Разрывая пути расставания

      Эрвин приказал своим солдатам выполнять приказ Леви — прикрывать капитана. Все прекрасно осознавали, что из этого сражения некоторые не выйдут живыми, но отдать сердца за своих предводителей — их долг. Лезвия рубили на части сообщников Кенни, не оставляя ни единого шанса на выживание. Микаса старалась укрыть раненного Жана, чтоб парень остался в живых и не получил новые травмы. Расправившись с подчинёнными Кенни, солдаты осознали, что самому́ старшему Аккерману удалось улизнуть, пока его бойцы сражались насмерть.       Капитан Леви гнался за Эстер, Катериной и её подчинёнными. Позади женщины было всего два солдата, которых мужчина быстро устранил со своего пути, вонзая лезвия в их спины. В поле зрения попала и сама Эстер. Аккермана поражало, с какой ловкостью девушка маневрирует в пространстве, словно из её спины выросли крылья, которые Катерина так мечтала подрезать. Женщина прицелилась с криком, выпуская в Эстер пулю. Единственное, что успел сделать Леви перед самим выстрелом- нанести глубокий порез на ноге Катерины. Пуля попала в трос Вагнер, тем самым испортив девушке УПМ, отчего она устремилась вниз. Ускорившись, у мужчины получилось подловить брюнетку, пытаясь избежать погони. Катерина была не в состоянии сражаться дальше и приземлилась на крышу, проклиная Аккермана и Вагнер. Леви крепко держал Эстер, чтоб она не упала с повреждённым УПМ. Прибыв к своим товарищам, капитан поставил девушку на ноги. На его лице смешалось несколько эмоций: злость, переживание, доля спокойствия, что девушку удалось спасти. Эстер как обезумевшая смотрела на Аккермана.       — Тварь, я убью её! — девушка ринулась к краю крыши, но её схватил за руку Аккерман, останавливая от безрассудных действий.       — Как ты можешь отпускать своих солдат в такой ситуации? — принялся отчитывать обычно спокойный Леви брюнетку.       — Я не хочу, чтоб кто-то погиб из-за меня, как ты этого понять не можешь, сам так же поступил бы на моём месте! — не сдержавшись Вагнер перешла на крик.       — Прежде чем что-то делать подумай головой, идиотка! — парень подошёл ближе к девушке, хватая её за плащ.       — Я отправила их к тебе, чтоб помогли с Кенни!       — Я бы и сам справился, если бы твои остолопы не оставили тебя там одну! В итоге надо спасать твою задницу!       — Тебя никто об этом не просил, я бы ускользнула!       — Да, — оскалился Аккерман от бешенства, сильнее сжимая в руке плащ Эстер, — с неисправным УПМ, хотел бы я посмотреть на это! — девушка схватила парня за воротник плаща и с самой что ни на есть злостью прошипела.       — Хоть так, но я избавилась бы от неё! А ты избавился бы от Кенни! И не было бы у нас лишних проблем!       — Леви! Эстер! — подбегая закричал Эрвин.       Капитаны смотрели друг на друга со злостью и казалось, что они одним взглядом готовы уничтожить друг друга. Ни на сантиметр не отойдя друг от друга, они молча с яростными лицами вглядывались в глаза друг друга.       — Отпусти её, Леви! — приказал Эрвин, после чего Эстер отдёрнула руки от Аккермана, то же и сделал мужчина, — мы упустили только Катерину и Кенни, — брюнетка быстрым шагом ринулась к Жану, остальные лишь провожали её взглядом.       — Кирштейн, дай мне свой УПМ.       Неуверенный в том, стоит ли исполнять приказ, раненный Жан перевёл взгляд на шокированного главнокомандующего и своего капитана. Ханджи молча стояла, с подавленным состоянием смотря на Эстер. Аккерман, выходящий из себя от поведения девушки, подошёл к ней, отдёрнув за руку и развернув к себе.       — Успокойся, мы отступаем!       — Пусти меня! — пытаясь отпихнуться крикнула Вагнер, — я должна прикончить её здесь! Кому говорю, дай свой УПМ!       — Капитан Эстер…- промолвил Жан, испугано наблюдая за обезумевшей от мести девушкой. Ни только Кирштейна напугало такое отчаянное поведение Эстер, но и всех солдат Леви, главнокомандующего и командира Ханджи.       — Пусти меня, Леви, иначе и тебе сделаю больно, — девушка, славившаяся своим холодным рассудком и рациональным поведением во время миссий, билась в истерике, стараясь вырваться из рук Леви.       — Эстер, приди в себя! Солдаты ранены, мы должны отступить!       — Я убью эту тварь за то, что она сделала! Пусти! — девушка впала в настоящий нервный срыв, при этом сильно бив кулаками Аккермана по груди. Никто не вмешивался, все понимали — капитан сам справиться.       — Эстер, не выводи меня!       — Отпусти меня!       Понимая, что другого выбора нет, Аккерман развернул девушку к себе спиной и сильно надавил на определённый участок шеи. Прежде вырывающаяся девушка потихоньку теряла хватку, после чего и вовсе упала в обморок. Леви подхватил её на руки, глядя на бессознательную Эстер. По её щеке медленно скатилась слеза. Для Вагнер основной целью было убить Катерину и избавить мир от титанов. От первой цели она потеряла рассудок, осознав, что женщина была у неё на крючке, отчего потеряла самообладание и дала волю эмоциям.       — Что вы сделали? — испугавшись Конни подбежал к капитану.       — Надавил на сонную артерию. Пару часов и она придёт в себя, — Джеймс, после фразы Аккермана, оскалился и намеревался ринуться к мужчине, забрать у него своего капитана, но Изуми задержала его.       — Уходим, — приказал Эрвин, после чего взглянул на Леви, — посади её к себе, как очнётся — дай знать.       Подозвав своих лошадей, разведчики оседлали их, стремясь как можно быстрее покинуть пределы стен. ******       Добрались до штаба солдаты намного быстрее, чем до стен. Уже к утру они прибыли в штаб, где их встретили оставшиеся разведчики. Вагнер до сих пор не пришла в себя. С самого прибытия за её состоянием следили Саша, Эрвин и Ханджи. Главнокомандующий не мог понять: что стало тем самым раздражителем для Эстер, почему так яростно отреагировала на эту борьбу за выживание? Эрвину доводилось отправляться на миссии вместе с брюнеткой, каждый раз она вела себя рассудительно, не выкидывала никаких фокусов, всегда была осторожна в своих действиях. Однако в этот раз что-то явно пошло не так.       Через пару часов после возвращения в штаб Вагнер начала приходить в себя, только вида она не подала. На её глазах наворачивались слёзы, девушке было стыдно за своё поведение, что она позволила жажде мести затмить собственный разум.       — Она очнулась? — распахнув двери в комнату вошёл абсолютно спокойный Аккерман, как обычно, без каких-либо эмоций на лице.       — Нет еще, — приобнимая саму себя ответила Ханджи, уныло взглянул на Вагнер. Мужчина подошёл к Эстер и, наклонившись над ней, произнёс.       — Долго еще собираешься делать вид, что ты без сознания?       — Капитан, что вы…       — Саша, отойди, — уступив место капитану, Браус встала со стула. Леви приоткрыл веки девушки и, увидев реакцию, обернулся к Эрвину и Ханджи, — пришла в себя, заканчивай этот спектакль.       Медленно девушка открыла глаза, виновато взглянув на своих товарищей. Она прекрасно понимала, как оплошала, но слов подобрать не могла, чтоб извиниться в первую очередь перед главнокомандующим. Ханджи ни за что не пристыдила бы её, только Аккерман мог позволить себе сказать что-то колкое в её адрес. Набравшись сил она привстала, усаживаясь удобнее. От нервов она начала хрустеть пальцами, приоткрывая рот, изо всех сил выдавливая нужные слова.       — Эрвин, я… я       — Как ты себя чувствуешь? — перебил Вагнер главнокомандующий, девушка томно выдохнула, прикрыв глаза, — Леви ничего не оставалось, только как вырубить тебя, — девушка открыла глаза, устремив взгляд на Аккермана, который смотрел через окно на тренировку разведчиков, но тут он заговорил.       — Можете оставить нас ненадолго?       Кивнув в ответ, Эрвин удалился из кабинета, Ханджи, улыбнувшись Эстер и похлопав рукой по спине Аккермана, вышла вслед за Смитом, закрывая за собой дверь. Леви медленно отстранился от стены, прижавшись спиной к другой, ближайшей к брюнетке стене. Мужчина не смотрел на неё, взгляд был направлен прямо.       — Я жутко всех подставила…- пробурчала Вагнер себе под нос, только капитан это расслышал.       — Ничего нового ты мне сейчас не рассказала, — равнодушно ответил брюнет, сложив руки крестом.       — Я испортила вам всё?       — Нет, мы и так бы отправились обратно после стычки с Кенни и Катериной. Твои истерики никому к черту не сдались, — с презрением парень произнёс спокойным тоном       — Не понимаю, как я могла потерять рассудок, я словно обезумела. Простите…       — Ты жива лишь потому, что мы вовремя спохватились, чтоб защитить твою задницу, — перебил Аккерман Эстер.       — Я не знаю, что я делаю. Словно с ума схожу…       — В первый и последний раз, Эстер, — тихо произнёс капитан, всё так же не глядя на девушку, — чтоб больше такого не было.       — Леви, извини меня, — с неким отчаянием обратилась к мужчине Вагнер.       — Ты хоть понимаешь, что ты натворила? — повернув голову в сторону Эстер сказал Леви. Он держался в прежнем безразличии, — ты подставила в первую очередь себя.       — Я понимаю.       — Нет, не понимаешь. Истеричка, — Аккерман словно ядом прыснул, это была последняя капля для Вагнер.       — Она убила моих друзей и… — тихо произнесла Эстер, в горле стоял ком. Леви посмотрел на девушку, способную зареветь от безысходности, — я была совсем ребёнком, а на моих глазах зарезали тех, кого я знаю и с кем дружу. Ни за что. Порубили на мелкие кусочки за то, что у нас не было денег. Я не видела её с тех пор. Желала отомстить и только. Поэтому и обезумела.       — Тогда ты и расправилась с её людьми, — сделав вывод ответил Аккерман       — Да. На моих глазах она зарезала моего старшего брата, сама, — позволив дать слабину, девушка пустила слезу, поспешно вытирая её рукой, — перерезала горло, заставляла смотреть, как с моего родного брата снимают кожу. Выкинула части его тела, словно он никому ненужный скот. Я несла домой всё, что от него осталось. Ребёнком. А теперь ответь мне, — Вагнер пересеклась взглядом с озадаченным Аккерманом, — как бы ты отреагировал, увидев спустя много лет тварь, которая поступила так с членом твоей семьи? Я всегда была стойкой, никогда не подставляла ни одного члена команды, всегда действовал рассудительно и в первую очередь обдумывала свои действия. Увидев её, я вспомнила всех, кого она убила. Катерина и от меня бы избавилась, если бы я тогда не сбежала. У меня не было выбора.       Леви молча смотрел на Эстер, пытаясь переварить всю информацию, которую она рассказала. Внутри него зародились чувства сочувствуя и сопереживание по отношению к девушке, пережившую такое. Не каждый человек будет способен выдержать такую психологическую травму, не говоря уже о том, что пережить такого рода потрясение, будучи ребёнок. Внутри неё всё еще живёт та маленькая, сломленная девочка, которую Эстер пытается спрятать за сильной, уверенной в себе и стойкой девушкой. Прикрыв глаза, Аккерман присел на кровать, держа Эстер на расстоянии.       — Мне жаль, — от этих слов девушка выдохнула, от удивления размокнув губы, слегка приоткрыв рот. Взгляд Вагнер выдавал её поражённое состояние от фразы Аккермана, — мы все потеряли близких. На чьих-то глазах гибли собственные семьи, только нельзя сдаваться. Ты отомстишь Катерине, всему своё время. А до тех пор старайся держаться так же стойко, как о тебе всегда отзывались. И не глупи.       Девушка ошеломлено смотрела на Леви. До этого девушка делилась своими переживаниями только с одним человеком. Аккерман словно понял её боль, осознал, почему Эстер дала волю своим эмоциям и позволила им накрыть пеленой забвения свой рассудок. Мужчина встал с постели и, подходя к двери, обернулся, смотря на Вагнер.       — Эрвину и остальным скажу, что Катерина пыталась убить тебя ни один раз. О большем я не проболтаюсь.       — Спасибо, Леви.       — И отдохни, вечером Эрвин ждёт тебя в столовой.       Аккерман вышел из спальни девушки, оставив её одну. Благодаря их диалогу Эстер начала тонуть в своих воспоминаниях. Её затрясло, перед глазами встала картина, где её брата расчленяют. Крики о мольбе прекратить издевательства звучали в голове с такой силой, будто мозги сейчас взорвутся. «Нет, пожалуйста! Оставьте Августа! Он же мой брат!» — кричала малышка Вагнер, когда Катерина поднесла меч к горлу старшего брата. Столько лет она старалась не вспоминать об этом, забыть, словно страшный сон. Только сейчас, после разговора с Аккерманом, пришло осознание — это жестокая реальность, с которой ей пришлось столкнуться. Второй раз в жизни ей пришлось открыть шкатулку с этими воспоминаниями, отчего её накрыло волной отчаяния. Схватившись за голову, Эстер уткнулась лицом в колени, подавляя желание завопить от боли. Молча девушка сидела на кровати, а поток её слез можно было сравнить с ливнем. Она должна быть сильной, должна…       К вечеру Эстер взяла себя в руки, однако выражение лица и общее состояние выдавали её подавленность. Переодевшись в чёрные брюки, бежевую кофту и, накинув куртку разведчиков, Вагнер причесала волосы, оставляя их распущенными. Ей было волнительно выходить, встречаться со своими солдатами и товарищами после событий в городе. Однако выбора у неё не было. Взяв себя в руки, Эстер переступила через порог комнаты. Ей казалось, будто ботинки набиты камнями, они стали тяжелее, настолько трудно и страшно ей было идти. Если бы она не явилась, поступок расценили бы как неуважение к Разведкорпусу. Остановилась Вагнер прямо у дверей столовой. Она пыталась придумать объяснение своим действиям, только в голову ничего не приходило. Поправив куртку, девушка отворила двери, проникая внутрь комнаты. В столовой царило веселье, солдаты, смеявшись, рассказывали друг другу какие-то истории, сидя за ужином. Заметив одного из капитанов, разведчики замолчали и поднялись со своих мест, отдавая честь Вагнер, тем самым приветствуя её. За дальним столом сидели Эрвин, Ханджи и Леви. Увидев девушку Ханджи с долей волнения смотрела на неё. Смит ждал, пока она что-нибудь скажет, Аккерман же бросил на Эстер мимолётный взгляд, наполненный чёрствостью. Постоянно поправляя одежду, брюнетка поняла, что выдаёт свою тревожность, спрятала руки за спиной.       — Хотела бы принести извинение за своё предосудительное поведение на миссии, — Эрвин и разведчики стали внимательнее слушать капитана, — я поставила вас в безвыходное положение и усугубила своим умопомешательством ситуацию. Более себе такого не позволю и буду тем же солдатом, тем же капитаном Эстер, которой вы все меня знаете.       Немного выдержав паузу, молодые разведчики начали аплодировать девушке, показывая этим жестом, что не имеют права её осуждать и пойдут за ней куда угодно. Эрвин пригласил Эстер присоединиться к ужину. Робко девушка села рядом с доброжелательной Ханджи, которая интересовалась её самочувствием. Как выяснилось, Леви успел доложить до товарищей, что послужило причиной такого поведения Эстер. Недолго обсуждая эту тему с девушкой, Эрвин убедился в том, что больше такого не должно произойти. Однако выдал он только то, что и обещал сказать им Леви. К Аккерману подбежал Эрен и что-то прошептал таким образом, чтоб больше никто не услышал. Леви нахмурено посмотрел на Йегера, обернувшись к Эрвину.       — Молодые желают праздника, — встретившись с непонимающим, на что намекает мужчина, взглядом Смита, Леви с издёвкой произнёс, — пьянствовать хотят, — Эстер и Ханджи усмехнулись, хоть и старались сдержать смешок.       — Простите, главнокомандующий Эрвин…- судорожно обратился к Эрвину Эрен.       — В подвале лежат ящики с вином, сколько вас всего? — пересчитав солдат и себя с капитанами, — нас двадцать два человека. Захвати десять бутылок, так уж и быть.       Разведчики вскрикнули от восторга, подпрыгивая со своих мест. Жан, несмотря на свою рану, и Конни, с разрешения главнокомандующего, помчались вдогонку за Эреном, чтоб помочь ему донести вино. Аккерман подставил руку под щёку, смотря на весёлых разведчиков.       — Надо было напоить их чаем, пришибленные, — Ханджи рассмеялась, гладя на то, с каким каменным выражением лица Леви осуждает за распитие алкоголя солдат.       — Не будь занудой, коротышка, — Аккерман откинулся на спинку стула, пропуская мимо ушей шутки Зое.       — И относись к солдатам с уважением, дай им отдохнуть, они заслужили, — Эстер позабыла о своих переживаниях, когда увидела улыбки на лицах подчинённых.       — Я уважаю их и доверяю, однако хреново будет, если они нажрутся подобно свиньям. Гемора потом столько будет с их похмельем.       Радостные солдаты элитного отряда Леви вбежали в столовую, в руках у них были бутылки отборных вин. Разведчики, забыв о достойном поведении, начали вопить и радоваться словно малые дети. Разобрав пойло между собой, солдаты поставили три бутылки на стол к капитанам и главнокомандующему. Эрвин позволил солдатам забрать одну бутылку, оставляя на их столе две бутылки.       — Предупреждаю, — без лишней агрессии и эмоций произнёс Аккерман спокойным тоном, отчего все подчинённые замолкли, глядя на капитана, — завтра с утра вас ждёт уборка по всему штабу и меня абсолютно не будет волновать, трещит ли у вас башка. Всем понятно?       — Да, сэр! — воедино ответили солдаты.       — Можете приступать, — разведчики начали разливать алкоголь по стаканам и не могли нарадоваться тому факту, что Смит позволил им выпить. Аккерман, посмотрев на бутылки, обернулся к Эрвину, — а нам-то зачем принесли? Ты же не пьешь.       — Верно, — улыбнулся Смит, после чего перевёл взгляд на девушек, — ты не подумал о том, что Ханджи с Эстер могут захотеть отдохнуть вместе с разведчиками?       — Эрвин, ты чего? — покраснев опешила Ханджи, — мы…       — Мы же…- начала Эстер, поддерживая ошеломление Зое.       — Спокойно, — Эрвин взял стаканы девушек, наливая им вина, — мы всю жизнь проводим в напряжении, не позволяя себе ни секунды отдыха. У нас есть возможность забыть о проблемах на один вечер. Я даю своё позволение. Так что можете выпить.       — А ты не будешь, Леви? — спросила Ханджи удивлённо переведя взгляд со Смита на Аккермана.       — Мне смысла нет пить…- перебивая мужчину Ханджи выхватила из рук Эрвина бутылку, чтоб налить выпить Аккерману, — четырёхглазая, что ты…       — Ты пьешь с нами!       — Ханджи, Леви и так злюка, ты хочешь напоить его и разбудить в нём грозу титанов? — подмигнув девушке усмехнулась брюнетка, после чего Зое улыбнулась.       — Я не напиваюсь, — забирая стакан из рук Ханджи Леви принюхался к вину.       — Давай, Аккерман, расслабься хоть на секунду! — отпив алкоголя Эстер улыбнулась мужчине.       Ханджи и Эстер чуть ли бунт не устроили, чтоб капитан Леви выпил вместе с ними. В итоге, во избежания долгих уговоров от надоедливых девушек, Аккерман решил присоединиться к ним. Эрвин решил оставить этот праздник жизни осознавая, что солдаты не смогут до конца расслабиться под пристальным наблюдением главнокомандующего, ко всему прочему его очень тянуло в сон. Единственным приказом было не шибко шуметь, чтоб Смит смог заснуть. Армин и солдаты Ханджи начали напевать разные песни. Саша, увлекая девушек из отряда Вагнер за собой, танцевала, заставляя Конни подняться с места. Жан с Холлинсом разговаривали по душам, пока к ним не присоединилась Микаса, предлагая выпить еще. Эрен и вовсе заснул прямо за столом, пока на него не налетели подчинённые из других отрядов. Молодёжь веселилась, словно это их последний день. Алкоголь сильно ударил им в голову, однако они были счастливы, что спустя столько трудностей могут хоть ненадолго, но забыть, каким жестоким является этот мир. Ханджи от выпитого алкоголя пыталась одолеть сонливость, только вот Зое держалась из последних сил. Эстер, забывая о границах между капитанами и подчинёнными, да и от вина, танцевала вместе с Сашей и Марией, крутилась вокруг своей оси, отчего её волосы развивались, будто листья на ветру. Аккерман поглядывал изредка на это веселье, только сам погрузился в свои мысли. Алкоголь его несомненно чуточку расслабил, но не более, Леви действительно невозможно напоить. Ханджи пересела на стул рядом с капитаном и вместе они смотрели на счастливую Эстер, кружащуюся с ребятами за руки с солдатами под песни других ребят. Ханджи наполнила опустошённые стаканы, чокаясь с Аккерманом. Глотнув вина, брюнет облизал свои губы, продолжая наблюдать за товарищами, которые находятся в полной эйфории. Ханджи, подставив руку под щёку, улыбнулась, глядя на Леви.       — Чего ты так смотришь? — периферическое зрение никогда не подводило мужчину, он произнёс это обыденным тоном.       — Да так… вот бы всегда было такое веселье. Однако тебе это чуждо, не так ли? — подруга Аккермана заметила в его глазах неприятный осадок после этих слов, будто Зое попала в слабое место. Следом за предположением Ханджи Леви полностью опустошил стакан, чуть поморщившись.       — Вино слишком сладкое, только сейчас заметил, — Аккерман старался не смотреть в сторону Эстер, но, видя, что отчаявшаяся утром девушка настолько счастлива и весела сейчас, он не мог не поражаться тем, какая же она стойкая.       — Леви, — Ханджи отстранилась от мужчины, но он посмотрел на неё, — мы истребим титанов, избавимся от Кенни и Катерины, и заживём, дыша полной грудью.       — Лишь бы твои слова оказались правдой, Ханджи, — заметив, что молодые люди разошлись, Аккерман крикнул им, — малышня, вы что-то сильно расшумелись.       — Дай нам еще немного времени, — сложив руки, моля Леви сжалиться над ними, Эстер подбежала к мужчине.       — Уберите за собой и марш спать, — посмотрев на разведчиков приказал капитан.       — Есть, сэр! — пьяные солдаты принялись убирать за собой стаканы, плетясь словно улитки. Взгляд Леви привлёк мирно спящий Йегер, пускающий слюни на стол, — Жан, Армин, разбудите Эрена, живо.       — Как прикажете!       — Мария и Изуми, — мужчины подозвал к себе девушек из отряда Эстер, — соберите девочек и быстро в свою комнату.       — Слушаемся!       — Моблит, живо всех за шкирку затаскивай в мужскую комнату, — подзывая к себе подчинённого Ханджи сказал мужчина, — они достаточно повеселились.       — Но… капитан Ле-ле-леви…- запинаясь от испуга произнёс Моблит.       — Выполняй приказ, — вследствие указания Аккермана, с трудом, но Моблит отправил всех парней спать.       Ханджи, вслед за солдатами, отправилась в свою спальную комнату. Пока Аккерман распоряжался, кто доведет и проконтролирует, чтоб все легли спать, он упустил один момент- Эстер куда-то пропала. Чертыхнувшись, капитан принялся искать девушку по столовой, пока не услышал смех за своей спиной. Подойдя к соседнему столу, он увидел, как девушка сидит на полу, положив голову на стул в попытке заснуть. Леви подумал оставить её так, чтоб проучить, однако, заметив, что брюнетку тошнит, подхватил её под мышки и быстро вывел на улицу. Еле устояв на ногах Вагнер отбежала от Аккермана, не хотела, чтоб товарищ видел, как её тошнит. Брюнет бы поморщился или поиздевался над ней с помощью сарказма и шуток, если бы не увидел, как к штабу приближается один из разведчиков. Убедившись, что Эстер еще не закончила со своими делами в кустах, Леви подошёл к подъехавшему солдату. Слезавший с лошади солдат поприветствовал капитана, после чего отдал честь.       — Капитан.       — Говори, — переходя к делу сказал Леви.       — Информация для вас, командира Ханджи, капитана Эстер и главнокомандующего Эрвина.       — Что случилось? — напрягаясь спросил у солдата Леви. Он давно знает этого разведчика и в его верности не сомневался.       — Кенни и Катерина напали на ваш след, вам следует в скором времени направиться как можно дальше отсюда,       — Леви впал в замешательство. Это был один из самых лучших и затерянных штабов, который было сложнее всего найти. Если не успеть, то к завтрашнему дню Аккерман и его шайка нагрянут.       — Отправляйся обратно, позже тебе сообщат о нашем расположении.       — Как прикажете.       Казалось, что от размышлений у мужчины взорвётся мозг. Поднимать солдат сейчас было бы бессмысленно, они все пьяны. Однако к полудню они могут не успеть выехать из штаба. Леви переживал, какой выбор ему принять и как сообщить это Смиту. Вернее сказать, он засомневался в своих действиях, верное ли решение принимает, ведь именно капитан Леви посоветовал отвести самостоятельно Агнет домой, из-за чего на них было совершено покушение. Аккерману срочно нужна была помощь в лице лучших разведчиков и, после того, как Леви помог Эстер добраться до своей комнаты, он решил отправиться к Смиту.