Golden

— Посмотри на меня. — вполголоса фыркнул брюнет, вглядываясь в тонкие черты лица парнишки. В колени больно резался каменный пол. Подняв измученный взгляд, Итэр столкнулся со смотрящими на него строгими темно-янтарными глазами. — какой послушный. Чужие пальцы почти невесомо очертили контур лица. В движениях старшего чётко различались нотки собственничества, которые заставили златовласого нервно сглотнуть. Брюнет так же стоял без единой эмоции. Тёплого солнечного цвета глаза казались ледяными. — Не прикасайся, урод. — отдергиваясь в сторону выпалил блондин. Каждое слово сейчас играло против него. — Подбирай слова, не хочется портить такую мордашку. — протяжно молвил он и неспешно отдалился. От столь тихой и жуткой интонации становилось не по себе. — Здесь ты в самых что ни на есть безопасных условиях, будь умничкой. Жестокость, как всякое зло, не нуждается в мотивации, ей нужен лишь повод. Даже не понятно зачем он тут, если ещё жив. Лучше страшный конец, чем бесконечный страх. Нужно что-то делать, и срочно. — Запереть его назад, потом ещё побеседуем. ——————————————————————— Ступая по тихому коридору под пристальным надзором охранника, Итэр уже мельком приметил ступени, ведущие на этаж ниже. Идея быстро ускользнуть показалась не самой лучшей, учитывая ходящую туда сюда прислугу. Оказавшись в уже в знакомой комнате, в тех же ржавых оковах, юноша судорожно начал перебирать всевозможные варианты свалить. Ключи вряд ли получится по-тихому стащить. Подойдя к окну, можно было лицезреть довольно неплохой вид, дарованный примерно четвёртым этажом. Просидев так ещё несколько минут, рассматривая скучные стены, блондин наконец решается на шаг. Вот только большая часть задумки (это планом сложно назвать) зависела не от него. — Охрана, п-помогите. — садясь на диван, умирающе сказал блондин. — Мне не хорошо. Слуга нервно распахнул дверь, окинув того надменным взглядом. — Смеешься блять мелкая, сиди тихонько не дергайся. — Что если..со мной..я. Мне правда нужна помощь. Это не твоя работа? Раздраженно дергая "умирающего" к выходу, мужчина наконец отстегнул оковы, чего так ждал блондин. В худшем случае к нему бы просто привели врача, чего на удачу не случилось, так как от того отходить нельзя было. Актерски падая с ног, блондин опять шел где-то по окрестностям недурно роскошных владений. Спустившись на несколько этажей ниже, его усадили в непонятную комнату. В поисках нужного человека, охраннику довелось отвлечься на долю минуты, чего с головой хватило, чтобы проскользнуть к окну, которое находилось в том же помещении. Благо парню даже руки не удосужились связать. Предварительно оценивая высоту, златовласый ловко ныряет в довольно широкую кирпичную раму. — (тупой придурок) Знатно счесав ладошки, тот относительно удачно приземляется куда-то в землю. Синяки пусть и останутся, но нужно бежать без оглядки. Минуя несколько метров, парня останавливает высокая кирпичная стена, судя по всему, отгораживая всё здание от внешнего мира. Бежав вдоль преграды, тот резво проносился сквозь охрану. Один из сторонних входов оказался открыт. Уже слышно доносящиеся крики, нельзя останавливаться. Солнце противно било в глаза, а раскалённая брусчатка обжигала стопы. К огромному перепугу это был вовсе не тот город, в котором он находился сначала. Абсолютно незнакомые улицы и непонимание куда бежать, затуманило разум. Забежав за какой-то угол, блондин наконец останавливается. Кажется это тупик улочки. Разжаренный воздух невыносимо обжигал лёгкие, а сердце судорожно билось, отдавая каждый удар как последний. Как же он устал, не хочется всего этого видеть, не хочется это переживать. И куда теперь идти? Как можно дальше, как можно скорее, но куда..? Повсюду витает смерть, ему нет здесь места. Ватные ноги не поддавались, а дыхание всё ещё не пришло в норму. Златовласый падает на тёплую землю, отряхивая потрёпанную рубашку. Здесь сестры точно нет... как и смысла делать что-либо ещё. Может, лучше подохнуть, так хоть какая-то будет польза. Он то знает свою цену. Порой просто хочется опустить руки — и будь, что будет. Ни бороться, ни предпринимать что-то, ни даже думать - ничего не хочется; Дикая усталость, внутри невероятно серо и холодно. И тогда, везде: в подсознании, в памяти, поднимаясь откуда-то из глубины вдруг возникают и согревают тебя тихие, спокойные слова сестрёнки. Она - это то, ради чего он жил и хотел продолжать бороться. Сейчас её нет рядом. Может нет и вовсе, страшно. Есть ли смысл сражаться не видя выхода? Вдали уже виднелись тёмные силуэты стражи. Кажется только сейчас, обернувшись, мальчик увидел насколько же величественным было здание, скорее походившее на дворец из тех самых детских сказок. В которых там принцы, кони (не важно). Не хило так устроился тот брюнет. Сил куда-либо бежать уже нету, если подумать, то и некуда. Дальше тупик. Может, оно и к лучшему...