мой малыш

Возможно, Пран влюбился в Пхата окончательно и бесповоротно в тот момент, когда он сделал ему медиатор  из своей студенческой карты, а точнее из своей фотографии на ней, когда его пальцы уже перестали нормально перебирать довольно жёсткие струны и были стёрты буквально в кровь. Пран смотрел на Пхата тогда чересчур долго, пытаясь отыскать в темных глазах ответ на свой немой вопрос, но парень лишь улыбнулся, забирая свою сумку и перекидывая её через плечо и отсалютовав, ушёл, пожелав удачи и посоветовал не задерживаться допоздна. Глупая улыбка Прана задержалась на губах до тех пор, пока он не понял, что чёрт возьми думает о человеке, с которым ему нельзя заводить никаких отношений, кроме вражды и ненависти. Но у них всё было слишком хорошо и об этом не должны были знать их родители.  С каждым днём они становились всё ближе и оба начинали думать друг о друге в сексуальном плане. Им было по шестнадцать, подростковый возраст как никак. Оба в тайне дрочили по ночам, представляя друг друга, но у них не было ничего, кроме дружеских, а потом и случайных прикосновений  в жизни и то мимолётных. До одури часто хотелось, прижаться к пухлым губам Пхата и  к его тёплому телу, но Пран не позволял себе этого, мечтая что когда-нибудь признается ему в своих чувствах, но вражда родителей и их запрет портили все его планы и разрушали мечты и счастье с парнем, который был дорог ему. Позже они стали меньше времени проводить друг с другом, у Прана был его лучший друг — Вай, а у Пхата — девушка, которая и с ним хотела подружиться, но Пран не хотел этого. Он ревновал Пхата к ней, но знал, что возможно ему лучше будет с ней и никаких проблем не будет, как у них с ним. — Ты в порядке, Пран? — взволнованно спросил Вай, положив руку ему на плечо. Они шли в столовую, перед тем как Пран ушел в свои мысли, не слушая друга. — Да, я в норме, просто забыл кое-что в музыкальной классе. — ответил Пран, для правдоподобия улыбнулся уголками губ. — Встретимся в классе. — добавил он и развернувшись, пошел туда, где мог побыть один. Но едва он зашёл внутрь, кто-то проскочил следом, захлопывая за ними дверь и прижимая к стенке рядом с ней. — Пхат?! Что ты чёрт возьми творишь? — начал кричать Пран, отталкивая парня от себя. Он жутко испугался, сердце буквально ушло в пятки от такой неожиданности. Парень зажал рот Прану ладонью, рассматривая любимые черты лица в полутьме (половина света была выключена и работал лишь один светильник, стоящий на столе, где лежали ноты, аккорды и прочее). — Ты встречаешься с Ваем? — резко спросил Пхат и Прану показалось, что он уловил в его голосе нотки ревности и злости. Он убрал руку с его рта, давая возможность говорить. Пхат не раз замечал, как Пран близок с этим парнем и со стороны они больше были похожи на пару, нежели на друзей и каждый раз, смотря на них, Пхат злился, чувствуя, что его место занимает кто-то другой. Пран рассмеялся, чувствуя себя глупо. Тоже самое он мог спросить насчёт той девушки, с которой он, Пхат, проводит всё своё время. — А что насчёт тебя, Пхат? — вскинув брови, спросил парень. Рука Пхата по прежнему прижимала его к стене, но не сильно и он мог выбраться из его хватки, но хотел ли он этого? Пран посмотрел парню в глаза, а после на приоткрытые губы,  теплое дыхание Пхата щекотало его щеку и стоило чуть наклониться вперёд и их губы соприкоснуться. Не давая Пхату сказать больше ни слова, он прижался своими губами к его, давая ему шанс оттолкнуть, но вместо этого, он начал отвечать, целуя неумело и медленно. Пран положил свои руки ему на плечи, мягко двигая губами навстречу губам Пхата. И это было чертовски приятно, внутри, где-то в районе солнечного сплетения будто порхали бабочки. Губы Пхата неожиданно оказались у Прана на шее, оставляя влажные нежные поцелуи. Пран  тяжело дышал, наслаждаясь необыкновенными и новыми для него ощущениями и прижимался к парню, кусая свои яркие от поцелуя губы, которые минуту назад целовал Пхат. Руки Пхата гуляли по телу Прана, но не забирались под одежду. Но внезапно рука Пхата легла на пах парня, накрывая и слегла сжимая полувставший член. Он отстранился, смотря на реакцию Прана, тот был удивлен, смотря на него широко раскрытыми глазами. — Наверное, это слишком  и стоило обойтись поцелуем и к тому же мы в школе, но могу я отдрочить тебе? Оттолкни меня и уйди, если это слишком для тебя. — протараторил Пхат тихо с лёгкой неуверенностью в голосе, боясь спугнуть Прана. Его щеки и кончики ушей покрылись румянцем. — Могу ли я  в таком случае сделать тоже самое? — смотря в поплывшие от возбуждения глаза, спросил Пран, неуверенно кладя одну ладонь на пах Пхата и мягко, едва ощущаемо сжимая. Тот прикрыл глаза и выдохнул через рот от такого прикосновения. — Конечно, если ты этого хочешь, Пран. Ты можешь делать со мной всё, что тебе заблагорассудится. — Пхат хитро улыбнулся, зная, что последними словами смутит парня. Не дожидаясь ответа от Прана, Пхат расстегнул его форменные брюки, поднял взгляд, смотря на него и не найдя на его лице сомнений и страха продолжил, забираясь рукой в его боксеры и вытаскивая вставший член. Пран тихо простонал, чувствуя как большой палец парня ласкает его головку. Не отставая от него, Пран проделал с его брюками тоже самое и также взял член в ладонь, аккуратно сжимая  и двигая ей по крепкому члену, Пхат улыбнулся и прикусил губу, чтобы не застонать. — Сожми чуть сильнее, — попросил Пхат, лаская чувствительную головку и двигая рукой вокруг члена одновременно. Ноги Прана предательски дрожали и стали ватными. Услышав просьбу Пхата, он сделал так, как парень просит, сжимая член немного сильнее и двигая рукой чуть быстрее. В отличии от Пхата, который всё делал идеально и будто знал, как Пран дрочит каждый вечер, Пран не знал, как любит он, но был рад, что он говорил ему, что следует сделать, потому что никогда никому не дрочил и вряд ли будет когда-нибудь и кому-нибудь, кроме Пхата. Тяжело дыша, Пхат взял Прана за подбородок, аккуратно притянул к себе и сладко поцеловал, не переставая дрочить ему. Их стоны утонули в поцелуи и были слышны лишь тихие мычания. Ещё несколько движений и они кончили почти одновременно в кулаки другу другу и расслабились. Пран опёрся о стенку, а Пхат о плечо Прана головой. Придя в себя после оргазма, Пхат вынув салфетки из кармана толстовки, протянул одну Прану, а второй вытер свою руку от его спермы, убрав опавший член в боксеры и застегнув ему брюки, пока тот повторял тоже самое только медленнее. — Это чертовски смущает, — проговорил тихо Пран, смотря куда-то через плечо Пхата. — Хэй, всё в порядке, малыш. — улыбнулся Пхат, заставляя Прана посмотреть на себя. — Ты привыкнешь. — Какой я тебе малыш? — нахмурил брови парень, смотря в темные глаза Пхата. — Мой малыш. — лукаво улыбнулся он и пока Пран с приоткрытым ртом думал, что ответить, Пхат накрыл его губы своими, коротко целуя. Пран тоже не сдержал улыбки, чувствуя себя невероятно счастливым, но он как никто другой был реалистом и знал, что им будет очень непросто. Их недоотношения, которых даже по сути нет заранее обречены на провал. Но даже зная это, Пран не мог отказаться от Пхата. А Пхат… Пхат просто не понимал своих чувств. Его тянуло к Прану, он хотел быть с ним, видеть его улыбку, быть причиной его улыбки, быть тем, на кого он смотрит по-особенному.