Меньше ноля

Far over the Misty Mountains cold To dungeons deep and caverns old (Misty mountains)

      Меня зовут Алекс и это история того, как я круто изменил свою жизнь. Я повстречался с Робин ещё на первом курсе художественного института, где пытался защитить её от нападок небольшой группы институтских задир. Те решили, что будет забавно отобрать у слабой девушки её тубус с рисунками. И кидать тот друг другу, чтобы она бегала за ним, словно собачка, за мячиком. Естественно я такое безобразие терпеть не мог и заступился за неё. И хотя хулиганов я отпугнул, мне и самому неплохо досталось. Даже небольшое сотрясение получил из-за чего несколько дней пришлось полежать в больнице. Что удивительно кроме родителей и немногочисленных друзей, которые появились у меня в институте, часто приходила та самая Робин. Мы могли долго с ней разговаривать причём на разные темы и что самое главное, с ней я мог быть не тем, кого предпочитают видеть остальные — прилежным учеником, который всегда делает, что ему скажут, никогда не возражая ничего в ответ. А самим собой — простым парнем, которому нравится старые фильмы, музыка на грампластинках, горький шоколад и много чего ещё. Да, знаю, странно звучит и видимо поэтому меня многие старались сторониться. Однако Робин была не такая — она милая, добрая, умная и несомненно красивая девушка, которой почему-то понравился такой обычный парень, как я. Что было как минимум странно и я часто себя щипал, чтобы убедиться, что это не сон, а реальность. Когда же меня выписали из больницы, я набрался смелости и позвал Робин, на первое свидание. Чему она была очень рада, сказав: — Я уже сама была готова тебя позвать. Думала, что ты никогда на это не решишься.       И пускай первое свидание прошло не очень хорошо (я случайно облил её и себя с ног до головы дорогим шампанским, которое решил, заказал по этому поводу), нас это мало волновало и было весело. Причём мы тогда настолько громко смеялись, что нас чуть из ресторана не выгнали. Мол, мы остальным только аппетит портим. На второе наше свидание мы пошли уже в менее дорогое место, еда и питьё были не такими изысканными, но нам было всё равно, так как нам хватало компании друг друга. Затем были свидания в кинотеатре, где на страшной сцене в фильме, она испуганно взвизгивала, крепко сжимая мою руку. А я крепко обнимал её за плечи и пытался успокоить. Однако, когда в нас прилетел кусок мяса (какие-то «умники» решили, что это весело — кидаться мясом в кинотеатре в зрителей), мы оба закричали так, что перепугали всех присутствующих в зале. Дальнейшие киносеансы мы проводили исключительно в домашних условиях. А уж сколько у нас с ней было походов и просто поездок на шашлыки — просто не сосчитать. И вот, спустя примерно более ста с лишним свиданий, я наконец решился, что Робин именно та, с кем я хотел провести всю свою жизнь и сделал ей предложение. Которое, она радостно приняла.       И всё бы ничего, но в назначенный день, когда уже был назначен день нашей с ней свадьбы, Робин внезапно говорит: — Видимо мы поторопились. Прости, если сможешь, — после чего она прямо в подвенечном платье убежала из Загса, оставив меня и гостей в полном недоумении.       А потом и я всех оставил, побежав за ней следом. И чудом догнал на железнодорожной станции, где она сидела на лавке в одиночестве и плакала, уткнувшись в фату. До тех пор, пока я не подсел к ней рядом. — Ничего страшного, милая моя, — начал успокаивать её я, поглаживая по плечу. — Ты не виновата в том, что случилось. Тут нет твоей вины. Если не готова — так и скажи, я всё пойму.       На что она холодно ответила: — Просто уйди, пожалуйста. Пока я тебя не треснула чем-нибудь. — Но дорогая… — хотел было ответить я, но тут пришёл поезд, Робин резко встала и вошла в вагон.       Я же незамедлительно побежал за ней следом. А потом… окружающий мир словно отключился. Единственное, что я помню не открывая глаза, это разговор незнакомой женщины с каким-то искусственно воссозданным мужским голосом: — Ничего не понимаю? — удивился женский голос. — Такие же одинаковые цифры, как и в прошлый раз, но только отрицательные. Причём у обоих. Разве такое возможно? Впервые вижу нечто подобное. Раз-раз, тут случайно не ошибка? — Вероятность ошибки составляет примерно одну триллионную процента, — ответил механический голос. — Если такое произошло, то видимо на то была веская причина. В любом случае они дальше сами во всём разберутся. Нужно возвращаться к работе.       Затем я почувствовал, словно меня уложили на что-то мягкое и включили что-то на подобии радио. Отчего я снова быстро провалился в беспамятство. Однако я не имел ни малейшего понятия, что в тот момент происходит и что может ждать дальше…