(Не) Жестокий Стамбул

Очень жарко. Я вся вспотела. От чего? Приоткрываю глаза, теперь всё ясно. Закуталась в тёплое одеяло. Даже ногой пошевелить не выходит. И Недим прижимает к себе. Сам он весь горячий. Ещё и рубашку его ночью нацепила. Вот душно и стало. Стараюсь осторожно, не разбудив его, выбраться из этого сплетения рук и ног. Совсем ничего не получается, я больше шума создаю. Невольно издаю смешок. Это безоговорочный проигрыш. Он, наверняка, проснулся. — Доброе утро. — Прохрипел он мне на ухо. — Доброе. — Опять заключает меня в объятья. — Недим, жарко. Нам бы… — Да, я заметил. — Говорит и выпускает меня из рук. Помогает откинуть одеяло. Наконец-то. Откуда здесь вообще такой градус? Сейчас сидеть в рубашке Недима самое то. — Я утеплил тут всё на максимум, чтобы не замёрзли. Сейчас пойду сбавлю. Ты одевайся пока. — Оставляет поцелуй на моём лбу и уходит. Поднимаюсь с кровати слишком резко. Боль сразу проступает внизу живота. А я уже надеялась, что утром всё пройдёт. И на простынях остались следы вчерашней ночи. Когда думаю о том, что произошло вчера, тело охватывает волна жара. Щёки заливаются краской. Но ни капли стыда не испытываю. Всё как и должно быть. Быстренько навожу здесь порядок, как могу в сложившихся условиях. После захожу в душ, трачу на него немало времени, очень хотелось расслабиться под горячими струями воды. Наряжаюсь в одежду, что нахожу в шкафу. Недим и об этом подумал, привёз сюда несколько нарядов. Для него подбираю тёмно-бежевый костюм. Не думаю, что он будет против, если попрошу надеть его, ему очень подойдёт. Будем очень красиво смотреться вместе. — Я отпустил капитана. Позавтракаем здесь? Там уже готово. — Недим подходит ко мне со спины. Вижу его в отражении зеркала. Он проходится по мне откровенным взглядом. Смотрю на него в ответ, прищуриваюсь, чуть закусываю губу, выгибаю брови в немом вопросе. Это вынуждает его подойти ко мне вплотную, обнять меня за талию. Берёт мою руку, переплетает наши пальцы. Задерживает взгляд на кольце, его лицо сияет только лишь от этого. Прижимается губами к моей руке. — Можешь надеть этот костюм сегодня? — Показываю ему на вещи, которые выбрала. Кажется, и ему понравилась эта идея. То, что я выбрала для него одежду. Целует меня в щёку и идёт переодеваться, а я поднимаюсь на палубу. Разве может быть, что человеку всё идёт, всё к лицу? Когда через пару минут Недим поднимается ко мне, не могу сдержать восхищения. Невероятный мужчина. И ведь не понимает насколько хорош собой. Погода сегодня потрясающая. И завтрак безупречен. Фрукты, овощи, сыры. Вот только мне захотелось кое-чего ещё, улавливаю аромат симита совсем недалеко. Только озвучиваю Недиму просьбу, как он уже за руку ведёт меня к нужному ларьку. Заказывает для нас пару штук. Пока ждём, ни на секунду не выпускает меня из объятий. Постоянно что-то шепчет на ухо, не переставая вдыхает запах моих волос. — Джемре? — Внимание привлекает женский голос, раздавшийся справа. Одновременно поворачиваемся в ту сторону. — Джемре, это ты? — Озге? Озге. Моя старая подруга, из города, где я выросла. Мы выросли. С того дня как переехали в Стамбул, с ней не виделись больше. Я очень соскучилась по ней, по нашей дружбе. Как же связи могли так оборваться? Очень хорошо, что встретились сейчас. Заключаю её в крепкие объятия. — Озге! Что ты здесь делаешь? Давно в Стамбуле? — Закидываю её вопросами, она не успевает отвечать. Параллельно пытается разглядеть Недима позади меня. Она точно видела, как мы обнимались. — Совсем недавно приехала, Джемре. Всё хотела с тобой связаться, знала же, что ты здесь. Ещё и довольно популярна. Нас случайно папарацци не снимают? — Говорит и заливается звонким смехом. И меня заряжает, и Недима. Слышу, как он тихо посмеивается. Подруга опускает взор на мою руку, рассматривает кольцо. — О тебе было много новостей. Это твой муж? — Да. — Нет. — Отвечаем одновременно. Путаем Озге, переводит взгляд с одного на другого. — То есть да, будет. Правильнее сказать жених. Долгая история. Недим подходит поближе к нам, становится рядом со мной. А Озге всё рассматривает его. Должно быть хочет понять тот ли это человек, что был в новостях обо мне. Неловко пожимаю плечами в ответ на её вопросительный взгляд. — Здравствуй, я Недим. Как ты уже поняла, жених Джемре. — Протягивает ей руку в знак приветствия. Она тут же отвечает на рукопожатие. Видно, что подруга расслабилась, когда он заговорил. Недим умеет правильно расположить к себе человека. — Предлагаю нам пройти к нашему завтраку, и там вы сможете поговорить обо всём, что хотели. Заодно и я познакомлюсь с близкой подругой моей возлюбленной. — Что вы, я не буду мешать вам… — Нет, нет, Озге. Недим прав, пойдём присядем. Давно не виделись. Пообщаемся, познакомлю вас. Я веду подругу к яхте, под её непрекращающиеся вопросы о том, почему мы идём в сторону моря. Недим же остаётся, чтобы забрать наш заказ. Ну и дать нам время поговорить наедине. Когда забираемся на борт, Озге наконец понимает, что происходит. Её глаза и без того большие, округляются ещё больше. В изумлении осматривается, оценивает обстановку. Вижу, что она в восторге. Оно и понятно, Недим устроил здесь сказку. А это она не видела вчерашнюю ночную атмосферу. — Девочка, здесь завтракать будем? — Да. Недим вчера устроил сюрприз. До сих пор вот отмечаем. — Говорю и выставляю напоказ своё кольцо. — Предложение сделал, романтика, всё такое. — Сама себе умиляюсь. Я становлюсь такой чувствительной, даже просто когда думаю о нём и обо всём, что с ним связано. — Он — Недим Карачай, правильно? Но в новостях писали, что твой муж другой Карачай. Фото всякие выставляли. — Подруга явно в замешательстве. И впрямь во что только я не вляпалась, какие новости только обо мне не выходили. — Хотя ещё писали, что ты похитила Недима, вас везде искали. — Ну вот. О чём и говорю. И про тюрьму она наверное знает. Рассказываю ей обо всём что со мной приключилось за это время. Про встречу с Недимом. Про наш побег. Про пакости Шениз. Про фиктивный брак, секреты, недопонимания. Про то, что мы с Недимом долго не могли объясниться в своей любви. Вообщем, вкратце знакомлю её с подноготной жизнью семьи Карачай. Не думаю, что это проблема. Я Озге доверяю. Она не из тех, кто станет болтать. Ну а про Карачаев итак очень много эксклюзивных историй. Уже многосерийный сериал снимать можно. Ну или книгу написать. Хотя логичнее цикл. Ладно, неважно. Недим что-то долго. Окидываю взглядом набережную. Нахожу его около всё той же забегаловки. Стоит с пакетом в руке, разговаривает по телефону. Кажется что-то не очень приятное обсуждает. А взгляд на мне держит, не сводит. Замечает, что я смотрю на него, сразу в лице меняется, в улыбке расплывается. Слушает вообще, что ему там говорят? Или, как я, только о нем думаю, так и он только обо мне. Показывает жестами, что скоро придёт. Киваю и сажусь обратно на диванчик. — О чём говорили? — Тут же спрашивает Озге. — Что? Не поняла. — Непонимающе смотрю на неё. — Говорю, что это было? Вы по губам читаете или в мыслях переговариваетесь? — Почти одновременно начинаем заливисто смеяться. — Как сильно ты влипла, подруга! Как сумасшедшая влюбилась. — Я нашла любовь. Что тут ещё можно сказать? Пусть всех Бог так осчастливит. — Аминь, подруга. Ну правда, я тебе по-доброму позавидовала сейчас. Чтоб вы всегда были счастливы, дорогая. — Подруга трижды сплюнула через плечо и по столу постучала. Недим как раз добрался до нас. Извинился за долгое ожидание и сел рядом со мной. Он улыбается нам, пытается показать, что всё хорошо, но я то вижу, что его настроение что-то испортило. И он это замечает, даёт понять, что потом объяснит. Поворачивается к Озге и произносит: — Очень рад познакомиться с подругой Джемре. — Хитро прищуривается на меня. — Теперь знаю у кого спрашивать всю тайную информацию. — О да, мы с тобой хорошо поладим. Хотя итак поладили бы, я уверена в выборе подруги. — Они уже нашли общий язык. Почему всё всегда не может быть так просто? Наши семьи даже близко так не отреагировали. Не считая Дживана, он лишь обиделся, что лично не сказали. Ни слова против не сказал. То есть мне точно не говорил. Однако мог ли он говорить с Недимом? Знаю, у них хорошие отношения, они стали друзьями. Не думаю, что брат сказал что-то лишнее. Хотя и Джерен нормально отреагировала. Конечно, она не любила Недима, но ведь была его женой. Я уверена ей это было на руку. Особняк, успешность, обеспеченность, жизнь без проблем. Всё, чего она хотела. Если бы не была влюблена в Дженка, ни за что не развелась бы с Недимом. Повезло, что она не стала попрекать меня тем, что я забрала её мужа. Не хватало только ссориться и из-за этого. Очевидно, Джерен с самого начала знала, что у нас есть чувства. И Дженк, и Шениз тоже. Когда думаю о том, что все действовали целенаправленно желая держать нас подальше друг от друга, злость вспыхивает во мне, наполняет внутренности. Не оставляет пространства для чего-то ещё. Начинаю нервничать, закипать. Тревога заполняет все мысли. Как можно оставаться спокойными, когда даже самый близкий человек Недима — его дядя — пытался разлучить нас? Столько людей стараются для этого. И все преследуют свои цели. Может хотят как лучше, а может стараются лишь для себя. Но это не имеет значения. Важно то, что они не имеют права так вмешиваться в наши жизни. Они не могут знать, что лучше для нас. Всякий раз, заглядывая в глаза Недима, я прихожу в себя, успокаиваюсь и расслабляюсь. Как и сейчас. Все эти мысли отступают от того, что он рядом, от его тёплого и нежного взгляда на меня. Он своей улыбкой отгоняет всё то, что заставляет меня нервничать. Придаёт уверенности во всём. Мы ещё немного болтаем все вместе. Недим много спрашивает у Озге про моё детство, про то, какой я была, когда мы учились вместе. Пытается выяснить что-нибудь интересное обо мне. Но подруга радует меня, не говорит ничего постыдного. Да и нет у меня ничего подобного. За исключением нелепых ситуаций в школе с Джерен, и постоянных драк Дживана. — Любимая, мне нужно уехать уже, есть дело. Вы не прерывайтесь, погуляйте, сходите куда-нибудь. Только очень прошу тебя, держи телефон рядом, чтобы я не волновался, ладно? — Ненадолго прижимается губами к моему лбу. Немного щекочет мой нос, не удерживаюсь, издаю слабый смешок. Тянусь губами к его щеке, вообще не хочу разлучаться с ним. Когда он наконец встаёт и берёт свои вещи, заодно протягивает мне мой новый телефон. Тот, что он купил. А ещё установил специальные приложения, показывающие ему, где я нахожусь. Я не стала возражать только потому, что и я могла узнать где он со своего. Ну а ещё потому, что понимаю, как сильно он испугался из-за случая с похищением. И я тоже. А мы так и не разобрались в том, что там на самом деле произошло. Недима не покидают мысли о том, что это были проделки Шениз. Однако он не видит для неё резонов в этом. А вот я увидела. В тот день мало того, что я узнала всю правду, так ещё и прихватила с собой доказательства, которые кстати вдруг пропали. Я не удивлюсь, если Шениз устроила моё похищение. Она способна и на это. Может для этого и нужен был выкуп, чтобы она смогла сбежать. Сейчас никто не знает где она. Господин Агях проводит поиски, идёт по следам. Но пока ничего неизвестно. Знаю, нужно сказать Недиму о моих подозрениях в её причастности. Но тогда придётся и про братство рассказать. А я до сих пор не придумала как это сделать. Какая же я глупая. Чем дольше тяну, тем больше потом будет проблем. А что если он обидится на меня? Что если мы поругаемся? Что я тогда буду делать? И ведь он будет абсолютно прав. Мы обещали — никаких тайн. При мысли о возможной ссоре, страх обуревает меня. Так, всё. Я расскажу ему как только останемся наедине. — Ты такая, потому что он уехал? — Очевидно, Озге замечает, что со мной что-то случилось. — Да ладно тебе. Сказал же, что по делу, скоро увидитесь. — Да, знаю. Просто… С нами столько всего случилось… Когда я не вижу его, страшно переживаю. Думаю, в порядке ли он. Не задумали ли они ещё что-то против него. Моя голова переполнена подобным. — Откидываюсь на спинку дивана. Прикрываю глаза, позволяю себе немного перевести дыхание. — Всё, извини. Я в порядке. Что сделаем? Посидим здесь или пройдёмся? — Давай погуляем. Чувствую, есть ещё о чём стоит поговорить. Ты же знаешь, что всегда можешь рассказать мне, что тебя гложет? — Она берёт мою руку в свои. Даёт понять, что готова выслушать всё, что бы я ни рассказала. Потому уверенно киваю, беру свои вещи, и мы направляемся куда глаза глядят. Доверю свои проблемы лучшей подруге и Чёрному морю.

***

Мама очень обрадовалась, когда узнала, что я встретилась с Озге. Я подняла ей настроение новостью о том, что и она отныне живёт в Стамбуле. Да, подруга даже на работу уже устроилась. Будет выступать в каком-то кафе у набережной. И меня позвала. Сказала, чтобы играли вместе, как раньше. Теперь вот об этом и думаю. Хочется петь. Отныне ещё больше, чем раньше. Душа поёт, словно в облаках парит. Я сама вся, будто летаю отныне. Мы с мамой уже около часа занимаемся домашними делами, но она до сих пор ничего не сказала про кольцо. Вообще о Недиме ни слова. На самом деле не заметила? Хотя, как его не заметить? Такое кольцо в глаза бросается. Иногда невольно ловлю себя на том, что застываю на месте, точно вкопанная, просто смотрю на него. Это уж она бы точно заметила. — Мама, Недим вчера сделал мне предложение. — Говорю и опускаю взгляд на кольцо, пытаюсь обратить её внимание. — Знаю, дочка. — Отвечает так спокойно, будто ничего и не случилось. — Ещё раньше тебя узнала. — Что? Не поняла… как? — Смотрю на неё, ожидаю объяснение. — Он приходил просить разрешения. И у меня, и у Дживана. — Продолжает говорить, ничем реальные эмоции не выдаёт. А я хочу понять, что она думает. Знает ведь, что я потрясена. Хоть бы реакцию какую показала, одобрила или нет? — Дживан не возражал, разрешил спросить у тебя, оставил решение за тобой. А мы долго говорили с Недимом. Я всё ещё не дала ответ. Он сказал, чтобы ответила, когда придёт просить тебя. — Придёт просить? Он сказал, что придёт просить меня? — Удивляюсь ещё больше. Начинаю лихорадочно говорить. — Или ты сказала ему так сделать? В этом нет никакой необходимости. — Нет, он сам сказал, всё сделает по правилам, по обычаям. — Перебивает меня, не даёт спросить всё, что хочу. Однако наконец на её лице появляется что-то более-менее похожее на улыбку. — Сватовство, хна, свадьба. Всё это сам планирует, я ни слова не сказала, не заставляла его. Однако молодец, что сам заговорил. Я немного успокоилась. — Традиции говоришь. То есть того, что я его люблю недостаточно для твоего одобрения? Ты всё ещё сопротивляешься. Почему? Почему не дала ему своё разрешение? Я так счастлива. Твоя дочь очень счастлива, мама. Впервые так искренне, так сильно. Почему не можешь порадоваться за меня? — Почему?! Действительно, почему же? — Мама срывается на крик. Ладно, хоть что-то. Пусть скажет, что думает. — Может дело в том, что он был мужем твоей сестры? У них должен был быть ребёнок. Совсем недавно мы застали их в постели. — Они не были вместе! — Выкрикиваю это, смотря ей прямо в глаза. И сразу замолкаю, понимая, что сделала. Нужно срочно исправить это, пока она не поняла. — В тот день… когда вы их застали. Недоразумение, вы неправильно поняли! Я знаю, что он только со мной, только меня любит, и этого достаточно. И ты поймёшь, и ты примешь. Некоторое время сидим молча. Прячу от неё свой взгляд. Кажется, будто иначе она поймёт, что случилось прошлой ночью. А если и поймёт, какая разница? Уверена, если бы мама узнала об этом, сама настаивала бы на скорой свадьбе. Всё сразу изменилось бы. Уже подумываю не признаться ли самой, когда к нам приходит Джерен. Очень счастливая, буквально сияет. Интересно, что же у неё произошло? — Наконец-то. Мне сегодня перечислили деньги, я скоро всё очень хорошо устрою, дорогие мои. — Говорит с порога. Все её мысли лишь об этом. — Что? Какие ещё деньги? — Мамино только поднявшееся настроение мигом испаряется. Недима деньги. Договор, согласно которому они разводятся по обоюдному согласию, включает передачу части имущества. Благодаря этому, Джерен так быстро согласилась. Я совсем забыла об этом, разговор с Недимом так и остался незавершённым. Как раз тогда начались проблемы с полицейским участком и Шениз. Я была против того, чтобы он отдавал ей хоть что-то. Особенно после всего, что она ему сделала. Не говоря уже о том, что брак даже настоящим не был. А Недим хотел побыстрее всё решить, убеждал, что это не станет для него проблемой. Надеюсь, что наличие у неё таких больших денег не станет проблемой и для всех остальных. — После развода. Или вы думали, что я позволю оставить нас ни с чем? Как это сделала сестра? Хотя, стойте. Получается сестра особо ничего не потеряла. Просто поменяла. — Её громкий задорный смех прорезает тишину. Ни я, ни мама никак не реагируем на её высказывания. Она из-за этого такая счастливая? Деньги. Всегда. Какое большое зло. А ведь нечему удивляться, она же за этим сюда и ехала. Когда вспоминаю её высказывания по поводу собственной продажи, дрожь пробивает тело. Для неё это вовсе не проблема. Как она стала такой? Когда у нас такая мама. Она учила совсем другому. Бабушка. Джерен научила бабушка. Как мы могли оставить сестру в её руках? — Зачем тебе столько денег? Что тебе не хватает в жизни? У тебя есть мы, семья, близкие. Нам эти деньги не нужны. Даже не думай пытаться потратить их для нас. — Да, сестрёнка. Что тебе ещё может быть теперь нужно. Для тебя всё очень удачно сложилось. Поздравляю, кстати. Это из новой коллекции? — Указывает на кольцо. Усмехается своим мыслям. Вижу, как сверкают её глаза. Зависть. Серьёзно? Разве она не добилась своего? Получила столько денег. Бесполезно. Сейчас по крайней мере. Она не понимает. Может и хочет, но у неё не получается. Не говорю ей ничего, просто игнорирую остальные подобные выпады. Только за поздравление благодарю, искренне. Она и сама удивляется. Ожидала, что начну с ней пререкаться, пытаться учить жизни. Думала, что сделаю ей замечания, буду кричать. А я сижу, как ни в чём ни бывало. Слушаю, непрекращающиеся рассказы о том, что и как она собирается сделать. Странно, однако и мама молчит. Хмурится, но молчит. Кажется, мы, дочери уже свели её с ума. Оно и понятно. Что ни одна, то другая со своим заморочками. Может я всё не так понимаю? На Джерен она обижается из-за всей суеты с богатством и желанием жить в особняке. Ну а я что плохого делаю? Она против Недима из-за его несуществующего ребёнка. Ох, если бы я могла сказать ей, она бы поняла, что Недим идеален. Что я в принципе единственная женщина в его жизни, больше никого не было. Тогда она обрадовалась бы такому зятю, уверена. Нужно, чтобы она узнала правду как можно скорее. Но эта тайна не моя. — Я посижу здесь с вами. Этот ребёнок весь день там кричит. Уже нет сил выносить. — Сказала Джерен, когда уже поняла, что не получит никакой реакции. — Какой ребёнок? — Откуда в особняке ребёнок? Я впервые слышу. — Ах да, забыла сказать тебе, дочка. К Нуртен приехала дочь с внуком. Совсем маленький мальчик, грудной. Много плачет конечно. — Сразу поясняет мама. Наверное, я была в больнице, раз не застала. Хотя я ведь уже давно в самом особняке не была. Мама аккуратно показывает глазами на Джерен, пока она отошла на кухню. Выразительно выгибает брови. Точно, маленький мальчик. Теперь понятно, почему она вся на взводе. Вроде только начинает нормально вести себя, как её снова, будто чем-то по голове ударяет, вмиг меняется. — Башак зовут девушку, а ребёночка Атлас. — Мама расплывается в улыбке. Сама не замечает, как меняется тон её голоса. — Дочка, видела бы ты его. Такой красивый, такой сладкий малыш. Но ты представляешь, напоминает он сестре о её ребёнке. Расстраивается она, вот так ведёт себя, я понимаю, только поэтому ничего не говорю ей. — Я поняла. А как же ей не расстраиваться? Снова будет переживать своё горе от постоянных напоминаний. — Прерываюсь на новое оповещение в телефоне. Можно и не смотреть, знаю, что Недим. Пишет, что скоро приедет за мной. А я не могу сдержать радость. Знаю, моё лицо светится, и мама это видит. Но в этом нет ничего плохого. Я жду своего любимого, который совсем скоро станет моим мужем. Вот и всё. Резко подскакиваю, неловко смотрю на маму, и начинаю собираться. — Джемре, ты и этой ночью дома не ночевала. Так нельзя. Я не глупая, очевидно, что вы остаётесь вместе. Но свадьбы не было ещё, так нельзя делать. Ночуй дома, должны быть ещё какие-то рамки приличия. — Не могу отныне без него, мама! И нет ничего плохого в том, что я остаюсь с ним. Я соскучилась по нему, мы с утра не виделись. — Недовольно покачивает головой, но понимает, что повлиять на это никак не сможет. — Всё сделаем. И сватовство, и свадьбу, всё будет. Ты только поддержи меня. — Целую её в обе щеки. Крепко-крепко стискиваю. А после выхожу на улицу. Прыгаю на заднее сиденье машины. И сразу налетаю на Недима с поцелуем. Впиваюсь в его губы со всей жаждой, что скопилась во мне за время без него. Притягиваю его к себе за затылок, зарываюсь пальцами в волосы. Краду дыхание и у него, и у себя. В какой-то момент наши движения становятся даже немного неприличными, грязными. Но это упоительные ощущения. Желание нахлынуло мгновенно. Я возбуждаюсь, он тоже. Нас прерывает звонок его телефона. Я издаю недовольный вздох, чуть отодвигаюсь от него. Заглядываю в его телефон, чтобы увидеть кто нас прервал. Ойя. Да сколько можно? — Недим, она до сих пор названивает? Чего она хочет от тебя, чего добивается? — Не скрываю раздражение. Мне это совсем не нравится. — В семью войти хочет. — Отвечает отрешённо, витает в своих мыслях. Кажется, и не подумал прежде, чем сказать. — Что?! — Несколько минут он всматривался в моё лицо, пока не понял, что я не на шутку разозлилась. Зажимаю в руке ремень так крепко, что костяшки болеть начинают. — Что это значит? Ты виделся с ней, и она это тебе сказала? Она всё делала, чтобы сблизиться с тобой? Я подозревала! Так старалась для тебя… — Спокойно. Ты сама сейчас это придумала. — Берёт моё лицо в свои ладони. Лёгкими касаниями поглаживает щёки. Ещё раз крепко впивается в мои губы, но быстро отстраняется. — Пока вы с Озге утром разговаривали на яхте, я ответил на её звонок. Я ещё сказал тебе, что потом поговорим об этом. — Да, я помню. — Расслабляюсь в его объятьях. Гашу огонь, разлившийся внутри. — После работы, заехал к ней. Решил, чем быстрее поговорю, тем быстрее со всем разберёмся. Она объяснилась по поводу того, что сделала. — Неожиданно замолкает, прикрывает глаза, словно хочет сосредоточиться. Слова даются ему тяжело, мне становится боязно. Нервно жду, когда он продолжит. — Она сказала, что… Что она моя сестра. — Слова срываются с его губ, и он выдыхает. — Сестра? Ойя твоя сестра? — Спрашиваю заикаясь. Сестра? От кого? Чья она дочь? И это что получается? Она поэтому так помогала ему? Поэтому так старалась для него. Связалась с Шениз, бросила ей вызов, всё равно, что войну объявила. И она знает про Дженка. Про то, что у них один отец. Интересно, она рассказала ему об этом? И если рассказала, что мне делать? — Так сказала. Чего только не узнал сегодня. Ещё проверить всё надо. Я вообще ни в чём не уверен. Всё твердила, что для меня всё делала. Чтобы защитить. — Чуть опускается на сиденье, полулежит с закрытыми глазами. Опускает руку на лоб, потирает виски. — Если это правда, отец изменял маме не только с Шениз. — Ты сильно расстроился из-за этого? — Пытаюсь понять что именно его гложет. — Не из-за отца. Я знаю каков он. — Снова тишина. Он сам себя пытается подготовить к тому, что хочет сказать. — Ойя… ещё кое-что… Она уверена, что дядя знал про неё и про её мать, но не помог им, отправил их, выгнал. Она винит его в том, что выросла в детском доме. Названивает, хочет убедить меня в правдивости своих слов. Хочет, чтобы помог ей отомстить дяде. — То есть, её появление не случайно. Это было её целью с самого начала? Погоди, она специально устроила тот спектакль тогда, чтобы твой дядя всё узнал? — Полагаю, что да. Я не могу принять это. Буду выяснять все подробности. — Беру его за руку, так и держу всю оставшуюся дорогу. Он неожиданно выдаёт нервный смешок. — Как всегда. Вечер должен был пройти хорошо, но как же мы не узнали бы чего-то нового. — Иронично разводит руками. — Пока едем, расскажу тебе кое-что по-настоящему важное. Я уже выбрал для нас один дом. Думаю, хотя даже уверен, что тебе понравится. Хотел сюрприз сделать, но куда там. — Дом выбрал? — Приподнимаю брови в удивлении. Когда он всё успевает. Ещё и самое важное говорит. Среди стольких проблем. — Недим, ты… — Прости, что не посоветовался, но я правда считаю, что ты влюбишься в это место. — Перебивает моё признание. — Да и внутри сама всё обставишь, он сейчас пуст. Чтобы не оставались больше в отеле. А теперь я прерываю его поцелуем. Аккуратным, нежным и трепетным. Очень невинным и искренним. Устраиваюсь, как можно ближе к нему, прямо под боком. — Ты идеален, но и не подозреваешь об этом. Ты постоянно меня радуешь, делаешь счастливой даже на расстоянии. — Удивленно хмурится, на самом деле не понимает. — Ты, прежде чем сделать предложение, спросил у моей семьи разрешения. Ты сказал маме, что всё пройдёт по необходимым обычаям. Немного успокоил её этим. А теперь среди стольких дел, думаешь о нашем будущем доме. Спасибо, любимый. — Кстати про семью.

***

Мы сидим в очень красивом и ужасно дорогом ресторанчике с прекрасным видом на ночной Стамбул. Людей здесь не так уж много. Так что мы устроились за одним из лучших столиков. Недим в самую последнюю секунду уведомил меня о наших планах. Однако стоит брать в расчёт, что и его довольно поздно оповестили. Мы в рекордно быстрые сроки доехали до отеля, где переоделись в вечерние наряды, а после с неменьшей скоростью явились сюда. Так ещё и успели раньше них. — Неизвестно ничего про Шениз? — Спрашиваю, когда официант уходит с нашим заказом. — Она забрала заявление на тебя? — Дядя ищет. И Дженк тоже. — Сосредоточенно вертит стакан в руках, будто это какое-то увлекательное занятие. — Адвокат вытащил меня. Ну и Джерен со своей прослушкой. Это очень помогло, спасибо ей. Хотя она явно свои цели преследовала, не могла знать что так получится. — То есть тебя оправдали? — Уточняю я. — Поняли, что она наговорила на тебя, обвинила в том, чего не делал. Она ведь поэтому сбежала? — Нет, ничего точного. Но я хочу чтобы все знали, что я ничего ей не сделал. Хочу, чтобы никто не сомневался. Ни твоя семья, ни моя. — Он очень расстроен этой ситуацией. Почему его постоянно винят во всём, что бы не происходило? Почему? — Ты никому не можешь навредить, я знаю. Почему они вообще в тебе сомневаются, не понимаю. Особенно после всего, что узнали о ней. Ты сможешь доказать, что она всё подстроила? — Я уже могу доказать, что это она убила ребёнка Джерен и пыталась отравить меня. Могу доказать, что она позвала меня в отель, чтобы подставить. — Поднимает взгляд на меня, задерживает на несколько минут. — Только… что толку теперь обвинять Шениз? Она и так прячется от всех, убегает. Этим действием она уже показала, что виновна. Я только боюсь, что дядя узнает про её измены. Может узнать. Если Ойя хочет отомстить, нет способа лучше, чем этот. Она может рассказать, что Дженк не его сын. Недим прав, здоровье человека и так пошатнулось. Этой правды господин Агях может не вынести. Как только вернёмся домой, я признаюсь Недиму в том, что знаю. Мы вместе придумаем что делать. Речь идёт не только о братьях. Господина Агяха это касается не меньше. Недим должен понимать что происходит. Он должен быть готов ко всему. Должен быть готов, в случае чего, остановить Ойю. Он всё ещё сидит опустив нос. Грустит, задумавшись обо всём этом. Но мы сюда не за этим пришли. Наоборот, хотели отдохнуть, расслабиться, повеселиться. Нужно сменить тему, пока они не пришли. — Ты сказал же маме, что всё сделаешь по традициям. Получается, ты скоро придёшь просить меня? — Говорю и смешливо выгибаю брови. Хочу развеселить его. Пусть посмеётся. У него такой красивый смех. И он одаривает меня им, заставляя тепло разлиться по моему телу. — Если бы моя мама была жива, с ней пришёл бы просить тебя. Но придётся идти одному. Вряд ли дядя пойдёт, учитывая состояние Дженка. Так что традиция не сможет исполнится полностью, ведь я буду один. Надеюсь, они отдадут тебя мне. — Говорит в шутку, хотя и грустные вещи. Он повеселел, должно быть, от мыслей о нашей свадьбе. Я, во всяком случае, когда думаю об этом, уношусь в небо, стремительно взлетаю и парю, совсем не желая возвращаться на землю. Сердце колотится, словно выпрыгнуть готово. По телу мурашки пробегают. Кажется, даже температура повышается. — Почему думаешь, что дядя не пойдёт с тобой? — Не могу удержаться от вопроса, но и ответ услышать боюсь. — Джемре… — Горько усмехается. Лучше бы не спрашивала. — Дженк влюбился в тебя. Так, как сумел. Так, как у него получилось. Так, как его научили. Если учили. Может, и не любовь. Может, ему лишь кажется, что он любит. Я не могу знать наверняка. — Он хочет сказать что-то ещё, но я решаю, что этого достаточно. Если уж мне неприятно слушать, то ему ещё хуже произносить всё это. — Не продолжай, я тебя поняла, любимый. — Кладу ладонь на его щёку. — Придёшь один, значит так. Если уж не отдадут, сама с тобой пойду. Разве меня что-то остановит на пути к тебе? Склоняет голову, целует мою ладонь. Но не отстраняется, остаётся в этом положении, не сводит с меня глаз. Только я наклоняюсь для поцелуя, как нас прерывает голос Дживана: — Полегче. — Вау, вы почти не опоздали. — Произношу я и в шутку указываю на часы. — А вы этим хорошенько воспользовались. — Отвечает брат и отодвигает стул для Дамлы. Она смотрит на нас изучающе, в упор, но молчит. Ни слова не произносит. И по ней ничего понять нельзя. Что думает, каково её отношение к происходящему? Стараюсь держать улыбку в ответ на её прорезающий взгляд. Очень хочется, чтобы нормально восприняла, однако это маловероятно. Она очень любит Дженка, вряд ли обрадуется из-за того, что его обидело. — Я сделал общий заказ, взял всего понемногу. — Говорит Недим. — Выберите блюда, дозакажем. Недим и Дживан договорились об этой встрече в обед. Вот только, Дживан Дамлу предупредил заранее. Подозреваю, это не помогло, они всё равно пришли позже нас. Может, она не хотела? Обижена на нас, наверняка. Но что теперь уж сделаешь? Поначалу всё идёт неплохо, Дамла особо и не участвует в разговорах. То в тарелке ковыряется, то впивается в нас взглядом. Дживан пытается растормошить её, мы замечаем это. Но когда тема вскользь коснулась семьи и, в частности, Шениз, она не смогла молчать. — Моя мать сейчас неизвестно где. Из-за чего? Из-за кого? — Прожигает Недима взглядом. Ей Богу, я не сдержусь. Если она скажет ему хоть что-то ещё, точно не выдержу. — Это результат её собственных поступков, сестра. — Спокойным тоном отвечает ей Недим. Он ждал этого, уже подготовился. — Я не верю, что она специально оклеветала тебя! Зачем ей сажать тебя? — Только я собиралась ответить ей, как Недим перехватил мою руку, попросил не вмешиваться. И Дживан взглядом говорит помалкивать. — Понимаю, тебе больно и сложно. То, во что ты верила, чем жила сломалось. Безвозвратно. — Её лицо кривится в обиженном оскале. — Но у меня есть доказательства, Дамла. Я ничего ей не сделал. Ты же сама слышала тогда, за столом. Твой отец лично принёс бумаги. Она двадцать лет травила меня! — Под конец его голос всё-таки срывается. Сжимаю его руку крепче. Ему стоит успокоиться. — Она бы не сбегала, если бы не была виновна. Я не знаю, кто ранил её, но… подозреваю, она сама. Дамла приглушённо охает. Вжимается в спинку дивана. Дживан придвигается к ней ближе. Пытается успокоить, нарастающую панику. Гладит её по голове, пока она лихорадочно шепчет, что всё это бред и неправда. — Давайте сменим тему, да? — Обращаюсь я ко всем. — О чём тогда будем говорить? О том, что вы уже чуть ли не женаты? — Издевательски шепчет она. Указывает на моё кольцо. — Сидите здесь так, будто уже несколько лет в браке. Целуетесь на глазах у всех, никаких норм не осталось теперь? — Дамла! — Прерывает её Недим. — Да, мы вместе. Мы слишком долго ждали. Прошли через множество сложностей. И скоро поженимся. Кто, как не вы, должны понять, сестра. А ведь в чём проблема, не так ли? Почему должно быть сложно? У вас? У нас? Почему? Кто создал эти сложности, думала? Поешь теперь уже, ты просто размешала свой салат. — Указывает на её тарелку. Он всегда должен обо всём подумать? Если не сделает, не он будет. После этого обстановка становится более мирной. Напряжение никуда не делось, однако все высказали, что хотели. У Дамлы всё-таки проснулся аппетит, под непрекращающиеся просьбы Дживана. А Недим со спокойным сердцем выдохнул. Для него было важно оправдаться перед двоюродной сестрой. Но поверит ли она? — И, брат? Когда можно приходить просить девушку? — Неожиданно спрашивает Недим. — Просить девушку? — Удивленно вскидывает брови Дамла. Переводит взгляд с меня на Недима и обратно. — Прошение? Вы будете делать это? — Да, планируем. И ты приходи. — Подхватываю я. Может хотя бы сестра придёт с ним? Разумеется, если поверит ему. — Мы будем очень рады, если придёшь. Дамла не отвечает, просто возвращается к своей тарелке. Поднимаю глаза на брата, он мотает головой, просит не давить. Да, ладно. Не стоит настаивать. Она меня услышала, этого достаточно. Недим и Дживан переходят на разговор о машинах. Пытаюсь слушать их, но вообще в этом не разбираюсь. Брат советует Недиму какие-то известные марки, перечисляет плюсы и минусы. Мой жених скоро получит права, то, что он так долго хотел. Со мной особо не мог говорить об этом, а вот с Дживаном запросто. Как же я рада, что брат с нами, что у них такие хорошие отношения. Как он там говорил? Настоящий зять. Домой возвращаемся за полночь. И всё нормально. Сначала… Но когда мы заходим в комнату, происходит что-то, чего я вообще не понимаю. Безумие какое-то. Будто воздух наэлектризовался. Атмосфера накалилась. Жар окутал не только наши тела, но и воздух вокруг. Градус поднялся слишком незаметно. Налетаем друг на друга, словно вечность не виделись. Губы в губы. Тело в тело. Очень быстро избавляем друг друга от одежды. За считанные секунды горячее тело прижимает меня к простыням. Руки бесстыдно блуждают, изучают каждый миллиметр. Я думала вчера было потрясающе, но сегодня… сейчас ещё лучше, дольше, развратнее. Я не могу нормально дышать, упиваюсь им. Его движения доставляют мне невероятное наслаждение. Задыхаюсь от собственных стонов, выгибаюсь в его руках. Пропитываюсь его запахом. К царапинам на его спине прибавляются новые. Собственнические движения сводят с ума, будоражат сознание. Руки переплетаются. Проникновение становится быстрее, глубже, острее. Отдаётся сладкой тягой внизу живота. Удовольствие прошивает моё тело сладкими импульсами, я выкрикиваю его имя. А после нескольких толчков накрывает и его. Недим укладывается рядом, переворачивается на бок, обнимает меня. А я вывожу узоры на его груди. Закидываю ногу на него. Он ещё шепчет что-то мне на ухо, но я уже забываю что именно, проваливаюсь в крепкий сон. Утром я встала пораньше. Должно быть, организм понял, что я обеспокоена, не позволил и дальше наслаждаться сновидениями. Недим ещё спал, я нацепила тоненький белый халат и ушла на кухню. Решила приготовить нам завтрак. Я так сильно переживаю, что мне не сразу удаётся поджарить яйца. Постоянно отвлекаюсь, уношусь мыслями, забываю где я и что делаю. Надо взять себя в руки! Я должна. — Любимая, доброе утро! — Недим подкрадывается со спины. Вжимает мою спину в свою грудь. Сразу же вдыхает запах волос, оставляет поцелуй на щеке и шее. Я уже знала, что он так сделает. Привыкла. Одна из лучших привычек в моей жизни. — Доброе утро. — Оборачиваюсь, чтобы заключить его в объятья, но он опережает меня. Врывается в мой рот резко, напористо, немного грубо. Заводит в момент. Подсаживает на столь дикие поцелуи. Не знаю, как нахожу силы оторваться от его губ. — Постой, я поговорить хотела. Если сейчас не остановимся, то снова не смогу сказать, явно будем другим заняты. — Конечно, говори. — Отвечает и берёт тарелки, относит их на стол. — Ты садись. Сейчас позавтракаем, и я должна рассказать тебе о том, что узнала. — Присоединяюсь к нему. А потом вспоминаю, что оставила за стойкой стаканы, подскакиваю и иду за ними. — Что случилось, Джемре? — Он понял, я скажу что-то плохое. Его голос изменился, нет больше той веселости, только серьезность вкупе с беспокойством. — Вчера… Я сделал что-то, что расстроило тебя? Долго не могу понять что он имеет в виду. Что меня могло расстроить? Мы отлично посидели с моим братом и его сестрой. То, что он поговорил с мамой меня безумно порадовало. Что ещё могло случиться? Только, вернувшись за стол понимаю, что он подразумевал. — Что? Какая глупость! — Пока я пыталась разобраться о чем речь, он, кажется, уже чего только не подумал. До жути перепугался. — Это была лучшая ночь в жизни, сразу после позапрошлой. Ведь тогда ты сделал мне предложение. То, что я расскажу, не с нами связано. — Давай же, Джемре. Не тяни. Справимся. — Уверенность, с которой он произносит эти слова, придаёт смелости и мне. — Ты когда ещё в участке был… Я узнала, что… — Выжидающе смотрит на меня, берёт за руку. — Дженк сын Мюмтаза. У вас один отец. Я услышала разговор Шениз и Ойи. То есть Ойя знает, она может сказать об этом твоему дяде, ты же говорил про месть, и я подумала… Сначала его лицо ничего не выражает. Руки опускаются, больше не держат мои. Он тяжело сглатывает. В глазах его скапливается влага. Нижняя губа начинает дёргаться, как раньше, как, когда он сидел в инвалидном кресле. На смену этому состоянию приходит злость и обида. Боже, надеюсь, это не станет причиной для нашей с ним ссоры.