Разве это детектив?

Проснувшись утром, Лиса заметила, что этим утром Куникида ещё лежал в постели, почти с головой укрывшись одеялом. Обычно в это время он завтракал и собирался на работу. — Ты сегодня дома? — с улыбкой спросила Косуоки. — я… Кха-кха. — под одеялом послышался громкий кашель. — ты заболел? Я сообщу директору. — нет-нет! Все нормально. — медленно поднимаясь с одеялом вместе, сказал Доппо. — я просто… — ты просто останешься дома и будешь лечиться! — заявила девушка. — вернись на футон обратно! Лиса положила мужчину обратно и поцеловала в лоб. «Он горячий… " — подумала Лиса. — «лоб! Лоб горячий! О чем ты думаешь, дура?» Прошлым вечером во время погони за контрабандистами, детективы попали под дождь. Доппо единственный бежал за ними по пятам, догнал и поймал… Пожертвовав свои здоровьем. А теперь лежит на футоне с градусником в обнимку и влажной тряпкой на голове! Вокруг мужчины пробегали черные лисы, они носили какие-то вещи сначала в одну сторону, потом в другую. Куникида видел, как из одной комнаты в другую проскакивала Лиса, что-то бурча себе под нос. Переодически она заглядывала в комнату, наводила влажную уборку, гоняла лисиц, пристающих к больному. Весь день она чем-то была занята. — черт! — послышалось из кухни. Косуоки заглянула в комнату, и предупредила Доппо: — я в магазин. Я скоро. Звони, если что. Услышав закрывающуюся дверь, Куникида поднялся, усаживаясь на футон. Ему предельно надоело лежать. Нужно было занять себя… Работой. Надев очки, он встал и ушел в кабинет. — зря Лиса носится. — сказал светловолосый. — я не смертельно болен, всё-таки! Подойдя к рабочему столу, Куникида увидел бумажку. Рядом лежала ручка поверх листа, которая до этого находилась на своем месте — в стакане на полке. Непорядок. «Вернись в постель!» — единственное что было написано. Большими буквами, несколько раз обведенными, чтобы каждая буква была хорошо видна в нужном масштабе. Однако, Лиса не глупая! Она предполагала, что Доппо попробует пробраться в кабинет. Так же она знает о порядке, который специально нарушила, оставив ручку не на месте. Даже если Куникида успеет вернуться до ее возвращения на место, девушка уже будет знать, что Доппо был в кабинете. Ведь эту злосчастную ручку он положил на место, откуда ее взяла Лиса. Хитрая Кицунэ! — прошу прощения! — вломившись в Вооруженное Детективное Агентство, воскликнула Косуоки. Она наклонилась и тяжело дыша восстанавливала дыхание. — о, Лиса-тян! — довольный Дадзай помахал рукой. Он с удивлением спросил. — а где Куникида-кун? — дома… Ха… Болеет… Ха… — с отдышкой говорила Лиса. — а ты что тут делаешь? — работаю! — сегодня ты правильная работяга, а он домашний тунеядец? — спросила Йосано. Она подошла к рыжей девушке. Акико принялась рассматривать уши Кицунэ. — кья! Не надо в уши лезть! — заверещала Лиса. На шум вышел Фукудзава. Увидев Косуоки в «боевом порядке», директор задал вопрос: — Что произошло? — ах, так просто быстрее. И… Мне ещё день отработать. Опоздала. — тебя Куникида запугивает? — разглядывая ушки, спросила Йосано. — чего? Нет, конечно. С чего… — ты говоришь так, как никогда бы не сказала сама. После услышанного, Лиса покраснела, словно ее обмазали краской. «Это не правда!» — подумала она. Чувство стыда переполнило девочку. Ей было неприятно слышать такое о себе и Куникиде. Сейчас ей так хотелось убежать. — «это не правильно! Почему она так думает?» — раз уж Куникида заболел, можешь идти домой. — вызволяя из сгущающихся, словно тучи, мыслей, сказал Фукудзава. — присмотри за ним. «Вы невероятно добры!» — глаза девочки засияли. Она понимала, что такое благосклонное отношение директора относилось не ко всем. От этого девушка чавствовала себя особенной. — спасибо! — поблагодарила Лиса и побежала обратно. По пути она заглянула в магазин, где купила молоко. Она очень хотела испечь печенье и попить с ними молоко. Пока Доппо болен, можно творить на кухне, знаяя, что никто не погонит от плиты. Крем глаза Куникида увидел в окне возвращающуюся Лису. Возвращаться обратно в комнату он не стал. Совершенная ошибка раскроет его присутствие в кабинете. На входе было слышно, как девушка сняла обувь и, шурша пакетами, подошла к спальне. — Куники… да… — почему-то Косуоки стало очень грустно. Она не понимала этой расстроенности. Девушка подошла к двери кабинета, и положила руку на дверь. «Я старалась. Может…» -… переборщила? — последняя часть фразы вырвалась шопотом с ее губ. Подняв голову, Лиса ушла на кухню. Куникида прекратил делать записи в тетрадях, отложив ручку в сторону. Он бросил взгляд в окно, сняв очки. Пустая улица с высокими зелеными деревьями никогда не была оживленной. Но в этот день не было даже пролетающих в небе птиц, даже ветер не колыхал макушки деревьев. Голова Доппо заболела. Было ощущение, словно ее сдавливают со всех сторон. Куникида приложил руку ко лбу. — черт! — выругался он. На кухне тем временем Лиса экспериментировала с тестом. До этого она никогда не пекла печенье. И тесто для него ей казалось слишком жидким. Но сделав все четко по рецепту, она подавила сомнения. Бесстрашно Девушка достала противень и подготовилась к этапу «заливки», как она его назвала. К слову, в готовке у нее есть расписанные пункты действий. Приготовить что-то не так, потратив при этом много времени, она не хотела. Готовка Косуоки давалась сложно, поэтому подготовка с планом — самое важное, что должна была сделать Лиса. Новые блюда она готовила с осторожностью, записывая этапы, по собственному опыту, на листок. После записи переносились в «поварскую книгу» — небольшую тетрадку, в которой девочка расписывала свои действия в приготовлении того или иного блюда. — у меня получится самое вкусное печенье! — отправив тесто в Духовку. На порог кухни зашёл Куникида. Он ничего не сказал и просто сел за край стола. Лиса не оборачивалась в сторону мужчины. Она мыла посуду, стараясь на ней сконцентрировать все внимание. Но не смогла, поскольку в раковине грязной посуды не осталось. Девушка посмотрела на Доппо и немного помолчав, спросила: — как себя чувствуешь? Услышав вопрос, Куникида оживился. На секунду, казалось, боль прошла. — нормально… Только… — он замолчал, отведя взгляд. — что? — Косуоки подошла к мужчине, прислонив внешнюю сторону кисти руки к его лбу. — голова… — шепотом ответил Доппо. Лиса отошла к шкафчику, на полке которого стояла аптечка. Оттуда она достала нужные таблетки. В стакан она набрала прохладной воды. В нем, проходящий сквозь прозрачные стенки свет, словно освещал кухню, заменяя вечернее солнце в окне. После девушка протянула стакан и таблетку Куникиде. — спасибо. — произнес зеленоглазый. — за что? — машинально спросила Косуоки. Она несколько удивилась такой простой и понятной благодарности. — ты помогаешь мне сегодня, выводя, из этого болезненного состояния. — поставив стакан на стол, сказал Доппо. — я делаю это потому что люблю тебя! — воскликнула Косуоки. Она недовольно махнула рукой, сбрасывая косу с плеча за спину. — ты словно сердце мне разбил, закрывшись в кабинете, при том, что болеешь! — я не… Прости… В ту же секунду девушка обняла Куникиду, уткнувшись лицом в его плечо. Приятно осознавать, что тебе не приходится отстаивать свою правоту несколько часов. Доппо прекрасно понимал то, о чем ему говорила Лиса. И ему было ясно, что в этот раз он оплошал. Чуть позже Косуоки достала из духовки печенье, и предложила одно на пробу Куникиде. Тот положительно кивнул. Рыжая попробовала свое творение после и поняла, что это правда самое вкусное печенье, которое она когда-либо пробовала. — теперь буду печь сама! Мне очень понравилось! — довольно прихрустывая, сказала Лиса. Весь вечер Куникида и Косуоки разговаривали. Какой-то одной темы не было, только много маленьких. А время подходило ко сну. — температуры нет. — убедившись в точности измерения градусника, заявила девушка. — ничего не болит? — нет. Я правда хорошо себя чувствую. — ответил Доппо. — уже завтра смогу работать! — я рада. На небе поднималась луна. Небольшие облака проплывали по небу, толкаемые ветром. Тёмно-синее небо покрывалось звёздами. Небесный свод, казалось, удалялся от земли, укрывая за миллионами звёзд свои тайны. — доброй ночи, Косуоки-тян. — произнес Куникида. — доброй ночи… Доппо-семпай. — сказала Лиса.