Деньги, которые сюда текли, зачастую шли дальше — в гильдию ремесленников и торговые лавки, где превращались в честные средства. — Плавучие тюрьмы Страны Огня очень помогли в воплощении этой идеи, — отметил Киан Лунг. — Я заметила, что в очень многих инновациях Царства Земли помогла Страна Огня, — язвительно добавила девушка, скучающе осмотревшись. — Для чего понадобилось тащить меня сюда? — Мне пришлось подвинуть расписание. Вскоре у меня встреча с генералом из Совета Пяти. Кроме того, обстановка показалась мне… атмосферной, для нашего диалога. — Что вы имеете в виду? — Наш союз чем-то похож на азартную игру: я ставлю на карту свои интересы, а вы — свои. Мы не знаем, кто блефует, и не рискуем вскрыть все свои козыри, боясь выйти из игры ни с чем. — Поправка: вы не рискуете вскрывать свои козыри, мои карты вы подсмотрели во всех подробностях, — едко отметила Азула, сложив руки. — Это лишь говорит о том, какой вы умелый игрок, ваше положение за игровым столом уязвимее прочих, но вы остаётесь грозным оппонентом, компенсируя преимущества мастерством. На вашем фоне некоторых едва ли можно назвать «игроками». Азула хмуро сузила глаза, она прекрасно уловила намёк. Киан Лунг неплохо разобрался в её прошлом, в том числе осведомился и о её сделке с Лонг Фенгом, которая закончилась для последнего печально. «Ты даже не был игроком». Но что это значит для Киан Лунга? Был ли он другом Лонг Фэнга? Он хочет ей отомстить? Или действительно рад тому, как она поступила? В очередной раз он хочет отвлечь её загадками. — Кроме того, я хотел показать вам плоды ваших трудов. У вас была проблема с идеологической стороной работы? Работать со мной во благо Царства Земли, завоеванием которого вы прославились… Действительно, звучит как злая шутка. Но на деле ваши силы вкладываются в иное русло, как, например, в благополучие этого игорного дома. Здесь прогнившие элиты закапывают остатки своей репутации и растрачивают своё богатство. — Мне больше нравится идея об очередном запертом в ящике магнате, — не удержалась от шутки Азула. Киан Лунг вскинул голову и слегка призадумался, возможно, пересматривал свою тактику поощрения. — А ещё мне до сих пор любопытно узнать, что было в письме, на доставку которого я убила столько сил и времени? — выразительно взглянула на него исподлобья девушка. — Помнится, вы говорили, что, присоединившись к вам, у меня будет возможность узнать об этом? — Да, верно, — без утайки ответил Киан Лунг. — Ныне покойный губернатор хотел предупредить меня о том, что конфликт между народами огня и земли начинает свой новый виток. Грядёт новая война, и начало ей положит серьёзный конфликт в Ба-Синг-Се. Я полагаю, что он хотел предупредить меня о готовящемся нападении на Тао Джин, которое случилось за два дня до вашего прибытия в город. — Тао Джин? Это глава «Народной Воли»? — Скорее идейный лидер, — хмуро поправил её мужчина. — Насколько я знаю, она не управляет мятежниками напрямую. — Вам они не по душе, да? — ухмыльнулась Азула. — Эта мятежная группа лишь усложняет послевоенное восстановление, а не наоборот. А эта девушка тянет Царство Земли к ещё одному разрушительному конфликту, — строго заключил Киан Лунг. — Лично у меня встреча с этой кучкой идейных головорезов тоже оставила мало приятных впечатлений. Если вам понадобится от неё избавиться, я с радостью возьмусь за эту работу. — Возможно, однажды. А пока можете отдохнуть. Молча кивнув, Азула прошагала на выход, набросив на ходу капюшон. Больше всего ей хотелось вдохнуть свежего воздуха и как следует отоспаться в новеньких покоях.

***

На главной площади среднего кольца собралась огромная толпа. Люди заполонили собою всё пространство и вдоль, и поперек. С высоты крыш казалось, что площадь и здания гудят от сотен голосов и тысяч движений. В основном это были крестьяне и рабочие из нижнего кольца, к неудовольствию жителей среднего. Даже несмотря на усиленный контроль и очень ограниченный пропуск через ворота, людей пришло колоссальное количество. Шатры и лавки местных торговцев словно сдавливало от потока людей, стремящихся протиснуться дальше. А центром притяжения всей этой массы зрителей стала большая сцена из металла и камня, где вот-вот начнётся представление. Бродяга, свесив ноги, наблюдала за готовящимся зрелищем издалека, с крыши дома. Моти подле неё лакомился половинкой дыни, изредка поглядывая на шумящую толпу внизу. — Уже скоро начнётся, дружок! — с нетерпением произнесла девочка, погладив лосельвёнка. Когда на сцену вышли первые выступающие, шум усилился. Толпа зрителей сплотилась и приблизилась к сцене. Дети радостно закричали. Взрослые тоже едва сдерживали энтузиазм. Магия металла всё ещё казалась новым чудом в этом мире, а в Ба-Синг-Се её и вовсе почти никто не видел. Когда на сцену к своим ученикам вышла и сама Тоф Бейфонг, зрители затихли и приготовились слушать. — Жители Ба-Синг-Се! — воскликнула Тоф громогласно, словно на сцену вышел могучий медведь. — ВЫ ГОТОВЫ УВИДЕТЬ САМОЕ КРУТОЕ И НЕВИДАННОЕ РАНЕЕ ШОУ В СВОЕЙ ЖИЗНИ?! ГОТОВЫ УВИДЕТЬ НАСТОЯЩУЮ МАГИЮ?! Толпа взревела и рукоплескала. Моти высоко на крыше испуганно спрятался за спину Бродяги. Тоф с улыбкой до ушей упёрла руки в пояс, и, всего лишь топнув ногой, возвела для своих учеников пьедесталы, откуда начнётся представление.

***

По возвращении в город Азула заставала всё больше толп, стремящихся попасть на главную площадь среднего кольца. Люди перешептывались и буквально бросали всё, лишь бы поскорее успеть пройти через ворота. Хоть ей и было по пути, Азула не могла отрицать, что любопытство взыграло в ней, когда она свернула в сторону площади, последовав за увлечённой толпой. По мере приближения к центральной площади толпа гудела всё громче, а скрежет металла и грохот камней был всё отчётливее. Девушке пришлось с трудом протискиваться между множества тел, не очень приятно пахнущих и не очень охотно расступающихся. Когда сцена наконец-то открылась перед взором Азулы, выступление уже закончилось и толпа зарукоплескала мастерам магии металла. — Давайте как следует поблагодарим выпускников Академии Металла: Хо Туна, Пенг и… Тёмного, — объявила ведущая, на всякий случай перечитав свой текст. Азула нахмурилась: академия металла была детищем хорошо известной ей Тоф Бейфонг, лишний раз встречаться с друзьями Аватара ей хотелось меньше всего. Девушка натянула капюшон пониже и развернулась. — А теперь слово ещё одной героине Царства Земли! Прошу, встречайте, Тао Джин! Азула обернулась. О Тао Джин она уже наслышана, а её шайка бунтовщиков порядком ей поднадоела. Нехотя она задержалась, дабы запомнить врага в лицо. Тао Джин вышла на сцену, её не украшали медали или блестящая броня, а вот на лице красовался бледный шрам от огня, пересекая его от лба до шеи. Облачённая в скромные одежды и старый плащ девушка не оставляла впечатление «героини Царства Земли», но толпа влюблённо рукоплескала ей. Азула лишь фыркнула. «Ещё одна крестьянка…» Когда восхищённые возгласы утихли, героиня начала вещать с трибуны. — Когда я была на этой площади в последний раз, меня вышвырнули отсюда. — Тао Джин горько усмехнулась. — В тот день я покинула Ба-Синг-Се, свой родной город. Я отправилась скитаться по Царству Земли с одной простой целью — защитить свою родину от захватчиков. У меня не было больших надежд, это было своеобразным самоизгнанием. Но за мной пошли другие, те, кто тоже хотел защитить свой дом. Мир, написанный на бумаге, не стал в одночасье миром на деле. Наши дома горят, наши семьи страдают — всё потому, что люди огня не смирились и не сложат оружие по-хорошему. Мы начали свой поход ради тех, кто не может дать им отпор. Теперь, спустя пять лет этой борьбы, я вижу, как многого мы можем добиться, сплотившись все вместе! Это мы, народ земли, создали это необъятное царство, возвели великие стены Ба-Синг-Се и неприступные башни Омашу! В наших силах творить немыслимые чудеса! Нам не нужна ни защита Аватара, ни воля царя, чтобы спасти свою родину! Мы, каждый из нас, способны творить историю! Толпа взорвалась рукоплесканиями и овациями. Люди скандировали её имя, кричали и плакали. Самые ярые сторонники размахивали плакатами с поддержкой «народников» и портретами Тао Джин. Когда феерия восторгов слегка утихла, Тао продолжила свою речь. — Многое здесь изменилось с тех пор, как я ушла. Меня здесь встретили как героя, чего я совсем не ожидала. Но ещё удивительнее было встретить здесь людей, которые помогли изменить и мои взгляды. — Тао пригласила Тоф подойти ближе. — Тоф Бейфонг помогла мне понять, что моя борьба — это прежде всего отстаивание блага всех жителей Царства Земли, а не истребление магов огня! Поэтому я призываю всех своих сторонников не принуждать и не агитировать учеников академии металла присоединиться к «Народной Воле»! Прошу вас, уважайте их нейтралитет. Магия металла — это прекрасное, новое достояние нашего народа! Мы не должны уподобляться нашим врагам и идти на низости, а также превращать наши достижения в оружия войны. Мы не должны в борьбе с чудовищами обратиться в них самих! Азула чувствовала, как её вот-вот стошнит. Каждое заявление — оскорбление для её народа. Каждый призыв — признание в собственной слабости. Она не могла поверить, что лидером столь остервенелых радикалов управляет такая наивная идеалистка, что просто верит в то, что может честностью и благими намерениями изгнать со своей родины самых свирепых воинов в мире. Но чувство тошноты только усилилось в следующую минуту. Тоф, что стояла подле Тао Джин, всё ещё продолжающей свою речь, вдруг повернула голову к толпе и, казалось, посмотрела прямо на Азулу. Два бледно-серых зрачка будто бы смотрели прямо ей в глаза. Азула отвела взгляд, ощутив холодок, пробежавший по спине. «Эта девчонка… Ведь слепая? Она не может меня видеть, это невозможно. Пора отсюда уходить…» — Эй, ты! — Тоф указала со сцены прямо на Азулу. Азула немедленно развернулась и стала продираться сквозь толпу, расталкивая всех на пути. Она не оглядывалась, но почувствовала, как позади сотряслась земля, а в ушах стоял хруст камня, словно кто-то шагал по яичной скорлупе. Девушка взмыла вверх и поскакала по людям в толпе, аки маг воздуха по деревянным столбам, совершенно не обращая внимания на возмущение окружающих. Впрочем, внимание толпы в большей степени приковала к себе Тоф Бейфонг, которая, оседлав валун, понеслась вперёд по земле, словно по волнам. — Ого! Моти, ты посмотри! — изумилась Бродяга, наблюдая за развернувшейся погоней с крыши. — Это что? Джейд? Торопясь поскорее спуститься, девочка проскользила по черепице вниз, схватив в охапку своего лосельвёнка и сумку с изготовленными бомбами. Внутри трепетало чувство, что сегодня они наконец-то ей пригодятся. Молниеносно миновав толпу практически по ветру, Азула нырнула в ближайший переулок, но попытки петлять и запутывать следы были совершенно бесполезны против слепой повелительницы стихии земли. Она неслась следом на гигантском валуне, словно неудержимый хищник, почуявший кровь. Не обращая внимания на любые препятствия, она сметала заборы, столбы и даже стены, словно те были из бумаги. Выскочив на длинный проспект, Азула петляла между нагруженными товарами повозками, богатыми каретами купцов и вельмож и простыми прохожими на своих двоих. Она надеялась, что угроза случайных жертв заставит преследовательницу сбавить скорость и тогда появится шанс затеряться. Но гений магии огня, к своему несчастью, столкнулась с гением магии земли. Словно тот ничего не весил, Тоф подняла в воздух валун, на котором ехала, что был больше её собственного тела, и помчалась по крышам зданий вдоль проспекта. Она легко перескакивала переулки между домами, снимая черепицу с крыш, как кожуру с картофеля. У Азулы даже не было времени на досаду, пришлось срочно нырять в ближайший переулок, чтобы избежать столкновения с мчащейся вперед повозкой. Погоня закончилась, когда в переулке перед девушкой возник тупик. Тупик, что вырос из земли прямо перед её носом. — Вот это да! Кто показал свою морду! И так удачно, у меня уже несколько дней руки чешутся! Азула обернулась, заслышав ехидную усмешку позади. Тоф уже разминала пальцы, а бежать было больше некуда — драки не миновать. — О, как там тебя? Тоф? Давно не виделись! Рада была бы поболтать с глазу на глаз, но я в последнее время предпочитаю не светиться лишний раз у всех на виду. — Ага, продолжай шутить в том же духе, и я тебя саму укорочу. — Как жаль, что наши взгляды на юмор расходятся. — Ты ни минуты не можешь прожить без унижения окружающих? — Зришь в корень. Тоф скривила лицо, Азула ухмыльнулась, довольная её реакцией, и выбросила вперёд пару синих залпов. Тоф закрылась, выдвинув вверх стену, которая, впрочем, раскололась после второго попадания, не выдержав мощи выстрелов. Покорительница земли не ожидала, что её оборона так легко развалится, и отпрянула в сторону от прогремевшего взрыва. Лишь с помощью своего контроля над стихией она защитилась от разлетающихся осколков. — Кажется, мы ни разу не сражались в полную силу? Я не такой легкий противник, как прочие маги огня! — ехидно прокомментировала Азула, завидев трудности Тоф с отражением её атак. — Да, помнится, мы встречались всего трижды, и все три раза ты убегала, поджав хвост! — не осталась в долгу Тоф, — Во-первых: я не убегала! — Азула отпрыгнула в сторону от вылезших из-под земли столбов. — А во-вторых: в нашу последнюю встречу ты с дружками удирала из Западного Храма Воздуха! — Это не считается! Ты сражалась с Зуко, а не со мной! Тоф возмущённо топнула ногой, отчего затряслась земля, Азула пошатнулась, но устояла. А когда покорительница огня собралась одарить надоевшую девчонку ещё одним залпом, та вдруг встала в горделивую позу и заулыбалась во весь рот. — Классные у тебя наручи! — Вдруг выдала ей Тоф. — Что? О чём ты-ы-ы-ы!!! — Не успела Азула ответить, как её руки сцепились вместе и её потащило вперёд по земле. Распластавшись перед своей противницей, девушка ощутила, как её кисти сдавливает плотный слой металла, именно того, что покрывал её наручи. Азула подняла лицо с земли, отплевываясь от песка, грязи и крови, и ощутила боль в разбитой губе. Она взглянула на противницу загнанным взглядом, скаля зубы. — Уже не до шуток, да? От былой улыбки Тоф не осталось и следа, она собиралась покончить с давней охотой на опальную принцессу и наконец-то отдать её под стражу до прибытия Аватара. Мановением пальцев она рванула ту за скованные руки, словно тряпичную куклу, и поставила на колени, чем вызвала ещё более злобный оскал у гордой принцессы. — Знала бы ты, как ты всем уже надоела! — вздохнула Тоф. — Так оставили бы меня в покое! — рявкнула на неё Азула, дернув скованными руками. Девушка хотела уже выдохнуть в обнаглевшую девчонку пламенем, но та пнула песком ей в лицо. — О, все заживут спокойно, когда тебя запрут подальше где-нибудь в Кипящей Скале! — Эй! Отвали от неё! — раздалось с конца переулка. Тоф замерла прислушавшись, не к крику, а к звуку, последовавшему после. Кричавший ребёнок что-то бросил в её сторону, но она не успела среагировать и защититься. Прямо над головой слепой покорительницы земли раздался оглушительный хлопок. Тоф потеряла равновесие и упала, потерявшись в пространстве от звона в ушах. Азула тоже упала, почти ничего не слыша, лишь видела, как к ней несётся ребёнок с детёнышем лосельва следом. Она не поверила своим глазам и подумала, что ей замерещились галлюцинации от контузии… или не от контузии, ей не в первой. — … Ну же! … Скорее… пока… — Азула слышала девочку через слово, оглушённая звоном в ушах. Бродяга рванула её руки изо всех сил, помогая подняться, и повела за собой. Девушка потащилась следом, больше на панике, толком не понимая, что происходит. Бродяга притащила Азулу к ближайшей повозке, и та без раздумий запрыгнула, а девочка подсела к возчику и закричала на того с самым яростным видом, который Азула видела. — … Живо! … Моти… отгрызёт тебе… Во время угрозы Бродяги лосельвёнок оскалил свою пасть, полную острых зубов, с едва прорезающимися клыками, которые хоть ещё и не выпирали из-под верхней губы, но уже были с фалангу человеческого пальца. Возчик проглотил свои возмущения и подогнал лошадей, увозя незваных пассажирок подальше от места происшествия. Азула подползла поближе к месту возчика, выкрикнула, всё ещё не слыша из-за звона в ушах даже собственный голос. — Езжай к восточной части стены! Я скажу, где нас высадить! Когда пыль улеглась, а возмутительницы порядка скрылись, до места битвы наконец-то добралась стража, Тао Джин и ученики Тоф. Они обнаружили героиню ползающей по земле, словно беспомощного ребёнка, та ощупывала пальцами почву под собой и не могла даже определить, кто к ней подошёл. — Тоф! Что с тобой?! Кто это был? — подбежала Тао и помогла ей подняться на ноги. — Я… не чувствую землю… в голове всё звенит! — пробормотала Тоф, схватившись за лоб. — Кого ты преследовала? Что случилось? Ты вдруг сорвалась с места и умчалась через полрайона! — продолжала вопрошать Тао. Ученики помогали своей наставнице прийти в себя: Пенг дала Тоф воды, а Тёмный соорудил для неё из камня стул. Присев и переведя дух, Тоф ответила на вопрос Тао. — Это была Азула… Чтоб её! Я почти её схватила, но кто-то ей помог! Они оглушили меня взрывом, и я так и провалялась здесь, пока вы не пришли! Вечно ей удаётся сбежать! Тоф с досады швырнула бурдюк с водой на землю под жалобное возмущение Пенг. А Хо Тун осмотрел место боя, отметив, что не нашёл никаких следов разрушительного взрыва, впрочем, и на Тоф было почти ни царапины, хотя взорвался снаряд прямо у неё над ухом. — Какая-то громкая петарда? — предположил Хо Тун. — Они пошли на такую подлость, чтобы одолеть сифу? Что за жалкие трусы! — брезгливо заключил Тёмный. — Азула… — притихшая до этого Тао снова заговорила, перед её глазами проносились воспоминания, которые она ненавидела. — Эта чертова ведьма! — Она и тебе успела насолить? — горько усмехнулась Тоф. — Она и вся её семейка разрушили мою жизнь! — оскалилась девушка. — За этим явно скрывается история мрачная и трагичная… — прокомментировал Тёмный. Тао лишь раздражённо фыркнула на непрошеное мнение и подозвала своего товарища, старейшину Мао. Старый вояка, гремя видавшими виды доспехами, протиснулся между рядов стражей земли и внимал слову своего лидера. — Найди Люй Чжу, скажи ему, что Азула в городе, вели ему достать эту змею из-под земли, если нужно будет! Она не должна покинуть Ба-Синг-Се живой! — горя гневом, отчеканила Тао. — Уже послал за ним, я и сам перерою весь город, если потребуется! — в сердцах ответил Мао, полностью разделяя настроение девушки. Тао, не прощаясь, спешно ушла. Никто не стал её останавливать. Тоф даже ухмыльнулась, надеясь, что бунтарка преуспеет и ей удастся застать эту стычку.

***

Повозка привезла Бродягу и Азулу к её особняку, где во дворе их уже ожидал Лис со своими людьми. Правая рука Киан Лунга выглядел мрачнее тучи и не стал утруждаться приветствиями. — Во что ты ввязалась?! — Триада уже в курсе, — раздражённо сделала вывод Азула. — Триада? Ты весь город на уши поставила! — вскинул руками Лис. — Это было случайно! И я не обязана перед тобой отчитываться! Лис спорить не стал, уже знал, что бесполезно. Он повелел своим людям помочь Азуле спуститься, с чем у скованной по рукам девушки были проблемы. Если бы не серьёзность ситуации, Лис бы даже позлорадствовал над конфузом новой любимицы своего господина. Ещё двум своим подчинённым он приказал доходчиво объяснить возчику, что ему не следуют болтать о том, что тот видел. Азулу завели в особняк под молчаливое приветствие служанок, что немедленно разбежались по поручениям Лиса. Бродяга робко следовала за всей процессией, держась слегка поодаль, ощущая себя лишней среди новых знакомых своей (бывшей) подруги. В доме творилась суета, пока Азула просто сидела в гостиной, рассматривая металлическое месиво на своих руках. Оно было похоже на кокон из металла, тесный и практически непроницаемый. Пальцами было не пошевелить, ладони вытащить невозможно. Когда Лису доложили, что за повозкой не обнаружено преследования и дом никто не отслеживает, тот на мгновение облегчённо выдохнул, прежде чем снова озадачиться новой проблемой. — Я пошлю за кузнецом, — сказал Лис, осматривая металлическую ловушку на руках Азулы. — А пока тебе придётся потерпеть. Азула фыркнула и спешно удалилась на второй этаж, Лис окликнул её на случай, если той понадобится помощь, но девушка лишь отмахнулась от него. Она закрылась в цесуо, упав на колени под ширмой, едва сдерживая бурлящие внутри эмоции, застыла в мрачном молчании. С трудом, снова встав на ноги, Азула подошла к умывальнику и взглянула в зеркало. Она дрогнула, увидев в отражении грязное лицо, с разбитыми губами и окровавленным подбородком. С осознанием пришли и невыносимые ощущения сухости и зуда на лице. Хотелось немедленно смыть весь этот позор, избавиться от всего, что напоминало о поражении. Кувшин с водой услужливо стоял рядом, но… Скованная по рукам девушка попробовала взять его в охапку, сжимая в локтях, но тогда не получалось из него полить воды. Пыхтя от усталости и раздражения, она попыталась подставить лицо под кувшин и наклонить его на себя, но из такого положения всё оказалось ещё сложнее. Носик кувшина только больно клюнул её по лбу, вызвав гневный рык в ответ. Когда она попыталась просто наклонить кувшин над умывальником и наполнить его водой, тот зашатался под её усилиями и упал на столешницу, разлив воду. Азула отчаянно вскрикнула, потеряв терпение, и ударила скованными металлом руками по умывальнику. От деревянной столешницы откололся кусок, отлетев в другой конец комнаты. Выплеснув гнев, она обессиленно соскользнула на пол и тихо заплакала. Слёзы, смешиваясь с грязью, чернели и ещё сильнее пачкали лицо. Чёрные кляксы перекрыли обзор, и она даже не сразу заметила, что уже была не одна. Только когда небольшой лучик света из коридора пробежал перед глазами, она вытерла лицо рукавом и заметила Бродягу. Азула вздрогнула, вытаращившись на девочку, осознав, в каком виде та её застала. Бродяга медленно закрыла за собой ширму и замерла, робко теребя рукава. Её маленькое сердечко колотилось от вида могучей Джейд в таком состоянии. Даже во время их самых тяжёлых испытаний она никогда не видела её слёз. — Я никому не скажу, — тихо проронила Бродяга. Девушка молча смотрела на неё загнанным взглядом, а чёрные слёзы продолжали опадать с дрожащих ресниц, как бы она ни пыталась задушить в себе слабость. — Можно войти… ну, то есть подойти? — неловко спросила девочка. Словно и не пошевелившись вовсе, Азула очень медленно кивнула. Бродяга приблизилась крошечными, нерешительными шагами, в её голове будто вспыхнуло нечто знакомое. Воспоминание… лица, избитого, умоляющего, и желание, такое сильное желание помочь, обнять, утешить, сделать хоть что-то — в тот день её желание подавил страх. Но теперь они одни, ей нечего бояться, она в силах помочь, она хочет помочь, больше всего на свете. Оказавшись всего в шаге от своей старшей подруги, девочка прильнула к ней и обняла, осторожно, нерешительно, боясь, что та отпрянет или оттолкнёт, вспомнив былые обиды. Но Азула… прижалась в ответ, наконец дав волю накопившимся эмоциям. Бродяга ласково гладила девушку по волосам, пока та, стоя на коленях, тихо рыдала ей в рубашку. А Бродяга молчала, продолжая нежно гладить девушку по волосам и спине, пока та медленно успокаивалась, окутанная лаской своей маленькой подруги. Чувство обиды, униженности и злости за собственное бессилие постепенно вытеснялись тоской, горьким смирением и стыдом… но не за своё поражение. — Прости… — дрожащим голосом, сглатывая горечь в горле, проронила Азула. — Прости меня. — Всё хорошо, — тихо прошептала ей в макушку Бродяга. — Я бы… Спасибо. Спасибо, что пришла. Бродяга не стала отвечать, просто улыбнулась ей. Она помогла Азуле подняться и подвела к умывальнику. Подняла опрокинутый кувшин и набрала ещё воды из бочки. Девочка старательно умыла подругу, нежно стерев всю кровь и грязь, пока в зеркале вновь не показалась прекрасная принцесса, лишь слегка пораненная. Аккуратно вытирая лицо девушки полотенцем, Бродяга молча терзалась вопросом, который волновал её куда сильнее, чем даже внезапная драка с Тоф Бейфонг. — Значит… Азула, да? Азула вздрогнула, осознав, как из-за одной случайности полностью рухнуло её прикрытие. Но как отреагирует Бродяга? Ужаснётся ли, узнав, кем была её подруга? — Ты… не боишься? Не злишься? — взволнованно спросила Азула. — За что? — недоумевающе склонила голову девочка. — Принцесса Азула внушает людям страх, она завоеватель… и монстр, — с мрачной уверенностью заявила Азула. — Ну, будь ты Азула или Джейд, для меня ты уж точно не монстр, и совсем не страшная! Ты бываешь, хм… неблагодарной, вредной, злопамятной… но ещё ты смелая, умная и, хоть не хочешь этого показывать, заботливая. Ты взяла меня в самое незабываемое приключение, показала окружающий мир, интересные места, новых друзей и вкусные сладости! Без тебя я бы так и оставалась никому не нужной бездомной в деревне старых рыбаков. Ты моя лучшая подруга! Я люблю тебя! Азула перестала дышать, растерянно глядя на свою маленькую подругу. К глазам вдруг снова подступили слёзы, а сердце сжимало неведомое чувство, сильнее, чем до того горе или злость. От эмоций голова шла кругом. Непонимание. Недоверие. Отчаяние. Сожаление. Надежда. «Почему она так добра?» «Она предаст, как и все до неё!» «Только бы этого не случилось, не снова!» «Я ошибалась насчёт неё» «Подруга… неужели?» — Почему ты так легко прощаешь меня? И зачем спасла? — Ну, разве не в этом смысл дружбы? Прощать и помогать друг другу? — в сердцах ответила девочка. — И откуда ты столько знаешь о дружбе? — горько усмехнулась Азула. — Ничего я не знаю, — тоскливо ответила Бродяга. — Просто… я уже была плохой подругой и не хочу, чтобы это повторилось.

***

Собравшись в гостиной, Азула, Бродяга и Лис внимательно наблюдали, как кузнец молчаливо чешет затылок, осматривая металлическую ловушку, в которой оказались руки покорительницы огня. — Вот так история… — протянул кузнец, присвистнув. — Вы можете снять это или нет? — в нетерпении спросила Азула. — Вместе с руками? Да хоть щас! — беззастенчиво ответил тот, почесав бороду. — Но коль пальчики вам дороги, придётся обождать, пока я соображу, чё с этим делать! — А мне смиренно сидеть в этих кандалах? Я не могу ни поесть, ни умыться! — Я могу тебя покормить, если хочешь! — робко отметила Бродяга. — Спасибо, Огонёк, но я хочу поесть самостоятельно, — искренне ответила ей Азула, после чего чётко заявила кузнецу. — В ближайшее время! — Огонёк… ну точно! — щёлкнул пальцами мужчина. — Можно попробовать нагреть эту штуку, металл расширится, и есть шанс, что я смогу разогнуть проём над ладонями, не оттяпав тебе палец! Вот только нагреть нужно очень сильно, ручки твои могут и зажариться! — Я так понимаю, со скованными руками сама ничего нагреть ты не сможешь? У Триады сейчас в распоряжении магов огня нет. Но я могу послать за кем-то из приезжих, это затянется, — предложил Лис. — Вообще-то у нас здесь есть ещё один маг огня, — заявила Азула и оглянулась на свою маленькую подопечную. — Я? — Бродяга испуганно подняла руки. — Но я же ничего не умею! — Эта малявка? Понадобится много жара, ей силенок-то хватит? — недоверчиво выгнул бровь кузнец. — Металл ограничил моё движение, но не лишил магии. Мне нужно, чтобы она создала направленный источник огня, я буду контролировать температуру и силу её пламени, — уверила Азула. Кузнец оглянулся на Лиса, но тому возразить было нечего, на том и порешили. Азула с Бродягой вышли во внутренний двор и сели на оформленную из камня площадку. Девочка сильно нервничала, меньше всего ей хотелось не оправдать надежд вновь обретённой подруги. Азула прекрасно видела настроение Бродяги, положив перед ней свою металлическую груду, она плавно начала урок. — Так, если не хочешь ударить лицом в грязь, выброси страхи из головы и слушай меня! Вспомни, что я уже однажды говорила тебе: основа магии огня — дыхание. Дыши со мной… Азула сделала глубокий вдох, Бродяга повторила, затем одновременный выдох. И снова. — Огонь, что мы порождаем, это наша воплощённая внутренняя энергия. Она циркулирует внутри нас через дыхание, мы способны воздействовать на эту циркуляцию, концентрировать её и выводить наружу в виде огня. Девочка внимательно слушала, продолжая глубоко дышать одновременно со своей учительницей. Затем Азула попросила поднести к ней цветок для демонстрации. Бродяга сорвала небольшой одуванчик в траве рядом и поднесла к лицу девушки. Покорительница огня глубоко вдохнула, и из её губ вырвалась струйка синего пламени, обволакивая лепестки одуванчика. Кроме того, Азула, сделав ещё один показательный глубокий вздох, смогла затушить пламя одним усилием воли. — Огонь — это наше продолжение, если ты сможешь овладеть управлением энергии внутри себя, то обретёшь абсолютный контроль и над своим огнём, что является выражением твоей энергии наружу. — Ты и правда знаешь об огне всё! — восхищённо проронила Бродяга. — Разумеется, я же принцесса огня. Азула ухмыльнулась и хотела по привычке гордо сложить руки, но проблему с руками ещё только предстояло решить. Отбросив хвастовство в сторону, она поскорее перешла от теорий к практике. — Теперь закрой глаза. Дыши. Чувствуй солнце и его тепло. Чувствуй ветер и его направление, будь с ним в гармонии и не давай себя отвлекать. Почувствуй, как солнце, ветер и твоё дыхание циркулируют вместе. Так и будет циркулировать энергия внутри тебя. Пока Бродяга не видит, Азула улыбнулась, наблюдая, как та чётко выполняет её указания. Девочка сидела смирно и размеренно дышала. Что уж там, Азула её вообще никогда такой спокойной не видела. — Теперь сосредоточься на внутреннем огне, найди то, что питает в тебе силу. Вспомни, что я говорила: найди в себе весь скопившийся внутри гнев и придай ему форму, используй эмоции, разжигающие пламя внутри для создания настоящего огня! Погружённая в себя девочка старательно искала свой источник внутреннего пламени, ощущая себя мотыльком, ищущим свет. Она заметила то мерцание, к которому однажды прикоснулась, когда по наставлению Азулы подожгла охотничью сеть. Этот огонь был страшным, словно лесной пожар, обжигающий, алчущий. Но она заметила ещё один огонёк, тот был тёплый и яркий, словно солнышко, он манил к себе. Эмоции, из которых он родился, источали радость, такую знакомую, не весёлую, а слегка даже тоскливую, но обволакивающую сердце счастьем. Это был огонь воспоминаний, в котором она увидела размытый образ искренних объятий с лучшей подругой. Азула гордо улыбнулась, когда над ладонью девочки воспарило пламя, уверенное и пышное, сильнее, чем та создавала когда-либо до этого. Бродяга счастливо улыбнулась ей во весь рот. — Теперь ты маг огня, — уверенно поздравила её учительница. — Спасибо… сэнсэй! — смущённо заулыбалась девочка. Они дышали синхронно, будто два мага огня стали одним. Бродяга направила струю пламени на металл и жгла изо всех своих едва зародившихся сил. Азула контролировала процесс командами и управляла температурой, распределяя тепло по площади металла и поглощала лишнее тепло, что слишком сильно обжигало кожу. Час кропотливой работы принёс свои плоды: металлический кокон, облепивший руки Азулы, существенно расширился и даже зашатался. Остальная часть работы легла на кузнеца. Инструментами он смог раздвинуть отверстие на запястьях, после чего обильно залил внутрь масла. За несколько рывков ладони девушки наконец-то освободились из металлической ловушки с глухим хлопком. — Ура! Победа! — воскликнула Бродяга. — Повезло вам, конечно, дамочка! — усмехнулся кузнец. — Не суйте больше руки куда попало! — Фу, я вся в масле… — отряхивая руки, фыркнула Азула. Пальцы сохранить удалось, но без ожогов и порезов всё равно не обошлось. Немедленную помощь оказал девушке Лис, обработав раны и тщательно их забинтовав. Сидя с Лисом в гостиной, Азула молча наблюдала, как тот аккуратно заканчивает свою работу, пока не обратила внимание, что стало слишком тихо. — Где Бродяга? — Девочка? — хмыкнул Лис с чудного имени. — На кухне, ест. Вижу, вы с ней помирились. — Я… не очень хорошо лажу с детьми. — Людьми. Азула закатила глаза и замолчала, нахмурившись. — Тебе стоит как следует её поблагодарить за своё спасение, дважды. Если бы не она, я бы мог сейчас использовать твои руки для раскалывания орехов, — усмехнулся Лис. — Мои руки и без металла прекрасно раскалывают вещи. Я всегда готова продемонстрировать, если ты вызываешься добровольцем! — Нет, с меня, пожалуй, хватит. Однажды я уже вызвался добровольцем под твоё начало, и это заставило меня отказаться от имени. — Изволь объясниться? — А я всё гадал, узнала ли ты меня… — хмыкнул Лис, завязывая последний узелок бинтов на руках девушки. — Ну разумеется, с чего вашему высочеству запоминать лица простых пешек. — Если ты собираешься рассказать мне свою нудную историю, давай ближе к делу, — утомлённо выдохнула Азула. Лис, горько усмехнувшись, покачал головой. Закончив с перевязкой, он отпустил руки Азулы и продолжил свой рассказ. — Я был в числе дай-ли, что примкнули к тебе во время захвата Царя и Совета Пяти. Азула удивилась, но виду не показала, лишь хмуро сузив глаза. Ощущение быть окружённой поголовно бывшими дай-ли ей совершенно не нравилось. — И как же тебя занесло под крыло Киан Лунга? Насколько я поняла, он и сам бывший дай-ли, тоже из числа предателей. — Скажем так, взгляды Киан Лунга и Лонг Фэнга существенно расходятся. Я же после того позора, что свалился на наше братство, оказался на самом дне. Потерял всё: привилегии, крышу над головой, пришлось отказаться даже от имени. Когда меня нашёл господин Лунг, мы оба знали, что служение ему мой последний шанс на выживание. Я никогда не желал судьбы предателя. И если моему господину суждено получить нож в спину, я буду тем, кто закроет его своей. — И это говорит мне человек, дважды разменявший свою страну… — презрительно фыркнула Азула. — Ты и так прекрасно знаешь, как жалок Царь Земли! — вспылил Лис, резко поднявшись из-за стола. — Лонг Фэнг умело контролировал весь город, жаль только не свои амбиции. А когда трон заняла ты, все уже знали, на что ты способна. Каждый боялся, что, возразив, будет убит. Даже если бы множество из нас напали прямо тогда, в тронном зале, был шанс, что часть останется на твоей стороне. Сражаться одновременно с тобой и своими братьями было бы самоубийством. — Поправка: даже напади вы все вместе, у вас не было бы шанса. Что до твоего оправдания… Ты просто трус, как и остальные дай-ли. Общество глупцов и трусов, что меняют хозяев как перчатки, предавая при первой возможности. Теперь я даже нисколько не жалею, что выгнала вас перед своей коронацией. Лис дерзко фыркнул, а затем, усмехнувшись собственной мысли, картинно отвесил девушке поклон. — Ах, точно… коронация? Как всё прошло? А то я до сих пор не знаю, что написать на поздравительной открытке. Теперь уже Азула резко встала, гневно воззрившись на Лиса. — Не нервничай, а то опять руки обожжёшь, — устремился на выход мужчина. — Кстати, господин Лунг ждёт тебя на втором этаже в кабинете. — Что? Когда он пришёл? — Пока мы разговаривали! Лис вышел во двор, громко хлопнув дверями, оставив Азулу на время в звенящей тишине. Девушка не спешила подниматься к своему благодетелю, задумчиво положив руку на поручень. Сразу двое дай-ли имеют мотив избавиться от неё. И если Киан Лунг не подаёт виду, то Лис открыто дал понять, что они вряд ли сработаются. Не говоря о том, что он может похвастаться внушительным стажем предателя. Скрытая обида или нет, она найдёт выход, и Азуле очень не хочется оказаться рядом.

***

Азула переступила порог кабинета, в котором и сама-то ни разу не была, владея особняком от силы дня три, и обнаружила Киан Лунга, стоящего у окна за столом, как обычно по-хозяйски расправившего плечи. Очередной безмолвный жест показательного превосходства. Рассматривая закатный пейзаж, мужчина заметил вошедшую в отражении стекла и без церемоний заявил: — Экипаж подготовлен. Сегодня вам нужно покинуть город. Азула слегка опешила, ожидая укора или попытки потуже затянуть на её шее поводок. Мысленно она отдала Лунгу должное за то, что тот оказался умнее и не попытался её безуспешно контролировать. И всё же в такой резкой перемене чувствовался подвох. — Это… увольнение? — вопросительно развела руками Азула. — Временное отстранение, если вам важны формальности. Вам необходимо залечь на дно. Мне понадобится время, чтобы замести ваши следы. По интонации мужчины Азула была уверена, что тот хотел сказать «замести устроенный вами бардак». — И так как появился повод, у меня есть для вас задание, достаточно удалённое от Ба-Синг-Се. Будем надеяться, что, когда вы вернётесь, пыль уляжется. Если вы, конечно, намерены продолжать наше сотрудничество. — Намерена, — твёрдо заявила девушка, не желая вызывать подозрений в своей лояльности. Особенно сейчас, когда город полон её врагов. — Что нужно будет сделать? Киан Лунг одобрительно хмыкнул. Задание оказалось на удивление приятным — разгромить целую общину сторонников «Народной Воли». Те удерживали его секретаря после попытки переговоров, которая не увенчалась успехом. Йи, так его звали, был доверенным лицом Киан Лунга, и тот не отправил бы его, если бы не хотел показать серьёзность своих намерений уладить конфликт с повстанцами. Но последователи Тао Джин оказались далекими от понятий дипломатии и попросту захватили Йи в плен, рассчитывая получить выкуп. Это не в последнюю очередь и загубило его отношение к «Народной Воле». Теперь, на взгляд Лунга, оставалось всего одно решение проблемы бунтовщиков: выкорчевать под корень всё их движение. Азуле нужно будет попросту вытащить Йи силой, и чем больше потерь понесут «народники», тем лучше. Часть про спасение какого-то счетовода Азуле была не очень интересна, хотя, следуя дотошной привычке, она запомнила всё в деталях, включая показанный портрет. Перспектива охранять тщедушного очкарика до самого возвращения в Ба-Синг-Се подстегнула бывшую принцессу огня выторговать себе награду, достойную её времени и талантов. Киан Лунг не возражал, главное было поскорее решить вопрос и спровадить проблемную барышню из города, пока сифу Бейфонг и лидер повстанцев не перевернули его вверх дном. Они сухо распрощались, не видя смысла в формальностях и тёплых словах. Оба знали, что в их отношениях всё может кардинально перемениться за время её отсутствия в городе. Азула в последний раз перед дорогой заглянула в свою спальню, не удержавшись от того, чтобы ещё немного понежиться на шёлковых простынях и мягких подушках. Единственная причина скучать по Ба-Синг-Се. Было уже за полночь, Бродяга клевала носом. Собрав свой рюкзак, Азула, помогла собрать и вещи для девочки, скривившись от того бардака, что творился в её походном мешке. Лис донёс сонного ребёнка до экипажа, ему, как обычно, поручили за ними приглядеть. Моти ковылял следом за хозяйкой, ловко запрыгнув в карету за ней. Азула фыркнула, но уже смирилась, что от чудной твари ей не избавиться. Под покровом темноты девочек довезли до конюшни у восточных внешних ворот, где их достаточно давно ожидал второй питомец. Высадив их, Лис передал Азуле новый пропуск из города, с печатью триады, и спешно уехал, не утруждая себя прощаниями. Азуле и не особо сдались его прощания, но она мысленно пожурила его за грубость. В конюшне было тихо. Оно и немудрено, час уже был поздний. И всё же девочкам удалось отыскать сонного конюха, что прикорнул в скромной каморке неподалеку. Когда Азула разбудила его, тот раздражённо заворчал на неё, но услышав, за каким конём она пришла, сразу оживился, и радости его не было предела. Тот выпорхнул из своей каморки и, спешно загремев ключами, принялся в потёмках открывать конюшню. Когда они подошли к деннику Пуяна, конь оживился, встретив их довольно радушно. А конюх выглядел так, словно с плеч его спала гора. — Пуян-буян! Я так соскучилась! — радостно залепетала девочка, гладя клюв страусового коня. Строптивый птицеконь так соскучился по своим хозяйкам, что даже охотно потёрся клювом и о ладонь Азулы. Девушка, как ни странно, тоже была рада видеть своего непокорного скакуна после долгой разлуки, погладив его в ответ. — Смотри, он скучал по тебе! — довольно прокомментировала Бродяга. — А вот я скучать по этой тварюге не буду! Этот конь — исчадие кошмара! — заявил конюх, сложив руки. — Он мне поклевал всех работников, да ещё испортил калитку! — Только и всего? — усмехнулась Азула. — Даже никого не убил? Конюх велел им больше никогда не возвращаться в его конюшню и спешно вывел их. На улице внимание Пуяна привлекло маленькое существо, Моти, которого оставили ждать снаружи. Бродяга сначала побоялась, что грозный птицеконь может навредить маленькому лосельвёнку, а Азула надеялась, что так и будет. Но звери лишь с интересом обнюхали друг друга и мирно разошлись. — Наверное, он просто не голодный ещё, — разочарованно выдохнув, бросила Азула. Бродяга громко возмутилась, прижав лосельвёнка к себе. — Что? Ты сама назвала его Моти! — усмехнулась девушка, закрепляя снаряжение на коне. — Чем тебе не нравится? Моти — милое имя! — Моти — это пирожные. — Вот именно! Посмотри, какая он аппетитная булочка! — показав своего питомца поближе, проворковала Бродяга. — Что и требовалось доказать, — закатила глаза Азула, закрепляя на Пуяне их походные вещи. — Это потому, что он милый, а не потому, что вкусный! — Через год он начнёт считать аппетитной тебя. Бродяга не согласилась, пообещав обязательно воспитать из своего лосельва доброго и верного компаньона, как уже помогла Азуле сдружиться с Пуяном. Азула поймала её на слове. Ко всеобщему удивлению, Пуян оказался в хорошем расположении духа и был совсем не против пустить свою хозяйку в седло. Усадив перед собой Бродягу, Азула довольно села в седло, наконец-то полноправно став всадником этого гордого птицеконя. Моти побежал за ними следом. У неуёмного лосельвёнка было полно энергии, но в случае чего, Азула рассчитывала его посадить сзади, на багаж. — Жалко всё-таки так рано уезжать из Ба-Синг-Се, — пробормотала Бродяга, сонно зевнув. — В мире полно мест и поинтереснее этого города… — хмыкнула Азула. — Какие? — Есть Большой Водораздел, это огромный каньон на сотни километров! А ещё Змеиный Перевал, там обитает морское чудовище, и Туманный Оазис, где посреди пустыни стоит ледяной айсберг! — Мы же побываем там однажды? Азула наклонилась к девочке, чтобы ответить, но заметила, что ту уже совсем сморил сон. Бродяга прислонилась поудобнее спиной к её груди и засопела. Азула улыбнулась. — Да, обязательно побываем.

КОНЕЦ ПЕРВОГО АКТА.