m'amour cerise

Отдышавшись и с трудом взяв себя в руки, Кёнсу на ватных ногах двинулся в комнату, где слышались приглушенные голоса пары и звонкий лай пёсика. Он вообще-то хотел сбежать, не представляя как выдержать это забившийся в нос запах темного шоколада, да и перед внешним видом альфы было трудновато устоять, что уж говорить о его ауре. Кстати о ней, что за гнетущая атмосфера царила здесь между этими двумя? Заметив его, Юхён натянул улыбку и похлопал на место рядом с собой, приглашая сесть, и потянулся к бутылке соджу. Альфа, сидящий на облюбовавшемся кресле Кёнсу, прочистил горло и бросил нечитаемый взгляд на омегу, что очень умело его игнорировал. Тата сидел на коленях у хозяина и игрался во всю с руками альфы, что нежно его поглаживали, похоже, ему одному здесь было хорошо, он и не замечал этой натянутости вокруг. Налив две стопки, Юхён потер ладошки друг об друга и взял свою, приглашая Кёнсу сделать то же самое. Последний покосился на альфу, что сидел нерушимой скалой на кресле и делал дыру взглядом в щеке Юхёна, которой он был к нему отвернут. Парень робко взял свою рюмку и потянулся, чтобы чокнуться, что они и сделали. Не успев донести содержимое до рта, омеги дружно вздрогнули после очередного настойчивого хмыка в их сторону. Юхён, кажется, не выдержав с грохотом поставил на стол свою рюмку и резко повернулся, стрельнув гневным взглядом в сидящего. - Что? - возмущенно спросил он, сдвинув брови. Со стороны выглядело очень забавно, он был похож на ребенка, который наигранно злится, дуя свои пухлые губки. Само очарование, того и заглядишься. Вот он и загляделся, а переведя свой взгляд на альфу, поймал презрение в его глазах в свою сторону. Что? - Может вам хватит? - невозмутимо сказал альфа и стряхнул невидимую пылинку со своего колена. - Может мы сами решим хватит нам или не хватит? - огрызнулся омега. И говорил он смешно, когда злился. Похоже надутые щеки и губы мешали ему нормально произносить слова, потому что он немного зашепелявил. Кёнсу улыбнулся, а альфа в это время закатил глаза и встал, уходя в ту комнату, куда омега ходил за стаканами и закуской. Мандариновый омега снова взял свою рюмку и повернулся к Кёнсу. - Юхён-хён, может мне стоит уйти? - Зачем? Ты хочешь домой? Или тебе пора? Тебе не нравится? - затараторил омега. - Нет-нет, просто, между вами что-то происходит и я чувствую себя лишним, - он опустил глаза при этих словах, а когда поднял, то увидел ласковую улыбку на лице омеги. - Ты такой милашка, мы с тобой подружимся, оставайся, - он потрепал его свободной рукой по голове, - можешь даже на ночь, есть футон, да и диван раскладывается, а еще у меня очень много подушек и .. Он прервался, потому что с кухни послышался такой сильны звон, будто что-то разбилось. Они оба посмотрели в сторону кухни и Юхён уже хотел вставать и, очевидно, идти давать по шее альфе, но не успел. В гостинную с напускной невозмутимостью вплыл альфа, держа в одной руке стакан, а в другой пёсика, что просто светился счастьем, виляя своим коротким хвостиком. Мужчина уселся напротив омег и, поставив свой стакан, стал наливать себе выпивку под двумя парами глаз, что следили за каждым его движением. Налив себе половину стакана и осушив его тут же, причем даже не поморщившись, альфа посмотрел прямо на Кёнсу и протянул свою руку через стол: - Меня зовут Ю Чигук, я парень Юхёна, приятно познакомиться.

-

- Так в какой университет ты планируешь? - заплетающимся языком поинтересовался Юхён, подперев рукой голову и с прищуром глядя на омегу. - В универститет ХХ, - при этих словах Кёнсу получил неоднозначное "о" со стороны омеги и едва слышимый хмык от альфы. Второй весь вечер сидел невозмутимой тучей напротив омег, пил и игрался с пёсиком, изредка бросая ему легкие улыбки, от которых у Кёнсу шалило сердечко. Он не понимал, каким тот был человеком, но знал, что тот был хорошим и добрым, хоть и тщательно это скрывал от чужих глаз. Весь вечер альфа сидел на одном месте, так что его можно было принять за предмет мебели, если бы ни его удушающий запах и аура доминантного альфы, к тому же омега не услышал от него больше ни единого слова, после его представления, от которого до сих пор жгло где-то в груди. - Мы с Чигуком обучаемся в нем, я на танцевальном, а он, - омега ткнул изящным пальчиком в альфу под его сузившиеся глаза, - будущий "дэдди- бизнесмен". -"Дэдди"? - в один голос переспросили Кёнсу и Чигук, и посмотрели друг на друга в этот момент, но, не выдержав, омега быстро отвернулся. Юхён подпер уже обоими руками свое лицо с раскрасневшимися щеками и продолжил, мутно глядя на альфу: - Ну посмотри на него, всегда с иголочки одет, у него прекрасные манеры, даже сейчас немало выпивший Чигук сидит с прямой спиной, посмотри, - он снова в него ткнул пальцем и Кёнсу отметил иедальную осанку альфы, - он хорошо разбирается во всех этих делах, что касаются бизнеса, политики и экономики, а уж когда он надевает костюм, - омега мечтательно прикрыл глаза и покачал головой, - поэтому "дэдди", - он ослепительно улыбнулся и внезапно затих. - О нет, - простонал альфа и в последний момент протянул руку, чтобы поймать голову омеги, которая летела лицом вниз прямо на стол. Опомнившись, Кёнсу помог Чигуку откинуть того на диван. оказалось, что мандариновый омега уснул и сейчас находился совершенно без чувств. Альфа обошел стол и поднял того на руки, с осторожностью подхватив за талию и под колени. С омегой, лежащим в руках словно принцесса, он дошел до одной из дверей и обернулся на Кёнсу, до которого не сразу дошло, чего от него хотят. Он подскочил, чтобы открыть дверь в комнату омеги и впустил их внутрь, заходя следом. Освещением служила лишь полоса света из дверного проема, но Кёнсу быстренько огляделся, восхищаясь мандариновым омегой снова. Обстановка в его спальне была невероятно уютной и милой. На полу красовался ковер с крупным, мягким ворсом нежно-розового цвета, там и тут были всякие мелочи в виде статуэток, фотокарточек и суккулентов в горшочках размером с ладошку. В углу располагалась собачья лежанка в виде лапки, в которой раскинулся, сопя, Тата. Юхён не соврал, когда говорил, что у него много подушек. Они занимали буквально половину его постели, все были с разноцветными принтами. Чигук аккуратно положил омегу в это царство подушек и полез в шкаф, доставая оттуда пушистый плед фиолетового цвета. Кёнсу почувствовал себя лишним в тот момент, когда альфа стал укрывать спящего омегу, он делал это с невероятной нежностью и аккуратностью в действиях, так, будто упаковывает самое ценное в своей жизни. Точно, Юхён и был самым ценным в его жизни. В груди запекло. Омега направился в гостинную и начал убирать со стола. Вскоре к нему присоединился шоколадный и они быстро расправились с беспорядком, что устроили в этот вечер. Полоща стаканы на светлой кухне Юхёна, Кёнсу мог думать лишь о том, что ему хочется скорее отправиться домой. Находиться с альфой наедине было неловко, тот молчал и продолжал держать свое лицо в безразличной ипостаси. - Я закончил, - омега вытер руки о кухонное полотенце и двинулся в сторону прохода, минуя альфу, что расположился за кухонным столом и пил чай, - мне пора, я уже.. Он сразу же замолчал, растерянно глядя на чужую руку, что сжимала его запястье. Этот обычный жест, касание кожи к коже послали разряд тока по телу омеги и его пульс, кажется подскочил намного выше нормы. - Уже поздно, переночуй здесь, на диване, - не оборачиваясь произнес быстро альфа. На диване. Он будет спать на диване, зная, что в соседней комнате находится его истинный, прижимая к себе другого омегу. От этой мысли хотелось то ли забиться в угол и заплакать, то ли закричать и разбить что-то. Но что ему оставалось? Уже было слишком поздно для автобусов, на такси у него денег не было, а пешком пришлось бы идти около часа. Сонный, выпивший омега просто не смог бы выдержать эту пешую прогулку по ночному городу. - Х-хорошо, - охрипшим голосом ответил он альфе и только после этого тот ослабил свою хватку, а потом и вовсе отпустил его руку. Он отправился в уборную, чтобы помимо своих дел, воспользоваться феромоном, действие которого могло ослабнуть к утру. Он всегда носил с собой маленький флакончик на всякий случай. Закончив, он вышел в гостинную и заметил на диване две подушки и плед. Кажется, у Юхёна еще и коллекция пледов. Этот был цвета лаванды. Парень уселся на край дивана не в силах прогнать из головы картину того, как Чигук сейчас скорее всего раздевается и устраивается рядом со своим омегой, накрывая его своей рукой и прижимаясь всем телом. По щеке прокатилась нежданная слеза, опаляя кожу соленой дорожкой. Со стороны комнаты Юхёна послышался щелчок, и омега быстро провел рукой по щеке и обернулся, встречаясь взглядом с альфой. Закрыв дверь, тот направился в его сторону, держа в руках свернутый футон. Он был в свободной кофте с круглым широким вырезом и пижамных штанах в клетку. Будет спать здесь? Но как же его омега? Заметив вопросительный взгляд в свою сторону, альфа сказал: - Юхён дерется во сне, когда выпьет, у меня послезавтра важное мероприятие, не хочу прийти с фингалом, - он пожал плечами и отодвинул столик к стене, раскладывая футон параллельно дивану. Кёнсу улыбнулся этому забавному факту о мандариновом и улегся в свои подушки, накрываясь пледом и следя за ловкими манипуляциями альфы с футоном. Закончив раскладывать свое постельное место тот обернулся на него, уставившись своими разными глазами прямо в его. Они так и замерли. Омеге показалось, что время застыло вместе со зрачками альфы, прожигающими его. Он тонул. Тонул в этой светло-карей радужке, в которой танцевали блики настольной лампы. На дно тянула чернота левого зрачка, что нарушая границу расплескалась по глазу. Пробудь они так еще хоть немного и омега бы задохнулся, боясь нарушить этот момент своим вздохом. Но альфа опомнился первым, отвернулся в сторону и провел руками по волосам. - Не поделишься подушкой? - снова повернувшись спросил он, бегая взглядом по лицу омеги. - Да, конечно, - сипло ответил тот и схватил подушку, что лежала рядом с той, на которой он уже полежал. - Нет, хочу эту, - он указал подбородком на ту, с которой только что поднялся Кёнсу. Он не понял, почему альфа захотел именно эту подушку, но все же подал ее, устраиваясь на другой. Чигук тоже улегся, отворачиваясь лицом к стене и ерзая, ища удобную позу для сна. - Спокойной ночи, - донеслось из-за его спины. - Спокойной ночи, - отозвался омега, глядя на расслабляющееся тело альфы. Ни о каком спокойствии этой ночью не было и речи. Сердце в груди бешено стучало от одного понимания, что он ночует в одной комнате со своим истинным. Его запах растекался по всей комнате, лаская рецепторы в носу и заполняя лёгкие. Он так и пролежал около часа, прожигая спину альфы своим взглядом, пока глупые чувства не уступили усталости и алкоголю в крови. Кёнсу уснул безмятежным сном, вдыхая полной грудью самый любимый запах темного шоколада.