Ну и кто же здесь волк?

В миг, когда девчонки замечали, что новенькая тоже пришла, образовывалось неловкое молчание, потом взгляд каждой из новоприбывших обращался к Оле с молчаливым «Почему она тоже здесь?». Надо признать, что моя соучастница по заговору, отлично делала вид, будто бы все происходящее является частью обычного хода событий. Огонь горит. Вода течёт. Женя наша одноклассница и подруга, а значит именно тут с нами её место. Ну по крайней мере, ей удавалось это, до прибытия Кати... Слегка запоздавшая и немного промокшая, староста остановилась в коридоре, обмениваясь приветствиями с каждой из нас. Некоторым везло больше, и Катя одаривала их крепкими дружескими объятиями. Дойдя до Оли, она, к моему большому удивлению, лишь улыбнулась. Схожая реакция была припасена и для нас с Женей. К слову, если она и была удивлена присутствием в квартире новенькой, то виду не подала. — Никакого дождя в прогнозе погоды не было. — Как ни в чем не бывало начала Катя. — Надо было собираться у кого-то, кто живет не в такой жопке мира. Уменьшительно - ласкательное название пятой точки вызвало волну смешков, которая затронула и меня. Впрочем, даже сама Оля, в адрес места жительства которой, было брошено забавное слово, не устояла и тоже хихикнула. — Ты как раз во время. — Мы так тебя ждали. — Пиццу доставили прямо перед тобой. — Я думала мы будем заказывать роллы. — Катя слегка поджала надутые нескрываемым разочарованием губы. Все находящиеся в комнате переглянулись. Надежда вычислить крайнего теплилась в каждом взгляде, разве что новенькая выглядела немного скучающей. — Ну мы хо... — начала было Кира. — А что с морепродуктами взять не додумались? — Староста заняла место на плюшевом розовом кресле и потянулась к квадратным коробкам. — Мы взяли те, что что участвовали в акции, — решила внести ясность (оправдаться) я. — Кажется, в одной должны быть креветки, — Оля подошла к столу и спешно начала перебирать коробку за коробкой. — Прекрати. Разве ты не видишь, твоя суета всех раздражает. — Осадила подругу Катя, а затем открыла коробку с припиской «Четыре сыра». Сделав первый укус, она слегка поморщилась и отложила начатый кусок на белую бумажную салфетку. Несколько девчонок, вслед за старостой взяли пиццу на пробу... И все пришли к единому выводу «есть не возможно». Мы с Женей и Олей заговорщически переглянулись. В эти самые секунды в головах каждой из нас прорисовывался образ нашего заранее обговоренного плана действий. Итак: Пункт один. Задобрить едой. Можно считать проваленным. Минус. Следующее в списке могло бы сработать, но сейчас, оглядывая всех присутствующих, я уже сомневалась. Внутренний пассажир толкнул что-то в подкорке и в нетерпение бросил «Полин, давай уже». — Что на счет монополии? Или вы голосуете за Имаджинариум? Есть еще уно, мафия и свинтусы, — сказав последнее я весело хрюкнула, но окинув серьёзные лица девчонок, поняла насколько это было не уместно, — про-про-простите. — Голосую за последний вариант, — выкрикнула Женя и последовав моему дурному примеру, громко хрюкнула. Кое-кто посмеялся, но особой поддержки это не нашло. Желая спасти ситуацию, Оля предложила присутствующим поделиться своими идеями. Но именно в этот день наши одноклассницы оказались на удивление вялыми и к тому же ужасно привередливыми (третья коробка пиццы оказалась забракованной сборищем ценителей высокой кухни). Пункт два. Создать подходящую атмосферу. Минус. В какой-то момент Оля выглядела совсем потерянной, но собравшись, сбегала на кухню за красивыми праздничными бокалами. Взяв в помощники Женю, она принялась разливать сок и лимонад своим гостям. На долю новенькой выпала раздача напитков. Я закусила нижнюю губу, наблюдая как Женя протягивает бокал с апельсиновым соком Кате. В голове крутилась «действуй по плану, пожалуйста, просто действуй по плану». — Слушай, давно следовала тебе сказать: на осеннем балу вышло не круто. Как на счет того, чтобы оставить все в прошлом? — рука с бокалом была выставлена вперёд. Разговоры на заднем фоне резко стихли, словно кто-то уменьшил звук из фонящей музыкальной колонки. — Женечка, ну ты чего? Столько времени прошло, а ты до сих пор чувствуешь вину? — Катя не стала делать паузу для того, чтобы получить ответы на заданные вопросы, а просто продолжила, — прекрати переживать, я уже давно на тебе не сержусь. Понимающая и всепрощающая улыбка старосты, подарила мне возможность поставить мысленный плюсик к третьему пункту «Закопать топор войны». Следующее действие старосты оказалась слегка резким: беря из рук новенькой бокал, она умудрилась расплескать содержимое прямо на футболку новенькой. Большое количество глаз оторопело уставилось на то, как оранжевая жидкость впитывалась в серую ткань. — Ой, вот растяпа, испортила тебе футболку, — виновато проговорила староста, с какой-то неуместной улыбочкой на лице. — Ничего. — Отмахнулась как ни в чем не бывало Женя, — тем более, тебе самой досталось. Староста в ужасе перевела взгляд на свою белую рубашку. Заметив оранжевое пятнышко на правой груди, она все ещё не веря своим глазам провела по нему пальцем, а затем (придя в себя) быстро направилась в сторону ванной, чуть не сбив новенькую с ног. Несколько девчонок тут же спохватившись, отправились прямо за ней. Женя позволила себе хрюкнуть им в след. Полин, а за третий пункт точно «плюсик»? Конечно, после череды неудач, мало что могло наладиться. Так что ни о каких «пункте четыре, пункте пять, пункте шесть и пункте семь» речи и идти не могло. Минут через тридцать староста в самом плохом расположение духа отправилась домой, её примеру последовали и все остальные. Перед уходом Катя не забыла обратиться к своей подруге, сверля её карими глазами: — Оля, напомни пожалуйста, больше не доверять тебе ничего организовывать. Сегодня ты всех подвела. Спасибо за испорченный вечер. В просторной квартире остались только мы. — Оля подводилкина. — Прыснув, новенькая взяла кусок пиццы (первый за сегодня) . — Сделай одолжение, — рука Оли сделала жест известный в массах как «захлопни рот». В ответ Женя только покачала головой и придвинула в нашу сторону коробку с пиццей. Она все еще неукоснительно следовала правилам идеального гостя, а идеальный гость, как известно, не имеет право на пререкания с хозяином дома. Оля, слегка разочарованная тем, что Женя не дала ей повода учинить разборки, тыкнула в меня пальцем. Вероятно, хотела высказать что-то, но затем тяжело вздохнув, потянулась за предложенным куском пиццы. — Пожалуй, все прошло не так уж и и и плохо. Девчонки переглянулись между собой, не демонстрируя желания, разделить мой энтузиазм. — Полин, возьми лучше пиццу. Она, кстати, чертовски вкусная.

***

В квартире снова пахло сигаретами, на дверном коврике аккуратно припарковалась пара мужских ботинок, а из кухни послышался свист чайника. Бросив небрежное "дома" я поспешили скрыться за дверью своей комнаты, чтобы уже там, в безопасности, театрально съехать по ней прямо на пол и под звуки дождя, погрузиться в анализ сегодняшнего дня. Но заготовленные сценарий не был приведён в исполнение. Как только я переступила порог комнаты, мой взгляд встретился с взглядом пустых стеклянных глаз. В этот раз ни один звук не сорвался с моих губ, но тело все же подверглось заклятию оцепенения. — Твоя мама сказала, что ты от неё не в восторге. Мужской сиплый голос раздался из-за спины. От чужих слов тело пробудилось и снова оказалось под полным контролем. Подозрительный тип завел подозрительный разговор о подозрительной кукле, которая в результате неведомых мне подозрительных действиях опять подозрительно сидела на моей кровати. Полин, пять «подозрительно» из пяти. Нам полагается приз. — Она до-до-должна была лежать под под под кроватным ящиком. — Произнесла я, не отводя своего взгляда от куклы. — Не самое лучшее место для куклы. Что вообще может знать этот взрослый мужчина про куклы, а уж тем более про места в которых им лучше лежать? Полин, подозрительно однако ж. — Мне нужно избавиться от нее. Я одним рывком сдвинулась с места и уверенно направилась к кукле. Схватив её за витые налачканные локоны, понесла к выходу из комнаты. В голове яркими лампочками загорались слова «выкину», «подожгу», «сломаю». Мне вдруг ужасно захотелось выплеснуть всю свою досаду и все разочарование на этот неодушевленный предмет. — Полин, ну ты чего? — подозрительный мужчина все еще стоял в дверном проёме. — Отойдите, или я по-по-позову маму. — Полина... — Мам! — Она вышла в магазин, а я... А я пришёл к тебя сюда, чтобы в компании дьявольской куклы избавиться от тебя. — Полин, мне правда жаль, если её вид настолько тебя расстраивает. Это я отдал твоей маме куклу. Фарфоровое нечто все еще находилось у меня в заложниках. — Вы? Зачем? — Глупо. Думал, раз ты девочка, она тебе понравится. А вдруг мама не вышла ни в какой магазин, а валяется в луже собственной крови на кухне, пока этот подозрительный тип заговаривает мне зубы. — Мам! — предприняла вторую попытку. — Хочешь, я заберу её и куплю тебе что-нибудь другое? Он все говорил, а я все звала маму. — Давай заберу куклу? — Можем вместо нее купить что-нибудь другое? — Не стесняйся, скажи. — Маша говорила, ты копишь на кроссовки? — Полина, ты меня слушаешь? Его голос приобрёл несвойственные умоляющие нотки. Видно было, что мужчина начинал нервничать. Словно не он перекрывал мне путь к отступлению, а я удерживала его. Из коридора послышался скрипучий звук ключа, делающего оборот за оборотом в замочной скважине. — Кто-нибудь возьмёт у меня тяжёлую сумку? — голос мамы звучал весело. Слишком весело для того, кто должен истекать кровью на кухне. Подозрительный мужчина поймал мой взгляд, а затем мы оба посмотрели на фарфоровую куклу. Какова вероятность, что кукла просто кукла? Да, довольно уродливая, но при этом совсем безобидная. Лампочки в голове потухли. В каком-то тумане я подошла к кровати и усадила куклу, бережно облокотив её о подушку. — Есть кто живой? — настойчиво повторила мама. — Уже иду, — одновременно откликнулись мы.