Рождественский ангелок

      Рождество — это пахнущая лесом хвойная ёлочка в гостиной, это тёплый треск дров в камине, это смотреть из обогретого дома на холодную снежную улицу. Рождество — это самый светлый праздник в году!       В этом году мы наряжали праздничную ель за три дня до него, среди игрушек были и совсем новые разноцветные шарики, и старые фигурки, всегда занимавшие почётное и самое заметное место. Мы — я, мама и мой брат — достали с чердака коробки с украшениями и приступили к самому ответственному делу, я включила наш собранный многими годами рождественский плейлист. Мой брат, как самый младший в нашей семье, не считая котёнка Скотта, торжественно сидел на плечах у матери и надевал звёздочку на колючий пик ёлки. Когда у него это получилось, мы торжественно захлопали в ладоши, в нашей семье всегда царила атмосфера доброты и взаимопомощи, и ссор никогда не было. Мама давала нам рассмотреть старинные ёлочные фигурки, но вешала их неизменно всегда сама. Их было много: пузатый Санта Клаус в типичном красном костюме с белыми оборками, эльф со смешными острыми ушками, белый медвежонок, имевший довольно милую мордочку для опасного зверя, серебристые часики, которые показывали ровно полночь, — все они были невероятно хрупкими. — А это — моя любимая игрушка…— мама трепетно достала из ящика и развернула из защитной плёнки фигурку ангела. — Это рождественский ангел. Сколько себя помню, он всегда висел на ёлке, весь такой светлый, как само Рождество. Мы с братом, заворожённые, глядели на чудесную фигурку, пока мама не повесила её на ель. Потом внимание вернулось к другим игрушками, о которых тоже слышали интересные истории. Спустя час ёлочка была наряжена и сверкала огнями гирлянды, а игрушки переливались в пёстром свету. — Хорошая работа, дети! — мама любовалась сосновой красавицей. — Может, кто-то хочет горячего шоколада с зефиром? Когда она услышала единогласное «да», мы дружно отправились на кухню, оставив ёлочку мерцать в темноте комнаты.       На следующий день, когда мама с моим братом уехали в магазин, я упаковывала подарки для них. Упаковка для меня была своего рода отдыхом, обернув коробочки плёнкой зелёного цвета с красно-белыми карамельками, я собиралась сделать банты из ярко-красной ленты, как тут котёнок Скотт сбросил её и потащил куда-то в другую комнату. Я, крича что-то негодующее, понеслась за ним, ведь мама с братом вернутся совсем скоро, а ещё не упаковала им подарки! Шкодливый котёнок прибежал в гостиную и пронёсся мимо ёлки, задев её нестабильную подставку. Деревцо опасно закачалось, и мне пришлось ухватиться за его колючие ветки в попытке уравновесить его. Я зажмурилась из-за колючих хвоинок, но держала ёлку до последних её колебаний, как тут услышала звон разбивающейся игрушки. Подождав, пока дерево окончательно вернёт свою устойчивость, я осмотрела пол под ней, и мне поплохело. Разбилась самая лучшая игрушка ёлки — рождественский ангелок. Мне стало до слёз грустно, когда я собрала осколки в руку, игрушка была безнадёжно разбита… Но настоящая буря чувств охватила меня, как только я вспомнила, что этот ангелок - мамина любимая игрушка, она же так расстроится из-за этого, да и меня накажет. Такие перспективы меня ну никак не радовали, и я решила избавиться от улик. Несмотря на мучавшие угрызения совести, я сгребла все осколки и выкинула их в мусорный пакет на кухне, смотря на то, что осталось от ангела, меня охватила паника, ведь мама точно заметит, какой игрушки не хватает на ёлке…       Так и произошло, когда мы ужинали в гостиной тем же днём, мама любовалась ёлочными гирляндами из-за стола, но на мгновение её лицо отразило беспокойство, я чувствовала, что она переводит взгляд то на меня, то на моего брата, но вопрос так и не озвучила.       Всю ночь я ворочалась в постели не в силах заснуть и думала, как мне поступить. С одной стороны, нужно всё рассказать, как есть, но тогда мне ой-как не поздоровится, страшно подумать, что будет. Совесть гложила меня, не давая провалиться в сон, и показывала самые неблагоприятные исходы моего признания. Я встала и бесшумно прошлась по своей комнате, сортируя мысли, проблема выбора ещё никогда не была такой важной для меня. Такая своеобразная прогулка немного успокоила, и я легла обратно, и постаралась уснуть, пока мысли ненадолго затихли.       Проснувшись, я зашла в гостиную, намереваясь последовать на кухню, и увидела маму, которая задумчиво трогала ветви ели. Вдруг я резко поняла, что мне нужно признаться, куда делась её любимая ёлочная игрушка, просто чертовски необходимо, иначе я уже никогда не решусь. Она подняла глаза на меня и улыбнулась моему раннему подъёму, это у меня было в неё. — Мам, — я выдохнула, подходя к ней ближе. — Я хочу тебе рассказать… Это я разбила рождественского ангела. Нечаянно, честно. Мама заглянула в глаза и, должно быть, прочитала в них раскаяние. — Я знаю… — покачала она головой без всякой радости. — Грустно, конечно, но ничего. Спасибо, что ты призналась. — И ты… — осторожно начинаю я, не веря. — не накажешь меня? — Что ты! — мама подняла руки вверх. — Ты же сама мне рассказала, тем более сегодня Рождество! В этом доме никогда не будет наказаний в Рождество! — Я люблю тебя. — И я тебя. И брата твоего. И даже Скотта, кстати, где этот маленький проказник? Это вовсе не рождественское чудо, это — чудо взаимопонимания, доброты и любви. Потому что родной дом — это то место, где тебя принимают любым.