(Не) Жестокий Стамбул

Несколько лет спустя. POV Недим. Чего-чего, но этого я не ожидал. Провести весь день в разъездах, вместо того, чтобы спокойно работать в офисе. У меня дел выше крыши. Только и успеваю, что приехать, как меня тут же где-то ищут. Как они умудрились? Конечно, мальчики не образец самых послушных детей, но раньше таких ситуаций не возникало. Потому я и удивился, когда мне позвонили с летней подготовительной школы. Мало того, учительница сказала, что произошло что-то серьезное, просила приехать, как можно скорее. Стоит ли волновать жену уже сейчас? Или лучше сначала всё выяснить? Честно не знаю. В любом случае, скоро она сама позвонит мне. Мы созваниваемся примерно в это время, она знает, что я уже за рабочим столом. Что ж, если наберёт раньше, чем я доеду, придётся рассказать сразу. Я паркуюсь во дворе, прилегающей территории. Замечаю здесь и госпожу Мерал. Лично мы особо не общались, но она жена одного из моих партнёров. Сейчас мы вместе готовим крупный проект. Отлично, кажется и она приехала из-за того же. Мы быстро приветствуем друг друга и направляемся к нужному кабинету. В прилегающем коридоре вижу своих проказников, расположившихся на диванчике. С другой стороны сидит сын госпожи Мерал. Ужас. У одного пластырь на брови, у второго руки перевязаны. Видимо их осмотрел врач. Но всё равно сейчас поедем в больницу. Джемре прибьёт и их, и меня. Женщина тем временем осматривает своего сына, у него тоже порез на щеке. — Так. Вы все в порядке? — Обращаюсь ко всем одновременно. — Да, пап. — Тут же отзывается Булут. — Хорошо, что ты приехал. Ты ведь не скажешь маме? — Не нужно говорить, достаточно посмотреть на твои руки. Сын тяжело вздыхает. Должно быть он надеялся, что мама так ничего и не узнает. Так смешно хмурится, обнять тянет, поддержать. Да и Умута тоже, племянник совсем поник. Но сейчас неподходящий момент, пусть сначала объяснятся. Отвожу их в сторону, чтобы поговорить наедине. Нужно выяснить с чего они решили будто могут использовать кулаки. Никогда не говорил им, что можно применять грубую силу. Джемре ни раз ругала их, даже когда они начинали шуточный бой. По ним ещё и ничего не понятно. Булут смотрит на меня уверенно, держит взгляд так, словно он прав без вариантов. Умут наоборот, расстроен, видно, что грустит, сожалеет. Сын толкает его в бок, тогда и он поднимает на меня взгляд. Они понимают по моему лицу, что я жду объяснений. — Прости, дядя. Это я виноват, брат только помочь хотел. Булут не даёт ему продолжить. Останавливает. Они переглядываются, словно без слов общаются. Затем сын продолжает сам: — Виноват Джанер. Он дразнил и обижал Умута. Потом вообще толкнул, у него пошла кровь. Вот, смотри. — Он показывает на бровь, что заклеена пластырем. — Ну и я его… ударил. — Так было? — Кивают. Вижу, что говорят правду. Я бы понял, если б соврали. — Почему толкнул? Почему вообще ругались? Булут только собирался сказать, но на этот раз перебил Умут. Он явно против того, чтобы я знал. Однако причина конфликта сейчас самое важное. Нужно понимать что делать и с чем работать. Если надо, заставлю сказать. — Он дразнил брата, говорил, что он сирота, что приемный. Из-за того, что родители не приходят за ним. Мрак. То, чего мы боялись. Я стараюсь сделать всё, чтобы Умут не ощущал этого так сильно. Однако вот на что способны не понимающие дети. Какая разница я привожу и увожу его или Дженк. Детям такое и не должно быть интересно. Значит слышат от родителей. Видимо Карачаи всегда на слуху. В ближайшее время ни Джерен, ни Дженк не придут. Умут живёт с нами. И я не могу сказать, что замечаю что-то, что может напрячь. Он в порядке, он всё понимает. Я очень хорошо поговорил с ним, объяснил всю ситуацию. Джерен нужен серьезный психологический отдых. Мы знаем, что она старается. Врачи говорят, что результаты на лицо. Но всё же, ей было слишком рано становиться матерью. Разумеется, она любит сына, до этого возраста растила его, пусть и не без нашей помощи. Но в этом суть семьи и родственников. Помогать, когда сложно. Несколько месяцев не столь длинный срок. Зато она сможет собраться. Если бы всё было так же легко с Дженком. Брат уже долгое время был серьёзно болен, о чём никому не говорил. Повезло, что врач таки сумел связаться со мной. Человек попался хороший, не побоялся врачебной тайны и следующих из этого последствий. Мы организовали ему лучшее лечение, но в другой стране. С ним сейчас дядя, и даст Аллах всё пройдет благополучно. Благо они вовремя одумались. Взялись за себя и своё состояние ради своего ребёнка. Умут не был обделён любовью. Оба родителя проводили с ним много времени. Пусть он и знал, что они не вместе, но они были у него. Есть. И будут. Всё пройдёт. Мне самому становится плохо, когда думаю о том, как они там. Надо собраться. — Смотрите, всегда нужно стараться договориться без ударов. Конечно, если вас хотят побить, вы должны защититься, но не стоит начинать драку. — Но он толкнул Умута. Он ударился об парту. — Да. Я понял, ты хотел защитить брата. Молодец. Всегда защищайте друг друга. Но всё же, если вы поймёте, что можете обойтись без этого. Если вы можете проигнорировать глупые слова, это будет не меньшее проявление силы. — А если бы он продолжил бить Умута? — Я знаю, что вы всегда поможете друг другу. Но, если такое происходит, вам стоит позвать взрослого. А лучше сразу меня. Договор? Протягиваю им кулачки. Они с готовностью бьют своими маленькими ладошками. А после Булут кривится. Забыл, что счесал кожу. Это как же сильно он ударил? Воспитатель тоже проводит беседу, но уже со всеми. Приходится заверять её, что подобного не повторится. К тому же, оказалось, что Булут ударил не только Джанера. По пути к цели его кулак встретился со стеллажом, который конечно же упал. А теперь находится в непригодном состоянии. Выписываю чек на сумму не мало превышающую необходимую. Глядишь, меньше разговоров будет. — Если позволите, я отвезу нас всех в детскую поликлинику. Пусть детей ещё раз осмотрят специалисты. — Предлагаю госпоже Мерал в надежде хоть как-то сгладить конфликт. Она недоуменно смотрит в ответ. — Я видел вы приехали на такси. Позвольте хоть подвезём вас. Она немного колеблется, но видимо тревога за сына берёт верх. Мы быстро обходим врачей. Ничего страшного нет, скоро их царапины заживут. На всякий случай проверили и голову Умута, всё-таки удар пришелся в том районе. Обошлось. Внутренних повреждений нет. Однако у меня могут возникнуть внешние. Джемре так и не услышала от меня внятного ответа на то, что я делаю. Поэтому, когда я отвожу госпожу Мерал и её сына домой, сразу набираю жене. Попутно готовлюсь к взбучке. Она долго не забудет мне этого. Всё же, не стоило скрывать. Обещаю ей, что расскажу всё лично и прошу приехать к нашему любимому ресторану. Мы с мальчиками уже зашли и уселись на нашем месте. Осталось ждать неизбежного. Они упрашивают меня отпустить их в детский развлекательный центр. Он является частью ресторана, находится в глубине. Чтобы можно было посидеть взрослой компанией, но и детей из виду не упускать. Мальчики понимают, что когда Джемре приедет, им ничего не светит. Пользуются моей добротой. Отпускаю их, всё равно получат, хоть попробую подсластить им день. Они быстро хватают свои пропуска и убегают. Мы оформили их ещё давно. Самые частые посетители. Сегодня к нам подходит новая официантка. Мне приходится подробно рассказывать наше обычное меню. В основном нас обслуживает одна из тех, кто итак знает, что нести. Странно, но ладно. Главное мне теперь не забыть кому и что взять. Нас не мало. Из потока мыслей меня вырывает звонок от Дамлы. Считай оставил её одну с договорами и партнёрами. Знаю, она и сама всё может. Однако и я должен был присутствовать на собрании. Слышу по голосу, у неё всё в порядке, справилась и теперь в восторге. Совсем скоро наконец состоится их с Дживаном свадьба. Все наши говорят, что они затянули. Но то одно, то другое. Теперь и Дженк в таком состоянии. Перед отъездом он заставил её играть свадьбу, больше не откладывая. Теперь все в ожидании этого праздника. Замечаю госпожу Сехер, она только зашла, направляется сюда. На руках несёт мою малышку — Ягмур. Не видел дочь часа три максимум, уже безумно соскучился. Забираю её, прижимаю к себе. И она тянется сразу, тоже скучала. — Джемре ставит машину на стоянку. — Садись, мама. Сейчас уже еду принесут. Я играю с малышкой, поднимаю в воздух, потом опускаю. Дочка начинает заливисто смеяться, случайно роняет соску. Поднимаю и откладываю её в сторону. Не страшно. Ягмур со мной, она не будет плакать. Через несколько минут заходит и Джемре со второй близняшкой. Уже завидев меня, дочка расплывается в улыбке. Её счастье не передать словами. Вырывается, тянет руки в мою сторону. — Мои любимые девочки пришли! Правой рукой перехватываю и Гюнеш. Джемре помогает мне усадить их в детские кресла. После подходит ко мне, чтобы наконец поприветствовать должным образом. Однако в общественном месте затягивать не стоит. Быстрый поцелуй, почти невинный. А после мы усаживаемся за стол. — Итак… — Моя жена, как всегда зрит в корень. — Мальчики? Рассказываю ей краткую версию происшедшего. Вижу, как она напрягается, когда речь заходит об ударе. Сразу уточняю, что в пути все трое извинились друг перед другом. Джемре встаёт, чтобы позвать парней сюда. Предвижу нарастающий шторм, потому подрываюсь следом. — Любимая. — Перехватываю её на полпути. — Не ругай их сильно. Я уже их пристыдил, Умут в глаза не может смотреть. Она кивает, хоть и неуверенно. Замечаю, что официантка несёт наши блюда. Отправляю Джемре за стол, а сам иду за детьми. Уговаривать их не приходится, проголодались. Бегут сломя голову. — Мамочка! Я соскучился. — Сынок времени зря не теряет. Главное уяснил верно. — Я тоже по вам соскучилась. — Они обнимают её. После подходят к сестрёнкам. То как они их любят, видно невооруженным взглядом. Поначалу было много ревности, особенно со стороны Булута. Всё таки их две, за ними нужно ещё больше ухаживать, больше уделять внимания. Но мы никого не обделили любовью. Смогли справиться со столь нелегкой задачей. Я не сомневаюсь, наши дети растут с любовью к друг другу. — Показывайте. — Долго ждать не приходится. Крови уже нет. Только небольшие ссадины. Джемре целует места их ушибов. Так мы и начинаем ни то завтрак, ни то обед. Мальчики возбужденно и в подробностях рассказывают бабушке о выходных. Они тогда весь день провели на надувном батуте. Невозможно было вытащить. Джемре вдруг толкает меня под столом ногой. Причём ощутимо так. Смотрю в недоумении. Что случилось, то? Она бровью ведет, глазами указывает в сторону. Знаем этот взгляд. Что-то подобное происходило, когда она была беременна. Ревность. Это означает безумную ревность. Человеку, вызвавшему её стоит поскорее уносить ноги. Она прям сильно напряглась, может она беременна? От этой мысли улыбка расползается на моём лице сама собой. Тогда я получаю ещё один удар. Наконец поворачиваюсь, чтобы посмотреть что там. Серьёзно? Всё из-за новенькой официантки? Да, я заметил, что ко мне она обращалась иначе, но виду не подавал. Даже отворачивался, когда она подходила, оставлял диалог на Джемре. Вот и сейчас, смотрит в упор. Что за девушки пошли, видит же, что я с семьёй, но всё равно испытывает свою удачу. Так я ей и намёка не давал. Очень заметно, то как подруга пытается отговорить её идти сюда. Вот эта официантка как раз нас знает, почему обслуживает не она? — Вам принести ещё чего-нибудь? — Обращается ко мне. Честно, если она не перестанет. Не стану спасать её от Джемре. Офигеть. Девушка совсем попутала. Должно быть она видела недавно выпущенный журнал, где я стою на всю обложку. Дурацкий бизнесмен года. Надо было отказаться. — Воды, а заодно новую официантку. — Джемре встаёт, чтобы услышала только она. — Я серьёзно, если ещё раз подойдёшь произойдут неприятные ситуации. Девушка недовольно хмурится. Упирает взгляд то на моё кольцо, то на Джемре. Чего она вообще добивается? На что рассчитывает? Ни стыда, ни совести. Я усаживаю Джемре рядом с собой. Дети ничего не поняли. Госпожа Сехер хмуро покачивает головой, глядя на дочь. Джемре и бровью не ведёт. Поуспокоилась, когда присела рядом, взяла меня за руку. Жуткая собственница. С годами ничего не меняется. И уж точно не изменится глубина моей любви к жене. POV Джемре. Что за день? С самого утра что-то происходит. Начиная с разборок мальчиков в школе и получасового плача дочерей. У них режутся зубки, в три ручья рыдали. Мы с мамой не могли успокоить. Зато когда отца увидели, всё резко переменилось. Недим так действует на людей. Если это не официантки конечно. Чего она прицепилась? Неслыханная наглость. Я здесь. Я. Его жена. Его дети. Чем можно было думать? Может у неё с головой не всё в порядке? Не важно. Мы все любим этот ресторан, часто сюда приходим. Я поговорю хорошенько, у этой девушки не будет смен, когда мы здесь. Зубы скрежещут, кричать хочется вслух. Настолько колышет меня эта ситуация. И дело не в доверии. Я не сомневаюсь в муже, ни на секунду. Дело в таких вот прилипалах. Всё, пора выдохнуть. — Всё, кушайте. Мне уже давно пора на работу. Недим быстро целует меня. Прощается с детьми, даря каждому поцелуй в лоб. На полпути вдруг возвращается. Вижу по его лицу, он что-то придумал. — Может выйдем на пикник сегодня? Что скажите? Мальчики одновременно вскакивают с мест, крича от радости. Пикник? Это отличная идея. Мы все немного отдохнем от предсвадебной суеты. Дамла и Дживан тоже должны поехать. Она итак на нервах постоянно. Мы целую неделю катались по свадебным салонам. Дамла не могла найти платье. Затем несколько раз меняла костюм для Дживана. И отказалась по меньшей мере от трёх свадебных агентств. Говоря честно, я не на шутку устала. Хорошо, что есть мама, она помогает мне, когда Недим занят на работе. Даже не представляю, как сильно устаёт мой муж. Ночами бывает тяжело спать, девочки ещё маленькие, иногда не спят вовсе. Так он ещё и подрывается, как ни в чём не бывало, укачивает их. И утром бодрячком остаётся, если и устал, не подаёт виду. И мои сумасшествия терпит. Не знаю, как он справлялся в период моей беременности девочками. Со мной было сложно. Даже мне самой. В какой-то момент, я настолько загнала себя мыслями, что подумала, будто он хочет развестись. Я часто ругалась с ним по глупости. На пустом месте. А он оставался терпеливым, не ставил в упрёк. Просто терпеливо ждал, когда пройдёт моя истерика. После притягивал в свои жаркие объятия. Всегда вытягивал меня из надуманных проблем. Был лишь один случай, когда он и впрямь не мог справиться со мной. Тогда он ещё не знал о беременности. Долго не понимал, что происходит. Пытался подойти ко мне то с одним, то с другим. А я зациклилась. Не могла избавиться от пожирающих мыслей об измене. Постоянно обвиняла его в этом. Была идиоткой. Мама часто ругала меня, но и это не помогало. Как сейчас помню, сильнее чем тогда мы ни разу не ссорились. — Джемре, сколько можно? Откуда это берётся? Неужели я даю повод? — Ты постоянно на работе! Ты сбегаешь из дома, не так ли? Ты устал от нас? Недим тяжело вздыхает. Хватается за голову. Не могу вспомнить, чтобы мы раньше так кричали. Хорошо, что мама забрала Булута на сегодня. Она сказала мне, успокоиться, настаивала на том, чтобы я поговорила с мужем. Мы уже несколько минут… злы друг на друга. Он смотрит, словно сквозь меня. Совсем не слышу, что он говорит, до меня не доходят его слова. — Девочка, ты уже несколько дней с ума сходишь! Сколько раз говорить, для меня есть только ты! Я никого другого просто не вижу. — То есть, если бы видел… — Слёзы нахлынули с новой силой. — Джемре! Я говорю, что мои глаза никого кроме тебя не видят! — Недим пытается подойти ко мне. Хочет обнять, но я отхожу назад. Не позволяю. — Ты больше меня не любишь! Скажи честно, не обманывай меня. Не пачкай то, что мы пережили. Недим всё же умудряется схватить меня за руки. Тянет на себя так, что мы врезаемся. Он впечатывает меня в своё тело. Крепко сжимает меня за талию. Я вырываюсь. Извиваюсь всем телом, желая выбраться из крепкого захвата. Он подталкивает меня назад, в сторону стены. Зажимает между ней и собственным телом. Обхватив одной рукой мои запястья, он прижимает их к стене над головой, не оставляет шанса на освобождение. — Безумно люблю тебя! С каждым днём лишь сильнее. Он не даёт мне вымолвить ни слова. Целует. Хотя нет. Больше. Сильнее. Мощнее. Словно вдалбливает в меня истину через прикосновение губ. Не позволяет отстраниться. Заставляет отвечать на его бесстыдные движения. Льнуть теснее. Захлёбываюсь его любовью и страстью. Он понимает, что у меня не осталось сил на сопротивление. Отпускает мои руки, не теряя ни секунды, я зарываюсь пальцами в его волосы. Он подхватывает меня под бедра, не разрывая жарких объятий. Устраивается на диване, меня усаживает сверху. Задирает юбку повыше к талии. Его язык не ведает стыда. Вырывает из моего горла глухие стоны. Мои руки соскальзывают к ремню его брюк, когда низ моего живота начинает тереться о его пах. Недим резко разрывает мои трусики, отбрасывает лоскуты в сторону. Проникает пальцами в уже совсем влажную промежность. Я прикрываю рот рукой в попытке заглушить рвущиеся наружу стоны. Подмахиваю бедрами в такт его движений. — Аах, Неди-им. — Удаётся вымолвить. — Быстрее, пожалуйста. Он издаёт рык прямо в мой рот. Обхватывает меня и перемещает так, что я оказываюсь распластана на диване. Недим располагается сверху. Наконец входит в меня. Заполняет единственным толчком. Мы улетаем. Вместе. Ссора лишь раззадорила нас. Мы вспыхнули, как спички. Воспламенились горячим пламенем общего возбуждения. Глупая ругань накалила и без того не угасающие чувства. Муж заставляет меня забыть обо всём. Сжимает меня в своих объятиях. Покрывает скользящими поцелуями. Наше тяжелое дыхание сливается. Руки сцепляются в замок. А нам всё равно становится мало. — Ещё… быстрее, умоляю. — Всхлипываю ему на ухо. Он сразу исполняет мою просьбу, будто ждал разрешения. Он шепчет о том, как сильно любит меня. Безостановочно повторяет откровенное признание. И доказывает это каждым своим прикосновением. Мы достигаем пика одновременно. Сознание витает где-то в другом месте. — Я люблю тебя. — Говорит он, когда мы уже приходим в себя. Он поправляет свои брюки. Помогает мне разобраться с юбкой. Приводим себя в более менее нормальное состояние. Недим стягивает резинку с моих растрепавшихся волос. Наклоняется, чтобы вдохнуть их аромат. — И я тебя люблю. — Я снова впиваюсь в его губы. — Прости меня. Я накрутила на пустом месте, но… — У меня сейчас много работы, но клянусь тебе, обвинения в измене беспочвенны. — Он обхватывает моё лицо ладонями. — Извини. За всё это. — Я не могу сдержать смеха. Закусываю нижнюю губу. — Мы ещё так не ругались… и так не мирились. Он ухмыляется. Притягивает меня в свои объятия. Перебирает в руках мои волосы. Носом утыкается в макушку и произносит: — Прости, что я повысил голос, любимая. — Что? Это я прошу прощения. Как ты вообще меня терпишь? — Всё, хватит уже. Давай просто забудем об этом. Чем займёмся сегодня? Он всю ту неделю был со мной, почти не ходил на работу. Желал убедить не только словами, но и поступками. Я была очень глупой тогда. Вспоминаю и дрожь по телу проходит. Списать всё на гормоны? Возможно. Сейчас всё кажется очень далёким. Понимаю лишь, что Недим на самом деле не видит других женщин. Может от того я и схожу с ума. Это слишком идеально? В такое сложно поверить? Но это так. Наша рутина не утомляет его. Он не устаёт от детей. Рад всему, что есть в нашей жизни, всем доволен. Конечно, и у него бывает не всё гладко, но это в основном связано с неудачными собраниями или сделками на работе. — Пикник — отличная идея, любимый. А ты звонил водителю? Мы все не поместимся в мою машину. — Да, он скоро подъедет. Он подмигивает мне и направляется на выход. Дети всё ещё воодушевленно щебечут. Малышки пусть и не понимают, что происходит, но счастливы наравне с ними. Мама неожиданно берёт меня за руку, тянет поближе к себе, чтобы дети не слышали её слова. — Что с тобой? Девушка дрожала от злости. — Её проблемы. Заглядывается на чужих мужей. Она хмурится, покачивает головой, явно не одобряет мой тон. Однако прекрасно знает меня, потому и не затягивает. — Всё, оставь это. Твой муж отлично придумал. Поезжайте и отдохните. — Мы все поедем, устроим семейный вечер. Я позвоню Дживану и Дамле. Уговариваю маму ехать с нами. Мы рассаживаемся в две машины, когда приезжает господин Хасан. Мальчики поедут с ним. А Ягмур и Гюнеш я усаживаю в детские кресла. По пути заезжаю в гипермаркет. Стоит взять что-нибудь вкусненькое. Получается, как всегда. Думала, что куплю немного, а вышла с двумя большими пакетами. У всех свои вкусы. Один хочет печение, другой шоколад. У девочек вообще своя система питания. Дома мама помогает мне собрать всё необходимое. Мальчики бегают по дому в поисках самых необходимых для поляны игрушек. Меня отвлекает звонок от музыкальной студии. — Добрый день, госпожа Джемре! — Раздаётся голос моей ассистентки. — Вы сегодня приедете? — Нет, вряд ли. Есть что-то, что я должна решить? Нужно приехать? — Не настолько серьезное. Насчет нового набора детей. Мне утвердить список комиссии, который лежит на вашем столе? — Да, точно! А я думаю весь день о том, что же я забыла. В день Рождения Булута Недим подарил мне музыкальную школу. Это было большим шоком. Я понятия не имела, как я буду справляться с этим. Однако он уже всё подготовил: кабинеты, инструменты, аппаратуру, персонал. Оставалось лишь сказать — мы открыты. Но и на это у меня ушло немало времени. Недим обещал, что я могу начать тогда, когда я сама захочу. Конечно, я хотела. Но, если честно боялась. Слишком сложно. Можно загубить всё дело. Какие тогда убытки он понесёт? Он заверял меня, что если и так, то в этом нет ничего страшного. Для него это не создаст серьезных трудностей. Однако начала я лишь спустя год. Тогда я полностью изучила эту сферу, казалось, была готова ко всему. И всё равно много раз не могла обойтись без помощи Недима. Сейчас же я занимаюсь этим делом с большим удовольствием. И студией руковожу, и сама провожу некоторые уроки. Мы открываем новый набор в сентябре и выпускаем уже вторую группу ребят. Умут учится игре на фортепиано с одним из лучших учителей. Иногда они вместе с дядей играют для нас. Так что я очень благодарна Недиму за то, что он смог придумать это и реализовать. Этот мужчина умеет исполнять желания. Однако и я мастерски исполняю его желания. То, как сильно Недим мечтал о дочери неописуемо. Он прыгал от счастья, когда мы узнали о двойне. И чуть было не упал в обморок, когда доктор сказала, что это девочки. Как и я. Честно не представляла, как буду рожать. Один ребенок уже очень сложно, а тут два. Но муж всегда был со мной. Помогал всем, чем мог. И я справилась. — Дочка, всё взяли? — Спрашивает мама. — Кажется, всё. Недим скоро будет здесь, будем выезжать. — Мама. — Булут подбегает ко мне, бросает в корзинку свой любимый мармелад. — Ты не обиделась на меня? Из-за этого… — Его голос очень грустный. Он показывает свою руку, намекая на раны. — Не обиделась, хотя мне и неприятно от того, что ты ввязался в драку. Вы оба. Я присаживаюсь рядом с ним, заключаю в объятия. Он обхватывает мою шею своими маленькими ручками. Как я могу на него злиться? Я его и не виню. Мы всегда учили мальчиков защищать друг друга. Это то, что они сделали. Только вот теперь надо поговорить с Умутом ещё раз на тему родителей. Того, что мы ему объясняем может не хватить, учитывая ситуацию, в которую мы попали. Племянник у нас не глупый, сам всё понимает, родители сейчас не могут быть с ним. Однако это не значит, что он не расстраивается. Он нас очень любит. Я знаю. Но боюсь это не тоже самое. Ребёнку нужны его родители. Нам остаётся лишь молиться, чтобы они были в порядке. С Джерен проще, она и сама хочет меняться, прикладывает немалые усилия. А вот Дженк затянул, слишком поздно согласился на лечение. Недим и господин Агях потратили очень много сил, времени и нервов на то, чтобы убедить его лечь в больницу. Для Недима то был очень тяжёлый период. Они с братом не так давно, но всё же смогли наладить отношения. А тут такие новости. Нам остаётся лишь надеяться, что Дженк справится с этой болезнью. — Любовь моя, можем поехать на твоей машине с девочками и пакеты упакуем. — Недим приезжает как раз, когда мы выходим во двор. — А остальные могут сесть к Дживану. Они скоро подъедут. — Отлично! Мы готовы. Ждём их и в путь. — Пааааап! — Хитро протягивает Булут. — Что? — Устроим матч? — Конечно! Как раз хотел сказать, чтобы ты не забыл про мяч. — Он поглядывает на меня, незаметно подмигивает. — Но учти… Лучшего игрока я уже забрал к себе в команду. — О! Я только хотел сказать, что мы в одной команде. — Когда сын так улыбается, становится очень похож на Недима, который сейчас вовсю забавляется. — Но я не про тебя. Про твою маму, она в моей команде и всё тут! Муж обхватывает меня за плечи. Притягивает как можно ближе. Будто бы не даст никому меня у него забрать. Словно кто-то вообще рискнет. Хочет в мяч поиграть? Что ж, пусть готовится. — Эй! И я с вами! — Ладно, ладно. Недим подхватывает его на руки. Кружит вокруг своей оси. Они заливаются смехом. Случайно заваливаются на траву в нашем саду. Ещё больше шума поднимают. Булут утягивает к ним и Умута. Теперь они оба падают на Недима в надежде, что в этот раз одержат верх. А чем больше будет проходить времени, тем тяжелее будет моему мужу выходить из такой битвы победителем. Дживан, появившись из ниоткуда, быстро принимает сторону своего зятя. Протягивает ему руку помощи. А мальчики в рекордные сроки переключают своё внимание на дядю. — Дети малые. — Произносит Дамла и подходит ко мне. — Привет, дорогая. — Привет. Знай, что на сегодня, ты отложила всю свадебную суету. — Она шутливо закатывает глаза. — Мы едем отдыхать. Все быстро рассаживаемся по машинам. Мы пристегиваем дочерей в детские кресла, Недим садится за руль. День обещает быть замечательным. Дети быстро находят себе занятие на столь живописной поляне. Дамла помогает мне разобрать, подготовленные нами контейнеры. Мужчины пока разбираются с мангалом. Мама хоть и качает малышек в коляске, но и тут успевает сказать: — Дамла, дочка, я надеюсь вы не будете затягивать с детьми? Дамла поперхнуться воздухом, без сомнений. Дживан издал столь нечленораздельный звук, что я неуверенна то ли от неожиданности, то ли от того, что не сдержал смеха. — Мама Сехер, разве у тебя мало внуков? Как ты будешь успевать? Мы просто… пока не очень торопимся. — Всё успею дочка. И близняшки скоро уже подрастут, а ты пока ещё родишь девять месяцев пройдёт. Дамла смотрит на меня, ища поддержки. Глазами даю ей понять, что помочь к сожалению или к счастью ничем не могу. Однако Недим решил, что сможет выручить младшую сестрёнку, потому радостно заявляет: — Мама, мы сделаем ещё внуков. Ты не волнуйся. Дамла тут же подхватывает эту идею. А Дживан уже заливается хохотом. Кажется, одной мне теперь всё это не очень нравится. — Что-что? — Протягиваю, глядя на мужа с прищуром. — Ты что ли будешь рожать? Я просто всё. — Ну как же, жёнушка? — Недим! Закрой глаза. Закрой, закрой. — Он наконец слушается. Однако ухмылка с его лица так и не сходит. — Теперь вспоминай, как я рожала. В подробностях вспоминай. Так и поймешь, почему я не хочу. Во всяком случае в ближайшее время точно нет. — Но… — Но, разумеется, если бы детей в самом деле приносили аисты, у нас их было бы очень много. Я бы тоже этого хотела, но мне было тяжело. Ты и сам знаешь. — А как тогда приходят дети? — Неожиданно спрашивает Умут. Я совсем не заметила, когда он подошёл. Ещё и задал самый неудобный вопрос из всех, которые могут спросить дети у родителей. И что теперь делать? — Из животика мамы, дорогой. — Хорошо мама это ты объяснила, но как дальше будешь отвечать? — Но как, бабушка? Из животика… Ага. Вот все и замолчали. Не стоило вообще отвечать. Лучше всего перевести тему. С Булутом однажды сработало. — Умут, а вы разве не собирались матч устраивать? Уже разделились на команды? — Ещё нет. — Его глаза тут же вспыхивают. Я была права, теперь его интересует только футбол. — Мы ждём дядь. — Они сейчас придут, дорогой. Беги к брату. Дживан и Недим направляются к ним. Но я успеваю догнать их, прошу мужа задержаться, чтобы поговорить вдвоём. Хочу убедиться, что не расстроила его разговором о детях. — Любимый.? — Ты чего? Всё замечательно. — Читает всё в моих глазах. Нет необходимости озвучивать вслух. — Я тебя отлично понимаю. Поверь, я сам ужасно переживал во время твоих родов. И первых, и вторых. Я прекрасно осознаю, что тебе было больно и тяжело. Если ты, когда-то скажешь, что хочешь ещё одного ребёнка, я буду безмерно рад. Если же нет, то у нас итак всё есть. Напомню, что я тебе очень благодарен за всё, что мы пережили и ещё переживём вместе. Я целую его. Внезапно и резко. Просто так хочется. Даже забываю, что мы здесь не одни. Однако мы не доводим дело дальше, чем аккуратные соприкосновения губ. Стыдно не будет. — Люблю тебя. — Люблю. — Тут же откликается. — Может нам устроить медовый месяц после будущих новобрачных? Немного отдохнем наедине. Чтобы я мог целыми днями и ночами любить тебя. Отличная идея. Так и сделаем. Хотя меня и сейчас к нему тянет. С каждым днем лишь сильней. Нам становится мало, никогда не бываем насыщены друг другом. И не будем. Не сможем. Наша любовь прошла через многое. Возможно, ещё будет проходить. Но одно я знаю точно — эта любовь выдержит всё.