Тень

Ледяные колонны над ней возвышаясь,

Твердят, что у Смерти детей не бывает.

Кричат, что богам всем молясь,

Получит лишь то, что сердце сжигает.

***

      Хела бежала со всех ног. Чёрные волосы спутались, в ушах ещё шумели звуки битвы. Белоснежный снег, который так мешал ей бежать, окрашивался в багровый цвет, от её крови.       Всё чувства притупились. Кроме одного: искреннего желания защитить своё дитя…       Белая крыша. Снежные арки. Вот он, во всё своём величии Йотунхеймский храм.       Дрожащими руками положила своего ребенка. Она ещё не верила, что порождение Смерти сможет родить живого ребёнка. В груди расцветало непонятное, тёплое чувство.       — Мой маленький… — шептала она, целуя его в макушку. Любовь. Она уже и позабыла это чувство. — Я вернусь за тобой… Обещаю, мой маленький… Мама вернётся за тобой…       Она обернулась на шум, готова была уже сражаться, но встретилась с тёплым (иронично) взглядом Лафея. Позволила себе расслабиться на секунду.       — Я позабочусь о нём. — тихо сказал он, но был свален ударом в спину.       Хела, — так звали порождение Смерти, — крепче сжала малыша в объятиях.       Лафей упал прямо под ноги Всеотцу. Битва длилась недолго: Хела успела кинуть кинжал в сторону Одина и попасть прямо в глаз. Гунгир сделал всё быстрее и эффективнее: она упала в темноту. Навсегда. «Я вернусь».       Один с грустью смотрел на дочь. Не хотел он это делать. Но предательство такого масштаба… Асгардец старался не думать об этом хотя бы сейчас и перевёл свой единственный глаз на малыша. Тот глядел на место где только упала мать и плакал. Один тихо взял малыша на руки. «Так похож, только синяя кожа от Лафея, — Один провёл рукой по малышу, — будто дочь держу в руках…»       Не обращая внимания на окровавленный глаз, Один поспешил в Асгард. К жене. «С ним будет по-другому, я не наступлю на одни и те же грабли…»

***

      Фригга сидела в своих покоях и хмуро смотрела на мужа. Её взгляд был ледяным, а губы сложены в тонкую линию. Один передал ей малыша. Взгляд её заметно потеплел.       — Йотунский выродок. — буркнул Один, смотря на своего внука. — Сын Хель. Как она решилась на такое предательство?       В его словах не было ни капли ярости, только тоска и грусть.       Хела, их дочь, милая девушка с чёрными как ночь волосами и красивыми изумрудными глазами. С бледной кожей, настолько тонкой, что были видны синие вены. Острые черты лица придавали её детскому личику хищности.       Но это было давно. Никто не ожидал, что такая красивая девушка, станет таким жестоким убийцей. Палачом.       — Она дала ему имя? — тихо спросила Фригга, целуя носик малыша, от чего тот начал смеяться.       — Нет. — сказал он.       Фригга нахмурилась и заметила на тёмно-зелёную надпись на рваном пледе.       — Локи… — надпись быстро исчезла.       — Локи? — переспросил Один, подходя к малышу. — Теперь он наш сын.       Какая ошибка. Он понимал.

« < |<•>| > »

Вторым я быть не смею —

Совесть не даёт.

Голосу я верю,

Пусть не знаю кто поёт.

      Смех. Смех так называемого брата и его дружков. Окровавленное плечо. Боль. Ярость. Беги!       — За что… — тихо прошептал мальчик и сел под мостом, прижавшись к каменной стене так, что мог спокойно слиться с ней.       Хотя да, он знал за что: просто Локи решил разыграть брата. Ведь знал, что Тор очень любит змей вот и превратился в неё, ну и пырнул. Это лишь безобидная шутка! Зато шрам на правом боку Тора всегда будет напоминать ему о том насколько громовержец глуп.       Его чёрные волосы спутались, изумрудные глаза испуганно озирались по сторонам. Неестественно бледная кожа была испачкана кровью, —особенно шея и плечо. Тихо шепча заклинание, рана начала заживать, а кровь уходить обратно.       Глаза его почернели, а губы сами шептали неизвестное даже ему заклинание. Голос не его.       — Как…? — договорить он не успел, ведь начали слышаться тяжёлые шаги. Мальчик сильнее прижался к стенке моста, а вода в речке зашумела и покрыла мальчика. — Спасибо…       Его тень незаметно уползла куда-то.       — Вот он! — увидел тень брата Тор.       Блондин, с голубыми глазами, как ясное небо Асгарда и платиновыми, прямо как у отца, волосами. Добрая улыбка всегда висела на его лице, но не сейчас.       — Бежим туда!       Брат его разыграл и ещё как! Бок его ещё кровоточил. Конь заржал и повиновался голосу наездника. Алый плащ грозно развивался на ветру, а в глазах плясали молнии.       Тор, широкоплеч, силён, он был тем, кого любят и уважают асгардцы — непобедимым воином. Троица войнов — его верные друзья. Двое из них были рядом: Вольшагг и Фандал. Огун наотрез отказался учавствовать в игре под названием: «Поймай Локи», особенно после того как трикстер разыграл Тора.       Огун боялся даже думать о том, как Тор может отмстить, и сам один искал младшего царевича, чтобы поговорить не под контролем эмоций. Разъяснить всю ситуацию и, может быть, обойтись без драки. Он был самым мудрым из всей их шайки, и понимал, что Локи хотел показать свою силу, магическую, а Тора развеселить (предполагал по крайней мере, не может же быть у Локи в мыслях убийство брата?). Хотя честно признаваясь самому себе, было всё же смешно. Тяжело вздохнув, Огун направился к Хеймдалю, он уж точно найдёт младшего царевича.       Троица побежала в густой лес за тенью. Сама тень петляла между деревьями, а когда приползла к широкой поляне, исчезла, уходя к своему хозяину. И естественно Тор, Вольшагг и Фандал заблудились.       Тень тихо подошла к испуганному мальчику. «Я рядом». — шептала она, голос её был хриплым, мёртвым, и он был пустым, с эхом, он многих бы пугал.       Локи это успокаивало и он заметно расслабился. Река опустилась и принц нашёл в себе смелость выйти из укрытия. Секунда — он побежал в сторону дворца.       «Было смешно, но признай, не можешь же вечно убегать. Ты должен научиться постоять за себя, взять в руки оружие». — укоризненно шептал женский голос.       Локи остановился прямо у покоев Одина. «Рана должна открыться, Локи». — всё шептала она и правда через секунду на пол покапала кровь из плеча трикстера. — «Используй Одина».       — Конечно. — согласился Локи, как он думал со своими мыслями. Зажал рану другой рукой. Ворота открылись, а Один, сидевший на своём троне, вскочил когда заметил кровь. И чуть ли не бежал в сторону раненного Локи. — Я не буду жаловаться на Тора, отец. — сказал он, всё крепче сжимая раненное плечо. Один застыл на месте слушая голос младшего сына, точнее голоса. Локи говорил тихо, даже шипя, а эхо его голоса больше было похоже на голос Хелы. Будто говорит не Локи, а они оба. — Я не могу вечно бежать, научи меня драться. Ты всё говоришь, что рано, но когда уже наступит день, когда я возьму в руки оружие? Хочешь положить кинжал на мою могилу? «Говорит прямо как она… Что же это..?»       Один был растерян, поэтому пропустил очевидную грубость сына к нему мимо ушей.       — Хорошо. — кивнул Один. Глубокая рана на плече сына быстро начала заживать, а кровь обратно уходить. — Нужно выбрать оружие. — не придавал этому большое значение. Локи серьёзно кивнул. Один призвал своё копьё, а сын испуганно отпрыгнул назад. — Не бойся, — на мгновение Один увидел в глазах Локи страх Хелы.       Как тогда. «Просто глаза одинаковые…»       Принц неуверенно подошёл ближе.       — Гунгир — моё верное оружие, лучше меня им никто не может управлять, слушается он лишь меня. Таким и должно быть оружие: верным и сильным.       — Да. А ты слышишь его зов? — спросил Локи, Один нахмурился, но кивнул. — Когда я прятался однажды от Тора, я случайно забрёл в хранилище… И там услышал, что меня зовут… «Не рассказывай, — строго наказал голос, — скажи, что ты слышал зов змеи. Придёт время я расскажу тебе правду, о другом зове. Один соврёт».       — Это была змея. — Локи не врал, но он рассказал только про один голос, а не два. Один заметно расслабился. — Что это значит?       — Ты умеешь разговаривать со змеями. — подвёл итог Один, а сердце его пропустило удар.       Он не узнал.       — Это плохо? — испуганно спросил Локи, озираясь по сторонам       — Нет, наоборот очень хорошо. Змеи — прекрасные союзники. — улыбнулся Один и потрепал Локи по голове. — Пошли в оружейную, выберем тебе оружие.       — Хорошо, отец. — Локи учтиво склонил голову. «Молодец».       — Хеймдаль, найди Тора. Мне нужно с ним поговорить. — сурово сказал Один, поднимая голову.       Спина Локи идеально ровная, изумрудные глаза холодно смотрели вперёд, почти белые губы сжаты в тонкую линию. Тёмные волосы его растрёпанны после недавней «пробежки».       Ходил он бесшумно, точно как хищник за своей добычей, движения его были плавными, подбородок был чуть приподнят. Зелёный плащ развивался за его спиной, маленькие золотые рожки на лбу, пока заменяли шлем.       Прям как она.       Один всё же смог отвернуться и ускорить шаг. Он чувствовал себя добычей. Дурацкое чувство. Он Всемогущий Один — Всеотец, боится своего младшего сына, внука…? Чушь!       Наконец, оба остановились у железной арки. Огромный волк зарычал, Локи же спокойно смотрел на огромного волка и вышел из укрытия в лице Одина.       Волк резко успокоился при виде принца и весело завилял хвостом, не смотря на ошарашенного Одина. Волк подбежал к Локи и огромным языком облизал его лицо. Трикстер тихо рассмеялся и почесал ему за ухом.       Это же Фенрир — волчонок Хелы.       — Со мной все животные так, — объяснил Локи Одину. Тот кивнул, Фенрир зарычал. — Тише, что ты так разгневался? Тише Фенрир, сиди, успокойся… Давай… — Локи шептал, и волк отошёл назад, огромная цепь зазвенела и волк сел. — Вот молодец, мне выберут оружие и я обязательно покажу его тебе, хорошо? — Фенрир активно закивал и весело завилял хвостом, уткнулся своим огромным мокрым носом прямо в грудь принца и наконец отпустил его. — Не волнуйся, мы быстро. — подмигнул он и подошёл к Одину.       — Вижу, вы нашли общий язык. — заговорил Один петляя по тёмным коридорам, факелы здесь горели вечность, освещая тёмные коридоры.       — Его нужно понять, ему одиноко… Говорит, хозяйка его ушла. Вот я и заменяю её, он говорит, что я очень похож на неё. Но имя не говорит, он не знает имени её. Странно правда?       — Да. — хмуро ответил Один. — А теперь прислушайся: ты должен услышать зов. — Один резко замолчал, а Лофт прислушивается.       Через минуту он улавливает гул и поплёлся туда, гул становился всё сильнее. И наконец он увидел их.       Красивые два кинжала были на подставке, ручка их была синей, а лезвий у каждого кинжала два. Повернув голову он увидел ещё одно оружие — глефу. Золотую глефу, исписанная чёрными рунами: Уруз (исцеление, защита, огонь), Туриаз (хаос, смерть), Ансус (порядок, жизнь), Кеназ (уметь, знать что либо).       Она тоже звала Локи.       — Два? — спросил недавно подошедший Один. Локи кивнул, всё поворачивая голову то к кинжалам, то к глефе. — Значит возьми оба, будешь учиться управлять ими обоими. Но так же орудовать мечом, это обязательно.       Локи взял кинжалы и по телу пробежал приятный холодок, глаза его посинели, стали похожими на колючий, синий лёд. Кинжалы он убрал в ножны. Взял глефу и по телу пробежался огонь, а волосы стали огненно рыжими.       «Так силён» – гордо прошептал голос в голове Лофта и он чуть улыбнулся.       — Занятия завтра. — прошептал Один, всё больше хмурясь. — На рассвете, не опаздывай. А сейчас иди. — Локи кивнул и с глефой в руках отправился к выходу.       Помещение освещали факелы, тень Локи остановилась прямо у Одина и, широко улыбнувшись, поспешила за ним. Один же, опираясь на Гунгир, смотрел на исчезнувшую тень.       Что это было?

***

      — Фенрир. — позвал Локи. Волк выпрыгнул из неоткуда, чуть ли не набросился на на принца. Взгляд Фенрира упал на глефу. Фенрир подпрыгнул и весело завыл, таким образом поздравляя царевича. — Я же обещал. — произнёс Лофт, поглаживая морду волка, животное вдруг заскулило. Принц немало испугался и убрал руку. — Что случилось..? Правда? Это оружие раньше принадлежало твоей хозяйке? Ох… мне очень жаль. — Локи обнял Фенрира за его огромный нос, заодно убирая глефу за спину и доставая два кинжала. — Да, наверное, я силён. — согласился Локи с волком и оглянулся по сторонам. — Я сделаю всё возможное, чтобы вытащить тебя отсюда. — тихо сказал он волку, Фенрир тихо тяфкнул: верит. — Я добуду тебе дичь и специально убью его своим оружием. — подмигнул Локи и снова оказался весь в волчьих слюнях. Но он лишь рассмеялся и, почесав на прощание за ушком, ушёл к реке — умыться надо.       — Кхм…э…голос, а ты кто? — спросил Локи.       Локи спрашивал это не раз, как только он начал слышать голоса. Раньше думал, что это просто мысли. Но со временем подтверждалось, что мысли знают больше его, слишком самостоятельны и имеют свой характер. И лишь недавно принц пришел к выводу, что это не мысли, а чей-то голос.        С голым торсом Локи зашёл в реку, даже не ожидая ответа. Голос часто молчал после этого вопроса. Лофт уже начал погружаться в воду по самую макушку.  «Я не могу сказать: проклятье. Ты же умеешь ждать?»        — Эм…да. — не ожидая ответа, принц кое-как ответил на вопрос.  «Я вернусь за тобой. Мы встретимся, обещаю».        — Только не уходи никуда, хорошо?        Всё же он не представлял себя без своенравного и поучающего голоса.  «Глупенький… Я не уйду. Я сломаю проклятие, и скажу кто я…» — голос подавал надежды, и Локи верил.        Может это просто божественная шизофрения? Хотя, какая разница? Локи без голоса жить не смог бы. Он был благодарен голосу.        Успокоившись, Локи решил не мучить голос вопросами, придёт время и он узнает.       После этого недолгого разговора, трикстер вышел из воды, оделся и поспешил в замок. К матери.

***

      Фригга сидела в саду и тихо читала книгу. Золотистые волосы распущены, голубые, почти бирюзовые глаза бежали по строчкам книги. На ней красивое платье голубого цвета, а на голове сияла диадема. Царица.       Локи подошёл совсем бесшумно, и тихо сел рядом не нарушая тишину. Фригга не сразу заметила приход младшего сына. Только когда бледная рука начала нагло переворачивать страницу Фригга заметила его присутствие.       — Локи… — закрыв книгу, Всемать перевела взгляд на него и наткнулась на холодные изумрудные глаза. Её глаза. — Ты весь мокрый. — Локи чуть наклонил голову и по его телу пробежалась зелёная волна, осушая его.       — Я купался. — тихо сказал Локи и Фригга заметила глефу. Её глефу. — А, это. — Локи достал глефу. Он, наблюдая за взглядом матери читает в нём настоящий ужас. — Ты боишься?       — Нет-нет. — поспешно ответила она и улыбнулась. — Это невероятно… Глефа ты же знаешь… Это очень опасное и двуличное оружие… Повернёшь не так и ранишь себя…       — Думаешь, я не справлюсь? — поинтересовался Локи, вопросительно подняв бровь.       Глефу он убрал. В его голосе звучали капли злости. Фригга положила руки на его плечи.       — Конечно нет. Ты не догадываешься как ты силён, Локи. Я как мать волнуюсь за тебя.       — Не бойся, мама. — улыбнулся Локи касаясь её рук. Атмосфера перестала быть такой напряженной и оба выдохнули. — Хм… Интересно, что с Тором.

***

      — Он пырнул меня!       — Ну не лги мне, Тор. Ты же знаешь как неумело держит брат твой оружие. После этого ты мне говоришь, что он смог приложить столько силы, чтобы ранить не себя, а тебя? — кричал Один, зло смотря на притихшего блондина. — Не трогай брата, прошу тебя.       — Да что ты так печёшься над ним? Я говорю правду! — выкрикнул Тор, уже не сдерживая себя.       — Даже если это правда… — Один посмотрел на бок сына, прищурился и увидел за одеждой бинты. Выдохнул, хоть для чего-то пригодилось это умение. — Сравнивая тяжесть ваших ранений… Локи мог потерять руку. Ты слишком импульсивен, Тоо, не думаешь к чему могут привести твои действия. — мальчишка пооптался на месте. — Потому я тебя и отчитываю. А сейчас, прошу уйти с глаз долой.       — С глаза. — хихикнул Тор и выбежал из покоев.

***

О том, что оружие отзывается лихо,

Зверь мне вечность твердит.

И глефа шепчет тихо-тихо.

О том, что кровь чужая, мне руки окропит.

      Локи открыл глаза и уже сто раз пожалел об этом. Соль нагло светило прямо в лицо, заставляя недовольно морщится. Взмахнул рукой и закрыл окно черной доской, прикрывая путь лучам Соль. Но спать уже не хотелось. Локи встал и подошёл к зеркалу.       На него смотрел юноша пятнадцати лет с бледным лицом. На руках синяки. Да уж… После тренировки тело всё ещё болело. На бледной коже, синяки были видны более отчётливо. Но что синяки от ударов? Вот мешки под глазами это нечто. Провести чёрной краской вокруг глаза и вообще будет живой мертвец.       Изумрудные глаза сияли, рот всё ещё открывался и закрывался. Волосы торчали во все стороны. На нём были лишь чёрные штаны. Плечо его украшал белый шрам, каждый раз напоминая каким хлюпиком он был тогда.       А что теперь? Драться стал не хуже Тора, магию приручил свою. Хоть Локи и не стал так мускулист как брат, но в силе он точно не уступал ему. Перестав разглядывать своё тело, Локи устало поплёлся в умывальню.       Холодная вода полностью разбудила организм принца. Одевшись, он убрал кинжалы, а глефа взмахом руки исчезла. Так он и направился в трапезную. Там, во главе стола, ест Один, по правую руку от него сидит Тор, по левую — Фригга. Царь чуть кивнул подоспевшиму принцу. Локи слегка поклонившись сел рядом с Фриггой.

***

      Удар. Ещё удар. Противник повержен. Локи лениво перебирает синий удвоенный кинжал, смотря как очередной воин падает под натиском Тора.       Ему всегда не очень была понятна тактика громовержца, просто иди и бей? Тор шёл как танк, а его могучей силе мог позавидовать любой воин, но был туповат. Сначала делал, а потом думал.       С Локи было всё наоборот, он привык разобрираться в ситуации, а потом уже действовать. В бою он извивался как змея, а удары были чёткими и смертельными.       Но пока в спарринг Один ставил никудышных воинов (часто предателей), которых, к слову, без загрызений совести Локи убивал. Почему? Да потому что, во-первых, все его соперники — предатели родины, а во-вторых, те сами пытались его убить. Нормальных воинов, которых можно лишь ранить Всеотец ему в пару не ставил. Почему, принц так и не догадывался. Но, тем не менее, когда Один уходил, то Локи мог смело подойти к кому-нибудь и попросить дружеский спарринг. Часто отказывали, но было два асгардца, достаточно сильных, чтобы Локи мог им проигрывать: Огун и Леди Сиф. Они никогда не отказывали ему, напутствовали и помогали. Потому, несмотря на то, что они входили в близкий круг друзей Тора, он их уважал и лаже в какой-то степени дружил.       Локи обвёл ленивым взглядом присуствующих. Фандал мечом орудовал неплохо, но вот он, сидя в окружении хихикующих девушек, честно, раздражал трикстера. Сам он не мог завести себе девушку. Странно прозвучит, но совесть у него была, посему и девушку хотел раз и навсегда. Никого чужого, даже ради развлечения, в своей постели видеть он не мог.       Ему было лишь пятнадцать, так что это пока простительно. Локи перевёл взгляд на Вольшагга, который своей огромной тушей прибил ещё одного воина. Подрался бы, но тот уж точно пошлёт на все четыре стороны (вежливо конечно, Локи всё-таки принц, а не мальчишка с помойки). Так что трикстер посмотрел на опасную леди Сиф. Именно она научила его орудовать глефой, показала все секреты и эффективные тактики. Воин под её натиском уже лежал на земле.       Локи подумал, что было бы у него желание и девушкой раз и навсегда, выбрал бы именно её. Усмехнувшись своим мыслям он бесшумно подошёл к ней. Успел увернуться он кулака.       — Простите, Ваше Высочество. — осознав свою ошибку, произнесла она. В отличии от своих «дружков», она не забывала, что перед ней стоит вообще-то принц, и вела с ним всегда учтиво. Локи усмехнулся, Сиф склонила голову.       — Прошу, Леди Сиф, называйте меня по имени. — отозвался он, голос его был тихим, но тем не менее холодным, как ледники Йотунхейма.       Непроницаемая маска приросла к его лицу, а изумрудные глаза всё сияли плутовским огоньком. Леди Сиф всегда отмечала про себя, что он, разительно отличавшись от всех асгардцев, был необычайно красив.       Сиф прекрасна: золотистые волосы собраны в высокий хвост, серебряные доспехи, так не вписывались в детское личико двадцатилетней девушки, воительницы. Локи взглянул в эти волшебные карие глаза.       — Окажите мне услугу, Леди Сиф. Среди всех воинов здесь я не нашёл более достойного противника себе, кроме Вас.       — А как же Тор? Вам нужно хоть раз попробовать сразиться с сильным противником, не с такой скоростью как у меня и не с такой головой как у Огуна. — честно, она так думала. Частично.       Ей всегда казалось, что громовержец был сильнее каждого из них. Но она не питала иллюзии, которые упорно поддерживал Локи у своей скромной персоны. Она видела, да и знала на опыте, что Локи не так слаб как кажется, и вполне мог бросить вызов самому Тору.       Что уж греха таить: она хотела увидеть битву двух братьев.       — И правда брат, а как же я? — недавно подошедший Одинсон, разбил все планы Локи в дребезги.       На плечах полотенце, лицо немного раскраснелось от длительной тренировки. Но Тор не уставал, а наоборот получал удовольствие. Он был выше Локи лишь на полголовы, и из-за этого трикстер, мог спокойно смотреть в голубые глаза восемнадцатилетнего Тора.       — Даю отдышаться час, отдохни, полежи. А я сообщу Одину о нашей битве… Хотя, — Локи поднял руку и на его предплечье сел один из воронов Одина — Хугин. Чёрные бусинки глаз смотрели прямо в зелень глаз Локи, и кивнув, ворон улетел. — Теперь Один знает… Будем ждать его решения.       — Зачем ждать?! Можно прямо сейчас! — тяжело дыша, произнёс Тор.       Локи лишь изогнул бровь и издал что-то вроде смешка. Тор устал, просто не мог признаться ни себе, ни другим.       — Хочешь прямо в разгар битвы грохнуться в обморок от переутомления? — ехидно поинтересовался Локи, Тор лишь обречённо вздохнул, всё же признавая правоту его слов.       — Ладно. — недовольно пробурчал Тор и тяжёлым шагом отправился восвояси. Сиф тоже откланявшись, ушла. «А это уже интересно» — женский голос прозвучавший в голове Локи, напугало трикстера, ибо очень долго она с ним не связывалась.       — Почему ты последние пять лет лет молчала? — прошипел Локи в ответ, вспоминая свои тщетные попытки достучаться до неё. «Были дела».       — Ага, и прямо когда я решил помериться силами с Тором, дела твои резко закончились. — обиженно пролепетал он. «Скучал?» — хитро прошептала она. — А кто говорил «я не уйду?» А? — оглядываясь, Локи бродил по пустым тропинкам. «Ну прости, поверь, здесь столько всего навалилось… Эх, ко мне приходят всё чаще и чаще…».       На это Локи неопределённо хмыкнул, но отвечать всё же не решился.       Так прошёл час.       Один дал согласие на поединок, но если при этом зрителей лишь шесть (Хеймдаль не считается, он и так всё будет видеть естественно). Разрешение получили: Фандал, Вольшагг, Огун, Сиф, Фригга и Один. Один и Фригга, то и дело вечно переглядывались.       Невозможно было смотреть на него, и не вспоминать Хель. Локи был строен, не так могуч как его брат, но он ещё не догадывался какая сила кроется в нём. Смертельная сила.       На нём были чёрные доспехи, но не такие тяжёлые как у Тора, а более лёгкие. Казалось это просто кофта закрывающие и горло и руки; штаны чёрные, да и перчатки того же цвета. Но это были доспехи, дрались они без шлемов, сзади Локи развевался зелёный плащ. В ножнах у него два кинжала, кое-где глефа, о которой знали лишь Сиф, Огун, Фригга и Один. Изумрудные глаза сияли безумным огоньком, а губы расплылись в жестокой усмешке, чёрные словно ночь волосы были собраны в высокий хвост. Он выглядил словно тень по сравнению с братом.       Тор был могуч, широкоплеч. Голубые глаза грозно сияли, платиновые волосы плавно спускались до плеч. Кожа его не была так бледна как у Локи. Тор был любимчиком Асгарда, искусным воином, но стратегом был никудышным. Как говорил Олин: «Ему лишь бы мечом махать». За книги не садился, уроки довольно часто пропускал, а если и был там, то все его присутствие описывалось одной фразой: «в одно ухо влетело, а из другого вылетело». Серебрянные доспехи его, явно были преднозначены для битв. Красный плащ за спиной придавал Тору величия.       Братья встали напротив друг друга, но пока без оружия. Один встал.       — Сегодня в поединке столкнуться два моих сына! Правила вы знаете: оружие вам выбирает публика. Тор без молний, Локи без огня. А кто выбирать будет вам, скажите сами. Тор… — Одинсон повернулся к Фандалу и показал на него пальцем, Локи чуть по лбу себе не дал, показывать пальцем, как минимум неприлично.       — Секира. — сказал Фандал чуть улыбнувшись. Один кивнул, но всё же недовольно покосился на сына «И где твои манеры?» чётко говорил взгляд Одина.       Тор пошёл за секирой, не придавая большое значение взгляду отца.       Локи обвёл взглядом присуствующих.       — Леди Сиф, прошу вас, выберите любое оружие, которое вам по душе. — Локи склонил голову набок, а Сиф почувствовала как горят её уши.       — Если вы не против, Ваше Высочество. Глефа. — чуть улыбнулась она.       — Благодарю, Леди Сиф. — кивнул трикстер и взмахнул рукой.       Тор чуть секиру не уронил. «Надо было следить за ним. Сиф знала, а я — нет. Где такое видано?»       Золотая глефа блестела на солнце, волосы Локи приобрели рыжий оттенок. Один устало вздохнул, молясь всем богам, что бы этот поединок не закончился смертью Тора.       — Я бы предпочел кинжалы, ну что ж ваш выбор для меня закон, Леди Сиф. «Не смущай бедную девушку» — захихикал голос в голове.       Локи подмигнул Сиф и принял стойку. Тор, выйдя из оцепенения, тоже встал в стойку.       — Начинайте. — бросил Один и сжал руку Фригги: он переживал не меньше.       Первый конечно напал Тор, но Локи легко увернулся. Удар, удар, удар. Но до прыткого трикстера секира ещё не дошла. Сам Локи пока не спешил отвечать на удары, редко подставляя блок глефой. Их оружие со звоном сцепились. Снова уворот, Тор начинает злиться, а его удары становится всё беспорядочней и необдунными. Локи самому надоело уворачиваться и нагло пользуясь гневом Тора, начал нападать.       Первый удар Тор пропустил и на щеке осталась глубокая рана, ведь просто не ожидал нападения, остальные удары он начал блокировать. Глефа в руках трикстера стала вдвойне опаснее, а Тор не понимал с какой стороны будет нападение, но удары блокировал успешно. Старший вспомнил Сиф и даже успел находить сходства, но это мало чем ему помогало. Ещё один удар и счёт стал «1:1», ведь на том же плече Локи красуется огромная рана: доспехи разрубила секира ещё и ранила не хило.       Локи не злился, но и не спешил залечивать рану. Тор, не подумав, ударил секирой, так, что спокойно можно было разрубить человека пополам. Локи успел увернуться. Он прыгнул выше головы Тора и отрезал тому несколько волос. На небе собирались тучи.       — Твою ж… — лишь успел сказать трикстер, до того как его шибанула огромная молния.       Один уже хотел подбежать к сыну, но пыль начала рассеиваться и все увидели вполне здорового Локи. Не сразу заметили чёрные глаза, толь тогда, когда Локи медленно начал подходить к брату. Все просто оцепенели от ужаса, но больше всего испугался Один.       — Ты посмел пойти против воли отца. — все с ужасом поняли, что говорил не только Локи, но ещё чей-то голос. И только Фригга и Один поняли кто — Хела. Тор, перестав светиться молниями, с ужасом посмотрел на воскресшего брата. — Хотел убить меня? — его голос звенел в ушах каждого, оставляя неописуемый ужас. А Локи медленно подходил к Тору, тени его ползли к громовержецу, но трогать пока не решались. — Решил убить меня? — повторил трикстер, но почему-то смотрел на Одина.       Один упорно держал Фриггу: сейчас надо, чтобы они справились сами. Друзья Тора уже хотели пойти на помощь, но рука Всеотца их остановила.       Чёрные глаза, казалось Тору, смотрели прямо в душу и от этого ему было не по себе. Где та зелень глаз? На лице трикстера заиграла безумная улыбка.       — Браво, боишься меня?       — Н-нет. — как бы уверенно не хотел сказать это громовержец, голос его слегка дрогнул.       Локи разразился безумным смехом.       — Ох, — перестав смеяться, вздохнул Локи. — Братец, всё же ты не ответил на вопрос: ты хотел убить меня? — Лофт отряхнул от себя пыль и потушил маленький огонёк на волосах.       — Я н-не хотел. — чуть заикаясь проговорил Тор.       Локи подошёл ближе, так, что дыхание начало обжигать лицо асгардца.       — Пока верю, братец. — усмехнулся он глядя прямо в голубые глаза и прошептал уже на ухо. — Но в следующий раз ты так легко не отделаешься.       Локи отошёл на несколько шагов и подобрал глефу, глаза его снова заискрились изумрудом.       — Ну что ж, продолжим бой или уже принимаешь своё поражение? Волосы-то отрастут, а вот честь это вряд ли. Хотя, что ты так из-за волос печёшься, девчонка что ли? — эти слова подействовали на Тора довольно-таки резко.       Тот, вскочив, подобрал секиру и уверенным шагом подошёл к брату.

***

      — Держите свой гнев при себе. — сказал Один разглядывая серым глазом двух братьев.       Тор смиренно опустил глаза, а Локи смотрел на него чуть ли не с вызовом, а в зелени глаз таилось очередное безумие.       «Нет. Рано или поздно это должно было случиться. Её гены должны были выйти наружу, её смех, сила, безумие… Он всё же сын Хелы. Ходячая смерть оставила своего самородка. Даже, смешно…»       — Достаточно. Тор, ты наказан, свой гнев должен был держать при себе. — асгардец нервно потоптался на месте, Локи лишь вопросительно поднял бровь. — Тор ослушался меня и первым нарушил правила, потому и победителем в этой битве становится Локи. — он посмотрел на довольного внука. — Не пугай больше так брата.       — Конечно, отец, я попробую держать при себе свои силы. — тени под ногами Локи недовольно шипели, принц опустил глаза и топнул ногой. Те, сжавшись под взглядом своего Повелителя, приняли форму тени Локи. Подняв глаза, он встретился не с менее ошарашеным взглядом Всеотца.— Эти тени, — он топнул ногой, мешая чёрной змейке подползти к Одину, — бесят, уж слишком своенравные.       — И давно у тебя так? — нашёл в себе силы спросил громовержец.              Фригга же была далеко от них и успокаивала разволновавшиеся друзей Тора.       — Давно. — протянул Локи — Тц, я что вам сказал? — прорычал Лофт теням и те, услышав грозный голос Повелителя всё же сжались, и приняли форму тени принца, уже окончательно.       — Почему мне не сказал?       — А я говорил. — зло зыркнул на Одина Локи, так, что первому сквозь землю захотелось провалиться. — Не помнишь, не моя проблема. — прорычал он. Мгновенно злое лицо Локи поменялось на более спокойное и, чуть улыбнувшись при виде матери, он произнёс уже более ровным и спокойным голосом. — Если позволишь, Всеотец я пойду, нужно отпраздновать свою победу. Тор, тебе даже идёт такая стрижка. — он похлопал брата по плечу и ушёл.

***

      Не желая отвечать на лишние вопросы он телепортировался в свои покои. И безумно улыбнулся своему отражению:       — Я ждал этого пять лет… «А ты сомневался».       Локи достал флакончик и капнул кровь Тора туда пока флакон не наполнился до краёв       — И как мне раздобыть кровь Одина? «Одином я займусь сама».       Он же махнул рукой и зеркало превратилось в полку на которой стоял флакон с кровью Фригги, флакончик с кровью Тора он положил рядом и обратно превратил полку в зеркало. «Мне вот интересно, как ты умудрился достать кровь Фригги».       — Просто изучали режущие заклинания. — улыбнулся Локи, а после его улыбка быстро сползла с лица и он коснулся рукой зеркала. — Кто же ты? Разрушила ли проклятие? «Разрушила».       — И кто же ты, кто?       Может, он просто обезумел. Зачем собирать кровь своих родных? Это делают только сумасшедшие. Вроде, Локи не сумасшедший, вроде как в своём уме. Или нет… Это так голос сводит его? В любом случае, для чего он же он делал, значит и ответ голоса не должен его пугать. Должно лишь объяснить «почему»?       Почему же тогда так страшно? «Твоя настоящая мать».       Хорошо. Очень хорошо. Но почему «хорошо», если после этих слов Локи падает на пол, поднимает глаза к зеркалу. Стекло запотело? Не может же быть… плачет. Да, плачет. Неужели вся его жизнь — обман? Как же так..?       — М-мама? — голос Локи дрожал, и он всё оглядывался по сторонам, боясь, что его услышат.       Локи же никогда не сомневался в том, что голос говорил правду, этот голос… он был с рождения… Был всегда рядом. Иногда пропадал, но всегда возвращался.       Этот голос — моя мать? «Я понимаю твоё смятение, маленький, всё понимаю. Я не лгу… Сынок»       — Я верю. — всё же неуверенно ответил трикстер и слегка задумался. — Кто ты? «Ты же знаешь…» — Имя скажи, имя…       Узнает имя — покопается в архивах. От рассказов он тоже многое узнает, но он больше предпочитал сам доходить до ответа. Потому Локи любил загадки. А ещё он хотел знать, кем же ему является Один: отец или случайный прохожий? «Скажу тебе я лишь одно, мой маленький… Я старшая дочь Одина».

***

Из плена тьмы я тебя освобожу,

Ты только говори со мной, прошу.

И если дед мой так напуган,

Значит, от смерти не спасёт прислуга.

> Два года спустя       Локи семнадцать. Подростковый кризис или нет, но одно стало понятно: трикстер стал ещё более непредсказуемым. Если раньше можно было бы предугадать его шутки, то сейчас нет. Да шуток не было, он ходил по коридорам как призрак. Смертные придумали этому состояние страшное слово — депрессия.       Ходил по дворцу он в чёрной кожаной кофте с золотым нагрудником полумесяца около груди. Кофта закрывала горло и руки, на нём всегда тёмные перчатки, кожаные штаны и сапоги. И зимой, и летом, как говорится…       Зелёный камзол с перевёрнутом, золотым месяцем на груди, он надевал реже чем обычно. Отказаться от золотых рожек, как бы Локи не старался, так и не смог.       Выглядит так он неважно. Понял он это ещё в покоях, поэтому, вздохнув, всё же зачесал волосы назад. И вышел. Кинжалы и глефа всегда были при себе. Глупая улыбка, которая озоряла лицо трикстера полностью исчезла.       Слуги просто шарахались даже от его тени, те, которые обслуживали покои Локи ушли (слава Одину не из жизни), а просто многие попадали в обморок от испуга, (да они конечно знали, что магия может творить всякое, но не настолько же). Локи их не заставлял оставаться и выкидывал прислугу из своих покоев. В конце концов он остался без прислуги.       Изменения в принце заметили все без исключения, и не дай Один попасться ему на глаза, когда он в таком настроении.       Почему? А всё дело в тайнах.       Иногда кажется, что о тех секретов хранящиеся в душе и не желаешь рассказывать, не узнают никогда. О тайнах, которых ты стыдишься и прячешь далеко в себе. Их ты невольно корректируешь, тем самым врёшь самому себе. Но всё же потихоньку ты начинаешь верить в эти фальшивые воспоминания и забываешь как было на самом деле.       Но Локи мог своими ядерно-зелёными глазами, казалось, смотреть прямо в душу, переворачивать её наизнанку. Позорный секрет вылетает из его уст как приговор к казни. Каждое его слово сочится ядом, таким сильным, что жертва сама испаряется от этого яда, просто разлагается. Ладно тело, но сердце и совесть просто не давали покоя. Глаза при этом принца оставались холодно-равнодушными.       Он знал слишком много. Потому и обозвали его богом лжи. «Не боишься, что тебя раскусят?» — снова спросил голос, когда Локи сидел за очередной книгой — «Ты же понимаешь, что такие перемены в тебе просто так от Одина не уйдут».       — Конечно знаю, но два года прошло, а он всё греется на солнышке и молчит. — буркнул он — Мне бы узнать твоё имя. — перелистывая очередную книгу по истории произнёс Лофт, голос фыркнул. «Зря стараешься, то, что совершали мы с Одином стёрли с истории. А такие великие были победы…»       — И сколько крови. — усмехнулся Локи, и голос хихикнул. — Один не хочет просто рушить иллюзию того, что он здесь самый милосердный и великодушный. Ведь сейчас, они нуждаются не в жестоком правителе, а в мудром царе. Конечно, Одина бояться, пятна прошлого нельзя до конца отмыть, но уважают и просят совета. Этого он и добивался. А тебя, мама, он запер из-за того, что боялся не только за девять миров, но и за себя. Зачем он меня взял к себе мне неизвестно. Думал, что со мной будет по-другому? Ха! Я этого одноглазого убью за тебя, честное слово, придёт время, убью… «Придёт время…» — повторила она как на автомате. — «Ох, мой маленький, столько ненависти в тебе из-за того, что Один запер меня здесь…»       — Он лишил меня семьи. — зарычал Локи. «Он же всё же твой дедушка». —сарказм в её голосе можно было пить огромными пивными кружками.       — Ну и пошёл он к Бёру! Тоже мне дедушка! — захлопнув очередную книгу по истории Локи встал и направился в трапезную.       Распугав ещё одну прислугу, Локи подошёл к трапезной, и обвёл двух стражей недовольным взглядом. Те, при его виде чуть копья свои не пороняли и поспешно открыли дверь.       Один из них всё же уронил копьё и чуть не попал было Локи в глаз. Видно, новенький. Но царевич успел поймать копьё прямо перед глазом. Медленно повернул голову к некудышнему стражу, и произнёс:       — Себастьян, как поживают твоя жена дети? — поинтересовался Локи, чуть улыбаясь, страж почувствовал давление в груди. — Ох, прости, забыл, они же подохли ещё давно… Поверь мне, волки смиловались над тобой не для того, чтобы ты лишил себя работы, а меня — глаза. Я не Один и гладить по головке не буду. — Локи перехватил его копьё и воткнул прямо в живот. — Отнеси его в лазарет Луи, небось умрёт раньше времени. Не смог спасти своего первого ребёнка, так спаси друга. — холодно сказал он и, перешагнув окровавленный труп, спокойно сел возле Фригги.       Один небрежно махнул рукой перепугавшему стражу и тот как-то поспешно поклонившись, взял тушу товарища и ушел, разукрашивая пол чужой кровью. На их место сразу де встали другие стражи. Они переглянулись и сглотнули.       Себастьяна не смогли спасти. А второй, который тащил его, упал под ноги товарищу, и захлебнувшись собственной кровью, умер.       Локи разжал кулак под столом и спокойно продолжил есть, не обращая внимания на взгляды родни.       — Локи. — царевич повернулся к Одину. — Что случилось с тобой?       — Со мной всё хорошо. — настолько лживая улыбка висела на лице трикстера, что её заметил даже Тор. — Знаете… Я всё же бог обмана… И мне так надоело чувствовать ложь с каждого встречного. Но мне интересно отец, почему вы переписали историю? Разве есть моменты, которые омрачнят вашу светлейшую репутацию? Такие волны лжи от любой книги по истории, что даже я не мог больше пять минут держать в руках эту книгу. — сказал Локи и откусил кислое яблоко. «Думаешь он скажет?» — спросил голос, Лофт же мысленно ответил, очевидное:       «Скорее соврёт».       Молчание заставляло Локи рассмеяться вслух, но он смог сдержать свой порыв. — Всеотец, если изволите рассказать мне правду, то я всегда готов выслушать вас, как говорят мидгарцы: рано или поздно всё тайное всегда становится явным. — Локи чуть поклонился и спокойным шагом направился к двери, тут он резко остановился, он развернулся. — Луи, бедный, не выжил наверное, дети будут скучать по папочке. Хотя, они его даже не видели, не знают в лицо… Эх, жаль правда? Родная мать где-то в тюрьме сидит, а отец их сбежал, даже детей в лицо не видел. А дети живут радуются в Ванахейме, родных родителей не знают… Дедушка с бабушкой их воспитывают, а брат, который им и вовсе дядя играет с ними… Змеи и правда хорошие союзники, правда Всеотец? — Один рассеянно кивнул, а Лофт, улыбнувшись, вышел из трапезной.       Никто так и не притронулся к еде. «Это было жестоко» — гордо сказал голос в голове, Локи усмехнулся и ответил.       — Отростки сомнения я уже посадил в его сердце. Если не поймёт параллель, не скажет… Тогда слово за тобой, мам. «Ох, мой маленький я здесь в голове перебираю все варианты пыток. Как думаешь: иголки в кожу или горящий котёл, а может просто казнить? Или, хм…».       Лофт же на это лишь громко рассмеялся и скоро его смех подхватила она.       — Я даже не знаю, можно просто утопить. Надо в Мидгард наведаться, говорят, они толк в пытках знают. «К смертным что ли? Ну то что они мыслят куда шире многих народов с этим не поспоришь… И в пытках толк знают, это да… Как его там Наполеон Бонапарт! Вспомнила! Этот смертный, чего только не натворил… Хотя это ещё ничего, а какие революции во… как там… Франции, вот…! происходят, после его поражения! Надо как-то назвать… «Три славных дня» вполне сойдёт, хотя это только начало. Мидгард единственный мир, который поделён на территории: Франция, Англия, Соеденённые Штаты Америки, Австралия, Германия, Россия… Некоторые распались, а некоторые появились… Их история довольно интересная… Сейчас в Мидгарде 2012 год. Появились герои… Войны хоть и прекратились, но были, ещё какие! А сколько смертей…» — восхищённо говорил голос, Локи же улыбнулся и посмотрел в зеркало.       — Мидгард — интересный мир. — Локи задумался. — Нужна кровь Одина. «И я свободна» — протянул голос. — Вот имя бы мне твоё знать. Один даже это стёр. — он сжал кулаки. «Я бы сказала, но ты же так любишь загадки…»       Локи вздрогнул, но после собравшись с мыслями произнёс как можно более спокойно.       — Мам, расскажешь мне историю Мидгарда?       Локи засыпал под моноторный голос матери в голове, веки уже почти закрылись, но крик за дверью заставил царевича вскочить и выйти.       Удивляться здесь было нечему: Тор мычал связанный чёрными тенями и постепенно начал светиться молниями. Тени при виде повелителя опустили Тора и тот поднял свои голубые глаза. Тени спокойно вернулись на свои посты, спрятавшись в мрак.       — Тор. — Локи подал ему руку помогая подняться.       Громовержец встал и отряхнул от себя пыль.       — И чем тебе обычная стража не угодила? — заворчал Тор и сложил руки на груди, Локи лишь фыркнул и уже хотел уйти обратно в покои, но его остановила рука Тора. — Что случилось?       — Вы сговорились чтоли? Говорю хорошо со мной всё!       — Ладно, верю. — его тон говорил обратное. — А теперь скажи, вот эти волны лжи, ты чувствуешь от каждого?       — Ну да. Кстати сейчас тоже. — пожал плечами Локи.       Тор выдохнул.       — Ладно, в общем. Я что пришёл сказать, тебя Отец зовёт и… — он схватил плечо брата, который казалось, сейчас убежит. — Ты это… помягче там…       — Попробую. — сказал Локи и направился в сторону покоев Одина. «Думаешь, расскажет?» — Расскажет куда ему деваться, но не всё… — прошептал Локи, и остановился уже у знакомых дверей.       Стражи при виде царевича поспешно открыли дверь и невольно прикрыли животы оружием.       Один же встал со ступенек и подошёл к сыну.       — Ты хотел узнать правду? — не собираясь церемониться спросил Один.       — Не томи, начинай. — поинтересовался Лофт, Один терпеливо выдохнул и пригласил его сесть.       Царь, потерявший мгновенно всю свою величественность сел на ступеньки, Локи сел рядом с ним. Один поднял свой серый глаз.       — Неужели, правда настолько ужасна, отец? — тихо спросил Локи. «Ты что жалеешь его?!» — возмущённо прокричал голос. Через секунду настроение переменилось, она поняла. — «Тебе это никогда не надоест».       — Ты хотел узнать историю? — Один долго собирался с мыслями. Локи же сидел рядом и уверенно кивнул. Всеотец тяжело выдохнул и начал. — Асгард не всегда был центром девяти миров… Отец мой — Бёр, мечтал царствовать над мирами, чтобы войны все прекратить. Умер он, тогда эту мораль нёс на себе я. Наткнулся я на Фриггу, это сейчас она лучезарна и добра, а тогда её звали Царицей Ночи. Так появилась Хела. Ваша старшая сестру. — Локи очень качественно изобразил удивление. «Я же не заслужил звания бога обмана!» — передразнил голос.       Фригга — Царица Ночи? Он никогда не мог представить мать с чёрными волосами и горящими изумрудно-белыми глазами. — Хела — живой мертвец. Царица теней, богиня смерти. Судьба уже предрешена, другой жизни и быть не могло. Если в её руках такой дар, то почему бы… Я слишком поздно понял в чём была моя ошибка, я сделал её палачом. Столько войн, жертв, крови. Так и захватили все девять миров. Но Хела хотела большего, и я запер её в Хельхейме.       — Благодарю за правду, отец. — улыбнулся Локи, наверно впервые за последние годы. Одину стало очень тепло на душе. «Не всё сказал. Спроси насчет трона, интересно, что придумает старый маразматик».       — Но у меня вопрос… Если бы она не хотела… То ты бы посадил её на престол?       — Она бы была бы прекрасной правительницой. — признал Один, внутренне удивляясь и боясь такого вопроса. «Ха!»       — А я? — спросил Локи, Один слегка улыбнулся, хотя чувствовал, что сердце сейчас перевернётся.       — Ты знаешь традиции.       — Но как ты считаешь? — с надеждой спросил трикстер.       — Ты бы правил лучше их обоих. — сказал правду Один, понимая, что врать богу обмана бессмысленно. — Хела — жестока, но в политике разбиралась не хуже меня… Это я виноват, если бы не сделал из неё такое мощное оружие… Если б не был ослеплён властью, я мог исправить.       — Прошлое не вернуть, — тихо сказал Локи, и в этот момент Один вспомнил Фриггу, — но будущее мы строим сами. — Локи встал, помогая встать и Одину — Я правда рад, что ты рассказал мне правду. — Слишком долго я держал это в секрете. Боюсь, рано или поздно она выберется. — мрачно сказал Один.       Локи нахмурился, внутреенне усмехаясь. Этот разговор ничего ему не дал, кроме как очевидной истины: Один — ужасный отец и заслуживает мести. «Какая ирония».       — Когда коронация? — поинтересовался Лофт.       Один напрягся, молчание продлилось слишком долго.       — Завтра коронация, забыл?       — И правда. — Локи чуть себе подзатыльник смачный не дал, всё же эти разговоры с Хель, заставили его забыть многое. — За делами многое забыл, как и покормить Фенрира!       — Иди покорми. — кивнул Один, и Локи выбежал из зала.       Всеотец призвал Гунгир и упёрся на него, ведь даже стоять было тяжело. Близиться сон Одина. Из тени вышла Фригга и подбежала к мужу.       — Ох, любимый. — нежно шептала она, сажая Одина на трон. Сам царь опустил голову поддерживая рукой. Тут Фригга взяла его обугленную руку. — Только не это…       — Что это, что с моей рукой?! — выкрикнул Один, глядя на чёрную, морщинистую руку.       — Кто трогал тебя? — резко спросила Фригга.       — Локи… — прошептал Один, чувствуя, что здесь явно что-то не так. Взгляд Фригги помутнел.       — Нет… Зачем ему твоя кровь? — Фригга начала активно шептать заклинание, и рука начала постепенно возвращать естественный вид, при этом кончики волос царицы потемнели.       — Кровь?! — прокричал он и резко встал, но почувствовав тяжесть в ногах и головокружение сел.       — Ты ещё слаб. Я сама с ним поговорю. Это… странно. — прошептала царица, и Один немного расслабился.       «Зачем ему моя кровь?»

***

      — Фенрир!       Локи только вернулся с охоты. Он тащил по земле убитую тушу оленя, оставляя кровавый след. Убрал глефу свободной рукой и крикнул ещё раз.       Где-то там закричали вороны, зашевелились деревья и послышался звон. Скоро вышел Фенрир собственной персоной, яркие изумрудные глаза внимательно осматривали бога обмана, густая и довольно жёсткая шерсть была мокрой и это говорило о том, что волк как-то умудрился добраться до реки.       И понятно что в этом виноват сам Локи, он увеличил цепь в длину и теперь волк вполне спокойно мог добраться до реки. Лофт до сих пор помнит как накричал на него тогда Один, но сделать даже Фригга ничего не смогла бы, заклинание без обратного действия.       Фенрир весело завилял хвостом, а увидев тушу оленя подпрыгнул, и Локи от сильного толчка земли сам подпрыгнул и упал. Фенрир схватил своей пастью оленя и съел, даже не разживав. Локи рассмеялся, поглаживая жёсткую шерсть волка       — Знаешь, Фенрир, скоро всё изменится, завтра, я освобожу тебя. Да и не только тебя. — Фенрир лизнул Локи, а тот, безумно улыбнувшись, махнул рукой и из леса вылетели ещё две туши убитых зверей. Подождав когда Фенрир доест и ляжет, Локи сел на огромную тушу Фенрира и глядел на Соль, попутно разговаривая с волком.

***

      Полежав так около двух часов, Локи почесал напоследок за ушком и поспешил в замок. Сейчас лучше на глаза никому не попадаться и из-за этого он просто телепортировался в свои покои.       То самое зеркало спокойно стояло на месте. В левой руке образовался сгусток алой крови. Призвав флакон побольше, трикстер поместил туда кровь.       — Завтра я освобожу тебя, мама… Завтра мы отомстим всем им. — и положив флакон на полку превратил его снова в зеркало, но уже поменьше, и это зеркало он положил под кровать, туда, где лежал сундук.       Сам сундук невозможно было открыть ничем, только ключом, который был лишь у Локи. На него наложено очень много защитных заклинаний. Наказав теням охранять сундук, Локи нервно выдохнул и приземлился на кровать. «Параноик».

***

Вместе с тобой разрушим Асгард.

Большего мне и не надо.

Знала бы ты как я искренне рад.

Когда ты рядом со мною, мама.

      Весь дворец словно на уши подняли. Слуги носились туда-сюда, чуть ли не сбивая друг друга, Фригга и Локи — как единственные владевшие магией во дворе, украшали тронный зал. Лофт задумался, махая правой рукой, то убирая золотые цветы, то возвращая их вновь.       — Думаю, лучше убрать. — прошептала сзади Фригга, и Локи, пожав плечами убрал золотые цветы и повернулся к матери.       Всё с помощью магии было начищенно до блеска. Фригга, махнув рукой, постелила длинный красный ковёр, Локи щелчком пальцев зажёг факелы. Над тронным залом парили два ворона, один из них — Хугин —улетел, а Мунин остался, приземляясь на трон Одина, и своими чёрными глазами глядел на Фригг, та вздохнула и отошла от трикстера, видно, не получится поговорить наедине.       Локи повезло.       Закончив с этим, маги ушли по своим делам, Фригга наряжаться, а Локи к брату, а точнее к дядюшке своему.       Перед покоями брата его остановила стража, и получили довольно неодобрительный взгляд чёрных глаз. Те, поняв свою ошибку, поспешно ушли с поля зрения младшего царевича.       Локи, открыл дверь, даже не удивился тому, что брат ещё спит. Идя, Локи споткнулся об Мьёльнир и полетел прямо на кровать громовержеца. Тор резко встал, а Локи снова грохнулся на пол и зарычал. Тор, услышав рык, призвал свой молот и встал.       — Выходи, зверь рогатый. Нарушитель покоя моего! Снесу же я… — Тор запнулся, потому что получил хорошенько по затылку рогатым шлемом Локи.       Сам Лофт взглянул на валяющиеся тушу громовержца. И спустившись с кровати, дал ещё раз но уже Мьёльниром.       Тор вскочил с кровати и окончательно проснулся, когда увидел в руках брата молот. Хотя и сам Лофт не с меньшим удивлением взглянул на молот. «Я тоже могла поднять молот». — прошептал голос, и Локи представил, как мать пожимает плечами.       — Держи. — Локи кинул молот прямо в Тора, тот, поймав, глупо захлопал глазами, — У тебя коронация, забыл? Одевайся давай. — только сейчас громовержец заметил, что стоит перед ним лишь в белых штанах.       — Что за стража пустила тебя? — совсем не смутившись того, что он по пояс обнажённый спросил Тор.       Под пристальным взглядом изумрудных глаз, фыркнул, но надел рубашку       — Мне лишь надо было… — Локи усмехнулся и глаза его полностью почернели, а сзади начали приползать к нему тени. Тор, испугавшись, грохнулся опять на кровать. — Ну вот. — кивнул Локи, и вернул себе зелёную радужку. — Быстрей. — и скрылся за золотой дверью.       Тор выдохнул, и чуть ли не дал себе подзатыльник. Он. Тор Одинсон, наследник престола Асгарда, боится своего младшего брата? Неслыханно!       Просто чёрные глаза навевали неприятные воспоминания.       Пока Тор возмущался, Мьёльнир в его руке сверкнул, и громовержец начал покрываться серебряными доспехами. Сзади него развевается алый плащ. Открыв двери, он грозно взглянул на стражу, но решил не портить день разборками с некудышной прислугой.       В его руках его висел Мьёльнир. Чуткий слух громовержца уловил шум со стороны тронного зала. Тор, поняв, что практически опаздывает, побежал.       Найдя глазами огонь, Тор остановился и уже спокойно шагал к золотым дверям. К нему подошёл слуга, поклонившись, протянул шлем ушёл.       За занавесью показалась рогатая тень Локи, а после вышел и сам царевич. Тихо он встал по правую руку от него.       Тор совсем не заметил прихода брата и нервно перебирал пальцами шлем. Локи, лишь бы развеяв напряжённую обстановку, чуть улыбнувшись, произнёс:       — Милые пёрышки. — Тор повернулся к нему.       — Ты же не будешь начинать это снова, а, коровушка?       — Да я же искренне. — протянул Локи.       — Ты и искренность — несовместимые вещи. — фыркнул Тор, но в душе был рад этому разговору, который развеивал тягучую тишину.       Он не выносил тишины. Всё же брат знает это лучше любого родителя.       — Серьёзно? — искренне удивился Лофт, внутри усмехаясь.       Он знал дядю как свои пять пальцев, и сейчас ему лучше поговорить с кем либо, развеять волнения придавая смелости.       — Да. — Тор замолчал, да и Локи тоже.       Хотя последний, явно не хотел закончить на этом разговор и улыбнувшись, продолжил, уже тише. И говоря так, что бы из уст бога обмана, Тор слышал чистую искренность и правду.       — Я ждал этого дня не меньше тебя. Ты мой брат, мой друг. Временами я могу завидовать, но никогда не сомневайся в том, что я люблю тебя. — Тор улыбнулся, дотронулся до затылка Локи — этот жест означал, что он верит, и доверяет.       — Спасибо.       — А теперь поцелуй меня. — нагло произнёс трикстер, а Тор толкнул того в плечо указательным пальцем.       — Прекрати. — братья рассмеялись.       Хотя смех не продлился больше минуты.       — Как я выгляжу? — нарушил тишину Тор.       Локи повернул голову.       — Как царь. — сказал он, и кажется ответ громовержца устроил.       — Пора. — произнёс Тор, вертя в руках Мьёльнир, и заметно нервничая — Иди первый, — Локи посмотрел на него с долей не понимания, — я за тобой, иди. — Локи лёгким шагом направился ко входу. «Ну и что это было?»       Фригга, стоявшая у двери, была как всегда прекрасна, а сейчас особенно. Золотистое платье, бирюзовые добрые глаза. И светлые волосы, заплетённые в замысловатую причёску.       Локи наверно лишь её будет по-настоящему жаль, ведь он столько веков считал её матерью, и он и правду любил, любит её. Лофт быстро отогнал эти мысли, она лгала ему, да к тому же сегодня настоящая мать встретит его.       Мидгард бы знал получше и узнал бы простую истину: родители не те, кто родил, а те, которые воспитали. Но он не знал, да и вряд ли хоть что-то сейчас его остановит.       Локи поклонился Фригги и стражи открыли двери. Царевич протянул руку, и она положила свою изящную кисть на руку. Асгардцы поклонились приветствуя Царицу и Царевича. Те, остановившись у трона Одина, кивнули головой.       Один всё пристально смотрел на младшего сына. Он чувствовал опасность и именно от Локи. Всеотец вздохнул и мельком взглянул на свою здоровую правую руку.       Это просто паранойя разыгралась у него, особенно сейчас, перед сном Одина. Но вот справа от него стоит во всём своём величии, вполне счастливый Локи.       Размышления его остановили открывающие двери и вошедший Тор. Он, размахивая своим молотом, приветствовал расшумевшихся асгардцев.       Один с удовольствием бы покрутил пальцем у виска, но, к сожалению, сейчас не та обстановка для того чтобы признавать, что старший сын его глупее молота. И как такого на престол сажать?       Вспомнив прошлый разговор с Локи, Один вздохнул. Да, Локи — сын Хель, полувеликан. Тор — любимчик Асгарда, храбрым воин.       Локи хитрый, изворотливый маг. Но никто бы не отрицал тот факт, что лучше уж младшего принца сажать на трон, ради целостности Асгарда. Против традиций не попрёшь. Хотя, они оба могли претендовать на трон. Тор — как сын Одина, а Локи — как внук Одина.       Но Один не мог посадить на трон Локи, он не мог посадить на трон их.       Всеотец встал. Гул прекратился, и взгляд Одина был уже прикован к вставшему на колено Тора. Громовержец подмигнул матери, которая в ответ лишь неодобрительно покачал головой, пусть и улыбалась. Тор повернулся к друзьям. Стук Гунгира, заставил Тора поднять голову и взглянуть на отца.       — Тор, сын Одина, мой первенец. Несколько тысячелетий мой отец, теперь и я сохранял мир и спокойствие в девяти мирах… — начал Один монотонным голосом. Он немного нервничал, всё же сомневаясь в своём решении. Речь заучиная ещё очень давно, может тысячелетия назад, была произнесена, оставались лишь клятвы .— Клянёшься ли Тор Одинсон охранять девять миров?       — Клянусь! — крикнул Тор, поднимая молот.       — Клянёшься ли ты оберегать в них мир?       — Клянусь!       — Клянёшься откинуть в сторону корыстные амбиции и действовать во благо всех миров?       — Клянусь!       — Тогда сегодня, я — Всеотец венчаю тебя… — царь резко замолчал, взгляд его помутнел, а рот приоткрылся в немом шоке. Нет… — Ледяные великаны в хранилище! Гунгир заискрился золотым. Каждый знал, что произойдёт — Разрушитель. Асгардцы засуетились.       Тор резко встал, Локи же спокойно последовал за отцом. Вольшагг, Фандалл, Огун и Сиф хотели уже пойти за ними, но остановились, решив, что делать им там нечего.

***

      Один, Тор и Локи чуть ли не бежали в хранилище. Двери открылись. Троим представилась ужасная картина.       Золото покрыто инеем, в воздухе витал запах гари. Повернув голову они увидели синию руку йотуна и лёд, то, что он был мёртв, было понятно даже ежу. Но самое удачное: ларец пропал       — Нет… — прошептал Один, касаясь места, где должен был быть ларец.       — Как они смогли?! — яростно крикнул Тор, царь вздохнул и взглянул на Локи, который не выражал никаких эмоций.       Один прищурился: иллюзия исчезла.       — Где Локи? — спросил Один озираясь по сторонам.       Вся ярость Тора как ветром сдуло и тот тоже начал озираться по сторонам.       Начали слышаться шаги, но настолько тихие, что их вряд ли кто-нибудь услышал. Справа от них быстро бежала тень, Тор засветился молниями, а Один покрепче сжал Гунгир. И снова эта тень.       «Что происходит? И где Локи?»

***

      Локи незаметно для всех поставил на своё место иллюзию, а сам, став невидимым, поспешил в свои покои. Достал из-под кровати сундук. Тени вселились в него, а змеи приветливо зашипели и уползли по своим делам.       Локи сломал всю свою защиту и открыл сундук ключём, который всегда был в кармане.       Встав, Локи быстрым шагом направился в лабораторию, там он забрал сумку и сложил туда три флакона с кровью, положил коробочку с камнем из Хельхейма, взял свою глефу, шерсть и слюну Фенрира. И направился в хранилище.       Там его поджидали, довольно неожиданные гости — йотуны.       Как они добрались сюда Локи не знал, но решил пока оставаться в тени. Вот два мёртвых стража, йотуны берут ларец. Разрушитель… Смертоносная машина уходит в покой вновь.       И Локи вышел из тени. Ларец вновь звал его. Но долго он не хотел размышлять и взял в руки ларец. Медлить нельзя. Локи увидел как руки его потихоньку синеют, а внутри открывается ледяная сила. Он был в шоке, стали слышны торопливые шаги, и он быстро забрал ларец себе и убежал. Мать всё объяснит, сейчас нет времени.       Он не заметил стража.       — Принц Локи…? — он был сразу убит кинжалом.       Тело уничтожил огнём. Царевич пошёл дальше и остановился у двух развилин.       «Иди в первую, там ты сможешь освободить меня».       Локи кивнул, решив оставить все вопросы на потом и побежал в первый проход. Он был закрыт, но для мага это не было такой уж и проблемой.       Один пас руки и двери слетели с петель. Лофт, оглянувшись, снял свой шлем. Он исчез в руке. Королевские доспехи он поменял на чёрную одежду, а на голову надел капюшон и теперь лица его не было видно.       Локи шёл за зелёным огоньком, который освещал путь. Убирал руками паутину. В воздухе пахло гнилью, а на уши давила мёртвая тишина. Тут Локи наступил на что-то, и это что-то оказались останками от человека. Трикстер присел и оглядел останки       — Судя по останкам ему не менее двух тысяч, альв. Что это за место? «Место, где я могу возродиться» — прошептал голос.       Локи направился вперёд.       Тут он остановился и перед ним загорелись свечи. Эти свечи были вокруг маленькой щели тёмно-зелёного цвета. Локи сразу понял, что это — щель в другой мир, а именно, в Хельхейм.       Локи сделал шаг вперёд и положил сумку на пол. Не обращая внимание на шипение у уха, он доставал нужные компоненты. В его руках появились три кисточки.       Сначала он окунул кисточку в кровь Одина и начал рисовать руны, после взял другую кисточку и макнул в кровь Фригги, а другую кисточку в кровь Тора. Он рисовал руны тремя кисточками, но так, чтобы ниодна из них случайно не смешалась, а то весь труд будет Йормундангу под хвост.       Портал начал расширяться. Локи взял слюну Фенрира и начал капать вокруг портала, но так, чтобы не задевать кровь, в каждую каплю слюны, он клал и шерсть, так, чтобы образовать тоненький чёрный круг. Когда он приклеил последнюю шерсть Фенрира, круг засветился, а портал стал шире и начала виднеться размытая женская фигура. Камень Хельхейма в руке — Локи достал кинжал и разрезал запястье. Алая кровь капнула прямо на камень. И Локи почувствовал смертельную силу.       Любой другой бы моментально грохнулся без чувств, стоило кому-нибудь, испачкать своей кровью Хельхейм или хотя бы камушек. Он заключил бы сделку и был бы уже мёртв. Но Локи не кое-кто, а сын самой богини смерти и из-за этой сделки у него открылись новые силы, довольно мощные. Его кровь, капающая на камень зашипела, и Локи, прицелившись, кинул камень прямо в портал. Там его поймала фигура женщины. Царевич встал, а рана начала затягиваться.       — Jeg er sønn av Døden og sønn iskjempen, etterkommeren av Ymir. Jeg er Loki Lafeison. — начал Локи и портал начал расширяться, а сам постепенно чернеть. Голос в голове ему помогал читать заклинание. — La kraften strømme i mine årer Bryt Odins forbannelse. Og min mor, dronning Hela, Kommer ut av buret til Helheim. Sammen skal vi arrangere Ragnarok, Death of the Gods, death of everything… Å hør meg om de øverste gudene! Frigjør moren min! — закончив читать заклинание, Локи взглянул в портал, который уже расширился.       Фигура женщины начала приближаться и вот уже была видна нога, после тело, лицо… Портал исчез за её спиной. Локи же упал на четверенки и взглянул на неё.       Она прекрана, и Локи понял, что он очень похож на неё. Те же безумно красивые изумрудные глаза, острые скулы, кожа бледная и настолько тонкая, что были видны синие вены. Та же усмешка, чёрные, словно ночь, волосы. Тёмная броня богини не была внушительной, броня облегала тело, придавая ей стройности, зелёные линии на броне и дыры, ключицы открыты, а сзади развивался точно такой же зелёный плащ как у Локи. Она ужасно красива и так же смертельно опасна.       Увидя Локи её взгляд потеплел и она подбежав к своему сыну и крепко обняла.       Прикосновения её холодные, хватка мёртвая. Локи обнял в ответ и позволил себе заплакать. Он чувствовал смешанные чувства: страх, ненависть, любовь, счастье…       Не ошибся. Это не сумасшествие. Это его мать.       — Мама… — он крепче обнял Хелу, та тихо вздохнула и погладила сына по голове.       — Ох, дай мне тебя разглядеть. — произнесла она и Локи ослабил свою хватку и встал. Один, наверно, глядя на него вспоминал её. Хела улыбнулась и коснулась щеки сына, стёрла поступающую слезу. — Мой маленький, я так хотела увидеть тебя.       — А я тебя, мама. — улыбнулся Локи и коснулся её руки. Рука её была так же холодна как и у него.       — Я ждала этого столетия… Или больше, не знаю как здесь течёт время… — прошептала она и огляделась.       — Мама, ты на свободе. Теперь…       — Время мести. — продолжила Хела и усмехнулась. — Я знаю.       — Только скажи мне, — Локи коснулся её предплечья, замечая как дыры на её костюме стали затягиваться.       Асгард — место её силы. Быстро понял Лофт, и вновь взглянул на неё. Она тоже посмотрела на него, смотрела, так, что у Локи покраснели щёки. Он чувствовал её любовь, чувствовал такую любовь, которую не знал никогда.       «Меня любит сама владычица Хельхейма…»       Но вслух он спросил.       — Мой отец — Лафей?

***

      И снова эта чёрная тень, не выдержав, Тор зарядил туда молнией, и тени как и не было. Один застыл на месте, и, взяв под локоть старшего сына, вылетел из хранилища.       Тор еле догонял своего отца, но вопросы лишние задавать не решил, так что молча следовал за ним. Слуги при виде бешеного царя расходились в стороны.       Когда оба оказались вне дворца, Всеотец взлетел и громовержец раскрутив Мьёльнир полетел за ним. На небе сгущались тучи. Оба приземлились у Биврёста.       — Хеймдаль! — крикнул Тор, но ответа так и не услышал. Один зашёл внутрь и чуть не упал. Перед ним лежал мёртвый Хеймдаль, Тор ахнул и подбежал к мёртвому другу. — Нет… Нет! — крик громовержца можно было услышать за километр. Хеймдаль для Тора был почти как второй отец… А теперь он мёртв. — Отец, это…       Тор еле вытащил синий, удвоенный кинжал из шеи стража. Один хмуро взглянул на кинжал.       — Локи…       «Нет… Зачем ему это если только…»       — Так-так-так. — из тени, медленно хлопая, вышел сам Локи. В глазах его бушевал безумный огонь, а губы расплылись в безумной улыбке. В руке его был точно такой же синий кинжал. — Не думал, что ты так быстро прилетишь, дедуля.       Один опёрся о Гунгир, узнал, но как?       Тор времени зря не терял, и кинул Мьёльнир в обезумевшего брата, но Локи вытянул руку и поймал рукой молот. — Это невозможно… — сказали Тор и Один, смотря как Локи спокойно задерживает молот.       Нет… Один чувствовал, что слабеет… Срочно нужен сон…       — Ох, дядя, для меня нет ничего невозможного. — Локи сжал руку, и по Мьёльниру пошли трещины, а после он и вовсе сломался.       Трикстер махнул рукой и связал Тора тенями. Он медленно подходил к Одину.        — Знаешь, дедуля, я бы с удовольствием убил тебя. — и Локи схватил горло уже почти беззащитного Одина, Тор замычал, но не мог никак выбраться. Локи же сжал горло сильнее. — Но ты умрёшь не от моей руки. — зашипел Лофт и ослабил хватку. — Умрёшь от руки своей дочери. — бросив Одина он повернулся к нему спиной.       Ошибка номер один — никогда не вставай спиной к врагу, даже если кажется, что он беззащитен.       Один же, воспользовавшись этим, выстрельнул из Гунгира прямо в него, и Лофт отлетел на приличное расстояние. Царь встал и, забыв об усталости, решительным шагом подходил к Локи. Последний ползал назад: подальше от разгневаного Одина. Казалось, Локи испугался, но глаза его не переставали гореть тем безумством.       — Значит, всё же узнал. — прошипел Один, а Локи прислонился к золотой стене. — Но причём тут Хеймдаль? Зачем убивать его? — весь страх Локи как рукой сняло.       — Дедуля ты мой, не глупи. Хеймдаль мне помешал и я устранил проблему. Тебе мешала моя мать, и ты избавился от неё, я прав?       Но Один не был бы Одином, если бы признал это и крепче сжал Гунгир. Сделал несколько шагов назад, замахнулся. Успел спросить себя о том, что чтобы он делал, если перед ним также сидел Тор. Успел сто раз отругать себя за свои ошибки. Успел…       Он почувствовал холодное лезвие прямо у сердца, опустив голову он увидел чёрный меч, её меч. Не вставай спиной к врагу, да? Хела. Гунгир со звоном упало на пол, жизнь постепенно покидала тело.       «В чём же я ошибся?»       Перед смертью он увидел две пары изумрудных глаз, одинаковую усмешку.       «Я думал, что я хороший отец…»       Один медленно оседал на пол, кровь окрасила золотые доспехи бывшего царя.       «Какая позорная смерть…»       Один последний раз взглянул на таких похожих Хелу и Локи.       Последний же не выдержав кинул в глаз серебрянный шип и теперь Один окончательно ослеп. Боль была невыносимой, хотелось кричать, но смерть брала своё и из горла выходил лишь хрип. «В чём я снова ошибся? Я не делал из Локи оружие, не твердил, что он достоин трона. Хотя в душе знал, он, как никто достоин его. Они достойны, но в кого я их превратил, нет, в кого они превратились? Хватит винить себя, надо открыть глаза на правду: они чудовища».       Один постепенно погружался в темноту.       «Тор, ты единственная надежда. Спаси нас, спаси миры…»       Хела и Локи перешагнули тело Одина и взглянули на связанного тенями Тора. Тот, увидев смерть отца, начал светиться молниями.       — Уходим. — и оба исчезли в зелёной вспышке, ровно до того как на Биврёст обрушилась огромная молния, тем самым разрушив его.       Тор взлетел, светясь молниями. Ища глазами обоих. И не найдя их, понял: они мертвы. Ему хотелось кричать, разрушить всё что только попадалось под руку. Но сейчас нужно мыслить трезво и спустившись, Тор взял Гунгир и полетел прямиком в замок.

***

      Ворвался он довольно эффектно и асгардцы боялись даже дышать. Фригга подбежала к сыну и крепко обняла.       — Один мёртв, Хеймдаль тоже. — хмуро сказал Тор. Царица отшатнулась от него и отрицательно замотала головой, прикрыв при этом рот. — Хеймдаля убил Локи.       — Нет-нет… — всё продолжая мотать головой произнесла царица.       Многие присуствующие обнялись и заплакали.       — Одина убила Хела. — произнёс Тор, мать бледнела всё больше и схватила руку громовержца, еле сдерживая рвущиеся наружу слёзы. — Я отомщу за него, отомщу за них, мама.       Тор поцеловал мать в макушку, крепче сжал Гунгир и отвернулся, уже собирался уходить, но его остановила рука Огуна.       — Ты же не пойдёшь драться один верно? — спросил Огун рядом стоял Фандалл и Вольшагг.       Сиф успокаивала Фриггу и царица проводила асгардцев в безопасное место. Скоро, когда закончила, подошла и Леди Сиф.       — Нужно проучить Локи. Он предал нашу дружбу. — сказал Фандалл доставая меч.       — Он убил Хеймдаля. — сказал Вольшагг доставая секиру, Огун промолчал, хотя сам был бы рад набить рогатую рожу Локи.       Сиф промолчала лишь из-за того, что ещё не до конца верила этому.       Тут земля под ними задрожала, а золото на стенах начала трескаться. Воины взялись за оружие. В этот момент, золото окончательно разрушалось, и вышел огромный чёрный волк.       Огромные изумрудные глаза его яростно блестели, в пасти сверкали огромные клыки, которые уже были испачканы кровью, а на пол капала его слюна. Шерсть волка была крепче любой стали. Фенрир зарычал.       А сверху послышался безумный смех. Возле огромного волка собственной персоной из зелёной дымки появились Локи и Хела.       — Какие громкие слова: отомщу. Эх, вы, бросайте вызов самой смерти?— сказал Локи усмехаясь, он был в йотунском обличии, синяя кожа с замысловатыми узорами, небольшие рога.       — Локи… зачем? — спросила Сиф делая шаг вперёд, но её остановил громовержец, хмуро глядя на племянника.       — О, зачем? — весело поинтересовался Локи, но остальные его веселья уж точно не разделяли. — Месть. Что удивительно! Богиня смерти — моя мать и вам несдобровать. Как рифмы я слогаю, так и смерти вам желаю.       — Начнём?       Фенрир напал.       Ни у кого не было шансов победить огромного волка. Вольшагг был убит первым, после Фандалл и Огун. Сиф и Тор чудом остались живы и только они смогли ранить волка тот заскулил, а из правого глаза пошла кровь.       Хела и Локи, увидев это, напали сами. Тору повезло меньше ведь именно к нему направлялась богиня смерти. А Локи, достав глефу, направился к Сиф… — Миледи, я вас ещё не приглашал на танец, но сегодня день особенный… — Локи поклонился ей и протянул руку. — Потанцуем, любовь моя?

***

      Хела и Локи с улыбкой смотрели на пылающий Асгард.       Они смогли: Асгард повержен. Все боги мертвы…       — Отправимся в другие миры? — поинтересовался Локи.       Хела тяжело выдохнула и выкинула голову брата подальше, ей надоело смотреть на неё.       — Биврёст уничтожен. — вздохнула Хель. Мысль о том, что они застряли в Асгарде не утешала. Локи рассмеялся и протянул ей руку. — Тессеракт!       — Хитёр, умён и изворотлив.       Следующая цель — Мидгард.

Until, The End