Ожидание/Реальность

Стоит звоночку лифта капризно звякнуть, как все сотрудники финансового отдела поворачиваются на резкий звук, желая увидеть, кто же этот «везунчик», опоздавший уже на целый час от начала рабочего времени. Тэхён незаинтересованно кидает в сторону лифта мимолетный взгляд, нехотя отрываясь от работы, потому что повисла неестественная тишина — никто даже по клавиатуре не клацал, было слышно лишь чью-то твёрдую поступь, эхом отдающуюся о плитку пола. Брови парня непроизвольно ползут вверх, когда он видит, что этим опоздавшим является сам директор. Мужчина твёрдым шагом направляется к своему кабинету, игнорируя нерешительные приветствия сотрудников, которые провожают его поражённо-изумленными взглядами. Тэхён буквально кожей ощущает исходящие от директора мощные флюиды напряжения, когда тот проходит мимо его рабочего места, смотря точно перед собой. Парень не решается поздороваться с ним, боясь ненароком привлечь чужое внимание, да и страх попасть под горячую руку слишком велик. Он провожает быстро удаляющуюся фигуру мужчины, мысленно гадая, что могло случиться у него с самого утра, что тот одним взглядом сейчас может остановить целый поезд. Стоит Чонгуку скрыться в своём кабинете, хлопнув дверью, как все работники облегчённо выдыхают и переглядываются между собой, строя какие-то предположения касательно его опоздания и странного поведения. Тэхён, разумеется, в этом участия не принимает и возвращает всё своё внимание на монитор компьютера. Когда он перечитывает одно предложение пятый раз, а смысла понять так и не может, Тэхён обессилено накрывает лицо ладонями, делая глубокий вдох. Все мысли занимает директор, и как бы он ни старался не думать о нём, беспокойство скручивает все внутренности в тугой узел, не давая сосредоточиться на работе. Да, он признался, что влюблён в мужчину, но что дальше? У их отношений заведомо нет никакого будущего, а значит он должен попытаться «утихомирить» свои чувства, пока не стало слишком поздно. Он элементарно не подходит Чонгуку, не достоин быть с ним и претендовать на него. Он самый обычный парень, ничем не примечательный, а директору нужен лучший. Тэхён отнимает руки от лица, складывает их в замок и по-прежнему смотрит невидящим взглядом в монитор, не замечая, что глаза начинают слезиться из-за того, что он подолгу не моргает. Он опять утопает в самобичевании, совершенно не контролируя этот процесс. Когда он представляет, что у него с Чонгуком могло бы что-то получиться, в голове сразу возникает образ того самого Чимина, и обида незамедлительно даёт Тэхёну удар поддых, сжирая с потрохами. Ему хочется надрывно реветь, потому что он не ожидал от себя, что привяжется к своему начальнику так сильно за такой короткий срок, а ещё и безответно влюбится, как в дешёвой мелодраме, без единого шанса на счастливый финал. Почувствовав, как пальцы отчаянно вцепились в подлокотники рабочего кресла, а зубы болезненно впились в нижнюю губу, Тэхён обречённо думает, что он неудачник. Потому что, несмотря на осознание своей никчёмности, он не может отказаться от Чонгука. «мне необходим перерыв, » — думает парень, смаргивая влагу, чувствует металлический привкус во рту и неприятную ноющую боль. Лучше бы только физическую. \\\\\\ Ближе к обеду, когда перед глазами уже стоят бесчисленные графики и цифры, Тэхён мечтает лишь об одном — покушать и не уснуть за рабочим местом. Не думать о Чонгуке было сложно, и парень дважды порывался зайти к нему под глупым, но единственно допустимым, предлогом: «Хотите кофе?». Но смелости всё же не хватало, да и здравый смысл орал, что он дурак и такими темпами никак не избавится от ненужных чувств. Только Ким отодвинул от себя телефон, как он завибрировал и игриво мигнул фонариком, оповещая о новом уведомлении. Тэхён не успевает помолиться, чтобы это был кто угодно, кроме директора, как глаза быстро пробегаются по уже привычному «Зайди ко мне». Весь запал в парне пропадает мгновенно, но он всё же заставляет себя подняться со стула и на автопилоте, чтобы не передумать в последний момент, идёт к кабинету директора. Привычно постучавшись, втайне надеясь, что его не услышат, он уже через пару мгновений стоит в кабинете, нерешительно переминаясь с ноги на ногу под прищуренным взглядом мужчины. Радует, что Чонгук уже не выглядит злым, только недовольным. Мужчина сидит в кресле перед своим ноутбуком, потеряв к нему всякий интерес, обратив всё своё внимание на вошедшего парня. Холодный взгляд пробирает до мурашек, и Тэхён буквально ощущает, как его чёрная рубашка на спине под пиджаком начинает неприятно липнуть к коже. Что уж говорить о пальцах, которые он неосознанно заламывает, и нижней губе, что вот-вот — и опять начнёт кровоточить. — Тэхён, перестань трястись, я тебя не съем, — мужчина криво усмехается и на пару секунд прикрывает глаза, будто у него неожиданно заболела голова. У парня сердце сжимается, когда он видит директора таким уставшим и вымотанным, хотя тот и приходит быстро в себя, возвращая сосредоточенный вид. Отточенным движением приподняв левую руку, чтобы рукав чёрного пиджака и манжета рубашки не мешали, Чонгук переводит взгляд на наручные часы, что-то быстро прикидывая в голове. — Ты же помнишь, что вчера согласился со мной пообедать? «Я помню, что как раз-таки не соглашался, » — уныло думает Тэхён, не зная, как отказать мужчине. — Не было такого, — произносит неуверенно, будто сомневается, а не согласился ли он действительно вчера на предложение директора. Вдруг его память подводит, а? — Молчание — знак согласия, — весомый аргумент, ничего не скажешь. — Я не думаю, что это будет правильно… — с явным сомнением в голосе, произносит парень, — будет… достаточно неловко, если нас… с вами увидят вместе. — Тэхён, я тебе как будто не пообедать предложил, а переспать, — фыркает Чонгук, а парень заливается краской и лепечет себе под нос извинения, начиная нервничать ещё больше. — Нет ничего такого в том, что мы сходим пообедать вместе, — словно обращаясь к ребенку, произносит мужчина и думает, что в каком-то роде именно ребёнка он и уговаривает. Великовозрастного, правда, но неважно. Чонгук смотрит, как у парня активно работают мыслительные процессы, и уже готов вновь поторопить его, но слышит негромкое насквозь пропитанное неуверенностью «я согласен» и облегчённо выдыхает. — Хороший мальчик, — не скрывая довольной ухмылки, произносит Чон, поднимаясь из-за стола, и, взяв с собой лишь телефон, направляется к Тэхёну, который смотрит на него словно подбитый щенок. В самое сердце. — Пойдём. — Не называйте меня так, — серьёзно произносит парень, отводя взгляд в сторону, когда мужчина оказывается в полушаге от него, и, не дожидаясь его реакции, первым выходит из кабинета. Чувствуя на себе чужой внимательный взгляд, Тэхён пытается сделать максимально непринуждённый вид, приближаясь к лифту, но удаётся ему это из рук вон плохо. Весь отдел уже опустел, и было вдвойне неловко идти один на один с директором, который явно хотел что-то сказать, но пока что сдерживался. В напряжённом молчании они спускаются на первый этаж, где Чонгук, бросив сухое «за мной», кивает в сторону выхода из компании и идёт к нему, не дожидаясь младшего. Парень послушно плетётся следом, поджимая губы и смотря исключительно себе под ноги. Выйдя на крыльцо, Тэхён не замечает, что мужчина остановился, и налетает на него сзади, ударяясь подбородком о чужой затылок. Парень отскакивает в сторону и тут же начинает извиняться и кланяться, спрашивая, всё ли в порядке. — Тэхён, всё хорошо, ты же неспециально, — Чонгук дарит успокаивающую улыбку и кладёт свою ладонь чуть выше локтя парня, слегка сжимая, чтобы тот точно поверил, что всё в порядке. — Иди рядом, а не сзади, будто мой телохранитель, вот и всё. Тэхён пару раз глупо хлопает глазами, осознавая, что на него не сердятся, даже наоборот, подбадривают. Он опускает взгляд вниз, смотрит, как чужие пальцы по-прежнему крепко держат его руку, и как-то отдалённо осознает, что прикосновение затянулось. — Красивое кольцо, — говорит первое, что пришло в голову, парень, разглядывая украшение из белого золота, что красуется на указательном пальце мужчины. — Спасибо, брат подарил, — Чонгук наконец возвращает к себе руку и кивает куда-то в сторону. — Давай поспешим, я голодный. \\\\\ В кафе очень уютная атмосфера, играет ненавязчивая музыка и пахнет чем-то сладким. Тэхён бы насладился всем этим сполна, если бы мог расслабиться хоть на секунду перед директором. Они устроились на втором этаже за столиком у окна напротив друг друга. Посетителей было достаточно мало, что странно, учитывая обеденное время и то, что кафе находится в центре всегда оживлённого Сеула. Парень скользнул взглядом по рукам мужчины, обтянутым белой рубашкой, который сейчас изучает принесённое меню, и переводит взгляд на недалеко стоящую вешалку, на которой висят их пиджаки. В кафе достаточно тепло, и он последовал примеру старшего, тоже оставаясь в одной чёрной рубашке. — Ты уже что-нибудь выбрал? — Чонгук смотрит на задумавшегося парня, который тихо бурчит, что ещё нет. — Тут очень вкусные пирожные с заварным кремом и малиновые чизкейки, — мужчина видит, что парень совершенно не знает, что лучше выбрать, нервно перелистывая меню. Ну какой милый, боже. — Тэхён, возьми вот это, тебе понравится. Меню, что держал парень, мужчина забирает и кладёт на стол. Ким удивлённо и чуть смущённо наблюдает, как Чонгук, смотря на меню вверх тормашками, находит какой-то десерт и указывает на него пальцем. — Хорошо, — увидев, что десерт состоит из молочного шоколада и маршмеллоу, он тут же соглашается. — Тогда всё, я определился с заказом. Спасибо за помощь. Через семь минут им приносят их заказы, и первым делом Тэхён тянется к пузатой чашке с дымящимся чаем. Приготовившись сделать глоток, он зачем-то поднимает взгляд на Чона и давится, обжигая кончик языка, встретившись с его пристальным взглядом. — В-вы чего? — Чонгук вопросительно поднимает брови. — Смотрите на меня так, будто у меня что-то на лице. — Извини, ты просто милый, — легко отвечает мужчина, а у Тэхёна дыхание спирает, и он не знает, как реагировать. Рука невольно тянется к галстуку и ослабляет его в надежде, что дышать станет легче. Этого, разумеется, не происходит. — Не говорите так, — почти жалостливо лепечет парень, потому что ну как ему может разонравиться мужчина, если он такое говорит? Пусть лучше отчитывает каждый день и злость срывает, ей-богу, но не это. — Всё-то тебе сегодня не нравится, — Чонгук цокает языком наигранно недовольно, но уголки губ сами по себе тянутся вверх. — Если ты милый, я буду тебе это говорить. — Звучит как приговор, — тихо сопит Тэхён и отламывает ложечкой небольшой кусок принесённого десерта преувеличенно сосредоточенно. Он чуть не мажет мимо рта, когда слышит тихий смех Чонгука и смущённо отводит взгляд на окно. — Странный вы сегодня. На пару минут оба замолкают, смакуя свои десерты. Ким думает, что отныне всегда будет доверять выбору мужчины, и, если он его ещё раз позовёт сюда, то парень непременно согласится. — Удивился, что я опоздал и был не в духе? — «Не в духе» — мягко сказано, — кивает парень и выдерживает зрительный контакт с Чоном, ненавязчиво намекая, что хотел бы узнать, почему тот опоздал и был злой с самого утра. Мужчина пару секунд молчит, отламывает ложечкой от своего большого малинового пирожного очередной кусочек и, только съев его, спокойно отвечает: — Чимин с утра приехал выяснять какие то дела и вывел меня своей упёртостью, — в голосе слышно холод, а брови младшего непроизвольно сводятся к переносице от неприятных воспоминаний. Тэхён чувствует, как в волнении забилось его сердце; садится на мягком диванчике ровнее и пристально смотрит на директора. — Ммм… — тихо издал Тэхён. А насчёт возраста… по виду, если он хорошо его запомнил, парень выглядел где-то его возраста, если не младше. — А сколько ему лет? — Тридцать один в прошлом месяце исполнилось, — парень поражённо смотрит на директора, — Тэхён, ты побледнел… Не бери в голову то, что сказал Чимин, у него юмор такой, мы часто так шутим, тебе пока не понять. Парень ничего не отвечает, молча колупается в остатках своего десерта и делает из него непонятное нечто. Как тут не побледнеешь, когда начинаешь думать об этом? — Давление упало, — вяло отвечает парень, очень сильно жалея, что всё-таки согласился пойти с директором. Вкусный доселе десерт кажется приторной отравой, и Тэхён едва сдерживается, чтобы не перевернуть тарелку, как последняя истеричка. Он даже не испытывает угрызений совести, что соврал про давление, а то что бы он должен был сказать? Тэхён поджимает губы и отодвигает от себя тарелку с развороченным десертом. Наелся. Сполна. — Тэхён, чтобы давление поднялось, нужно съесть что-нибудь сладкое или хотя бы выпить кофе, — мужчина смотрит на свой чай и переводит взгляд на тарелку младшего — молочный шоколад, конечно, не так действенен, но тоже сойдёт. — Тэхён, скажи «ам!» Парень тупо смотрит на то, как начальника, чудом найдя кусочек покрупнее, направляет на него ложку с пирожным, и переводит взгляд с десерта на мужчину и обратно. — Вы меня совсем ни во что не ставите? — Тэхён складывает руки на груди и хмуро смотрит на старшего. — Я, по-вашему, совсем ребёнок? — Ну, сейчас ты насупился совсем не как взрослый парень, — по-доброму усмехается мужчина, и Тэхён волей-неволей не может дальше хмуриться. — А теперь съешь уже эту штуку, на нас люди косятся. Младший быстро оглядывается по сторонам, действительно замечая пару заинтересованных происходящим между ними людей. Он чувствует, как начинают гореть его уши. — Если бы вы не решили так сделать, на нас бы не косились, — деланно недовольно бурчит парень, но, заметив, как сжимаются чужие губы в тонкую линию, быстро подаётся вперед и съедает свой десерт, непроизвольно причмокнув губами, когда отпускал ложку. Чонгук мгновенно смягчается и одобрительно кивает головой; Тэ по глазам видит, как тот немо произносит «хороший мальчик». — Дальше я сам справлюсь. Тэхён забирает свою ложку из чужих рук и уже опять готов душу продать за этот вкуснейший десерт.Чонгук пьёт остывший чай, явно пряча улыбку за чашкой. — Вы часто здесь бываете? — набирается смелости спросить парень, потому что слишком неловко сидеть в тишине и чувствовать на себе чужой взгляд. — Я тут впервые, если честно, —Чонгук подцепляет ложечкой большую ягоду малины и отправляет её в рот, неспеша смакуя и любуясь смятением на лице младшего, у которого забавно округлились глаза. — Я обычно заказывал отсюда на дом. Не люблю сидеть в кафе, но… — мужчина взглядом обводит со вкусом подобранный интерьер, — здесь весьма атмосферно. Я не пожалел, что пришёл сюда с тобой. — Я почему-то думал, что вы всегда обедаете с другими директорами. Поймут ли вас, если узнают, что вы обедаете с простыми сотрудниками? — Тэхён, мне не требуется чьё-то одобрение и совершенно не волнует мнение посторонних. Тебе неловко со мной? «ахиреть. вы только заметили?!» — Да не то чтобы, — уклончиво отвечает парень, крайне заинтересованно разглядывая здание компании из окна кафе, а когда решается мельком взглянуть на Чона, видит, как тот пытается сдерживать улыбку, тоже смотря немного в сторону. — Зачем спрашивали, если знаете, что да? — Так «да не то чтобы» же было, — передразнивает Чонгук, веселясь с реакции Тэхёна, который пытается выглядеть невозмутимым, но заалевшие щёки выдают его с головой. — Я хочу, чтобы ты перестал трястись, когда видишь меня, и больше находился в моменте, чем в своих мыслях. Понимаешь, о чём я? — нет, но парень кивает и пытается сосредоточиться на лице мужчины, чтобы хотя бы создать видимость, что он его внимательно слушает. Так очевидно смотреть на определённую часть лица было бы некрасиво и нетактично, а мысль попытаться расфокусировать взгляд Тэхён тут же отметает, потому что не горит желанием предстать перед директором с глазами аля «один на вас, другой на Кавказ». Парню приходится нарочито медленно скользить взглядом по чужому лицу, чаще всего, разумеется, останавливаясь на глазах. — Я понимаю, что это непрофессионально с моей стороны в какой-то степени, но у меня к тебе несколько иное отношение, чем к другим сотрудникам, — мужчина прикусывает губу. — Тэх… — мужчина тянется к ладони парня, но замирает, услышав, как его кто-то зовёт: — Чонгук! — Тэхён поджимает губы, складывает на груди руки, чтобы его теперь не могли коснуться, и продолжает сверлить старшего тяжёлым взглядом. Хотел взять за руку, но передумал? — Мы не договорили! Тэхён оборачивается на создавшего столько шума человека с недовольным видом и, не удержавшись, закатывает глаза, потому что к ним стремительно приближается Чимин. Заебись. Только этого здесь не хватало. Это что, сюжет дурацкой дорамы, что всё оборачивается так? Парень уверенно подходит к их столику, но смотрит исключительно на Чонгука, терпение у которого быстро исчезает. Тэхён разглядывает невысокого мужчину, которому на вид всё равно не дал бы больше двадцати четырёх, и прикусывает губу. Сука. Тэхён невольно сравнивает его с собой и раздражается ещё больше: у него губы не бантиком, нос не такой аккуратный, волосы ублюдочно вьются и уши торчат. «как меня земля, блять, носит» — Мы с тобой всё выяснили. Уходи, вечером поговорим, — стальной голос мужчины приводит Тэхёна в себя, и он с неким самодовольством переводит взгляд на ничуть не смутившегося Чимина. — Я пришёл к тебе на работу, а мне сказали, что видели, как ты уходил с каким-то парнем в кафе через дорогу, — зло шипит Чимин. — Почему ты мне ничего не говорил? Он же идеально нам подходит! — он резко оборачивается на напряжённого и не менее злого Тэхён и брезгливо кривит губы. — Очередная шлюшка? — Чимин, — предостерегающе произносит Чонгук, одним взглядом заставляя того замолчать и поджать губы. — Ты пришёл ко мне на работу, тем самым в очередной раз нарушив наш договор. Сейчас ты ведёшь себя не как мужчина, а истеричный ребёнок, — нервно выдал злой, но спокойный Чонгук — Иди домой, Чимин. Вечером поговорим. Тэхён, наблюдая за развернувшейся картиной, где уже оба мужчины смотрят друг на друга и ведут молчаливый диалог между собой, понятный только им, отсчитывает пять секунд. Когда за это время ничего не меняется, парень встаёт из-за стола, решив, что больше терпеть не намерен. — Господин Чон, обед уже закончился. Не задерживайтесь сильно, — парень не ждёт никакой реакции со стороны мужчины, — он даже не уверен, услышал ли его Чонгук, — и быстро покидает кафе. «вот и платите за меня, вам же нравится всё держать под контролем и чувствовать себя главным. в жизни больше с вами за один стол не сяду!» — зло думает Тэхён, вытирая холодные слёзы накопившиеся от очередной обиды. Его снова обзывали «очередной шлюхой», вот и ломай себе голову, что он имел ввиду. Между этими мужчинами, явно не самые простые отношения, у них что, какой-то совместный сутенерский бизнес по торговли шлюх? Думая про себя, Тэхён широким шагом направляясь к компании. \\\\\\ Когда до конца рабочего времени остаётся пара минут, парень видит новое письмо на почте и нехотя открывает его. Чон Чонгук. «Забери свой пиджак, будь добр.» Тэхён тихо ругается, мысленно отчитывая себя за опрометчивость. Красиво уйти смог, а забрать свои вещи нет? Позор. Идёт к кабинету мужчины с видом, будто его приговорили к расстрелу, и даже, как сам считает, испытывает нужные эмоции обречённости и принятия. Дверь оказывается слегка приоткрытой, будто только его и ждала. Ким молча заходит внутрь и тут же находит взглядом Чонгука. Тот стоит, о чём-то глубоко задумавшись, привычно опираясь бёдрами о край стола, а в руках держит техёновский пиджак. Закрывая за собой дверь, парень постарался хлопнуть сильнее обычного, чтобы наверняка привлечь чужое внимание. И получилось. Когда он обернулся, морально готовый столкнуться с чёрными глазами, не прогадал опять, пересекаясь с мужчиной взглядами. — Я за пиджаком, господин Чон, — нетерпеливо нарушает тишину парень, желая поскорее убраться из этого кабинета. — Тэхён, я тебе отдам его, только когда ты меня выслушаешь. И не смотри так, это не займёт много времени, — парень закусывает губу, обдумывая, так ли будет странно, если он сейчас развернётся и уйдёт, а домой вернётся без любимого пиджака? — Тэхён, не пойми неправильно, Чимин, он…— голос у директора усталый, и только потому что парень не привык его таким слышать, он решает задержаться. Уйти он может в любой момент, ибо дверь прямо за его спиной, потяни — откроется. — Я это говорю к тому, чтобы ты понимал, что несмотря на свой возраст, он ведёт себя как гормонально нестабильный подросток без должного воспитания. Не бери в голову то, что он сказал. — Это всё? Я могу забрать пиджак? Чонгук смотрит в глаза младшего, пытаясь понять его эмоции, но из-за расстояния между ними и только естественного освещения из окна получается это весьма плохо. Мужчина направляется к Тэхёну, не разрывая зрительного контакта, и останавливается на приемлемом расстоянии где-то в метре от парня. — Я отношусь к тебе не так, как к остальным сотрудникам, а потому что это ты, понял? — серьёзным тоном произносит мужчина, следя за реакцией парня на свои слова. Тэхён чувствует, как его сердце заходится в бешеном ритме, а кончики ушей начинают гореть. Его рот слегка приоткрывается, и он пару мгновений обескураженно смотрит на невозмутимого Чонгука, на лице которого не проскальзывает и тени улыбки. — Что вы имеете в виду? — парень чувствует себя как на качелях, не успевая следить за своими чувствами и эмоциями. То он злой и готов всё крушить, то лепечет как влюблённая малолетка. И так по нескольку раз на дню. Сколько можно уже? — Пища для размышлений тебе на ночь, — у Тэхёна почву из-под ног выбивает, когда он видит, как ему подмигивает Чонгук, растягивая губы в довольной улыбке. — А сейчас подержи пиджак, я должен исправить это безобразие. Парень не успевает сообразить и как-то среагировать, как в его руках появляется пиджак, а директор оказывается просто чертовски непозволительно близко. Тэхён смотрит на него сверху вниз и боится вздохнуть, потому что в голову лезут такие мысли как «сейчас поцелует», «поцелуй его первым!» и «это твой шанс!». Тэхён перестаёт дышать, впиваясь пальцами в ткань своего пиджака, когда ощущает почти невесомое прикосновение к своей груди. Он хочет поддаться эмоциям — закрыть глаза и инстинктивно потянуться к губам мужчины, но не может заставить своё тело шевелиться. — Тэхён, дыши, пожалуйста, — негромко произносит Чонгук, на мгновение поднимая взгляд на младшего. Парень смотрит на макушку директора, продолжая чувствовать прикосновения в районе груди, и когда запоздало осознаёт, что с ним делают, пытается отшатнуться в сторону. Полоска галстука ощутимо натягивается на его шее, а мужчина, цокнув языком, вновь поднимает на него голову. — Что не так? «да всё не так! директора не завязывают галстуки своим работникам!» — Вы не обязаны… — Я много чего не обязан, но если я этого хочу, что ты мне сделаешь? — Чон делает очередной шаг к парню и вновь берёт в руки два конца галстука, которые он уже успел распутать, не отказав себе в удовольствии при этом мимолетно коснуться чужой груди через ткань рубашки. — Уверен, ты никогда не завязывал «элдридж», но на чёрном галстуке он будет смотреться превосходно. Тэхён молчит, всё ещё не до конца осознавая, что целоваться Чонгук к нему не лез, а он сам себе опять невесть что напридумывал, едва не совершив огромную ошибку — поцеловать первым. Боже, да Чонгук бы, наверное, ему челюсть сломал за такую вольность. Скосив взгляд на сосредоточенного мужчину, парень думает, что впервые так близко видит его лицо. Мечтает, чтобы этот момент, когда они так близко стоят друг к другу, длился вечно. А Чон тем временем пытается не намудрить с выбранным узлом и сам себе до конца не может объяснить, почему выбрал именно такой, а не какой-нибудь простой. Почему он сейчас пытается заплести сложносочиненный узел из четырнадцати, если он не ошибается, этапов, когда мог бы завязать классический из пяти и отпустить парня? Да Тэхён его через час развязывать будет, когда вернётся домой, в конце-то концов. Мужчина на мгновение отвлекается, поднимает голову на младшего, смотрит в бездонные карие глаза и думает, что несколько минут, пока он стоял к нему так близко и пытался вспомнить, как завязывать тупой узел, стоили каждой своей секунды.