Месть

— Инеж, я в состоянии добраться до дома купчика самостоятельно, — проскрежетал Каз, застёгивая пальто и беря в руки портфель. — Я обещала проследить, чтобы ты не сбежал, — хмыкнула девушка, наблюдая за ним со своего подоконника. Грязные Руки только фыркнул и открыл дверь чердака, скрываясь за ней в ответ на её полусмешок. Конечно, Джесспер вчера прощаясь кинул: «проследи, чтобы он пришёл», — в шутку, но по недовольной гримассе Каза, всплывающей на его лице каждый раз при упоминании рождественской вечеринки, Инеж сомневалась насколько несерьёзны были его подозрения. Казалось, что Каз лучше испарится, искупается в проруби или сиганёт с крыши, отбив себе кроме второй ноги ещё что-нибудь, лишь бы не идти. Однако Инеж чувствовала, что слово «казалось» было в этой формулировке ключевой. Каз бы так активно не изображал отвращение, если бы ему было всё равно, и не пропадал рано по утрам из Клёпки в поисках подарков каждому. Он всё же хотел их порадовать. Джесспер и Уайлен пригласили всех праздновать Рождество в особняк, в котором они жили вместе последние годы. Нина же настояла на вечеринке с костюмами и на том, чтобы каждый приготовил всем подарки и анонимно прислал их за пару дней до праздника. Их должны были открыть в Рождество все вместе. Девушка рассказывала о своей идее с таким воодушевлением и блеском в глазах, что никто не смог отказать, а Бреккеру пришлось пойти на поводу у команды и согласится. Гафа приложила все усилия, чтобы уговорить парня. И она очень гордилась собой, что удалось. Грязные Руки заслуживает отдых. Кеттердам заслуживает покоя, хотя бы один день в году. Инеж выпрямилась на подоконнике, когда трость Каза застучала уже где-то на втором пролёте, и собрала распущенные волосы в хвост, закрутив пучок. Она скользнула с подоконника на крышу, аккуратно проходясь по скользкой черепице. Девушка добралась до места, с которого можно было спрыгнуть на землю, но замерла прежде, чем это сделать. Снизу раздался шум. Удары кулаков, сдавленный хрип, звон стекла. Нет. Она не могла подойти к окну при такой погоде она не могла позволить себе полную свободу движений. Надо было возвратится и зайти изнутри, но звуки прекратились, было явно поздно. Девушка сжала зубы и затаилась, наблюдая за выходом. Она не ошиблась — из Клёпки вышло 10 человек в светлых костюмах, лица были почти полностью покрыты тканью — личности установить не удавалось. У человека впереди, держащего пленника, едва перебирающего ногами, закатался рукав, обнажив татуировку — Грошовые Львы. Кровь ударила в голову. Кинжал был зажат в ладони, но она всё же удержалась от нападения, риск был не оправдан. Слишком много людей. Ник и Костя внизу наверняка уже мертвы. Грошовые Львы волокли связанного парня с мешком на голове в строгом костюме и уже без пальто, было итак ясно кто это. Он едва держался на ногах, не сопротивляясь. Это пугало больше всего. Инеж оглядела толпу, выбирая жертву — долго выбирать не пришлось. Паренёк, шедший сзади аж подпрыгивал от удовольствия, покручивая в руках трость с головой ворона и подбрасывая портфель Бреккера. Ну уж если она не вытащит Каза сейчас, то его вещи точно будут в сохранности. Инеж, сжав зубы, проследила как они швырнули её парня в повозку, лихорадочно гадая, что с ним. Он явно не мог так отреагировать на мороз, куда его выволокли, да, он был без перчаток — но это не было уже такой трагедией, как раньше. Каз уже мог держаться спокойно даже с незнакомцами без них и дрался тоже несколько раз. Девушка видела, что он был в сознании, но то ли сильно ранен, то ли ещё что. Но крови не было, а что это за «что» она не могла ума приложить. Они почти сели, Призрак скользнула по трубе, встала за спину мальчика, одно движение рукой и она, зажав рот куском своего плаща, уволокла молодца в кусты. Повозка тронулась. — Куда его везут? — вкрадчиво начал она, ставя два кинжала так, чтобы они его не ранили, но он почувствовал и наличие. — Не-небольшая опушка за кладбищем… нам сказал он, а ему другой…и, и больше ничего не знаю — Кто? — Майкл и ещё какой-то главный, — Майкл… она слышала это имя, оно в последний год фигурировало в крупных делах Грошёвых Львов, поговаривали, что он собирается восстановить банде былое имя. Каз лишь посмеивался над такими заявлениями. Кажется, они когда-то пересекались с Казом, и Бреккер даже предлагал тому работу, но он показательно ушёл во враждебную банду. Ничего удивительного, что Грязные Руки в качестве босса мало кому мог понравится, но намерено уходить в откровенно враждебную банду, которая имеет гораздо меньше ресурсов было опрометчиво. Да и Каз мог позволить себе щедро платить за работу, в отличие от других Кеттердамских организаций. — Цель нападения? — Нам обещали деньги, большие… главный, да, он дал Майклу наводку и предоставил наркотик — Наркотик? — Чтобы не сопротивлялся Вот что это было. Инеж резко вонзила нож в грудь, капельки крови расплылись на белоснежном сугробе. Гафа обшарила карманы, шприц был у каждого — не ошиблась. Если поторопится, они перехватят остальных как раз во время. Джесс словно чувствовал вчера. Девушка побежала в дом Ван Эка.

***

Нина подпрыгнула на стуле, когда в комнату проник ледяной ветер вместе с Призраком. — Мистер Бреккер всё же не польстит нас своим присутствием? — осмотрелась Зеник, но прикусила губу, увидев серьёзное лицо подруги, и изменила тон, — что-то не так? — Собираемся, у нас работа, — сказала девушка, покачав головой, она повторила громче, и холодный голос разнесся на весь особняк, тут же высунулись два непонимающих испуганных лица стрелка и Уайлена. — Что Каз опять удумал, не мог подождать до окончания праздников? — протянул Фахи, поднимая брови. — Его похитили, прямо из Клёпки, вкололи это и уволокли, 10 человек, за кладбищем их ждут, поэтому надо поспешить, — девушка передала шприц Уайю, поспешно скидывающему с себя какую-то красную накидку.  — Инеж, я же просил тебя… его надо отучить вляпываться во всякую дрянь — Боюсь это уже не лечится, — чуть приподняла уголок губ девушка, Джесспер ещё мог шутить, надо было взять себя в руки, и не трястись как осиновый лист от мысли, что может произойти. Они бывалые. Но каждый раз как в первый. — Мы не позволим этим уродам испортить нам праздник, — хмыкнул Джесс, покручивая револьвер, — лично я всё ещё намерен напоить его, поэтому он нужен живой до поры до времени — А я хочу убить его только самолично, так что Джесс прав, нам пора, — ухмыльнулась Нина, закутываясь в пальто. Инеж улыбнулась. Она даже готова была сама украсть его, избавив от этих «развлечений», которые он бы не одобрил, он был ей просто нужен живой. Он был ей нужен в Рождество рядом.