имя

— Лиам, — Шерлок всегда произносит его имя, словно, пробует его на вкус, словно, перекатывает льдинку на языке, словно хвастается тем, что понял про него все давным давно. Холмсу скучно, он словно малое дитя ищет чем себя занять (какая ирония, что самый интересный человек, здесь и сейчас, сидит прямо перед ним). Уильям откладывает газету и склоняет голову на бок. — Давно хотел узнать, Шерли, — Холмс стоически пропускает шпильку в свой адрес и весь обращается в слух. Как гончая, заметившая добычу. — Как ты понял? В синих глазах напротив загорается раздражающее самодовольство, что ж, у каждого свои недостатки. Мориарти же действительно интересно, как именно Шерлок раскусил, что перед ним не совсем человек. Понял ли он это с первой встречи или… — Это было элементарно, — последнее слово режет слух и это явная шпилька в адрес Уильяма, но… Сегодня они оба игнорируют ненавязчивые подколы друг друга, почему бы и да. — Если знать куда смотреть, всегда можно понять, что перед тобой дитя Холмов. Уильям не сдерживает лёгкой улыбки. Ну конечно же. — Гламор. — Он самый! Ты сиял, — Шерлок достает сигареты из нагрудного кармана пиджака. — Не так ярко, как сияют другие под гламором, к примеру небезызвестный нам мистер Бонде, нет. Ненавязчиво, так, что сначала даже не поймешь, что не так. Плюс твоя походка, люди так не двигаются. Ты словно плыл не касаясь пола тогда. Только бы слепой это не заметил. Какая ирония... Уильям испытывает иррациональное желание коснуться собственных ушей. Заостренные хрящики, которые выдают не совсем человеческое происхождение, спрятанные под легким налетом гламора. — Дальше больше, история твоей семьи, братья, все эти тайны покрытые мраком и скелеты в шкафу, ну и будем честными, мало кто из смертных бывает настолько гениальным и интересным. За редким исключением. — Мало кто из смертных знает, какой именно крем надо использовать под глаза, чтобы видеть магию. — крем из четырехлистного клевера, такая редкость, но видеть гламор сквозь него легче легкого. Лиам честно пытается не язвить. — За редким исключением. Шерлок беззаботно жмет плечами. — Грешен, любил матушкины сказки об эльфах, — детектив выпускает изо рта колечко сизого дыма. Ну чисто хвастливый мальчишка. — Думаю одним из самых очевидных, стала твоя реакция на то как я тебя назвал. Уильям задумчиво кивает: — На самом деле это стереотип, что нашей братии нравится все ирландское, — Мориарти хмыкает и тянется за чашкой чая. — Стереотип или нет, Лиам, это не отменяет того факта, что ирландский вариант твоего имени тебе куда более приятен, чем «Уилл». Возможно самодовольство Шерлока и бесит, от части, не стоит отрицать, что ход его мыслей завораживает и заставляет улыбнуться в ответ на его реплику. Уильям перехватывает сигарету из чужих тонких длинных пальцев. — Не думаю, что отрицание имеет смысл в данной ситуации, — мягко отвечает Уильям и подносит сигарету к собственным губам. Надо же… Как оказывается все просто. Надо будет как-нибудь отблагодарить матушку Холмс, за то что научила сына смотреть куда надо.