Из серии драбблов "Kisses"

Мегатрон глубоко провентилировал и посмотрел вниз на маленького красно-бело-синего сикера, который был весь вымазан в грязи. В некоторых местах комки грязи и травы плотными кусками забились во всевозможные щели, и только Праймус знает, как это всё он будет потом вычищать. Серебристый трансформер с недобрым оскалом посмотрел в невинную оптику. — У тебя должно быть очень веское объяснение. Фейсплейт Старскрима озарила широкая улыбка во все дента-пластины. Он громко завизжал и вразвалку подошел ближе, оживленно махая маленькими сервоприводами. Мегатрон продолжал хмуро смотреть на спарклинга, выслушивая непереводимую речь. Он уже собрался обратить на это внимание бестолкового спарка, когда увидел, чем махал перед ним Старскрим. — Что это? — он грубо спросил, указав на предмет, и начал надвигаться на сикерлета с целью забрать это у него, пока он не сделал чего-либо крайне глупого; взять неизвестную гадость в рот, например. Старскрим возмущенно запищал и попытался спрятать находку за своими коротенькими крыльями, а потом посмотрел на него невинной оптикой. — Нет смысла прятать это сейчас, — сказал Мегатрон, вытянув манипулятор и сомкнув ладонь вокруг сикерского сервопривода. — Я уже видел. Старскрим замотал шлемом в явном отрицании и постарался как можно дальше отвести манипулятор с предметом. Если бы серво были чуточку длиннее, то ему бы удалось удержать это вне зоны досягаемости Мегатрона. — Вааахх, — он невнятно закричал и раскрыл ладонь, позволив гадости безвольно повиснуть в измазанных пальцах. Мегатрон не смог сдержать отвращения на фейсплейте, когда он поднял мёртвое изувеченное растение двумя пальцами. — Старскрим, — десептикон осуждающе обратился к сикеру. — Это отвратительно. В какой-то момент оптика Старскрима расширилась до невероятных размеров, и показалось, будто он вдребезги разбил его маленькую Искру. Сикерлет ткнул пальцем в изуродованные, помятые останки цветка, а затем в Мегатрона, после чего опустил взгляд под ноги. Выражение фейсплейта Мегатрона смягчилось. — Это было для меня? — он спросил. Старскрим кивнул, не отрывая взгляда от пола. Мегатрон провентилировал; ему должно теперь это понравится, да? — Что ж, — он начал говорить, все ещё держа растение на расстоянии от себя с явным презрением. — Думаю, не важен смысл подарка, главное — внимание. Старскрим радостно запищал и начал прыгать на турбинах, оживленно о… чём-то щебеча. Мегатрон, даже если бы и хотел, не смог сдержать улыбки. Сикерлет вразвалку подошёл к серебристому трансформеру, встал на кончики стоп, выпучил губы и притушил оптику. Мегатрон снова нахмурился, и тут всё встало на свои места. Он посмотрел на мёртвые останки цветка в своём манипуляторе и догадался, что когда-то это было красной розой. Десептикон непроизвольно сомкнул пальцы вокруг растения и пообещал разорвать того обладателя болтов вместо процессора, который рассказал Старскриму о том, какой сегодня шлаков людской праздник. — Я слишком стар для тебя, — он спокойно объяснил сикеру, медленно ослабляя хватку вокруг мёртвого цветка. — Думаю, что ты найдешь себе более подходящего Валентина. Но казалось, что Старскрим не хотел другого. Он продолжил с надеждой смотреть на старшего меха своей круглой молящей оптикой. — Старскрим, — Мегатрон попытался снова. Безрезультатно. Крошечный сикер запищал и, спотыкаясь на каждом шагу, подошёл к нему, обнял за ногу и запрыгал вверх вниз на его стопе. Когда он все ещё не нагнулся вниз, чтобы поцеловать Старскрима, чего — как думалось сикеру — он вполне заслуживал, он ударил ногу Мегатрона настолько сильно, как смог; удар, на самом деле, был едва ли ощутимым. — Ну хорошо! — наконец, сдался Мегатрон, и Старскрим радостно завизжал, снова выпучив губы в ожидании поцелуя. Мегатрон наклонился вниз и оставил мимолетный, едва заметный поцелуй на щеке Старскрима, совсем не обращая внимания на выпученные губы. Когда он выровнялся, как и ожидалось, Старскрим поспешил выразить своё недовольство, указывая на губы. — Может, в следующем ворне, — проворчал Мегатрон. — А сейчас быстро иди в санитарный отсек и помойся. Мой Валентин не должен ходить грязнулей. Это некрасиво. Старскрим снова издал писк, когда Мегатрон назвал его своим Валентином, и вприпрыжку побежал в санитарный отсек. Мегатрон последовал за ним, размеренно шагая, и улыбнулся.