Restart

***

— «Не один»? Хах, что за. — Поправляя растрепанные во все стороны волосы, Манджиро нехотя убрал одеяло, спуская босые ноги с кровати и садясь плечом к плечу с «навождением». — Уже поздно. Да, и именно я «в тот раз» должен был сказать это Баджи. Тогда, возможно, он бы не умер настолько убогой смертью… — Кейске было нечего сказать, парень не знал по какой причине другой «он» принял настолько опрометчивое решение, не говоря уже о том, почему первое ранение нанес Казутора. Задумавшись, капитан первого отряда не сразу обратил внимание на то, что Манджиро продолжает свой монолог. — В день похорон я пересёкся с его мамой. Она всегда была такой яркой, очень энергичной и никогда не унывала, думаю, эти черты Баджи перенял именно от нее. Но в тот день, казалось, что… Что её там нет. Она просто стояла перед гробом, не говоря ни слова, даже слёз не было. Я не знал что сказать. Да и какое право вообще имел. В конце концов её сын умер из-за меня. — Слова Майки резали без ножа. До этого момента Кейске, который никогда даже не думал о том, что будет чувствовать его мать, если он вдруг двинет кони. То есть, парень действительно боялся свою родительницу в гневе, а ещё больше боялся её слез. Но только на секунду вообразив, что его любимая мама безмолвно стоит перед его собственным гробом или как в момент, когда она неспешно готовит ужин, раздаётся звонок, и врач, раздраженным от сверхурочной работы голосом говорит ей прийти на опознание. Сердце болезненно сжалось, хотелось оживить того себя и заново похоронить. — Это было не из-за тебя. — Сказал Баджи, отгоняя от себя все неприятные мысли. — Хах, она сказала, что-то похоже. — На лице Майки отразилось печальное подобие улыбки. — «Не вини себя, это было решение моего непутевого сына. Думаю. Он не хотел, что бы вы, ребята, винили себя.» Вот, что она сказала. Сам не пойму, зачем запомнил эти слова. — Тихий голос плавно разносился по небольшой комнате, светловолосый все так же немного печально улыбался, смотря в сторону приоткрытого окна, за которым можно было разглядеть несколько ярко-зелёных деревьев и едва заметный кусочек лазурно-голубого неба. — Да, блять! Я больше так не могу! Пошли проветримся! — Прикрикнул парень, запуская руку в длинную копну волос. Сейчас Баджи как никогда понимал Па-чина с его фирменным: «Я тупой, мне поебать». Голова от долгих размышлений гудела, как если бы он сейчас сдавал тупой экзамен, судорожно пытаясь хоть что-то вспомнить. — Сегодня мы прогуливаем! Даже если есть возражения, они не принимаются! — Грозно сказал подросток, становясь на ноги. Майки же, в свою очередь, даже немного дернулся от неожиданного выкрика и, казалось, окончательно проснулся. — А. Э? Ну ладно. — В более привычной для Кейске манере ответил глава.

***

Две фигуры неспешно брели по улице в сторону небольшой детской площадки, находящейся за пару кварталов от дома семьи Сано. Было ещё утро, летнее солнце жарило в полсилы, а опаздывающие школьники спешили на учёбу, изредка косо поглядывая на двух прогульщиков, будто говоря «Я точно знаю, что вы задумали!». Изначально оба парня шли в тишине. Манджиро в основном тупил в пустоту, а Баджи до сих пор переваривал услышанное. — Слушай, а ты точно уверен, что не шизик? — Окончательно поняв, что ничего не понимает, уточнил Кейске. — Мм, даже не знаю. Но я б не удивился. — Ответил парень, практически полностью вернувшись в обыденное состояние, хотя далось ему это большим трудом и далеко не с первого раза. — Может, я кто-то типа «Харухи Судзимии» из той манги, о которой ты недавно трещал не переставая? — В шутливой форме высказался светловолосый, ускоряя шаг завидев пустую лавочку под густой кроной какого-то высоченного дерева. — Ага, прическа у тебя сейчас ей под стать! Хотя, с твоим рассказом тут скорее нужен костюм горничной. Ну как у той, которая из будущего, как там её. — Тут же вспомнив сюжет манги, о которой Чифую прожужжал ему все уши, сказал парень, следуя за другом. На площадке никого не было, видимо ещё было слишком рано для мам с неугомонными детьми и слишком поздно для несущихся на рынок стариков, что любили отдохнуть в тени деревьев, предаваясь сладким воспоминаниям об их скоротечной юности. — Ты чё, серьезно тупо сядешь на лавку как старый пердун? — Говоря эту фразу, капитан первого отряда осуждающе смотрел на сидящего друга. — Да. Как же я всё-таки стар, просто развалина. — В целом Манджиро не соврал, ему давно уже перевалил второй десяток, и, как парень сам был уверен, после двадцати вы либо красивенько ложитесь в гроб, либо гордо встаете рядом с динозаврами в музее. Так что, можно смело сказать — сейчас Кейске тусовался с ископаемым. — Не придумывай, ты не намного старше меня! — Парировал подросток. — Угх. Лет на 20?. — Окончательно вернувшись в реальность, Майки наконец стал походить на того самого сумбурного и непредсказуемого капитана Токийской Свастики, который всегда был себе на уме. — Пфф. Что-то я не наблюдаю у тебя седины, дедуля! — Поняв, что настроение Манджиро стало лучше, Кейске заметно успокоился и позволил себе несколько ребяческих подколов. — Внук мой, седину я прячу под краской для волос! — Проводя по невидимой бороде отозвался Сано, специально делая свой голос похожим на скрип несмазанных дверных петель. — Оо, так вот оно что. Их неспешный разговор длился немногим больше часа. Парни вспоминали свои детские выходки, Майки припомнил как его друг сжёг чью-то машину только из-за того, что был голоден. А Кейске, в свою очередь, напомнил как глава с нифига сломал свой же мотоцикл. В то время, как парни говорили, на улице становилось всё жарче, солнце близилось к зениту, а цикады с каждой секундой гудели всё сильнее. — Так чё завтра должно случиться? Ты вроде говорил что-то про 3 августа.- Наконец спросил Баджи, потягиваясь от долгого сидения на одном месте. — А…? Так ты всё-таки поверил? — Манджиро удивленно повернул голову в сторону парня, невольно сжимая руки. — А не должен был? Знаешь ли, тебя так колбасило, что любой бы поверил. — Это была чистая правда, Кейске никогда не видел главу напуганным, не говоря уже о той панике, что была сегодня утром. — «Любой» бы понял, что это просто сдвиг по фазе. Но ладно, времени действительно мало, та, что слушай, сначала о главном. В день фестиваля Дракен «умрет». Ну, то есть должен был умереть. В том будущем, которое я знаю, Такемучи спас его. — Майки не очень то горел желанием вновь поднимать эту тему, но у него не было выхода, бой с «Мебиусом», арест Па-чина и возможная смерть одного из лучших друзей вынуждали его к действиям. — А на счёт завтра. Па-чин взбесится и пырнет того крашенного из Мёбиусов. — Наконец Кейске получил вразумительный ответ, пускай и не очень приятный. — Что? Па ж не настолько отбитый, зачем ему это? — Манджиро не знал, стоит ли ему радоваться или всё же время начать переживать. В конце концов, Кейске был из тех людей, кто за друзей и в гроб ляжет, и полицейский участок взорвёт. — Ну. Там долгая история, но подробности я не помню. — Думая сейчас о прошлом, парень вдруг понял, что все его знания об «инциденте» ограничивались лишь тем, что Хаяшида попал в колонию, а сразу после чуть не умер Кен. — Значит всё, что нам нужно, это остановить Па и не дать никому из Мёбиуса наделать Дракену новых дырок в теле? Как два пальца об асфальт!