Цветочный Дуэт

На следующее утро девушка отпросилась в деревушку, чтобы купить книги для перенесения туда пьесы. Дублирование текста займет у неё около 10 часов. По пути в Хогсмид Гермиона думала о том, что произошло вчера и о том, как в ней не чувствовалось даже намека на то, чтобы оттолкнуть слизеринца. И Гермиону это пугало. Почему Гермиону Грейнджер привлекает такой, как Драко Малфой — чистокровный слизеринец, бывший пожиратель смерти, племянник Беллатрисы Лестрейндж и человек, который всю свою жизнь ненавидел таких, как она? Почему именно он, а не ее нежный и по-своему любимый Рон Уизли, который никогда ее не задирал, всегда помогал, ценил и любил, в конце концов. Идя по уже более широкой тропинке Гермиона вдруг на что-то наткнулась; * Надо поменьше летать в облаках! * — Слышь, будь поаккуратнее, а то… Грейнджер? Девушка подняла взгляд и рассмотрела перед собой высокого мулата: — Забини? Что ты тут делаешь? — У меня были свои дела, так что позволь узнать, почему ты здесь, а не на занятиях? — Я здесь по причине подготовки к Хэллоуину. Раз уж ты тут, то не мог бы ты мне пожалуйста помочь? — Эм… Хорошо, но куда мы идем?..

***

Малфой сидел в коридоре, дожидаясь следующего занятия и поглядывал на свои карманные часы. Пару часами ранее он видел, как гриффиндорка проходилась по магазинам с Блейзом и веселилась рядом с ним. Эта картина явно раздражала Драко. *Почему?!* Захлопнув аксессуар, Драко спрятал тот в карман брюк и отправился на следующий урок. Из-за мыслей о веселящейся рядом с его другом гриффиндорке он почти испортил своё задание по зельям, пока в его голове рылся мерзкий червячок, который ему постоянно что-то нашептывал; *Почему Блейз прохлаждается с Грейнджер, а не сидит на занятиях?* Он не помнил, чтобы у Забини были какие-то неотложные дела или встречи в Хогсмиде… Сука, откуда эти мысли? Забини бы не посмотрел на Грейнджер! Это невозможно ни в одной из параллельных вселенных. Хотя девчонка похорошела…

***

— Спасибо за помощь, Блейз. Без тебя я бы еще здесь долго проторчала. Нам еще осталось зайти в один магазин, а он как раз по пути в замок. — Всегда готов помочь, кудряшка; — сказал Блейз и улыбнулся во все тридцать два зуба: — Прости за настырность, но что ты здесь делаешь? Забини слегка нахмурился, но все равно натянул на лицо неестественную улыбку: — Мой очередной отчим умер от маггловского инфаркта. — Ох, прости, что спросила. — Девушка посмотрела немного виновато на парня. — Ты, наверное, переживаешь, и я… — Стоп. Стоп. Стооп. Кудряшка, все хорошо, это не первый раз, когда моя мать становиться вдовой, так что не парься. Блейз свободной рукой похлопал девушку по плечу и закинул на него руку.

***

Стекло, показывающее цифербалт, треснуло от того, насколько сильно Драко сжал часы в руке. Его лицо почти светилось от злости, когда он заметил, как его друг положил свою руку гриффиндорке на плечо. *Какого хера Забини себе позволяет? И почему вообще эта сука ему это позволяет?!* Драко смотрел на сломанную вещь и думал о том, что придётся отправить её в ремонт.

***

— Гарри! Девушка бежала по длинному коридору, пытаясь догнать друга. Она заметила его, когда тот уже практически скрылся за поворотом. Гермионе удалось перенести пьесу во все купленные книги намного раньше, чем она планировала, поэтому у неё осталось время для беседы с новым другом из Слизерина. — Миона, где ты была? Почему сказала, что… Забини? — Привет, Поттер. — Гарри, вот экземпляры Шекспира, раздай их всем, пожалуйста. А... — девушка сделала короткую паузу и повернулась к мулату, — это тебе. Попроси Малфоя составить к концу недели список студентов, которые успеют хотя бы частично выучить материал. А если он откажется, я приду к вам и сделаю это сама, а с Малфоя лично сниму очки за весь факультет. Сообщи ему об этом, пожалуйста. — Вау, я бы посмотрел на это, но да ладно. Пока, кудряшка. Забини развернулся и направился в противоположную от гриффиндорцев сторону. — Ты была на свидании со слизеринцем? — Что? Неет, Гарри! Как ты мог такое предположить? — Просто… — Просто, как оказалось, среди змей еще остались галантные люди. Ладно, мне уже нужно идти в башню, так что, пожалуйста, запиши то, что я попросила передать Малфою. — Хорошо, пока, Миона. Гермиона шла по коридору, держа в руке еще один экземпляр для Луны. Гермионе всегда нравилась эта девушка, она была умной, и в этом она слегка напоминала гриффиндорку. Ее аутентичная манера речи и поведение всегда казались Гермионой нетривиальными. В этот момент когтевранка как раз шла навстречу и что-то записывала по пути: — Луна, подожди. — Привет, Гермиона, ты что-то хотела? — Привет, Луна. Да, я как раз несу для тебя копию пьесы. — О… Спасибо. Грейнджер отдала книгу задумчивой девушке и уже собиралась уходить; — Мне понравилось… Гермиона посчитала, что та имела в виду произведение и сделала шаг по направлению к башне старост: -… ваш спор с Драко Малфоем. — Ты о чем? — Гермиона развернулась и посмотрела на блондинку с выражением удивления на лице; — Я слушала вашу дискуссию после того, как ты прочитала пьесу, и мне очень понравилось наблюдать за вами. Я считаю, что вы двое — идеальная кандидатура для главых ролей. Гриффиндорка смотрела на то, как Полумна улыбалась ей по-своему очаровательно и сказала: — Ну ладно, я наверное пойду. — Да… Да! Да, Луна. Младшекурсница двинулась дальше по коридору и продолжила что-то записывать в тетрадь, пока Гермиона еще какое-то время смотрела ей вслед, а затем направилась в башню. Пройдя вглубь гостиной, девушка обнаружила, что Малфоя здесь не было.

***

Драко наблюдал за тем, как огоньки танцевали в камине, отбрасывая свет на янтарную жидкость в его руке, сделанную магглами. Как оказалось, эти занимательные создания умеют делать неплохое пойло. Слава Мерлину, что все студенты все еще находились на ужине и никто не раздражал его своим присутствием. Но видит Мерлин, кто-то решил опровергнуть его мысли, потому что буквально через секунду Драко услышал, как открылась дверь, а за ней послышалось мычание какой-то низкосортной музыки: — Вернулся наконец. — О господи, Мерлин! Чего ты тут сидишь, как боггарт и народ своим видом пугаешь?! — Нет, это ты мне скажи, где ты сегодня шастал и почему тебя не было на занятиях? — У меня была встреча с адвокатом и секретарем по поводу Миссис Забини, которая снова стала вдовой. — Так какого ты обжимался с Грейнджер?! — У меня всего два вопроса. — Блейз прошел к креслу и одним движением плюхнулся в него, пока Драко наблюдал за его движениями, не поворачивая головы. — Первый — Почему и "как" я с ней, как ты выразился, «обжимался»? Второй - откуда ты вообще знаешь, что я был с кудряшкой? — Кудряшкой?! — Драко сжал стакан в руке с такой силой, что тот практически треснул от напора; — Неважно. Но меня очень интересует… — Почему я, староста школы, и вместе с тем староста слизерина, не знаю, что ученик НЕ. В. ЗАМКЕ?! — Ну, во-первых, я сообщил директору о том, что меня не будет сегодня по семейным обстоятельствам. А во-вторых, я твою львицу фактически не трогал. — Меня эта сука не интересует. — Да, да… Кстати о кудряшке, она просила передать. — Забини протянул стопку книг другу: — А еще попросила… — А эта сучка много еще просила? — Не заебывай. Так вот, она сказала поручить тебе составить к концу недели список учеников, которые выучили хотя бы часть пьесы, а если ты этого не сделаешь, то, цитирую: " Я приду к вам и сделаю это сама, а с Малфоя лично сниму очки за весь факультет.». — А ей еще не отлизать? — Вот пойди и спроси ее об этом сам. Я свое дело сделал, так что могу с чистой совестью ложиться спать. Доброй ночи, гадёныш. Забини поднялся с кресла и направился в комнату парней. Малфой еще раз взглянул на разбитые часы и понял, что опаздывает на дежурство. Последнее, чего бы ему сейчас хотелось — это куда-то идти, но перспектива увидеть здесь Паркинсон пересилила лень, и Драко решил не испытывать судьбу, отправившись на патрулирование. Пройдя немного по темному коридору, парень наткнулся на младшекурсниц, которые что-то резво обсуждали и хихикали при виде слизеринца, от девушек отдавало восточными цветами. Но Драко уже практически забыл о существовании остальных запахов, когда все пространство вокруг него затмили два конкретных аромата. Даже во время приёмов пищи Драко, как бы он не пытался концентрироваться на запахе прожаренного мяса, все равно мог чувстовать только их. Они были везде: во сне, несмотря на то, что он со всем усердием пытался заставить комнату пахнуть его одеколоном, и даже во время травологии! Единственным местом, где парень мог от них укрыться была личная ванная комната старост, но только при том условии, что она там не успела побывать перед слизеринцем. В коридоре возле башни стояла тишина, было слышно только стучание каблуков, отдающее эхом и какой-то приглушённый шорох из-за угла. — Здравствуй Малфой, какая удача, что ты тут, — вдруг перед Малфоем появился Пьюси с нахальной ухмылкой. — Чего тебе, Пьюси? — Да так. Просто стало интересно, почему ты так разозлился на Забини из-за его свидания с гриффиндоркой. Прости, ненароком подслушал ваш невероятно увлекательный спор… Драко внутренне напрягся, но на его лице не отразилось ни одной эмоции. Только ему удалось отвлечься, как надо было влезть Пьюси: — Я не был зол, просто мне было необходимо узнать, почему наш дорогой Забини растраичвает свое время на "золотую" девочку. — Ну вот я бы ей вдул…хотя вряд-ли бы наша правильная девочка дала даже Уизли. — Не смеши меня, Уизли - отбитый долбоёб, он настолько никчёмный, что ему даже Felix Felicis не помог бы затащить Грейнджер в постель. — То есть, ты хочешь сказать, что ты смог бы запросто уложить такую неприступную монашку, как подружка Поттера? — Это спор? — Спор. — На что? Эдриан немного задумался. И хотя Драко показывал беспристрастие всем своим видом, сохраняя свое выражение лица максимально безэмоциональным, где-то глубоко внутри он чувстовал, что совершает что-то неправильное и в возможном будущем - нечто непростительное. — На ящик огневиски 1848 года. — Эдриан протянул руку, чтобы завершить их спор жестом. — Договорились. Парни скрепили свои руки в рукопожатии, и Пьюси разбил его оставшейся свободной. — Ну, тогда до встречи, Малфой. Я, наверное, удалюсь, не то наш предмет спора сейчас явится сюда и вычтет баллы за хождение в неположенное время. — Пока, Эдриан. Малфой наблюдал за тем, как его сокурсник шел по коридору, постепенно исчезая в тенях замка. Драко двинулся дальше по мрачным коридорам к башне старост. Сказать, что в данную минуту его раздражало буквально все - значит ничего не сказать. Блейз, который ошивался рядом с Грейнджер, эта сука, которая позволяла ему себя трогать, но больше всего - он сам, потому что не понимал, какой дъявол его побуждал ко всем тем мыслям и действиям, что касались Грейнджер. Его не должно было никак задевать то, что у неё на уме. Кто трахает этот грязный рот, касается ее блядских ног, лезет в ее… — Малфой! Парень слегка дернулся от неожиданности, девушка объявилась в поле видимости совсем не вовремя. Сука, еще и этот стояк… * Стояк?! Какого, блять?!* — Малфой, ты где шастаешь?! Уже пять минут как идет патрулирование, а ты… Ты что, пьяный?! Малф… Девушка не успела договорить, как оказалась в одной из пустых аудиторий. Без применения палочки парень послал невербальное Koloportus и прижал девушку к парте: — Малфой, что ты творишь?! Это… — Нет, блять. Это ты что творишь? Почему позволяешь всем себя касаться? Если ты тогда дала забини себя лапать, то сейчас у тебя нет права отнекиваться! — Что? Да как ты...Ах… Драко грубо стянул с шеи гриффиндорки галстук и отбросил его куда-то за спину. Парень был так близко, что оттолкнуть его не представлялось возможным, да и не сказать, что она этого хотела. Как только девушка подумала использовать палочку, Малфой быстрым движением руки выхватил её из руки и отправил следом за галстуком. Драко начал въедаться в нежную кожу, прильнув к шее Гермионы. Он кусал ее до появления багровых отметин и сразу же нежно зализывал их, заставляя девушку покрываться мурашками. Язык слизеринца исследовал все (пока что) доступные места на теле Гермионы, пока ее ритм сердца отбивал чечётку. Когда шея девушки начала буквально гореть после его жадных поцелуев, Драко отпрянул от неё, чтобы посмотреть на то, что сделал. Гермиона тяжело дышала и смотрела то ли испуганно, то ли возбужденно в глаза парню, стоявшего перед ней. Её щёки полыхали румянцем, а в глазах был странный блеск. Малфой ухмыльнулся внешнему виду гриффиндорки и начал жадно рвать рубашку на её теле, открывая тем самым вид на жемчужно-розовый лифчик, покрытый кружевом: * Господи… Как же сексуально она в нём выглядит…* Его член болезненно сдавливали брюки, и тогда парень вновь прильнул к губам девушки. Он безудержно сминал их своими, а язык ласкал ее во рту Гермионы, периодически покусывал, а затем снова облизывал, заставляя девушку хныкать ему в губы. Руки Драко нагло изучали тело Гермионы, не оставляя без внимания ни один сантиметр её нежной кожи. Слизеринец наконец-то добрался до застёжки её лифчика, а после отбросил ненужную вещь в неизвестном направлении. Да и похуй. Когда холодными пальцами он дотронулся до сосков девушки, заставив её вздрогнуть от прикосновений к чувствительному участку кожи. Малфой яростно оттягивал их, сохраняя напряжение, а затем сжимал между пальцев, заставляя гриффиндорку стонать ему в губы что-то нечленораздельное. Свободной рукой он держал ее за челюсть и тянул на себя, чтобы у нее не было ни шанса отвернуться. Сквозь все томные стоны и жадные вдохи Драко удалось вовремя наложить на аудиторию Surdus, и через секунду он почувствовал тонкие пальчики Грейнджер, гуляющие по его телу, зарывающиеся в его волосы, оттягивающие платиновые локоны с силой соизмеримой её желанию, на что Драко отвечал ей теми же рваными стонами, которые минутой ранее выходили из уст Гермионы. И каждый такой стон руки Малфоя притягивали поддающееся тело сильнее и сильнее. Вокруг них образовался вихрь из магии. Это было волшебное сумасшествие. Но оно не было похоже на ту магию, которая окружала их в тот раз в коридоре, когда они целовались. В тот раз магия, которую они источали, была более нежной, мягкой, но сейчас это скорее походило на торнадо из стихий, которое захватывало собой всё вокруг. Драко так возбуждал ее запах. Запах цветов и почти что осязаемого возбуждения, которое исходило от неё. Когда двое уже почти падали в обморок от недостатка кислорода, слизеринец отпрянул от девушки и, подхватив ту за бедра, посадил на парту так резко, что вокруг неё поднялось облако пыли. Как только Гермиона сделала вдох, ей тут же пришлось вернуть его обратно, заполняя пространство сдавленным стоном, когда Драко прильнул к её груди и прикусил мягкую кожу. После того как Драко оставил на теле гриффиндорки несколько отметин, он толкнул её на парту, не обращая внимание на то, что девушка могла удариться головой. Похуй. Гермиона тонула в радужках, напоминающих грозовое небо, отчетливо читая в них нотки ярости и желание. Животное желание. Способность трезво мыслить и осознавать реальность гриффиндорке мешали его губы, ненасытно поглощающие каждый миллиметр её тела. Аудиторию освещал приглушённый лунный свет, но его хватило, чтобы Гермиона смогла рассмотреть, как Драко жадно хватался за её ареолы, не оставляя живого места на теле. Девушка руками вцепилась в край парты и удивилась тому, как та всё еще не сломала ее под натиском ее хватки. Драко слегка надавил на коленки девушки, чтобы она поддалась его движениям, и тогда Гермиона почувствовала упругость между ног, на что она инстинктивно попыталась сжать колени, но слизеринец не дал ей этого сделать, придвинувшись еще ближе, заставляя обоих подавиться еще одним стоном. Гермиона чувствовала, насколько напряжённым был воздух вокруг них, и она могла бы заметить лёгкое мерцание, заполнившее комнату, если бы её глаза не застилала пелена возбуждения. Драко начал спускаться поцелуями вниз по рёбрам девушки, оставляя мокрые следы на её животе, опускаясь всё ниже и ниже, сжимая затвердевшие соски, заставляя гриффиндорку ёрзать от нетерпения. Ему казалось, что он мог чувствовать каждую мурашку, вызванную его прикосновениями, под своим языком. Каждая мышца Гермионы напрягалась в тех местах, которых он касался губами. Из груди девушки вырвался всхлип, когда парень убрал одну руку с груди и, улыбнувшись такой реакции, задрал её юбку наверх, возвращая ладонь на прежнее место, получая за это благодарный вздох. После очередной дозы поцелуев, оставленных на бедре Гермионы, парень слегка отстранился от разгорячённого тела, вызывая в девушке волну негодования, подавленную в ту же секунду стоном, когда его руки оказались на ногах девушки: — Какая ты нетерпеливая…— ухмыльнулся Драко и укусил её за коленку. Гермиона тяжело дышала, бормоча что-то бессвязное, пока парень исследовал внутреннюю часть её бедра. Но когда Драко приблизился к заветному месту, в котором сосредоточились все нервные окончания, её порывистые стоны стали еще громче, заполняя пространство вокруг. Гриффиндорка задыхалась от новых ощущений и почти теряла сознание, но холодные кончики пальцев заставляли её приходить снова в чувство, и всё действие, казалось, тянулось целую вечность. Вдруг девушка выгнулась в спине и распахнула глаза от неожиданности, когда почувствовала язык Драко, наверстывающий круги по ткани её трусиков. Гермиона приподнялась на локтях и встретилась с раскаленным серебром, которого почти не было видно из-за зрачков, расширенных до неузнаваемости. Его глаза вдруг стали похожи на две чёрные дыры, источающие похоть и предвкушение. Уголки его губ потянулись вверх, когда Драко прихватил белье зубами и потянул его вниз к ногам гриффиндорки. Он попытался навсегда запечатлеть в памяти этот момент: Гермиона со слегка приоткрытым ртом на миг затаила дыхание, её глаза блестели так, будто в них была сосредоточена целая галактика, а грудь поднималась и опускалась предательски часто, выдавая её с потрахами. В её взгляде читалось желание на грани с безумием, и он хотел запомнить её такой навсегда. Спустив тонкую ткань по ногам, Драко увидел, как за ней потянулась густая нить смазки. В штанах невозможно давило, и одному Мерлину было известно, каких сил ему стоило не расстегнуть эту чёртову ширинку. Придвинувшись к жаркому лону ближе, Драко прошелся по его поверхности языком. Там было настолько горячо, что тепло её тела чувствовалось даже в паре сантиметров от половых губ. Рваный вздох вырвался из груди Гермионы, когда Драко слегка прошелся языком по мокрым складкам, переходящий в полукрик, когда парень наконец коснулся языком клитора. Какое-то время он доводил её до грани, намеренно оставляя заветный участок кожи без внимания, заставляя Грейнджер дёргаться от вожделения всё сильнее и сильнее. Когда Драко понял, что она почти на пике, то обхватил клитор губами и начал слегка посасывать, вызывая в девушке новую волну отчаянных стонов и вздохов, которые все равно не были достаточно громкими для того, чтобы перекричать безумно стучащую в ушах кровь. Магия вокруг них разрезала пространство, была осязаема, как тактильное прикосновение - к ним было действительно опасно подходить, и они это чувствовали. Пройдясь пару раз языком от клитора до промежности, Драко впитывал её возбуждение, видя как девушка ёрзала под ним. Гермиона хрипела что-то неразборчивое, но периодически ему удавалось услышать отрывки фраз, подавленные очередными резкими вздохами: — Дракооо...Прошуу... — вырвался из груди Грейнджер полустон-полукрик во время его ласк, когда девушка оттянула рукой его платиновые локоны, на что Драко слегка прикрыл глаза и прорычал ей прямо в губы. — … да… Драко да, да, да, ДА! ДА! ДА! Да Драко, прошу Да не… Пошевелив еще пару раз языком, слизеринец почувствовал, как девушка выгнулась и томно, громко и с надрывом кончила с его именем в устах. Он чувствовал её соки от оргазма на языке, а затем проглотил их. Поднявшись на затекших ногах он наблюдал за прекрасной картиной. Гермиона лежала на парте, всё еще подрагивая от нахлынувших ощущений, чувствуя негу, разлившуюся по телу. Раньше она доводила себя до оргазма, но, по сравнением с этим, всё всегда было «тихо». Ощущение было такое, будто бобровую плотину прорвало с неистовой силой, и все вокруг превратилось в щепки. Гермиона наконец встретилась с адским пламенем его глазах Драко, когда он быстро поднял её и поцеловал. Она ощущала свой вкус на его губах и языке. И вдруг одна его рука снова начала ласкать сосок девушки, а вторая опустилась на все еще набухший клитор. Девушка не успела прийти в себя от первого оргазма, когда на горизонте уже виднелся второй: — Давай, кончай... Умница... — Шептал ей куда-то в ключицу Драко до тех пор, пока Гермиона не откинулась в его руках и из её уст снова не вырвался протяжный стон. Он говорил ей эти слова, едва касаясь нежной кожи губами, когда не понял, что сам кончил в штаны… *Блять. Твою мать!* Он быстро отпрянул от нее и ушел с поля зрения девушки: — Кто бы могу сом… Слизеринец снова встал перед гриффиндоркой и протянул ей белье: — Я подожду тебя за дверью. — И после сказанной фразы пулей вылетел из аудитории. Гермиона осталась в таком положении ещё какое-то время, обдумывая произошедшее и восстанавливая зрение. Надев бельё, девушка быстро справилась с рубашкой и, прихватив с собой галстук, вышла за дверь. Посмотрев по сторонам, девушка подумала, что слизеринец все-таки оставил её одну и уже разочарованно опустила взгляд, когда заметила движение рядом. Гермиона увидела, как он сидел, оперевшись о стену, с прикрытыми глазами: — Драко? Парень резко повернул голову и неспеша встал; — Пойдём, я очень устал и хочу спать. Слизеринец уже двинулся вперёд в сторону башни, когда гриффиндорка увидела, что правая рука парня блестела от влаги: — Драко… Рука… Юноша остановился и посмотрел на ладонь, потом поднял ту, на которой осталась смазка, посмотрел в глаза девушки, хищно улыбнулся и облизнул пальцы: — Сладкая… Гермиона вспыхнула и быстрым, насколько это было возможно, шагом направилась к портрету, на что Драко лишь тихо рассмеялся.