⠀ㅤ
5 декабря 2021 г., 14:52
— Майки, сделай с этим хоть что-нибудь! Ты наш менеджер или кто?
Они пытаются репетировать, но уже как две недели ни черта не получается, поэтому командный дух стремительно падает. А ведь, подумать только, Культурный фестиваль уже не за горами. Многие клубы почти закончили свою подготовку, а они, можно сказать, даже не начинали. Да и смысл начинать, если у них никого нет на вокале? Конечно, они уже выбрали песню, которую будут исполнять, но никто из зрителей не оценит скучно стоящих музыкантов на сцене.
Вот и сейчас репетиция вновь срывается. Такемичи слишком серьёзно относится к их клубной деятельности, а когда он переживает, у него вечно что-то не получается: то он сбивается, то торопится, то ноет. Ребята, уже готовые к очередной тираде, уныло смотрят в пол. Казутора устало садится на пол, Дракен тихо набивает на барабанах ритм новой песни, которую они недавно добавили в свой репертуар, а Баджи присаживается на гитарный усилитель. Не подумайте, им тоже не нравится сложившаяся ситуация, но они просто не привыкли говорить о своих чувствах столь открыто. Да и мыслят они более позитивно.
— Почему ты до сих пор не нашёл нам вокалиста? Заебало, всё равно ничего не получается, — Такемичи снимает с себя гитару и принимается разгуливать по сцене из стороны в сторону под неодобрительные взгляды остальных ребят.
Майки пожимает плечами и лениво засовывает в рот чипсы. Он и так уже потратил слишком много сил на то, чтобы найти им солиста, так ещё и должен слушать упрёки. Он, вообще, согласился быть менеджером только для того, чтобы тусить с друзьями и ничего не делать, и это давление на него никак не действует.
— Мичи, не нервничай, всё будет заебись. Я почти обработал Танаку из твоей параллели.
— Он конченный!
Майки лениво потягивается на одном из сидений в первом ряду. Если быть честным, Танака сразу же отказался, но чего только не скажешь, чтобы успокоить и без того постоянно нервного Мичи. По какой-то странной причине люди просто боятся вступать в группу. То ли ребята к ней относятся слишком серьезно, то ли сказывается то. что они гопники, и школьники просто боятся получить по шее от Баджи, если у них что-то не получится. В любом случае факт остаётся фактом: их группа пользуется популярностью в школе, но мало кто хочет иметь дело с ее участниками. Они как рок-звёзды. Девушки пускают на них слюни, а парни боятся даже заговорить.
В аудиторию влетает Эмма. На её лице широкая улыбка, она машет рукой, в которой какая-то бумажка. Все взгляды ребят обращаются к ней, даже Мичи останавливается на месте и замолкает, слишком уж счастливой девушка выглядит. Им каждый раз неловко втягивать её в свои разборки и проблемы.
— Вы не поверите, что у меня получилось сделать! — Эмма задыхается от бега, но не перестает говорить. Она протягивает Майки ту самую бумажку. — Нас напечатают на первой странице программы фестиваля.
Ребята ей искренне улыбаются и аплодируют, а она кланяется. Баджи переглядывается с Дракеном, тот лишь кивает, и точно также, как и остальные хлопает своей подруге. Дело в том, что вчера они вдвоем разговаривали по душам с главой школьной газеты, тот так сильно испугался, что согласился сделать всё, о чём его попросят, а ведь просьба была совсем незначительная: когда к нему придёт Эмма Сано сказать ей, что он соглашается напечатать их группу на обложке, и после действительно сделать это. Раньше он очень сильно отпирался, но вот что можно сделать обычным разговором.
После этой новости Мичи заметно расслабляется, как и остальные ребята, поэтому они возвращаются к репетиции. Без солиста или с ним, они отлично выступят на Культурном фестивале. Особенно учитывая тот факт, что их напечатают на обложке программы. Их точно увидит вся школа, и они не ударят лицом в грязь.
***
До Культурного фестиваля остаются какие-то две недели. Вся школа погружена в подготовку. Ребята из театрального клуба собирают декорации, клуб ясновидения переделывает свой кабинет под гадальную, а кулинарный клуб готовит угощения. Каждый класс также готовится и придумывает себе занятие на фестивале. Таким образом одноклассники Баджи решили сделать самую банальную из всех возможных вещей: мейд-кафе. Его не обязуют в этом участвовать, но Баджи сам решает, что будет весело нарядиться дворецким и улыбаться случайным девчонкам. Он сидит с одноклассницами после уроков, когда нет репетиций группы и помогает с декорациями. Ну, как помогает. Скорей, глупо шутит и висит над душой, когда ему самому этого хочется. — Баджи-сан, раз уж ты решил нам помогать, может, уговоришь новенького тоже участвовать? У нашего кафе будет гораздо больше посетителей, если на входе будете стоять вы вдвоем. Эти слова произносит одна из его одноклассниц, фамилию которой он не очень помнит. Ямада, кажется? Она расписывает краской вывеску вместе с остальными девчонками. Если быть честным, до этого фестиваля, все одноклассники сильно сторонились Баджи, поскольку он бывает достаточно грубым и резким, несколько раз он встревал в драки и из каждой выходил победителем. Сейчас же они начинают к нему привыкать. Девчонки и до этого были достаточно лояльными, а вот парням потребуется еще много времени. — Ты о ком? — Мацуно-сан, он же перешел к нам на прошлой неделе. — А, этот чмошник. Захера он вам? — Он симпатичный. Если на входе встанет кто-нибудь другой, то просто потеряется на твоём фоне, а он — нет. Баджи пожимает плечами и соглашается. Он никогда не задумывается о том, насколько он может быть симпатичным или нет, он просто такой, какой он есть, и его самого это устраивает. Да, возможно, кому-то может нравится то, как он выглядит, ему самому до этого абсолютно нет никакой разницы. Но раз уж девчонки просят его о помощи, он подходит к этому делу со всей присущей ему ответственностью. Забывает про него на следующие два дня, пока они не спрашивают у него об успехе “операции” во время перемены. Говорят они тихо и вкрадчиво, чтобы никто из одноклассников не услышал. Баджи же словно осеняет. Он яростно кивает, встает из-за своей парты и направляется прямиком к тому парню, о котором говорили его одноклассницы. Мацуно сидит за своей партой, и что-то читает. Пытаясь понять, о чём девушки говорили, Кейске для себя подмечает, что у этого парня действительно красивые черты лица. Вот только этот дебильный начос выглядит уж слишком смешно. Мацуно погружен в свои мысли и чтение. Он не обращает внимания на весь окружающий мир, поэтому вздрагивает, когда Баджи с грохотом ставит свои ладони на его парту прямо напротив. — Ты чо, ссыкло? — голос Кейске достаточно громкий, он перебивает все разговоры одноклассников, поэтому взгляды окружающих привязываются именно к нему. Его это ничуть не смущает, впрочем, и новенький не спешит начать озираться и отпираться. — Что за пустые предъявы? — Мацуно откидывается на стуле и складывает руки на груди. Он явно не понимает, что происходит, но пытается не подавать виду. — Словно вырядиться в костюм дворецкого — пиздец ужасно. Да если меня попросят, я и горничной буду в ебучих кружевах. — Ну, так ты стань горничной, а там уже поговорим. По классу идёт небольшой шумок, на который Баджи не обращает никакого внимания. Мацуно — первый из этих бестолковых школьников, кто решается дать Баджи отпор, поэтому у него в глазах лишь загораются огоньки. Эта ситуация оказывается гораздо интересней, чем он мог себе предположить. Кто же знал, что этот новенький будет не из робкого десятка. Как это Кейске сразу на него не обратил внимания? — Давай так, — Кейске начинает говорить медленней, но также громогласно. — Если я на первом дне фестиваля надену костюм горничной, то ты станешь дворецким и пройдешь прослушивание ко мне в рок-бенд? — Что, блять? Причем тут это? — Нам не хватает таких парней, как ты. Мацуно выжидающе смотрит на Баджи, явно обдумывая его предложение. Он уже успел понять, что тот считается самым “крутым” парнем не только в классе, но и почти во всей школе. Ему не сильно хочется вписываться в Культурный фестиваль, тем более в рамках двух проектов, но эта ситуация обещает быть достаточно смешной и интересной. — Если ты пройдешь, то тебя напечатают вместе с нами на обложке программы культурного фестиваля, — Баджи загадочно ухмыляется. Он знает, на что давить. Мацуно лишь протягивает вперед руку для рукопожатия, на которое Баджи сразу же отвечает. Сделка заключена. Одноклассницы с восхищением смотрят на своего “героя” и тихонько перешептываются. — Тогда приходи после уроков в актовый зал. У нас будет репетиция. Мацуно кивает, а Баджи чувствует себя на седьмом небе от счастья. Конечно, ещё не факт, что этот выпендрежник умеет петь, но это лучше, чем ничего. У него, по крайней мере, достаточно силы воли, чтобы не трястись от страха при одном упоминании “Токийской свастики”. Хотя, возможно, он ещё пока просто не знает, с кем связывается.
