Иной Исход

Темный Лорд находился в своем доме у родового камня. Ему предстояло снять метку Предателя крови. У него словно открылись глаза. Он понял, что уже нечего не исправить. Поттер уничтожает его крестражи и спит с его женщиной. Проговорив заклинание на латыни и окропив родовой камень кровью, тот засветился, молнии и искры полетели во все стороны, а сам Том от боли схватился за сердце и упал на колени. Он почувствовал как остатки его души слились с его телом, а Нагайна обратилась обратно в девушку.

***

Гарри сидел за своим столом в комнате старосты и читал письмо из Министерства магии, которое так и фанило официозом: большая золоченая буква «М» печать и подпись Министра.

Уважаемый Лорд Поттер-Блэк, в знак нашей дружбы, я, Министр магии, решил предоставить вам телохранителя, выпускницу аврорской академии: Нимфадору Тонкс. Это будет ее первым практическим занятием. С уважением Руфус Скримджер, Министр магии.

— Лорд Блэк, что там они вам написали? — практически пропела Беллатриса, поцеловав главу семьи в шею. — Вот, прочитай, — сказал Гарри протягивая конверт. Он снял пиджак и лег на кровать, а Беллатриса, ожидая племянницу, готовила ужин.

***

Альбус Дамблдор получил такое же письмо и уже подготовил все бумаги для бывшей пуффендуйки. Гарри разбудил свет и голос Дамблдора. Это был патронус. — Гарри, прибыла Нимфадора Тонкс. Жду в кабинете. Лорд Блэк неохотно встал с кровати, благо что он не раздевался полностью, и сделал глоток свежесваренного кофе, что сделала Беллатрикс. Нарцисса спала на другой кровати и герою она показалась особенно красивой. Поправив слегка съехавшее одеяло и поцеловав ее, он ушел в кабинет директора, оставив сестер одних. Пройдя через горгулью, Гарри очутился в кабинете наставника и перед его взором предстала, весьма красивая девушка с черными волосами и карими глазами в фиолетовой мантии аврора. — Ну вот, Гарри, принимай пополнение, — с некоторой ухмылкой, сказал директор. — Ну привет, Гарри, вот мы и встретились снова. Ну что, пошли, поболтаем? — сказала Тонкс, попрощавшись с Альбусом, и вышла с Гарри, направившись в его комнату.

***

В Магическом правительстве с избранием нового Министра произошли серьезные изменения: Аврорат был полностью укомплектован на деньги Гарри Поттера, который сделал несколько крупных пожертвований, а Скримджер посадил всех Пожирателей смерти, носящих темную метку, в Азкабан и вообще делал все, чтобы оправдать свой высокий пост. Также, чтобы повысить доверие простого народа и нейтральных чистокровных, Скримджер издал указ благотворительном бале в Министерстве, не забыв пригласить, туда лорда Гарри Поттера. И какое же было удивление, когда лорд Поттер пришел с молодой авроршей Нимфадорой Тонкс. Мистер Поттер был одет в классический костюм-тройку, а Нимфадора была одета просто великолепна. На ней было платье цвета морской волны с глубоким вырезом на спине. Платье плотно облегало все прелести аврорши, в ушах ее были золотые сережки Блэков, а на голове то ли золотой обруч, то ли корона. Их фотографировали все, кто присутствовал. Журналисты задавали вопросы и просили автографы. С первого дня, когда Тонкс была приписана к национальному герою, они быстро сблизились. У обоих были способности к боевой магии и трансфигурации, оба жили в обычном мире. Куда бы ни ходил Гарри, начиная от школьных уроков и заканчивая своим баром, Нимфадора везде его сопровождала. И вот Гарри перед баллом отпросился у Дамблдора на четыре дня, так как Нимфадора обещала познакомить его с родителями. Он настоял чтобы это было в Поттер —мэноре, благо он сейчас пустовал, Джеймс переехал к Сириусу на Гриммо и Орден Феникса расположился тамже. Кроме эльфов и двух сестер там никто не появлялся. И вот после министерского бала, где была собранна приличная сумма на восстановления работоспособности Министерства, которая была подорвана деятельностью Пожирателей смерти. Бал длился до трех часов ночи, и когда уже полностью уставший бывший аврор Руфус Скримджер, объявил о завершении мероприятия и подарил всем памятные сувениры с символикой Министерства магии, все отправились домой. Аппарировав в Поттер-мэнор вместе с Нимфадорой, Гарри попросил подождать его пять минут на первом этаже, а сам поднялся в хозяйскую спальню, в которой уже горел камин, стоял громофон и поднос с напитками и закусками. Когда, Тонкс зашла в гаррину комнату, она спросила, под звуки играющего вальса: — Гарри, как это понимать? — спросила словно строгая учительница, но Гарри медленно, словно хищник подошел к ней, и поцеловав в шею, ответил: — Сегодня наш день. Расслабься и не о чем не думай, — и сорвав с нее платье, легонько толкнул ее на кровать.