I'm never alone and i well never be

— Да, думаю в следующем месяце сделать татуировку на шее, — говорит Уён одной эйтини на очередном видеоколе. Мальчики не видят ничего плохого в том, чтоб быть откровенными со своими фанатами. Тем более зная, как те любят всякие метаморфозы во внешности. Типа новая прическа, цвет волос, новый прокол или татуировка. Вот и Чон подумал, что эйтини будет интересно узнать, что совсем скоро он обзаведётся ещё одной надписью на своём теле. Или изображением. Он пока до конца не решил, что это будет. Но был уверен точно, что это что-то будет нести огромный для него смысл. Как и две предыдущие работы. — Ты же хотел сюрприз сделать. Зачем сказал сейчас? — интересуется у парня Ёсан после пока они едут домой. Тот только пожимает плечами, мол, не знаю, как-то само слетело с губ. Рано или поздно они всё равно узнают, так какая разница, главное, что от него. — Уже решил, что это будет? — Нет, пока нет. До сеанса ещё есть время подумать. — Даже идей нет? — Уён снова качает головой. Кан даже удивился, как это у его друга, человека, который за миллион лет знает, чего он хочет, сейчас не имеет никакого представления о новой татуировке. — Набей Чхве Сан, я люблю тебя, — говорит носитель данного имени, наконец оторвавшийся от своего телефона. — А ты набьёшь «Я люблю Чон Уёна» на лбу, — язвит Чон и мило хлопает глазками. — Да я же шучу, чего ты сразу. — Ой, а чего это мы сливаемся Чхве Сан? Не хочешь чтоб весь мир знал о нас или… Или ты не любишь больше меня? — брюнет делает вид, что вот-вот расплачется от жесткости старшего. Сан начинает паниковать и старается успокоить танцора: — Я не это имел в виду, я всё ещё люблю тебя, амикус ад арас, ты же помнишь… — Пойду и сведу, — снова вредничает Уён, а Чхве начинает паниковать ещё больше. Рядом посмеивается Ёсан, спереди Сонхва, который наблюдал с самого начала за младшими. Жизнь идёт своим чередом.

***

— Я никогда не один и никогда не буду, — читает надпись Сонхва. После прихода Уёна из тату салона, уже все успели оценить новое произведение искусства на шее парня. — Хорошо звучит. Ты как всегда верен себе, Уёни. — Хён, тебе правда нравится? — Если я скажу, что нет, ты пойдёшь её сводить? — смеётся Сонхва. А потом треплет Чона по голове. — Мне нравится, если нравится тебе. Было больно? — Не больнее, чем обычно. Даже никого брать с собой не пришлось, — брюнет искоса поглядывает на Чхве, который показательно надул губы. Сан хотел сходить с Уёном вместе, чтобы поддержать и первым узнать, что же за надпись выбрал парень. Ведь он до самого конца не разглашал никому этой тайны. Но тот убежал, никому ничего не сказав. — Что мне нужно сделать, чтоб ты не обижался? — вопрошает Уён, обнимая Сана со спины. — Поцелуй меня, — канючит старший, оборачивается в объятьях танцора, и первым прикасается к его губам. Чон улыбается в поцелуй, обвивает руками шею Сана и углубляет поцелуй. Сминает сначала верхнюю губу, потом нижнюю. Чуть засасывает её, цепляется губами и оттягивает. Чхве устраивает руки на талии брюнета, позволяя ему играться. Часто эти игры до добра не доводили, вот и сейчас парень чувствовал, как внизу начинает расходиться тепло. Он сильнее сжал пальцы на талии, притягивая партнера ближе к себе, и настойчивей впивается в его губы. — Сан стой, — понимая к чему всё идет, Уён разрывает поцелуй, отстраняясь от Чхве. — Сегодня можешь рассчитывать только на минет. — Если хочешь, мы можем просто полежать и пообниматься, — улыбается Сан. — Я-то может, и хочу, но вот ты, — его рука скользит по штанам парня и сжимает уже значительное возбуждение, чем выбивает неровный вздох из груди Чхве. — А может тебе хватит немного потереться об меня? Тогда мы можем полежать, — усмехнулся Уён. Сан положил руку на плечо парня и надавил, чтоб он сел на колени. — Найди своему ротику лучшее применение, сладкий, — ловкие пальцы Чона быстро расстегнули ширинку, высвобождая член Чхве. Танцор на мгновенье растерялся, высчитывая вероятность, что разозлённый его ехидством партнер грубо трахнет его в рот. Сан коснулся волос на затылке брюнета, тот словно вышел из транса и поднял на него блестящие глаза. Несколько секунд зрительного контакта и Уён насаживается ртом на член Сана, заставляя того закатить глаза.       Одной рукой Чон схватился за бедро парня, а второй помогал доводить его до заветного наслаждения. Вначале брюнет брал чуть больше головки, постепенно вбирая в рот всё больше и больше. Он старался расслабить горло, чтоб пропустить член полностью в глотку. Наверху слышались томные вздохи, охи, шипение. Но когда орган Сана стал полностью исчезать во рту Уёна, старший зашёлся стонами. Парень сто раз пожалел, что не сел на кровать или хотя бы не облокотился на стену. Ноги его предательски начали дрожать, насколько хорошо отсасывал Уён.       Чхве сжал волосы партнера, оповещая, что скоро закончит. Чон стал активней работать ртом. Через пару минут по комнате разнёсся последний вскрик Сана, переходящий в непроизвольный скулёж, а рот младшего заполнило горячим семенем. — Ты дьявол, Уён, — ноет Сан, ощущая, как тяжесть полностью заполняет его тело. — Ты точно не хочешь ответного отсоса? — уточняет старший, помогая Уёну подняться с колен. — Я хочу ответных объятий и просмотра фильма. Сегодня из меня все соки выжал тату мастер. — В каком это смысле?

***

      Остальные дни протекали, как обычно, тренировки, шоу, съёмки для камбека, потом снова тренировки. Им хватало времени поесть, прийти на юниверс пообщаться с эйтини и лечь спать, чтобы утром встать и начать всё заново. В какой-то момент сил ни у кого не осталось, ни физических не моральных. Хорошо, что время подошло к выходным, и мальчики смогли спокойно расслабиться. Всё это время, Сан ходил вокруг Уёна, как лис вокруг кролика. Возможно, когда на фансайне Сан показал фотку лисы и сказал, что это он, это было верное предположение. Но фанаты решили, что лисом должен быть Уён. А сану досталось королевское звание кота. Хотя коты тоже хитрые, но намного ли хитрее лис?       Парню казалось, что младший специально над ним издевается. Как говорится, возбудим и не дадим. Ходит, крутит пятой точкой, трется ею же о Чхве, а как только его зажимают где-то в углу, сразу линяет. Поэтому выходные отлично вписались в планы Сана. Усаны лежали на кровати, смотря какую-то новую дораму. По правде говоря она была достаточно скучная, и уже через пол часа после начала парни просто говорили обо всём, что произошло за последнее время. — Ты уже снял плёнку? — спрашивает Сан, тянется к месту тату, гладит подушечками пальцев и не ощущает на коже инородных шероховатостей. — Да, уже давно, — проговаривает Уён. Сан подвигается ближе и целует ухо парня, продолжая гладить шею. Чон закрывает глаза и подаётся ласкам, растворяясь в теплом ощущении. Старший всегда так нежен с ним. Чхве перекидывает ногу через танцора и седлает бедра. Он пробирается руками под футболку, оглаживая спину партнера. Затем задирает её, прося Уёна снять мешающую деталь. Парень немного приподнимается, снимает футболку и скидывает её у кровати. Обернувшись, он ловит Сана за шею и утягивает в поцелуй.       Поцелуй был легкий, можно даже сказать ленивый. Но это не делало его хуже, чем страстная борьба за право вести, или жаркий танец двух языков. Чон вышел из поцелуя, продолжая покрывать лицо Сана мелкими поцелуями. А затем лег обратно, полностью отдаваясь во власть своего парня.       Чхве свесился с кровати, и пошарив под ней, вынул бутылку масла для массажа, которую положил ещё утром. Жидкость коснулась горячего тела Уёна, моментально растекаясь по спине, норовя капнуть на постель. Парень подбирает убегающие капли и начинает медленно, но уверено массировать спину. Под ним послышался короткий вздох и довольное мычание. Сан продолжал своё дело, начиная спускаться руками ниже.       Парень снизу что-то невнятно побурчал, приподнимая бёдра, как бы говоря поскорее с него снять вещь. Через пару мгновений штаны вместе с бельём оказались рядом с футболкой. Чхве снова разлил масло, на этот раз на бедра. Круговыми движениями он оглаживал ягодицы, иногда проходясь между ними и надавливая на колечко мышц. Чон снова поерзал, выше поднимая бёдра, Сан усмехнулся и протолкнул палец внутрь. Двигая им туда-сюда, парень вскоре смог добавить ещё один. Уверено растягивая Уёна, Чхве поцелуями поднимался по спине. Закончил на месте татуировки, слишком сильно ему она понравилась. И эта фраза.       Чон всё то время судорожно вздыхал, чуть поскуливал и охал. Сначала от горячих ладоней по телу, а потом от пальцев в заднице. Когда Сани подобрался ближе, парень приподнялся и снова захватил его губы в поцелуй. Затем оглядел его и недовольно цокнул. — Я тут голый, а на тебе всё ещё куча одежды, — Чхве улыбнулся и резко вогнал пальцы в анус, заставляя Уёна первый раз за вечер простонать в голос. — Я готов, готов, пожалуйста, давай сегодня без твоих игр.       Сан вынул пальцы из жаркого нутра, снял одежду и отправил её к уёновой. Надев защиту и распределив смазку по члену, Сан раздвинув ягодицы партнера и вошёл на половину. Уён запрокинул голову, открыв рот в немом крике. Одну руку Чхве положил на поясницу парня, прося прогнуться больше, а вторую поставил около головы Чона, тем самым накрывая его своим телом. Затем последовал первый плавный толчок, и Сан полностью оказался в Уёне. Тот протяжно застонал.       Ооооо Чхве обожал стоны своего мальчика, Ему нравилось, как тот своим голосом направлял его. Быстрее, жёстче, нежнее. Сейчас все звуки, вылетающие изо рта Уёна, говорили, что ему нравится эта нежность, эта неспешность в движениях. Чон буквально плавился в руках Сана. Жался к его телу, будто боялся, что этот жар пропадет. Танцор высоко вскрикнул, когда партнер задел его чувствительную точку и попросил сделать так ещё раз. В дальнейшем Сан двигался только в этом направлении, методично попадая по простате. Парень непроизвольно сжимал его внутри, заставляя Чхве гортанно хрипеть.       Старший снова начал осыпать спину и шею Уёна поцелуями, особое внимание, уделяя татуировке. — Ты никогда не будешь один, — прошептал Сан на ухо младшему. Пребывая в прострации Уён не понял, что имеет в виду паре, поэтому переспросил. — Я всегда буду с тобой, никогда не брошу, всегда буду рядом.       Чон рвано простонал, резко подаваясь на член Сана. Тот сильнее сжал бедро танцора и стал входить резче, приближая обоих к краю. В комнате пахло потом и сексом, от стен отскакивали мелодичные стоны Уёна, рыки Сана и хлюпающие звуки входящего в анус члена. Голова шла кругом, воздуха не хватало, но это не останавливало Чхве вбиваться в партнера. -С-а-а-а-ни… я сейчас… ах… — огонь, горевший внизу живота растёкся по всему телу, сжигая его без остатка. Семя импульсами выливалось из Уёна, пачкая простыни. Сан последний раз толкнулся в податливое тело, и издал гортанный стон, изливаясь глубоко внутри танцора. Тело налилось свинцом, и Чхве буквально упал на Чона. Тот устало заныл. — Что это было? — еле выдавил из себя Уён. — О чём ты? — двигаться было больно, но Сан пересилил себя, вышел из парня, и сняв защиту, закинул её куда-то подальше. Уберутся они после. — Ты… всё время целовал татуировку и… и эти слова, — парень говорил с придыханием, пытаясь привести мысли в порядок. — Я просто люблю тебя, и всегда хочу быть рядом. — Ещё раз такое повторится, я про присасывание в тату, и я запрещу брать меня сзади, — с улыбкой проговорил Чон. Сан некоторое время смотрел на него, а потом засмеялся и загреб в объятья. Парень с удовольствием устроился в них. — Я не шучу Сани, это немного странно. — Ладно-ладно, мистер бука, я больше так не буду. — Ты кого букой назвал?! — взвизгивает Уён, чем вызывает новый приступ смеха у Сана.