Концы Света

Как только Мира вышла из школы после уроков, ей тут же ударил в нос сильный запах всевозможных майских цветений, от чего ей стало немного дурно. Ситуацию не улучшала невероятная для поздней весны духота, будто до этого так же жарило целый месяц. Утром было ещё прохладно, так что посреди школьного двора уцелела относительно большая лужа, расположившись там голубым пятнышком. Пусть вчера она была значительно больше, это не сильно отразилось на её привлекательности, особенно в такую погоду. Мирослава, недолго думая, скинула рюкзак и распласталась в этом спасительном оазисе. Толстовка и треники быстро впитали воду, что помогло остудить уставшее, худое тело. Блаженство прервал знакомый высокий голос: — Мышь, ты совсем ёбнулась? — девушка, проходившая мимо лужи, захохотала, — ну вы поняли? — она посмотрела на двух своих подруг. — Типо и в лужу, и мозгами, ахахаах. — Наконец подружки ответили ей не очень искренним смехом, и вскоре все вышли за школьные ворота. Мира продолжала залипать на небо. Её весьма радовало, что она «Мышь», а не «Гоблин» или «Пизда ушастая». Ведь «Летучей мышью» она назвала себя сама, из-за симпатии к этим ночным животным, и из-за её неправильно выросших клыков, которые слегка выпирали над нижней губой, что давало ей небольшое сходство с киношными красивыми вампирами, чем она в тайне гордилась. Это уже потом одноклассники высмеяли её ник в инстаграме: — Летучая мышь! Да у нас учиться сам Бэтмен! — блистал своим невероятным, по меркам большинства в классе, остроумием Олег, — Гоблин, ты в курсе что летучие мыши срут и ссут на себя? Ты тоже так делаешь? — кабинет едва не разорвался от подросткового гогота. Конечно, Мышь училась не с одними «юмористами»: — Мира, не обращай на этих идиотов внимание, — вступилась за неё староста, хотя Мыши и так не было до них дела, — а ты Кардышев, кончай приставать к людям, — она сделала очень серьезное лицо, пытаясь показать, насколько она умная и взрослая по сравнению с ними. Возможно, её основной целью было именно это, а не защита одноклассницы. — Кардышев, кончай! — парадируя старосту, приятель Олега начал к нему прижиматься. — Кончай! Кончай! — подхватили остальные. Это было ещё в средней школе, последний раз, когда Мышь пытались задеть публично. После того случая почти все шутки до конца учебного года были про старосту. В рюкзаке возле лужи дзинькнул телефон. Мира резко приподнялась, отчего мокрые кончики чёрных волос слегка ударили по шее. Она встала, немного отжала часть одежды, о сухую часть ткани вытерла руки, достала телефон и увидела сообщение от Артёма: — Блять, ненавижу свою школу! — Знаю. Ты это сейчас к чему? Что то случилось? — Миру немного напугало такое сообщение от друга, ибо она знала с кем он учится. — Да так, почти ничего, просто в очередной раз убедился что они конченые уёбки. — Ты так убеждаешься не в первый, и думаю не в последний раз, неприятно, но стоило бы уже привыкнуть, — облегчённо выдохнув, Мышь потихоньку побрела к своему дому, все ещё залипая в телефон. — Да, но я очень завидую тем, кому повезло с коллективом. Все друг другу помогают, все друзья, нет осуждения, травли… Блять, я сейчас расплачусь. — Понимаю тебя в этом плане, плакать не хочется, но понимаю. Хотя с большинством людей скучно, может это и к лучшему, что нам так не повезло. Не нужно тратить кучу времени и сил на пустые разговоры и кучу денег на подарок каждому к др. — Ты права, мне легче. Действительно, хорошо иметь одну лучшую подругу, которой даже подарок на др не нужен) — Да, не нужен, как я уже говорила, это бессмысленный праздник. — Для тебя все праздники бессмысленны. — Да (: Но у тебя праздники тоже не имеют ценности, кроме дня рождения. — Ну прикольно же отмечать, сколько лет ты живёшь, начинаешь осознавать свою ничтожность относительно мира, истории. — Это можно и просто в паспорте посмотреть, необязательно устраивать какую-нибудь движуху. — С вечеринкой веселее, особенно когда на ней всего трое (если считать мою собаку)), тебе подарок влом дарить. — Конечно, ведь это не имеет смысла, нужные вещи ты в состоянии купить сам. Это ладно, я могла бы подарить что-нибудь полезное, узнав, что конкретно тебе нужно, но ты каждый раз требуешь сюрприз! А если я подарю что-то ненужное? Это будет лишний хлам, собирающий пыль и засоряющий инфопространство твоего дома! — Это будет память) — Какая нахуй память? Я что, сдохла? — и тут её чуть не сбила вовремя затормозившая машина. Мира, залипнув в телефон, случайно вышла на переход, пока горел красный, — Я мало того что должна помереть что бы эта вещь имела смысл, так еще и должны вырубить интернет, что бы даже на мою фотку посмотреть не мог или перечитать переписку. Вот только тогда это будет что-то нужное. И то твоё др каждый год, у тебя моих подарков дохуя, но нет, каждый год нужно ещё. Ты просто ёбаный барахольщик. — Пхпхп, может и так. — Какой пиздец, с кем я вообще связалась, с каким-то гадким дедом, который хранит всякий хлам, между прочим ПОДДЕРЖИВАЯ тем самым уёбную систему потреблядства! — Эй, ну вообще-то не поддерживаю, грубо приведу метафору, но да, я против сигарет, но от одной в год отказаться, ну вот совсееем не могу. — Ладно, не гадкий, но всё равно дед. -) Так, я на курсы, напомни мне потом показать кое-что классное. — А сейчас фотку или видео отправить нельзя? — Это нужно видеть лично! — К тебе ещё и ехать нужно?! Это целый час на метро! — Ты ко мне от силы раз в месяц гоняешь, а то и реже, так что не выёживайся, это того стоит. — Если это не портал в мир рациональных людей, где абсолютно любую информацию передают через интернет, то считай, что я уже разочарована. — О да, именно это, так что после 8 я тебя жду, ещё спишемся) «Вечно он меня интригует какой-то хренью, а я ведусь. Ну и ладно, всё не так плохо, обычно это что-то действительно интересное. В прошлый раз была коллекция бразильских бабочек, которую ему одолжили на время. Артём всегда ещё так готовиться, делает мои любимые фрикадельки, достаёт тапочки, которые купил специально под мой размер, варит кофе в турке, потому что знает, что растворимый я не признаю. Из-за него мне иногда кажется, что моя система почти полного отказа от эмоций неэффективна. Он меня ими раскармливает, будто конфетами диабетика. В каком-то плане, Артём приносит мне больше чувств чем пользы, но при этом он единственный, кто более-менее поддерживает мои идеалы». — увлечённая этими мыслями, она не заметила, как подошла к своему дому. Мышь вошла в квартиру, там как обычно было очень свежо и чисто. Оформление помещения было весьма минималистичным, особенно комната Миры. Её родители были астрофизиками, поэтому стены в их спальне были завешаны всякими картами космоса и расчётами. Игорь Иванович (папа) и Светлана Олеговна (мама) — невероятно трудолюбивые люди, очень увлечённые своей профессией и ничем больше. Свою дочь они родили для Галочки. Кстати, Галочка была не самой лучшей бабушкой, навещала свою долгожданную внучку крайне редко, отчего Мышь не сильно страдала. Она привыкла занимать свой досуг книжками (в основном энциклопедиями) и головоломками, которые дарили родственники на разные праздники. С другими детьми ей чаще всего было скучно, в подвижных играх вроде догонялок Мира быстро выдыхалась и часто травмировалась из-за слабого здоровья, а чем то другим её сверстники занимались редко. Где-то лет с девяти ей уже совсем не хотелось выходить гулять во двор. Благо, именно в этот период жизни в их дом переехала женатая пара с миленькой дочкой Ольгой. Её и Миру объединяла одна лестничная площадка и любовь к потреблению продуктов массовой культуры. У Оли на тот момент появилась спутниковая тарелка, в то время как у Мирославы дома вообще не было телевизора. Девочки часами напролёт после школы смотрели сотни разных каналов, и конечно же, у них часто возникали споры по поводу выбора передачи: — Через пять минут начнётся «Мода из комода», — пыталась вырвать пульт из рук Миры Оля. — Но сейчас же начнётся передача про летучих лис! — Мы про них уже смотрели, — она таки заполучила себе пульт и держала его над головой, это было крайне нечестно, мало того что Оля старше на два года, так ещё и высокая для своего возраста. — Моду из комода тоже! — Мира начала щекотать подругу, но безуспешно, потом ещё несколько раз мощно подпрыгнула, но ей всё равно не хватало росту, — ну пожалуйста, их редко показывают. — Неа, — Оля покачала светлыми хвостиками и переложила пульт в другую руку. — Ну и сиди тогда одна! — обиженно пробурчала Мирослава и хлопнула входной дверью. — И буду! На самом деле не будет, минут через двадцать ей станет скучно без комментатора рядом, и она побежит звонить в соседскую дверь, извинятся. Мире будет сложно устоять перед большими, печальными и круглыми глазами Оли. Девочки придут к компромиссу, и сядут смотреть то, что обоим не нравится. Сейчас же их вкусы более схожи, они подсели на различные не особо качественные мелодрамы. Ольга обычно включала подобное только на фон и не особо вникала, а Мира наоборот отслеживала каждый шаг персонажа и максимально осуждала за почти любое действие. Посмотрев, обязательно писала лицензию в духе «очередная проходная хрень» и садилась с нетерпением ждать второй сезон. Мышь стремительно переоделась в сухое, ибо ей было слишком дискомфортно тащить на себе тяжёлую влагу. Потом она потащилась на кухню в надежде обнаружить там уже готовую еду, делать сейчас что-то самой было лень. Но прежде холодильника, её внимание привлекла записка на столе. Родители не оставляли обычно подобного, они либо отправляли смс, либо звонили. На белом листке аккуратным подчерком было написано: «Мирослава, ты уже достаточно взрослая девочка, чтобы понять…» — нет, чтобы вы косвенно сняли с себя ответственность быть родителями и могли не объяснять ситуацию полностью, — мысленно дополнила Мышь, её раздражало обращение «взрослая девочка», ибо тут и «взрослая» что означало «должна бы уже многое понимать», и «девочка», всё ещё маленькая, чтобы мы тебя нормально уважали. — «… чтобы понять некоторые особенности нашего мира. К нам приближается астероид площадью 74 км (тот что уничтожил динозавров был 10). Примерно через месяц человечества не станет с очень большой вероятностью. Это государственная тайна, которую кроме правительства и учёных никто не знает. Если объявить об этом официально, начнётся массовая паника и хаос. Проживи этот месяц полной жизнью и постарайся ни в чём себе не отказывать, а то даже ничего не празднуешь уже лет пять. Мы оставили тебе денег, не очень много (уж прости, но мы хотим как следует оторваться перед смертью), но достаточно для весёлого завершения существования. С заботой и вниманием, твои родители. P.S: Бумажку сожги после прочтения, нам запрещено распространять информацию, даже среди семьи.» «Полной жизнью, а сейчас я живу худой да? — Мира улыбнулась собственному каламбуру, — они так и не приняли моё мировоззрение. Ну и нахуй надо, верно? И деньги мне их не сдались, могли бы уж просто сказать «Нам на тебя как обычно похуй, но мы сделаем вид, что нет, прикрывшись формальностями и деньгами» — она с удовольствием сжигала письмо, залипая на огонь. Потом выкинула пепел и наконец-то заглянула в холодильник. Там, как и ожидалось, ничего съедобного на взгляд Миры не было. — Правильно, зачем оставлять что-то готовое «взрослой девочке»? «Взрослая девочка» должна сама себе всё покупать и готовить, даже если узнала шокирующую гос. тайну, ведь каждый день такое, не привыкать, да. — незаметно для себя Мышь начала озвучивать свои мысли, — А если бы я сейчас упала в обморок от таких новостей? Никого не ебёт? — тут она осознала, что говорит в пустоту, но ей уже было комфортно рассуждать вслух, — меня не нужно успокаивать, да, ведь у меня абсолютно не было планов на жизнь, и я с радостью приму смерть в любой момент! — слегка повысив голос, Мира поняла, что поддаётся эмоциям, причём в основном из-за голода. Чтобы прийти в себя, ей срочно нужно было поесть, потому она вышла на лестничную площадку и позвонила в соседскую дверь. Оля точно не откажет в подобном подруге. Дверь почти сразу открыли, на пороге стоял Славик, едва помещаясь в дверной проём. Будучи парнем Оли, он скорее походил на её брата: такой же высокий, худой, со светлыми волосами и с выделяющимися большими карими глазами. Им вообще нравилось представляться родственниками на разных тусовках, а потом целоваться у всех на виду и наблюдать реакцию окружающих. В принципе, эта парочка весьма любила внимание, они часто делали совместные косплеи на разных фестивалях, выступали в подземных переходах или просто на улице, Оля пела, а Слава играл на синтезаторе. Так же эти двое были просто помешаны на куклах, ими был заставлен весь дом. Некоторых они купили за слишком большие для такой безделушки, деньги, как считала Мира, а некоторых они сделали сами и иногда даже продавали, тоже за немалую сумму. — О, Мышь, ты могла бы не звонить, а сразу зайти, своя же, мы пока дома дверь не закрываем. — Ага, а вдруг вы трахаетесь? — Мира разувалась в прихожей. — Почему вдруг? — с другого конца квартиры спросила Оля, — ты всегда очень удачно приходишь, у тебя уже видимо гиперчувствительность на секс. Начни уже мутить с этим Артёмом… — Нет, вы просто сраные нимфоманы, каждый день по несколько часов ебётесь. Вы думаете, это нормально? Средний половой акт у нормальных людей минут 15 длится. — Ну во-первых, половой акт это не весь секс, а только часть с проникновением. А во-вторых, почему ты просто не ответишь своему Артёму взаимностью и не прекратишь нам завидовать? — Ольга появилась в коридоре, и выглядела она весьма развратно: длинные волосы были распущены, а кружевная сорочка едва прикрывала интимные места. — Я выше всех этих ваших романтических отношений и плотских утех, есть вещи куда интереснее и приятнее. — Да-да, например осуждать своих друзей за естественный процесс. Эх, ладно… — Оля направилась в сторону кухни, — Ты что нибудь кушать будешь? — Буду, я на самом деле за этим и пришла, мои родаки уехали и дома ничего не оставили, а ещё… Её прервал звонок в дверь. Славик снова пошёл открывать, но перед этим посмотрел в глазок, ибо вторые гости за день казались уже подозрительными. Не увидев чего то страшного, он спокойно потянул ручку на себя. На лестничной площадке стояла пара подростков. Обоим на вид около пятнадцати. Парень среднего роста, в полуспортивной одежде, судя по чертам лица, у него в роду были люди кавказских кровей, но не очень много, рядом с ним стояла маленькая девчушка с волнистыми волосами чуть ниже плеч и броским макияжем. Славик явно немного удивился подобным гостям: — Какие люди! Макс, сто лет не виделись, по какому поводу ты решил меня навестить? — он бросил взгляд на его спутницу, — Кстати, симпатичная у тебя подружка. — Слав, эээ, слушай, к тебе дело есть, точнее к твоей тёлке, она ж тип медик, да? — Да, моя девушка учится на втором курсе мед. института, пока что специальность — лечебное дело, но после она планирует в ординатуру на пластического хирурга, а что? — Ну короче, аборт сможет сделать? Вот ей, — он качнул головой в сторону девчушки, та немного засмущалась: — Эээ, там всего восемь недель тип, таблетки, я слышал, можно ёбнуть и всё типа… Из кухни вышла Оля: — Не всего восемь недель, а уже! Тут таблетки вряд ли помогут. — её абсолютно не смущало встречать полуголой незнакомых людей, — Ну что вы стоите, проходите, садитесь! В ногах правды нет. — она уже успела налить чаю на пятерых и поставить разных вкусностей на стол. На всех едва хватило места и стульев, но кое как уселись. Мира уминала печенье и прибывала в лёгком шоке от столь насыщенного дня. Ей до этого казалось, что истории про беременных малолеток можно увидеть только в реалити шоу, но никак не на кухне у подруги. Конечно, это классно, быть свидетелем таких событий, но Мыши не нравилось находиться в одной комнате с подобными людьми. «Типичное быдло, — так она часто писала Артёму о своих одноклассниках, — самый настоящий биомусор, не приносящий никакой пользы обществу! Более того, они ещё и активнее всего плодятся, — думала Мира смотря на гостей, — «ровный пацанчик» и его «малая», классика. — больше её раздражала «малая», то ли из-за того, что в ней была какая то напущенная манерность в купе с вульгарным внешним видом, то ли просто из-за того, что сидела ближе, — наверное эта тпшка кроме как краситься и садиться на члены, больше ничего не умеет. Боже, и данное существо уже готово сделать себе подобного, — от этой мысли ей стало не по себе. — Тааак, ну и как тебя зовут, куколка? — обратилась Оля к девчонке. — Настя. — Настя… у тебя такое милое личико, голубые глазки, немного пухлые щёчки, а губки бантиком! Хоть на полку такую ставь и любуйся! — Не забывай что у неё внутри ещё одна «куколка», — напомнила Мышь, — которую тебе надо как-то извлечь. — Кукла в кукле, Настя, да ты у нас матрёшка! Матрёшка была уже слишком смущена, что бы что-то отвечать. — Насчёт аборта, — наконец-то продолжила важную тему Ольга, — на таком сроке можно сделать, но только либо вакуумный, либо выскабливание. Для вакуумного у меня нет нужного аппарата, а выскабливание… Ну как тебе сказать, немного рискованно, даже самый безопасный, медикаментозный, без нужных средств и наблюдения специалистов, весьма неприятная вещь, — она посмотрела на Настю — ну надеюсь ты не боишься кровотечения, которое будет сложно остановить или не остановить. В комнате повисла тишина, почти у каждого присутствующего в голове возникла неприятная картина мёртвой девочки с окровавленным низом. Настя была готова расплакаться: — Меня убьют, просто убьют, в любом случае, — она вся тряслась, а из её глаз начали катиться крупные слёзы. — Можно не делать аборт, — неожиданно для самой себя выпалила Мышь, — рожать не придётся, — она заметила, что все на неё пристально смотрят, ожидая услышать решение проблемы, — короче, через месяц, мы все умрём. Астероид, конец света, всё такое. — Чё? Ты что несёшь вообще?! — Макс резко двинулся в сторону Миры. — Спокойно, у неё родители астрономы, вполне может что то такое знать, — Оля сама была немного в шоке от слов подруги. — Это гостайна, мне нельзя подобное рассказывать, дабы панику не поднимать. Но тут такое дело, я решила, что стоит всё-таки, — на самом деле Мышь понимала, что может говорить об этом кому угодно, всё равно ей почти никто на слово не поверит, и без доказательств это пустой звук. Она просто решила предать важности своей персоне. — В подтверждение, я не приду ни на один экзамен, хотя у меня хорошие пробники. Будущего уже не будет, нет смысла париться об учёбе, — Мира звучала на редкость убедительно. Она посмотрела время на телефоне, было уже пять вечера, а от Артёма ничего не слышно, это напрягало, ведь обычно они поддерживали связь почти 24/7, а тут от него нет даже мема какого-нибудь. Тем более, он собирался показать что-то крутое, в таких случаях он обычно постоянно что то пишет, что бы нагнать интригу, — Ээ, ну что ж, проживите этот последний месяц круто, а я пойду, мне надо ещё одного человека об этом известить. — Ммм, к своему Артёму поедешь? — ухмыльнулась Ольга. — А что не напишешь? — Славик удивился инициативности Мыши, — ты у нас дальше подъезда выходить очень не любишь, — и тут до него дошло, — точно секретная инфа же, соцсети-то проверять могут на теракты всякие, утечки. — Да, — на самом деле она не была уверена проверяют её или нет, — и ещё его нет в сети уже больше часа. — Ну и что? А меня неделю не может не быть, в этом ничего такого. — Слав, ну это же её второй ультра разум, им нужна постоянная информационная связь, — Оля приложила указательные и средние пальцы к вискам, имитируя телепатию, — высшие отношения! — Понял, — он повторил жест своей девушки, и они стали пафосно смотреть друг на друга, а вскоре не удержавшись заржали. — Вы конченые? — Мира резко встала громко отодвинув стул, — Вдруг с ним что нибудь случилось?! — она была рассержена на своих друзей и растеряна, её редко берёт на эмоции, но видимо сегодня такой день, — Я иду искать его.