Без чести принц ужасен

— на время вы не обращаете внимание, верно? — вдруг спросил Ноксдерс.       Директор был невозмутим, что удивило меня довольно сильно. Обычно он не терпит подобное. Я недавно слышал тому доказательство в виде разборок каких-то студентов вместе с ним. И потому это меня ввело в шок.       Я бы не сказал, что Ноксдерс коварный и строгий директор. Скорее, приверженность к пунктуальности делает его более…устрашающим. Многие учащиеся именно так описывают Цезаря. И, конечно, все преподаватели высказываются о нем как о порядочном и сильном волшебнике. Но, может быть, все из-за их молодого возраста — всё же, он был самым старым в академии.       По правде сказать, я устал к концу дня. Джеки выжимает из меня все соки, чтобы был хоть какой-то хороший результат. Каждый день тренировки, что с каждым днем становятся всё сложнее. И эта программа создана лично для меня лишь потому, что мои пробелы в учёбе по многим предметам мозолили глаза моему учителю. Но сложно заставить учиться того, кто ничего не учил на протяжении всей жизни.       Вот уже показался кабинет директора. Темно, словно чернила художник пролил, и страшно, как в судную ночь. Бояться темноты в 16 лет? Думаю, такое я никому не отважусь сказать. Никакая девушка не пожелает такого мужчину в мужья. Хотя, о чём это я…       Дверь открылась с помощью магии этого оборотня, почему мы прошли в само помещение. Здесь точно светлее: два окна и несколько свечей придавали уютную обстановку, а также некоторые светоотражающие вещи на столе. К слову, мне указали присесть рядом со столом обладателя кабинета. И я послушно присел, наблюдая те же действия со стороны директора. — скажи, ты давно получал письма от короля Гелия? — Цезарь положил руки на стол, сложив их в замок. Настроен он, видно, решительно, что также, как и несколько минут назад, ввело меня в лёгкий шок. Эта тема... — отец занят делами государства и внуками. Поэтому, думаю, ему сейчас не до меня. — сказал я, потупив взгляд.       Пора уже рассказать, что я единственный наследник престола и…да, правильно подумали. В свои 16 лет у меня уже есть дети.       Ноксдерс чуть отодвинулся от стола, доставая что-то из ящиков. На столе появились какие-то бумаги и тут не трудно догадаться, что это письма. Мой немой вопрос, видимо, был слишком выразителен на моём лице, потому директор вздохнул. — скорее, всё не из-за этих обязанностей. Аланд, твой отец серьёзно настроен и хочет обойти тебя в передаче престола. — разве меня должно это волновать? Я никогда не желал быть королём. Мои братья бредили этим, но их, как знаете, уже нет в живых. — я уверен, мой голос был «слегка» злым. И маг напротив точно это заметил. — послушай внимательно, пожалуйста. То, что ты остался жив во время вашего переворота в стране, означает твою судьбу правителя. Не чистую случайность, как тебе могло показаться, нет. В мои юные года я познакомился с твоим предком. Мне было тогда где-то пять лет.       И здесь меня пробила дрожь. Помните, я упоминал, что он современник моего деда? Поэтому это меня сильно взбудоражило. Я не знаю правителей дальше дедушки Лантеса. Мне…не рассказывали. — она была уже тогда как 10 лет королевой. И это было большим почетом для меня, учитывая также и то, что я интересовался вашим народом. Эта девушка к тому моменту стала мамой самого могущественного мага в мире — Лутана. Думаю, ты знаешь его под именем «Северин». Но понимаешь ли ты, что его прозвали так по холодности и любви к Северу? — зачем вы мне это рассказываете?..       Старик усмехнулся, вставая со стула и подходя к окну ближе к двери. — потому что Гелий никогда тебе такого не говорил. Думаю, были слова по типу: «ты — чистая случайность моего хорошего времяпровождения». Но забудь про это. Мы были очень близки с принцем Лутаном. И только спустя время он сказал, что в нем заточены несколько демонов. Ваши далёкие предки создали проклятие больше 3 тысяч лет назад с желанием отомстить людям за их неуважение к вам. И как раз сын этой королевы был под проклятьем. Я видел его вспышки гнева — более того, застал тот день, когда демоны полностью овладели им. И из-за этого королева Энджилия погибла. Северин убил её и, следовательно, позже принял титул короля. Это было самое ужасное время для твоей страны.       Цезарь прокашлялся, облокотившись об стенку. Я заметил его грустное лицо. Ему больно вспоминать о тех временах. А моё дыхание затаилось где-то внутри. Даже стук собственного сердца легко мог услышать, руки давно стали ледышками, а крылья уж не держались, припав на спинку стула. — он убил многих своих родных. Твою бабушку, к примеру. Позже, когда я объединился с друзьями Энджилии, мы смогли его победить, освободив от проклятья. Народ всё же пожелал казнить Лутана. Страх за свою жизнь сделал своё дело. Но ночью, перед днём своей казни, Лутан рассказал твоему деду про то, что эти самые демоны переродятся по отдельности в разных магов, дабы уничтожить уже всё живое на земле. Одного же Лантес согласился поместить в себя. И, как знаешь, он не был сумасшедшим по натуре. Этот король был мудрым, засчёт чего нашёл слабые места этого чудовища. — дедушка не говорил про это мне…никогда. Но где смысл этого рассказа? То, что я не хочу быть королём и это проклятье — как то связаны? — я в напряжении от такого рассказа. — Лантес хотел передать трон своей сестре. Но Северин попросил его стать правителем из-за того, что он сможет защитить свой народ. Тогда твой дедушка смекнул, что в нем была частичка брата, с помощью которой можно было бы восстановить и обеспечить страну. А когда сблизился с народом, то и вовсе захотел дать им всё. Дело в том, что при твоём рождении я присутствовал в Свяшине. И, когда король Лантес остался наедине с тобой и мной, он сказал, что поместит этого демона в тебя. Потому что ты унаследовал сильную энергию Энджилии. Я ужаснулся, ведь ты совсем был мал для такого бремя, но мой друг был непреклонен. — нет!       Стул с грохотом упал на пол, когда я взлетел от такого ужаса. Моё тело было в мурашках полностью — это было ново для меня. Но было кое-что ещё.       Слишком много информации. Королева Энджилия? Король Лутан? Демоны? Лантес? Проклятье? И всё в одном рассказе? Думаю, это слишком сложно переварить сразу. Но я слишком упрям, чтобы успокоиться прямо сейчас. Полагаю, Цезарь не оценил мою выходку со стулом. Он стоял спокойно, разве что можно заметить в красных очах некий испуг и сочувствие. — вы хотите сказать, что во мне…демон? Но почему я всё ещё жив?! Он даже намёка не подавал, что живёт во мне!       Ноксдерс снова посмотрел в окно, видать такое рассказывать, по сути ребёнку, тяжело. Но и держать в секрете уже поздно. — я же сказал, что в тебе есть энергия Энджилии. Странно, что такое ощущаю только в тебе, а не в её детях. Суть то в том, что за счёт её силы ты и можешь удерживать демона в себе. Но заметил я, в последнее время ты себя плохо чувствуешь и на всех срываешься. У тебя что-то болит?       А ведь правда. Раньше такие нагрузки я всегда испытывал и не было каких-то затруднений в этом. Но зная то, что в моем возрасте это считается нормой, скинул эту усталость на такую проблему. — хм.       Директор повернулся ко мне и начал потихоньку подходить, протягивая руки. Я опустился на пол, облокотившись на шкаф рядом с выходом из кабинета. Было как-то тяжело самому стоять, не могу объяснить такое состояние. И всё же, маг подошёл и обнял моё слабое тельце. — Аланд, мы выясним с тобой всё, обещаю. Сейчас тебе нужно чуть отдохнуть.       Было тепло в объятиях и я для приличия также обнял оборотня, позволив себе положить голову ему на плечо. Он прав, мне нужен отдых после сегодняшнего дня и всей этой новой информации.       В такой позиции мы не могли долго стоять, потому через несколько мгновений он отстранился и взял эти самые письма со стола, передавая мне. — я знаю, тебя на праздновании дня рождения своих детей не было. Тут Гелий написал, что назвал их Дженни и Ионд. Объяснимых причин такого выбора не предоставили, но есть моё предположение. У короля Лантеса младших брата и сестру звали как раз так.       Дженни?..Ионд?..почему именно так? Разве я не посылал письмо с другими именами? Ах, ну да, кто ж меня будет слушать. — я хотел дать иные имена, мистер Ноксдерс. Виктория и Исаак. Отец воспротивился этому, да?       Директор медленно закивал, что посеяло в моей душе вздор. И я только смог отчаянно вздохнуть на согласие. Конечно, отец не стал бы со мной такое обсуждать. У нас довольно странные отношения и, кажется, с моего рождения они и начались. Один из моих старших братьев, Велаз, рассказывал, что моя мама была нелюбимой девушкой короля. Все четверо детей были от разных женщин, но, по правде, мы на это не обращали внимание. — я тогда пойду, доброго вечера вам. И, это. Спасибо за объяснения.       Мой голос подрагивал, а сами же действия подкрепляли догадки насчёт моего страха. Я убежал из кабинета с такой скоростью, которую мог себе позволить на данный момент. Силы покидали меня, как и все надежды на светлое будущее. Я не буду счастлив.