Как изменить историю? Да просто!

-        Почему тебе в голову не могла прийти какая-нибудь другая идея? – седовласка тяжело вздыхал, стоя под кроной дерева на противоположной стороне от домишки, что по меркам японцев подходил под термин «особняк», а по меркам «русских» - тяп, ляп и получили двухэтажный коттедж за городом.    Даже домишко Хатаке не уступал этому в размерах. Скромно живет, выдумщик.   -        Не бубни. Лучше скажи – чувствуешь что-нибудь?   -        Ничего. Можем быть лучше домой пойдем?   -        Струсил?   -        Нет, просто лень. Напомни, зачем тебе это?   -        Не тебе, а нам, Какаши. – фыркнула, упирая руки в бока.   -        Ладно, нам. Зачем? Ну нарисовал и нарисовал – пусть дальше себе рисует.   -        Какаши, ты дурак?   -        Не понял.   -        Нет, ну точно дурак.    -        Продолжишь обзываться – я тебя отшлепаю.   -        Нашел чем пугать, - фыркнула, - правда не понимаешь?   -        Нет. Поясняй свою гениальность.   -        Какаши, вот ты же шиноби. Неслабый. Ты будешь необдуманно бросаться в битву, не зная сил соперника?   -        Нет.   -        Здесь тоже самое. Допустим, пройдет месяц. Я всю прочитаю и просмотрю. Окажется, что…ну, например, что через полгода нас ждет конец света, или, например, окажется, что мама Наруто жива.   -        И что?   -        Или, например, госпожа Хокаге окажется заодно с тем шизанутым из ее команды, который разнес четверть Конохи перед моим появлением. И вот, представь. Сидим мы такие, пониманием, что в нашем стане враг и начинаем действовать соответствующе – подозревать, преследовать, проверять, а потом пшик – и это авторская выдумка. Понимаешь?   -        Не совсем, но ты продолжай.   -        Вот для этого я и хочу понять, кто такой Масаси Кисимото. Как, зачем и каким образом он умудрился нарисовать другой мир. Мне слабо верится, что Вы все воскресли благодаря его таланту или благодаря вере паре миллионов детишек. Иначе это просто взрыв – я беременна от нарисованного мужчины. К тому же в эту картину не вписывается мой папа. Поэтому остается весьма логичный вариант – этот чудак каким-то образом умеет тоже самое, что умею я, только еще и перемещается во времени. Если это так – для всеобщей безопасности будет лучше его…ну ты понял.   -        Это называется убить, Кира.   -        Называй как хочешь. Прыжки во времени – худшее, что можно себе представить в нашей ситуации. Так что, если дернется, лучше выруби его.   Седовласка, судя по всему, решил придерживаться позиции: чем быстрее, тем быстрее. Оглянулся и весьма задорно перемахнул через крошечный заборчик, оставляя меня на улице одну. Я для надежности подождала пару секунд, убедилась, что с того момента, как Хатаке практически бесшумно отварил запертую или незапертую дверь, ничего не рвануло, и двинулась следом.    Даже искать не пришлось – бледнющий японец разве что не слился с кожаной обивкой дивана, взирая на незнакомого мужика, нависающего над ним.    -        И что? Даже не дернулся?   -        Разве, что в обморок не грохнулся. Это точно тот, кто нам нужен?   -        Похож, - я выудила телефон и для надежности сравнила с его фоткой в интернете, - ну что, дружок, говорить будем?   -        Вы кто?! Я вызову полицию!   -        Да-да. По классике. Можешь попробовать, но тогда я не гарантирую, что мой друг не свернет тебе шею, едва ты дёрнешься за телефоном.    Не дергается. Вернее, дергается, конечно, но не так, как я ожидала. Неужели и вправду простой человек?   -        И так, дорогой, смотри внимательно. Это – Хатаке Какаши. Да, да, не бледней, тот самый, чудесным образом оказавшийся не нарисованным персонажем. И мне очень. Очень интересно, каким образом он оказался героем всем известной манги. Очень интересно.    Я для проформы поинтересовалась знает ли седовласка медицинские техники, чтобы в случае чего откачать японца, но тот меня огорошил, что нет. Поэтому пришлось отказаться от идеи повыкидывать заикающегося мужика из портала раз за разом где-нибудь над жерлом вулкана, потому что не была уверена, что тот не схлопочет инфаркт.    Собственно, мангака повел себя ровно так, как ведут себя нормальные люди. Поугрожал полицией, для проформы грохнулся в обморок, а потом у него началась истерика. Конечно, после того как Хатаке продемонстрировал свой чудо глаз. Пришлось уже действовать мне.   Схватив их обоих за предплечья, я открыла очередной портал прямо под ногами, чтобы секундой позже оказаться на крыше одного из домов Конохи. Аккурат перед ликом Хокаге.    Кисимото схлопотал очередную порцию истерики и буквально секунд через десять мы снова оказались у него дома.    -        Дорогуша, прекращай истерить. Тебя никто не собирается убивать, пытать или чего похуже. Хотя стоило. Мне всего лишь нужно знать одно – как?   Потребовалось довольно много времени, чтобы привести его в состояние, когда он был способен осознавать происходящее. И пару стаканов алкоголя. Между делом даже поинтересовалась, не способен ли шаринган просто поковыряться у него в мозгах и узнать всю правду. Вполне способен, но времени бы ушло уйма.   И лишь, наверное, через час, мангака пришел в чувства, молчаливо проводив нас в одну из комнат. Рабочий кабинет, уставленный стеллажами. С мангой.    Объяснение было просто потрясающее.    Он просто нашел сотни томов манги однажды у себя на чердаке. Услышал шум, поднялся, и обнаружил коробки с мангой. Вот и все. Никакого божественного проявления, никаких признаков того, что он инопланетянин.    Вот только.    Какого черта?   Я молча оглядывала томики, думая.   -        Именно эти?   -        Что? А да. Именно эти.   -        С указанием издательства и даты выпуска?   -        Да.   Я выхватила первый попавшийся. Глянула на дату выпуска – две тысячи третий год. Состояние практически идеальное.   -        И что ты сделал?   -        Просто перерисовал.   Вот и вся загадка. Но как?   -        Посмотрите первый том. Вон на той полке.   Пробежавшись взглядом по нумерации, вытащила нужный, раскрывая.   И долго…долго глядела на первую страницу, где на белом фоне помимо надписи с названием манги был изображен протектор Листа с воткнутым кунаем и сюрикеном, а позади крохотный свиток.    -        Какаши, ты можешь стереть ему память о нашем визите?   -        В чем дело, Кира?   Он безропотно выполнил мою просьбу, пока я так и разглядывала обложку, на крае которой тонким размашистым почерком, была выведена одинокая запись.   У тебя все получится. 23.06.2023.   Моим почерком. С указанием даты, до которой оставалось еще больше года.