***
4 декабря 2021 г., 16:11
Обычный день в университете Пальметто. Середина весны, а значит не за горами сессия, летние каникулы, расставание с друзьями на несколько месяцев. Это было бы так печально если бы, было о чём печалиться. У Нила Джостена друзей не было, а уезжать куда-то он не планировал. Он расценивал летние каникулы, как повод немного отдохнуть от учёбы и уделить больше времени спорту и саморазвитию. Нил видел в этом нечто важное, что-то, что сможет наконец-то изменить его жизнь. Возможно он запишется в какую-нибудь спортивную команду или станет великим писателем. Он пробовал себя во всём, что попадалось под руку. Стихи, рассказы, живопись, кулинария - буквально во всём. Его специальность в университете, не особо привлекала парня. Нил выбрал её, скорее всего, ради того чтобы просто поступить. Пальметто не был каким-то супер крутым универом, как например, университет Эдгара Аллана, в который его пытался запихнуть его отец. Прославленный университет был детищем босса Натана Венснински, Кенго Мориямы. Нилу показалось плохой идеей быть в опасной близости к людям отца, с которым, к слову, он не общался уже долгое время. Мать Нила, Мэри Венснински, а ныне Мэри Хэтфорд, ещё 8 лет назад буквально сбежала от мужа тирана, прихватив с собой сына. Ну а дальше суд, развод, лишение родительских прав, уголовное дело по домашнему насилию и тому подобное. Сразу после заключения бывшего мужа, Мэри с сыном переехала в глухой городок Милпорт, сменила свою фамилию на девичью, но за сына она переживала намного больше, так что пошла на крайние меры, и из Натаниэля Венснински, он превратился в Нила Джостена.
Нил не общался с отцом, но знал что тот живёт припеваючи. После его заключения, все его дела приняла его правая рука - Лола Малькольм, так что Натан ничего не потерял за 5 лет тюрьмы. Отец всячески искал встречи, но Нил не хотел его видеть. Его детство было слишком кошмарным, чтобы просто взять и забыть. Избиения, буквально пытки, всеми возможными способами - голодание, связывание, даже пытка раскалённым утюгом. Конечно Натан не настаивал, за что Мэри была ему, в кое-то веке, благодарна. Она, кстати, так и осталась жить в Милпорте и, даже, начала встречаться с каким-то мужчиной после отъезда Нила. Джостен не был лично с ним знаком, но, по рассказам матери, он был хорошим и работящим человеком, хорошо к ней относился и даже голос не разу не повысил. Нил был рад что у его мамы всё налаживается, чего не скажешь о нём самом.
***
Предпоследняя пара математики перед сессией. Нил всегда упорно занимался, хоть и таких усилий ему не требовалось, так как в физико-математических науках он был неплох. Он всегда садился на первые ряды и, был готов разбить нос любому, кто будет мешать. В этот день он был настроен по другому. Бессонная ночь дала о себе знать и даже три банки энергетика не спасали. Нил решил что повторение материала не такая уж и важная тема, так что сел на самый последний ряд, чтобы вздремнуть немного перед биологией, с которой отношения у него были с точностью да наоборот нежели с математикой. Сев у окна он положил на парту рюкзак и устроил свою голову на нём, прикрыв глаза. Уснул он почти сразу, так что не заметил как к нему подсели. Это был блондин старше самого Джостена на год - Эндрю Миньярд. Нил никогда не понимал, почему его так боится почти весь поток. Хотя, сказать почти, не совсем точно. Наверное весь, за исключением трёх парней: Аарона, с которым Нил виделся на биологии, Ники, который несколько раз клеился к рыжику, и Кевина, с которым Нил был знаком уже давно, так как тот был из семьи Морияма. Нил постоянно видел их рядом с Эндрю в перерывах между парами, а также одну девчонку которую, кажется звали Рене, но она появлялась рядом очень редко. И вот Эндрю сидит и откровенно пялится на спящее рыжее пятно, которое обычно маячило впереди, и от которого Миньярд не мог оторваться каждую лекцию. Он не знал, почему его так притягивает этот рыжий, асоциальный и зашуганный зубрила, но факт оставался фактом. Нил привлекал Эндрю, но не только внешне, блондину было интересно что у Нила внутри, какой он человек, почему за почти что год он ни с кем не стал близок, почему ни разу не видел его в компании хоть кого-то, почему от малейшего проявления внимания его бросает в лихорадку. Джостен был для него загадкой, которую он хотел разгадать. Эндрю успокаивал себя мыслью, что когда узнает всё что его интересует, это влечение прекратится, но сейчас, в этот момент, когда предмет всех его мыслей был перед ним, такой беззащитный и уставший, Эндрю не мог сопротивляться и осторожно, чтобы не разбудить, перебирал рыжие, переливающиеся на солнце почти золотым цветом, волосы. Он чувствовал их мягкость и запах, хотелось касаться снова и снова. Пока рука была занята волосами Нила, глаза внимательно изучали лицо: длинные светлые ресницы слегка подрагивали, слегка пухлые, но в кровь искусанные губы были приоткрыты, под глазами виднелись тёмные круги, но это совсем не портило образ. Эндрю переключился с волос на лицо и, невесомо, кончиками пальцев, стал притрагиваться к коже. Когда он большим пальцем коснулся губ, кровь начала стремительно отливать от головы и блондин понял, что дело плохо. Одёрнув руку, он решил отвлечься, от предмета своей страсти, на нудный бубнёж преподавателя. К счастью это помогло, но практически каждую минуту Миньярд то и дело поглядывал на Джостена через плечо и раздражённо вздыхая.***
Проснувшись от звонка с пары Нил подскочил. Он понял, что проспал всю лекцию, но совсем не чувствовал, что поспал и десяти минут. Видимо пора заканчивать ему с этими ночными посиделками за компьютером. Еле как разлепив глаза и, стараясь вновь не уснуть, он потянулся и только сейчас заметил рядом с собой блондина, что собирал вещи с парты собираясь уходить. Эндрю взглянул на Джостена, а тот ему только слегка устало улыбнулся. Сердце Эндрю забилось с троекратной скоростью, но вида он, конечно же, не подал и просто ушёл. Джостен решил перекусить и отправился на уличную зону для обедов, зайдя перед этим в кафетерий, купив там несколько булочек и кофе. Усевшись за свободный стол, он заметил, что компания Эндрю Миньярда тоже здесь, буквально через несколько столов от него. Он прошёлся по всем взглядом и принялся есть, погружаясь в свои мысли. Он не заметил, как к нему подошёл его сосед по комнате, Мэтт Бойд и его девушка, Даниэль Уайлдс. С этими двумя Джостен, кое-как, но общался. По большей части из-за того, что Мэтт его сосед, а Дэн часто к нему приходила. Они широко улыбнулись Нилу. -Привет, Нил! Как дела? -Мэтт одним жестом попросил разрешения присесть и, получив утвердительный кивок, сел на против парня. -Выглядишь не очень. -Не спал. -коротко ответил Джостен, отправляя отщипленный кусок булочки в рот. -Завязывал бы ты с этим. Молодость это конечно хорошо. Не нужно много времени чтобы выспаться, можно вообще не спать, питаться чем придётся, пить, курить и веселиться, но в будущем корить себя будешь. Здоровье то не железное. -Мэтт прав. Спать нужно не меньше и не больше 8 часов. Тогда чувствовать себя будешь отлично и не придётся кофе литрами глотать. -Дэн красноречиво посмотрела на стаканчик бодрящий жидкости в руках рыжего. -Это первый за день. -Да ну? Я видела, как ты энергетики пил, перед занятиями и в перерывах. Ты же знаешь, что эта гадость убивает больше людей, чем сигареты? -Первый раз слышу. -Нил показательно хлебнул из стакана, а Дэн закатила глаза. -Хах. Ну хватит вам. -Мэтт поднялся и приобнял девушку. -Чего ссориться? Просто, Нил, подумай о своём здоровье, хорошо? -Есть, капитан. -Какой он капитан. Я гораздо больше под это звание подхожу. Мэтт и Дэн рассмеялись и, попрощавшись до вечера, ушли. Как только Нил смог видеть другие столики, которые загораживал Мэтт, он встретился со взглядом Эндрю. Тот лишь вскинул бровь, но взгляд не отвёл. Их немому диалогу помешали подошедшие к Нилу девушки. Пока он отмахивался от их просьб поделиться номером или сходить куда-нибудь на выходных, компания Миньярда уже рассосалась, но сам блондин никуда не спешил. Нил смотрел на него и не понимал, почему внешне спокойный и отрешённый от всего мира Эндрю сейчас испускал такую пугающую ауру. Джостен мазохистом не был, но к Эндрю всё же подошёл. -Привет. -конечно это было проигнорировано, но взгляд собеседника не сместился не на дюйм. -Я тебе помешал на лекции? -Что? -Эндрю явно не понял вопроса. Точнее суть он понял, но понятия не имел что, по мнению Нила, могло ему мешать. -Ну я спал на лекции и видимо отвлекал тебя этим. Поэтому ты сейчас так раздражён? -С чего ты взял что я раздражён? -сейчас блондин был в нокауте. Он знал как правильно маскировать свои эмоции, и не один человек, никогда, не мог понять о чём тот думает. -По тебе видно. Ну, в смысле, на первый взгляд ты спокойный как тридцать три удава, но я как-то почувствовал что ты... -Не важно. -Эндрю бесцеремонно перебил Нила и встав быстрым шагом зашагал внутрь университета. -Этого следовало ожидать.***
Вечером, уже до смерти уставший Нил, возвращаясь в общежитие не мог унять в себе нарастающую тревогу. И это было не зря. Открыв дверь своего пристанища, в нос сразу ударил запах алкоголя и табака. Пройдя внутрь он увидел, что Мэтт и Сет пригласили своих девушек к ним в комнату, но откуда здесь взялась шайка Эндрю было загадкой. -О! Нил! Что-то ты поздно. -уже выпивший Мэтт сидел на кресле, а на его коленях расположилась Дэн. -Я бегал. -Нил уже хотел пойти в комнату, дабы лечь спать, но путь ему преградил Сет. -Слушай, харэ меня бесить. Мы уже год в одной комнате живём, будь добр, хотя бы попытайся, с нами контакт наладить. По итогу Джостен через угрозы Сета и просьбы Мэтта присоединился. От алкоголя он отказывался, чем заслужил одобрение Рене, которая, как оказалось, и привела четверых "монстров", как их прозвали в универе, сюда. Шумная попойка действовала на нервы. Уже неадекватная Элисон, девушка Сета Гордена, заваливала Нила вопросами, на которые он отвечал однотипно, дабы сбавить её интерес. Нила больше волновал Эндрю Миньярд который за весь вечер, почти ни разу, не оторвал от него своего взгляда. Это было странно и интересно одновременно. Рыжика мало что могло заинтересовать, особенно настолько. В комнате стало невыносимо душно и Нил, извинившись, вышел. Он пошёл на крышу, так как знал, что замок на ней срезан, да и не следил за этим местом никто. Поднявшись, он сел у самого края, свесив ноги вниз, и достал из кармана пачку сигарет. Саму пачку он положил рядом, достав оттуда лишь одну сигарету, и начал крутить её в пальцах, понимая, что где-то посеял зажигалку. Прохладный ночной ветерок приятно ласкал кожу, залезая под одежду и путаясь в волосах. В такие моменты Нил был наедине с собой и был счастлив, но один. Он наслаждался тем, что был свободен. Свободен в своих мыслях, действиях, чувствах. Медленно и размеренно вдыхая ночную прохладу, которая заполняла собой всё тело, давая расслабиться, он не заметил, как к нему подсели. Нилу даже не пришлось поворачиваться, он почему-то знал кто это. Они сидели молча и оба смотрели куда-то далеко, пытаясь рассмотреть что-то дальше горизонта. Обычно, когда его личное пространство нарушали, Джостен чувствовал себя как не в своей тарелке, сразу пытался уйти куда-нибудь, где он снова останется один, но сейчас ему было на удивление комфортно. Без лишних слов Эндрю притянул к себе Нила за горловину толстовки и впился в его губы поцелуем. Нил опешил от такого действия, но сопротивляться не стал. Ему понравилось, как Миньярд сминает его губы, нравилось, тепло исходящее от него, нравилось, как властно Эндрю доминирует над ним. Блондин отстранился так же быстро как и притянул его к себе. -В следующий раз, если не захочешь, останови меня. -Следующий раз? -Говорю же, не захочешь - останови. Эндрю поднялся и, ни сказав больше ни слова, ушёл. Рыжик ещё долго просидел на крыше чувствуя как горят губы.***
С той ночи Эндрю и Нил часто виделись на крыше и так же часто Эндрю задавал один вопрос: -Да или нет? -Да. -каждый раз отвечал Нил, что казалось, что этот вопрос уже становится лишним. Лето. Сессия полностью закрыта. 99 процентов студентов разъехались по домам и теперь общежитие при университете Пальметто выглядело пусто и безжизненно. Соседи Нила тоже уехали, Мэтт даже звал его с собой, но Джостен уверил его, что поедет навестить мать в Милпорт, но в этот же вечер позвонил ей и сказал, что не хочет. Мэри была расстроена, но понимала своего сына, так что ничего не сказала, а лишь пожелала хороших каникул. Рассвет нравился Нилу Джостену так же, как закат. Переливание неба разными красками, еще не прогретый воздух, безлюдность и еле уловимое пение ранних пташек создавали гармонию. Поэтому, по обыкновению, пойдя на крышу, чтобы насладиться рассветом, он застал там Эндрю. Подойдя к нему и взяв без слов предложенную сигарету и зажигалку, сел рядом. -Я думал, ты уехал. -Аналогично. -Но ведь твои братья и даже Кевин уехали. Ты почему остался? -Знаешь, возвращаться, даже ненадолго, в дом где тебя не ждут, так себе затея. -Расскажешь? Эндрю отстранённо рассказал Нилу о том, что рос в приёмных семьях, где его избивали, а потом его великодушно решила взять обратно его мать, которая отказалась от него много лет назад. Она была наркоманкой и вскоре умерла от передоза, а его и Аарона взяли к себе родители Ники. Всё бы хорошо, но Эндрю ненавидел этих людей. Не то чтобы на это была причина. Просто ненавидел. Они казались Эндрю лицемерными и лживыми. Таких людей Эндрю терпеть не мог. -Не просто тебе. -Ага. Теперь твоя очередь. -сказал Эндрю, выпуская изо рта дым. -А? Что тебе рассказать? -Например об этом. Эндрю задрал кофту Нила оголяя его торс, грудь и ключицы. Нехотя, но Нил тоже поведал ему историю об отце тиране и даже предложил рассказать историю каждого шрама, на что Миньярд уставился на него как на умственно отсталого. -Слушай, у нас в университете есть же команда экси, да? -Не знаю. -Не хочешь попробовать? -Я подумаю. -Эндрю повалил Нила на холодную бетонную поверхность, заводя его руки над головой и смотря прямо в глаза. -А сейчас - Да или нет? -Да. И они, в сотый или уже в тысячный раз, слились в жарком, влажном, дурманящем поцелуе. Они принадлежали друг другу. Только друг другу. Они нашли себя в этих посиделках на крыше, этих долгих взглядах на перерывах, в этих еле уловимых касаниях кончиками пальцев на задних рядах, в этих сводящих с ума поцелуях и, самое главное, они обрели друг друга, а вслед за этим и что-то важное, что-то, что заставляло их сердца плясать в груди и тянуться друг к другу.
