Restart

***

— Я… Так виноват… Прости… — Всё, что смог из себя выдавить Майки. Его переполняло множество эмоций, от удушающей тоски, до невероятной радости. Казалось, пустота, которую парень чувствовал на протяжении множества лет, в одно мгновение исчезла без остатка. Все прошлые воспоминания стали меркнуть, будто бы, наконец, из бесконечно долгого лабиринта собственных мыслей вернулся он, настоящий Сано Манджиро. Тот, что не боялся идти на риск, тот, за кем люди хотели следовать, тот, с кем нынешний глава Бонтена, не имел права даже сравнивать себя. — Майки. Что черт возьми случилось?! Ты точно в норме? — Тон Баджи стал не на шутку серьёзным, ведь он практически никогда не видел друга в таком состоянии. Даже после смерти Шиничиро, Майки, которого он знал, не показал ни грама собственной слабости. А тут, просто так, чуть ли не в слезах полез обниматься. Это было слишком странно. Кейске с опаской похлопал друга по спине, будто пытаясь успокоить ребёнка. Хотя, успокаивать детей у Баджи получилось мягко говоря, ужасно. — Блять, это. Не грусти, ведь кто грустит, тот трансвестит.! — Кейске попытался разбавить атмосферу, в меру своих возможностей. — Ну же, глава, отлипни от меня наконец и объясни, что происходит. Это из-за этого лысого придурка? Мне избить его? — Задал вопрос капитан первого отряда, указывая пальцем на Дракена, который в данной ситуации, был в не меньшем шоке. Майки же, казалось, вообще перестал подавать признаки жизни. Он вдруг осознал, что и правда находится в самой, что ни на есть реальной, реальности. «Как, такое возможно?» — Размышлял Манджиро, все ещё притворяясь декорацией, приставшей к несчастному мамкиному хулигану. «Не может быть. Меня, что каким-то хреном закинуло в прошлое, вместо Такемучи.? Хотя, если так подумать то, Дракен и правда выглядит моложе чем должен, да и на всех придурках здесь форма старой Тосвы. И то, что Баджи жив…» — Шестерёнки в голове Манджиро наконец, начали работать как положено. Парень, пусть и со скептицизмом, смог трезво взглянуть на данную ситуацию. И теперь те бредни Такемичи о перемещениях во времени, наконец, стали иметь смысл. Ведь, если Майки действительно в прошлом, то ещё ничего не случилось. Но. Это также значило, что сейчас Манджиро находится на месте плаксивого героя. «И, что я должен сделать? Спасти всех, вместо Такемичи?..» Разобравшись в происходящем, Манджиро, наконец, отлип от шокированного друга. — А, соррян, Баджи, мне просто приснился оочень дерьмовый сон, — Майки пытался сказать эту фразу как когда-то, когда еще был беззаботным ребенком и отчасти у него это даже получилось, если бы не мертвый взгляд. Он говорил намного больше чем простые слова. — Ты. Совсем придурок, Майки?! Свали от меня, со своими кошмарами! — Разумеется, Баджи понял, что с Манджиро, что-то не так. Но решил пока не акцентировать на этом внимание, ведь мало ли, что там его другу в голову ударило. — Если, наконец отошёл от своего дерьмового сна, то начинай наконец собрание. Я не собираюсь здесь до утра торчать! — Сказал Баджи, и закинув руки за голову, вернулся к своему отряду. — Э.? Собрание? Дракен, что я собирался сегодня сказать? — Майки, повернулся в сторону Кена, который все это время молчаливо наблюдал, делая для себя выводы, о которых Манджиро осталось лишь догадываться. — Ты реально забыл на кой хрен всех собрал? — Незамедлительно ответил Кенчин. — Ты думаешь, если бы я помнил, то стал бы спрашивать? — Летний ветер трепал волосы, а галдящие в нескольких метрах от парня, дети действовали на нервы. Нынешний Сано ненавидел повторять дважды. Так, и сейчас, по привычке чуть не сорвался, на своего заместителя. Но, вовремя пришёл в чувства. — Ну, то есть, я ещё не до конца проснулся, так что просто введи меня в курс дела, — перефразировал Манджиро. Дракен же, не отрываясь, смотрел на своего «босса», что-то в поведении Сано очень напрягло парня, словно перед ним был совершенно незнакомый человек. То есть, визуально это точно был Майки, но эта его внезапная, пусть почти не заметная постороннему человеку смена темперамента, странный или даже лучше сказать пустой взгляд, в купе с недавней ситуацией, были слишком подозрительными. Кен не хотел, игнорировать эти странности как только, что сделал Баджи, но сейчас был, отнюдь не подходящий момент, для своего рода «допроса». Так что Кен, решил позже разузнать чем же было вызвано странное поведение Манджиро. — Тупица, не дрыхни больше на собраниях! Мы собираемся обсуждать возвращение Казуторы, — Дракен вернулся к своему обычному, слегка пофигистичному тону, по которому его эмоции было весьма трудно прочитать. «Значит, я вернулся на примерно 12 лет назад. Все как и говорил Такемичи…» — отметил для себя Майки, его мало волновала информация о том, что Ханемия скоро выходит или даже уже вышел из тюрьмы. Ведь, какая разница, если скоро он туда вернётся. «Нет, не стоит так думать, сейчас все иначе. Мне просто, не нужно повторять старых ошибок» — О! Точно вспомнил, спасибо Дра. Кен-чин, — произнес Сано, резво поднимаясь по ступенькам. Для того, чтобы начать свою первую, за 12 лет речь. — Приветствую всех на незапланированном собрании Тосвы! — Обращаясь к подросткам, начал Манджиро. Сразу после слов приветствия, все люди перед ним наконец заткнулись и все, как один, поклонились, чем вызвали у Майки лёгкий приступ испанского стыда. — Сегодня мне бы хотелось поговорить об освобождении Казуторы Ханемии, из колонии… — Майки просто на ходу вспоминал те слова, что говорил 12 лет назад во время аналогичного собрания, что-то там про «прощение», «второй шанс» и что даже если Казутора не исправился, Манджиро точно его поддержит и всё будет хорошо. Ну просто, наивный лепет. *** — Сколько раз тебе ещё нужно повторить, что я не буду переделывать форму только из-за того, что она на тебя не налазит! -Облокотившись на новенький мотоцикл «Хонда», Такаши Мицуя в который раз спорил с Пачином о дизайне формы последнего. — Я тупой, мне поебать, что ты там не хочешь! — В своей обычной манере, ответил Хаяшида. — Если тебе поебать, то ходи в чём дают и не еби мне мозг, — пусть слова парня и прозвучали грубовато, на самом деле ответ Такаши был лишён какой-либо злобы, просто его уже настолько задолбало каждый месяц зашивать или даже перешивать форму практически всех основателей, что главе 3 отряда было просто жизненно необходимо на кого-то наехать, по этому поводу. С окончания собрания прошло уже некоторое время, теперь те, кто остались просто болтали между собой о всякой ерунде. Манджиро Сано в этот раз сидел где-то поодаль, наблюдая за своими друзьями, он так давно их не видел и так скучал, что словами было тяжело передать. На сердце было так спокойно, будто те года одиночества и отчуждения были лишь дурным сном. — Майки, долго ты ещё будешь сидеть как истукан? — Рядом раздался знакомый голос Кен-чина. Всё как в былые годы, они всегда вместе. — Я не просто так сижу тупица, — с лёгкой усмешкой ответил Майки, смотря как Баджи увлеченно говорит о чем-то с Чифую. Как Па-чин, показывает Мицуе свою растянутую форму, под оглушающий хохот Пэ-яна. — Кен-чин, ты когда-нибудь думал о том, что в будущем каждый из нас пойдёт своей дорогой и мы больше не сможем вот так просто собираться. -Вопрос Манджиро был задан скорее не юному Дракену, а его дорогому другу из 12 летнего будущего. Это были те слова, которые глава Тосвы точно бы сказал, в день открытия капсулы времени. Если бы смог, заставить себя прийти к деревянному храму. — Чего это тебя на такие мысли потянуло? -Не особо задумываясь, ответил Кен. Но через мгновение, добавил. — Даже если наши дороги на всегда разойдутся, мы все равно останемся друзьями. Ну, так я думаю. — Вот, это уже был ответ не по годам взрослого Дракена. Немного погодя, Манджиро, наконец, встал со своего нагретого места. — Надеюсь на это Кенчин. А теперь, думаю нам уже пора по домам, — всё с той же улыбкой произнёс парень. -Уже? А как же твоя утренняя ссора с Эммой? Так хочешь получить от неё затрещину? — Посмеиваясь сказал замглава, легко трепая Манджиро по волосам. — Эмма. Я и перед ней должен извиниться. Обязательно, — взгляд парня устремился куда-то вперед, дальше шумящих друзей, и сверкающих в ночи Токийских высоток. Куда-то, то-ли в прошлое, то-ли в будущее, которое в этот раз обязано стать счастливым.