Однажды в правом корпусе

Я шёл по тёмному коридору, в который снова едва ли попадал дневной свет. Сегодня было мрачно, тучи закрыли основной источник дневного света и погрузили школу во тьму. Как всегда было тихо, не считая капель дождя, стучащих по крыше. Мои ноги медленно плелись по полу, а взгляд задерживался на происходящем в окне: серые тучи расплылись по всему небу, а крупный дождь быстро летел в воздухе; я люблю смотреть на это и думать о чём-то меланхоличном, только о меланхоличном, другое редко появляется в моих мыслях. Меланхоличным может быть всё, что угодно: мысли о жизни, о будущем, о моменте, о бесконечности. Это кажется мне очень меланхоличным, и я пока не знаю, нравится ли мне меланхоличность, но факт в том, что это - черта моего характера. Я вижу себя как человека, лениво курящего сигарету, смотрящего вдаль и думающего о чём-то грустном-или-не-так-уж-и-грустном. Выглядит очень драмматично-романтично-и-меланхолично. Словно я какой-то очень мудрый задумавшийся философ. Если бы я не романтизировал эти странные вещи, то давно бы сошёл с ума от одиночества и печали. Я снова много думал, пока шёл по длинному коридору, и мысли летали в моей голове подобно стае комаров, которые красиво и быстро летают в воздухе. Одет я был сегодня в большой коричневой рубашке, чёрных классических штанах и дерби. В руке была булочка, которую я захватил в столовой по пути к своему новому-недо-другу Виктору, а так же пакет с имбирными печеньями, которые я купил там же.

***

На столе были разбросаны листки мяты, которые уже были готовы к сушке, но сейчас было не до этого: в комнату должен прийти гость, и, несмотря на то, что в комнате наблюдался явный творческий беспорядок, хозяин совсем не спешил ничего менять: такая обстановка - норма для комнаты и для её хозяина, который считал, что в творческом беспорядке есть что-то особенное. Постель была не заправлена, а всё потому, что Виктор находился в ней, укутавшись в большое одеяло. Раздался стук в дверь, и парень без особого желания вылез из тёплого места и направился в сторону двери, поёжившись от внезапного холода, который настиг его в момент, когда с плеч стянулось одеяло и голые ноги дотронулись до холодного пола. Неприятно. Хозяин комнаты отворил дверь, увидев в коридоре привычно для него спокойное лицо, на котором виднелись частички дружелюбия и заинтересованности. - Ты как? Я тут печенья принёс...

***

- Я рад, что ты пришёл. - за этой фразой последовал чих, а после - продолжение, - проходи. Парень впустил меня в свой мир, быстро закрывая дверь и стремительно убегая в кровать, - там есть диван, в котором можешь остановиться. Так ты будешь чай? Пока Виктор нескончаемо что-то говорил, я медленно впадал в ступор и восхищение, смешанное с удивлением. Комната напоминала какой-то сад, в котором наблюдались словно все виды растений, повсюду: на потолке, на стенах висели сушёные травы, их было много и они создавали большое впечатление. Кроме этого, стены были обвешаны картинками и рисунками, почти на каждом из которых были растения, травы, иногда со всем этим текст, написанный от руки или печатью. На полу лежал большой разноцветный ковёр, повсюду был творческий беспорядок: листья мяты, краски, куча куча листов, помятых и целых, исписанных и чистых. Кроме этого - присутствие в комнате большого количества зелёных оттенков, которое создавали растения, что также стояли повсюду. - Печенье можешь положить на стол, если там, конечно, будет свободное место, - Виктор смущённо усмехнулся, уже укутываясь в огромное одеяло и утопая в нём, - ты так и не ответил насчёт чая, - напомнил он и посмотрел на меня, по-прежнему стоящего посреди комнаты, - ну что? - он окинул взглядом комнату, и затем снова остановился на мне, - как тебе моя комната? Я не мог ничего ответить, пока глаза разбегались по комнате, быстро переключаясь с детали на деталь, их было очень много в комнате, практически ни одного пустого пространства. (визуализация к комнате в комментарии после части) - У тебя тут очень...необычно. Ты действительно так сильно увлекаешься всем этим? - я всё же вышел из ступора, направляясь к мягкому дивану болотного оттенка зелёного. - Всем по чуть-чуть. Чай, растения, рисование, писательство. Видишь тот свитер? Я связал его в то время когда болел ангиной. Я вон ту лягушку слепил из глины ещё в детстве, она многое значит для меня, поэтому я привёз её сюда с собой. Я ещё немного посижу тут и схожу за чаем. Ну, рассказывай, - он удобно уселся, укутавшись в одеяло так, что выглядывала только голова. Я удивился. Что? Мне рассказывать? Ступор снова настиг меня, я искренне удивился словам собеседника: меня будут слушать? На лице нарисовалось удивление, и я посмотрел на Виктора с вопросом в глазах. И он мгновенно ответил, словно прочитав мои мысли. - Да, что-нибудь. Я так много говорил о себе, что забыл послушать что-нибудь твоё. Ты так часто зависаешь в библиотеке, читать любишь? - он заинтересованно продолжал смотреть на меня, будучи готовым слушать. Я провёл рукой по затылку, смотря в пол. - Что ж, я не привык к тому, чтобы меня кто-то слушал. Тебе разве будет интересно слушать мрачную философию или мысли о том, как хорош дождь? - Мне было бы интересно послушать это. Давай, о чём ты сейчас думаешь? -он уселся поудобнее. Я глубоко вздохнул. - Можно закурить? - я указал пальцем на окно. - О, конечно. Я подошёл к окну, и, сев на подоконник, достал из кармана сигарету. Я покрутил её в руке, и вскоре она была среди моих губ. Я задумчиво уставился в пейзажи за окном, наблюдая по-прежнему идущий дождь. - Ты видишь разницу между реальностью и иллюзиями? - я задумчиво посмотрел на парня, которого едва ли было видно из одеяла. - читая, я пытаюсь понять, в чём заключается реальность и из чего она должна состоять. Даже когда я читаю что-нибудь в стиле реализма, это по-прежнему отвлекает меня от проблем и вопросов, которые решать не хочется. Имеет ли это всё смысл.... С каждым моим предложением лицо Виктора становилось всё более серьёзным и задумчивым, и через несколько секунд молчания он выдал: - Я только могу сказать, что, наверно, есть разница между вещами, которые отвлекают от реальности и вещами, которые помогают тебе справляться с трудностями, заставляют тебя почувствовать успокоение и придают сил для предстоящих жизненных испытаний. Писательство и занятие травами помогают перенести простуду без большой тоски и подавленности. Разве человек не должен жить ради таких вещей, как для меня - писательство и растения? - Я понятия не имею, ради чего человек должен жить. Я ничерта не знаю и не понимаю. Разве я могу что-то знать об истинах? Мой собеседник снова задумался, а я снова посмотрел на него с вопросом в глазах. Мы замолчали.

***

Молчание было не таким тихим, у каждого в голове громко пролетали мысли о реальности и об истинном предназначении человека. Каждый думал о своём, и этот процесс всё-таки прервал голос Лина - Может быть я схожу за чаем? - он потушил сигарету и обернулся, снова смотря на собеседника, у которого был вид больного человека, которому не стоит вылезать из кровати. Но возглас парня В какой-то момент в теле появилось ощущение слабости, ноги стали ватными, а в глазах всё поплыло. Мгновенно на спине оказалась рука Лина, который, похоже, заметил что-то неладное. -