Длинная дорога к жизни

… и еще кое-что - в город придет Девкалион – предводитель оборотней, альфа альф. Как он сам выразился – бог волков. Его в свое время недоубил Джерард Арджент. Имя, надо сказать, он выбрал себе подходящее – Девкалион был единственным мужчиной, выжившим во время всемирного потопа в греческой мифологии – вообще-то, их было двое – Девкалион и Пирра, давшие начало новому роду людей. Видимо, он считает, это символичным – я же думаю, что он просто ублюдок, искалечивший оборотней, послушавших его бред. Все они – Кали, Эннис, Итан и Эйдан, чтобы присоединиться к нему, убили свои стаи, отняв их силу, присоединив ее к собственной. Вы все знаете, что альфа силен своей стаей – так вот, вы должны представить, насколько силен Девкалион. Но и этого не достаточно – в нашем городе он хочет получить еще одну пешку в свою коллекцию. Теперь стоит упомянуть о Кали. Вы знаете, что у каждой стаи есть некто, кто помогает ей – из рода людей. Назовем его смотрителем, помощником, хранителем - не суть важно. Так вот, в стае Кали был такой хранитель-друид. Волчица убила и ее – вернее, недоубила. Вот тут-то и появляется на сцене дарак. Это друид, сошедший с истинного пути, забывший свое предназначение. В последствии она назвалась Джениффер Блэйк. Мисс Блэйк пришла в школу, как учитель. И ты, Дерек, проявил к ней симпатию. Она приносила кровавые жертвы, стараясь обрести силу, чтобы уничтожить стаю альф – виновников ее уродства – Кали попортила ей мордашку. Она тоже хотела отомстить, Питер, но не за убийство стаи, а за свое обезображенное лицо. И ей это почти удалось. Именно в противостоянии с ней, я и стал альфой. Но она ошиблась – и не единожды. Самая главная ее ошибка была в том, что мстить она решила не тому, кто был причиной несчастий, а тем, кто и сам стал жертвой одержимости Джерарда. Все началось с Арджента. Именно Джерард на переговорах убил вервольфов, пришедших с Девкалионом. Потом это перестало иметь значение – она умерла, не сумев исполнить задуманное, а альфу альф мы с Дереком отпустили. Нам показалось это правильным – дать ему шанс. Больше такого не повторится. Видите ли, раньше я не понимал, ЧТО Девкалион сотворил с оборотнями, решившимися пойти за ним. Только спустя годы, я стал задумываться о событиях прошлого – перебирать в памяти каждый момент свой прежней жизни. Тогда я понял – он извратил их, сделав просто убийцами. Но «альфа» и «убийца» – не тождественные понятия. Собой с большой натяжкой смогли остаться только близнецы - Итан и Эйдан. Остальные были просто его послушными орудиями, счастливыми от осознания его власти над собой. Это тлетворное чувство - стремление подчиняться тому, кто сильнее, сделало альф просто сворой цепных псов Девкалиона. Из них выжили только близнецы – и то по чистой случайности. И есть еще один момент – помните, я говорил, что в хранилище банка было двое бет – Бойд и еще кое-кто. Вы наверняка решили, что это была Эрика. Так вот, это было не так. Альфы сумели поймать Кору Хейл, которая приехала в родной город найти брата. Да, Дерек, она выжила тогда – и не спрашивай как, я не знаю. Но теперь, когда мы знаем это - у нас будет шанс перехватить ее раньше чужаков. И да, Питер, ты не рассказал племяннику, по КАКОЙ именно причине ты убил Лору? А зря. Он не должен питать иллюзий. - Откуда ты знаешь? - Это логично – ты адекватен. И всегда был адекватным. Вывести тебя из состояния равновесия могло лишь что-то невероятное. Ты бы никогда не стал проливать родную кровь из-за силы. Значит, должно было быть нечто такое, что заставило тебя забыть, что Лора твоя племянница. Она ведь договорилась с Кейт Арджент – а все потому, что очень хотела жить. Она даже предала своего брата ради этого. Именно поэтому ты сорвался – и убил ее. Не ради силы, а за предательство. Я прав? *** - Я не могу поверить, - шептал Дерек. – Этого просто не может быть. Это невозможно. - Но это так, - хмурится Питер. – Ты сам все слышал. Они не солгали. - Как такое возможно? – вскидывает он взгляд на дядю. - А почему ты спрашиваешь у меня? – не выдержал родственник. – Откуда я могу знать? Я, между прочим, не настолько стар, чтобы хвастаться великой мудростью и знаниями! - Ладно, забудь, - отмахнулся Дерек. – Думал, может, ты слышал что. - Если бы слышал – сказал бы, - устало проговорил Питер. – Черт, и спросить не у кого! - Теперь я понимаю, почему они такие, - после минутной паузы заговаривает племянник. – Странные. - Это мягко сказано, - откидывается на спинку кресла старший Хейл. – Хотя, если учесть, как им пришлось выживать, то все становится на свои места. Например, я сам не могу представить, как поступил бы, оказавшись в подобной ситуации. Это надо же, а – другой мир! В голове не укладывается. - Это точно, - кивнул Дерек. – Но я не совсем понял, что Скотт говорил о равенстве – что это значит – в стае нет альфы? - А то и значит, - отозвался дядя. – Мы им не подчиняемся – они приняли нас, как равных. - Это странно. - Но не лишено смысла. Эдакий вид кооперации, хотя и очень условной, - а затем он усмехается и спрашивает. – А ты бы, действительно, убил меня? - Убил бы, - кивает Дерек. – И это еще больше меня напрягает – их знание о прошлом. Вернее, будущем, которого уже нет. - Правда? А по-моему, все прекрасно. Это позволит нам избежать ошибок, ведь не все наши враги еще мертвы. - Джерард, - кивает он в ответ. - Точно. Теперь я не сомневаюсь, что он умрет. Стоит только дождаться Девкалиона. - Ты ничего не сказал о Коре, - нарочито спокойно проговорил Питер. - Как и ты. Она жива – и это главное. - Да, ты прав – это главное. О Лоре они оба предпочли молчать. *** - Ты что, действительно собираешься помочь им? – усмехается Стайлз, в упор смотря на Джексона. - А почему нет? – вскидывается волчонок. – Они ведь уже были оборотнями – может быть стоит… - Не торопись, - я прерываю его на полуслове. – Эти трое были, своего рода, изгоями. А это накладывает отпечаток на личность. - Но ведь обращение помогло им, - не сдается Джексон, заставляя меня улыбнуться. - А ты вспомни, какими они стали, - говорит Стайлз. – Все они – Рейес, Лейхи, Бойд – превращение в вервольфов высвободило все их амбиции, поскольку теперь их притязания могли быть подкреплены силой. Так сказать – темная сторона их личности расцвела пышным цветом. - Но мы можем помочь им избежать этого! – вскочил со стула Уиттмор. – Слушайте, я понимаю, чего вы опасаетесь, но ведь нельзя просто о них забыть! - А ты повзрослел, - мягко улыбается Стайлз. – Если ты хочешь, то можешь попробовать – мы не станем мешать. Только помни, что у тебя сложился в школе определенный образ. Это может помешать тебе. - Я знаю, что был подонком, - отмахивается Джекс. – Но теперь, когда все изменилось, я чувствую, что могу помочь, поминаешь? - Так помоги, - пожимаю я плечами. – Мы ведь не можем тебе запретить. Вот только как к этому отнесутся твои друзья? - У меня, как выяснилось, есть только один настоящий друг – Денни. А мнение остальных меня не волнует. - Молод, горяч и самонадеян, - вздыхает Стайлз. – Неужели мы были такими же? - И даже хуже, - хмыкаю я, затягиваясь очередной сигаретой. – Правильные мальчики, верящие в свою непогрешимость – кошмар. - Так с чего мне начать? – подается вперед Джексон. *** Урок физкультуры и Финсток. А еще девушка по имени Эрика, которую заставили карабкаться на стенку – все, как и в прошлой жизни. Я не слишком хорошо помню Эрику Рейес – это как-то ускользнуло из моей памяти, причем, совершенно незаметно. Остался только один яркий образ – волчица, скалящая на меня клыки. Честно говоря, мне бы не хотелось вновь увидеть ее такой. Может, поэтому я и не был против идеи Джекса. Волчонок хочет помочь другим – и это хорошо. А еще он проявил самостоятельность и настойчивость, что еще лучше. Пусть попробует, может быть, у него даже получится. И вот – падение. Светловолосая девушка с растрепанными светлыми волосами обрушивается вниз. Джексон подбегает к ней первый и, подхватив на руки, тащит в медицинский кабинет. Мы со Стайлзом, наскоро собрав его вещи, идем следом. Незаметно оборачиваясь, вижу, как шокированные поведением школьной знаменитости, ученики изумленно переглядываются, вижу, как хмурится Денни. Знаете, ребятки, а ведь это только начало. С тех пор Джексона и Эрику мы стали видеть вместе. И не только мы – вся школа. Волчонок завел привычку заезжать за Эрикой по дороге в школу, а затем отвозить домой после занятий. Сначала Рейес дичилась. Конечно, сам капитан школьной команды по лакроссу, самый популярный ученик и просто красавец решил помочь ей – проявить участие! Впрочем, спустя некоторое время, Эрика постепенно стала реагировать на нашего волчонка спокойнее, да и Джексон решил сменить амплуа спесивого подонка на что-то более человечное. Не все этому были рады – в частности его, так называемые, друзья. Единственный, кто понял его – был Денни. Хороший он парень – и верный друг. Приступов у Эрики больше не случалось – по крайней мере, в школе, поскольку рядом всегда был оборотень, который оттягивал боль на себя. А девочка повеселела – теперь она чаще улыбалась и не ходила, упрев глаза в пол. Лидии это не нравилось, но ничего сделать она не могла – Джексон решил порвать с ней окончательно. И сказать честно, меня это радовало – ее ложь въедалась мне в мозг. Мартин только недовольно морщила носик и ходила с видом оскорбленной невинности. Мы со Стайлзом хотели уйти из команды, но волчонок отговорил нас – он не хотел лишаться возможности общаться свободно – хоть один час в день. Поэтому тренировки Стайлза продолжились. Можно было, конечно, в открытую начать общаться – но мы осторожничали – еще не время. А на трибунах во время наших тренировок сидела Рейес и с теплой улыбкой смотрела на Джексона. Следующим на очереди стал Айзек. Джексон как-то поинтересовался у него по поводу свежих синяков и ссадины на скуле. Разумеется, Лейхи отнекивался, но Джексон теперь мог слышать, когда ему лгут. Вдвоем Стайлз и Джексон напрягли своих родителей, чтобы те инициировали проверку по вопросу жестокого обращения с Айзеком дома. Лейхи отправили к школьному психологу и медику - те подтвердили, что ребенок не раз подвергался насилию – старший Лейхи любил распускать руки, да и вообще имел садистские наклонности. И это не нравилось шерифу Стилински, поэтому в отношении отца Айзека возбудили уголовное дело и лишили его родительских прав. Встал вопрос об опекунстве – и тут сыграл Джексон. Он каким-то образом уговорил родителей взяться за опеку Айзека, и чета Уиттморов сделала это с радостью. Видимо, такого от своего самовлюбленного и избалованного сынка они не ожидали, потому и стремились поддержать все его благие начинания. Это сыграло на руку нашему волчонку – теперь у него было официальное право присматривать за Лейхи. Ну и пусть присматривает. Потом наступил черед Вернона Бойда. С ним было проще – Джексон просто намекнул Финстоку, что этот парень прекрасно впишется в команду. На что Бобби сделал задумчивое лицо, а нам со Стайлзом оставалось только прятать улыбки. И вот – несколько слов, и Бойд уже в команде. Джексон сам взялся его поднатаскать, вместе со Стайлзом. Впрочем, тут были и свои трудности – общение пришлось подгонять в рамки общеизвестных, что не понравилось Джексону. Он уже стал готовить плацдарм для перехода на иной уровень общения с невыносимым Стилински и правильным МакКолом. Я и предположить не мог, что этот мальчишка так изменится. Стайлз только усмехался, когда я, тяжело вздыхая, начинал выговаривать неуемному волчонку, что нельзя общественное мнение так просто игнорировать. Нельзя просто взять – и вывернуть его мехом внутрь! Ну не поймут дети такого резкого перехода от Джексона-засранца к Джексону-милашке. Хотя, с милашкой я, пожалуй, хватил лишнего. Волчонок отшучивался от оскорблений прежних друзей – остроумно и ядовито, общаясь теперь только с Денни, Айзеком, Бойдом, а также единственной девушкой в их компании – Эрикой. И никому не позволял относиться к своим подопечным с пренебрежением. Умничка Денни прекрасно вписался в компанию, сдерживая чересчур благие порывы Джексона. Как и было оговорено ранее, компания МакКол-Стилински спокойно общалась с командой Джексон и Ко, не становясь ее частью. Мы же со Стайлзом собирали стаю трижды в неделю и тренировали их нещадно. Питер даже усмехаться перестал – работа, свидания с моей матерью, присмотр за племянником, да плюс мы – мне его было, честно, жаль. Но поблажек давать я никому не собирался – переломанные конечности, отбитые внутренности и головная боль стали, фактически, привычными. Я гонял их, словно им завтра в бой – быстрее, быстрее! Еще быстрее!!! Чтобы были готовы ко всему – атаковать по одиночке и в команде – парами, тройками, всей стаей. Чтобы сумели защитить себя и других. Я заставлял их выкладываться наполную – использовать все преимущества нашего организма. Я учил их драться с закрытыми глазами, со связанными руками, отравленными аконитом и серебром – а также пользоваться подручными средствами – холодным оружием. Все, что мы знали, мы старались донести до своей стаи. Меня приятно удивил Дерек. Он был силен, очень силен. Сразу видно, что родился вервольфом. В некоторых моментах ему уступал даже Питер – впрочем, неудивительно – шесть лет комы просто так не проходят. И дело не только и не столько в физическом истощении, сколько в нарушении внутренней гармонии – единства человека и волка. Ничего, следующее полнолуние все исправит. Мы все ждем его с нетерпением – Стайлз хочет повести стаю в лес, на свободу. Питер быстро привык ко всем нашим странностям и принял как факт, что и я, и Стайлз не те, кем кажемся, но у Дерека с этим были проблемы. Он все еще боялся меня – это было скорее иррациональное чувство, поскольку, мы были одной стаей. А в стае нет места недоверию и лжи. Поэтому я просто смотрел, как молодой Хейл бросает на меня хмурые взгляды, а все его существо буквально вопит об испытываемом страхе. Дерек старался этого не показывать – у него даже хватило таланта скрыть это от Питера и Джексона, но не от нас. Стайлза это беспокоило, но я только пожимал плечами – будущее нас рассудит. Джексон очень быстро сошелся с остальными оборотнями – особенно с Дереком. Даже странно – но пусть так. Если у них выдавалась свободная минутка, сразу же начинались обсуждения марок автомобилей и прочей мальчишеской ерунды. Я не мог понять их – машина на то и машина, чтобы на ней ездить, а не любоваться. Волчонок на это только фыркал и демонстративно отворачивался, выражая крайнюю степень обиды. Впрочем, совсем ненадолго – скоро все начиналось заново. Поэтому я просто молчал. Стайлз общался с Питером – в основном они обсуждали магию. Питер не был бы Питером, если бы не заинтересовался способом стать еще сильнее. И мой друг не стал его разочаровывать – он говорил много, красочно и интересно. Правда, ничего такого, чем Хейл мог бы воспользоваться в пределах этого мира. Такое с вервольфом мог сотворить только Тайриан. Жаль Питер пока не понимал, что может быть куда сильнее нас обоих вместе взятых – в любой сложности закулисных играх. Сейчас же мы со Стайлзом справлялись только за счет опыта, но никак ни таланта. Хотя, это, наверное, можно сказать только обо мне – Коварный получил свое имя не просто так. Я с насмешливой улыбкой наблюдал, как мать пытается скрыть свою связь с Питером – как она краснеет в его присутствии, как ускоряется ее пульс, как в ауре появляются яркие сполохи. Самое забавное, что с социопатичным Питером происходило то же самое. И он тоже тщетно пытался это скрыть. Я шел им навстречу – просто не обращал внимание. *** Мы начали патрулировать окрестности, стараясь перехватить Кору Хейл раньше альф, при этом, не попавшись охотникам. Питеру и Дереку было проще – в участок стекались все новости, а также ориентировки на разыскиваемых – как преступников, так и просто пропавших. Да и по официальным каналам удалось кое-что выяснить – Кора Хейл выжила, на момент происшествия, находившись вне дома. Она все видела и слышала, поэтому ее отправили в реабилитационный центр в Лос-Анджелесе. Оттуда она сбежала, и найти ее не смогли. Лес пах тревогой – что-то неуловимое, словно взгляд в спину. Новолуние миновало несколько недель назад – теперь с неба смотрел тонкий серп новорожденного месяца – света он давал малого, но много ли нужно волку? Я скользил неслышной тенью, стараясь не потревожить лесных обитателей. Запах, конечно, не скроешь, но и шуметь лишний раз не след. Отойдя от федеральной трассы еще метров на двести, я стал вслушиваться в ночную тишь – тревога так и не прошла. Кто-то наблюдал за мной. Припав к земле, я по-змеиному отполз в сторону и спрятался за ствол дерева. Несколько минут ожидания – и вот на поляну, крадучись, вышел человек. Охотник. Я узнал его сразу – это был Крис Арджент при полном параде – пистолеты, ножи и винтовка на плече. Он следил за мной или же наткнулся случайно? Впрочем, неважно. Скоро я все узнаю. Выхожу из укрытия медленно, подняв руки. Даже если Арджент выстрелит, я все равно успею убить его, но мне это не нужно. Крис был единственным, кого я уважал из их проклятого семейства. Эллисон я тоже уважал, но больше, все-таки, любил. - Доброй ночи, мистер Арджент, - приветствую я его, все еще держа руки поднятыми. – Что привело вас в лес в столь поздний час? - МакКол, - ничуть не удивившись, отозвался охотник. – Значит, ты один из них? - Один из кого, мистер Арджент? – я не хочу убивать тебя Крис, но если ты не оставишь мне выхода, я сделаю это. Потому что если я попробую стереть тебе память, ты, конечно, останешься в живых, вот только все остальное отведенное тебя время проведешь слюнявым идиотом в психушке. Ты ведь не оборотень, и не обладаешь ускоренной регенерацией. - Не считай меня глупцом, МакКол, - хмурится мой визави. – Ты оборотень! - А если и так, охотник, то что? Попытаешься убить меня? – улыбаюсь я. - Нет, я это сделаю, - чеканит он слова, а я наслаждаюсь силой, исходящей от этого человека. Он мог бы стать прекрасным оборотнем, но он нужнее там, где находится сейчас. - И проиграешь, - продолжаю я улыбаться. – Меня не остановят ни серебро, ни аконит. Ты просто зря потратишь боеприпасы. - Не будь так самоуверен, вервольф, - фыркает он. - Боги свидетели, я нисколько не самоуверен, - усмехаюсь я, переходя в полу-форму. – Теперррррь, видишь? – рычу я. - Кто ты? – вырывается у него вопрос, который он, видимо, даже обдумать не успел. Но оружия Крис не опускает – предусмотрительно. - Альфа, - прорычал я, возвращая себе привычный вид. – Думаю, у тебя есть ко мне вопросы, охотник. Задавай. - Ты убил мою сестру? - Так ты поэтому здесь? Ищешь виновника? – интересуюсь я, подходя к нему на шаг. – Но твою сестру убил не я – это была магия возмездия. - О чем ты говоришь? Какая магия? – и я чувствую его злость и недоверие. - Разве ты не знаешь? Твоя сестра устроила пожар в доме Хейлов шесть лет назад. Тогда почти вся их семья погибла – даже те, кто не был оборотнями – даже дети. - Это ложь! – он стискивает зубы, не отрывая от меня взгляда, наполненного злостью и недоверием. - Если бы это было ложью, ритуал бы не сработал, - пожимаю я плечами. - Магии не существует! - Ты сам – своими глазами видел вервольфов, Крис, - усмехаюсь я, - и все еще считаешь, что магии нет? Это не логично. - Что за ритуал? – он, наконец, переводит дыхание. Решил послушать меня? Правильное решение. - Ритуал кровной мести, - охотно поясняю я. – Магия крови – одна из самых сильных и действенных. Именно она позвала убийц туда, где мы ждали их. - И вы их убили! - Нет, мы и пальцем к ним не притронулись, - поясняю, а сам стараюсь понять, зачем же я затеял весь этот разговор. Я ведь легко мог уйти от преследования или убить охотника. Так почему? Может, потому, что Крис в моем прошлом не раз помогал нам – не смотря ни на что? Или, может, потому, что он смог остаться человеком, как бы его ни старались превратить в простого исполнителя - из-за его способности быть несгибаемым? - Как они умерли? - Один – от страха, второй спрыгнул с крыши, третий попал в ДТП. Кейт сгорела в зеленом магическом пламени – и знаешь, если бы она раскаялась в свершенном, огонь не причинил бы ей вреда. - Откуда мне знать, что ты говоришь правду? - Ниоткуда, - хмыкаю я. – Но и врать мне незачем. Я ведь не говорю, что совсем непричастен к этому – я инициировал проведение ритуала. Как говорится, каждому да воздастся по делам его. Хочешь – верь, хочешь – не верь. Но знай, что из вашей семьи умрет еще один охотник – тот, кто виновен больше остальных. - Что?! Ты мне угрожаешь? – слегка опешил Крис. - Нет, предупреждаю, - качаю головой. Хочется поскорее закончить этот разговор – не люблю лишней болтовни. – И я говорил не о тебе. Я имею ввиду Джерарда Арджента. Потому что именно его безумие и одержимость стали причиной многим событиям, имевшим страшные последствия. - Почему ты все это мне говоришь? – хмурится охотник. – Что тебе нужно? - Я говорю с тобой, потому что не желаю зла. Не стой на пути у магии, Крис Арджент. Ты все равно ничего не сможешь сделать. Каждый человек выбирает свою жизнь и судьбу сам – не хочу, чтобы ты отвечал за чужие ошибки. У тебя есть жена и дочь – подумай лучше о них. - Не впутывай Эллисон! – вскинулся он. – И не смей к ней приближаться! - И не собирался, - хмыкнул я, чем вызвал изумленный взгляд. – Эллисон – не моя пара, поэтому нет причин добиваться ее внимания. Мне хотелось бы, чтобы ты правильно меня понял – я не хочу твоей смерти, но я и пальцем не пошевелю, если ты в это влезешь. Ты знал, что твой отец умирает? У него рак. Так что, магия в этом случае только сыграет ему на руку – умрет, как и подобает мужчине. - А почему сразу не убили? – вызывающе выговаривает он, смотря мне в глаза – смелый охотник. - Всему свое время, Крис. Ты поинтересуйся у Джерарда о неком Девкалионе. Поверь, тебе будет интересно. - Ты же не веришь, что я останусь в стороне? - Нет, не верю, - киваю я, разворачиваясь. Больше я говорить не хотел – и так язык на месяц вперед отболтал. Пора и честь знать. – Но кто предупрежден… - Тот вооружен, - заканчивает он. А потом в спину мне долетает фраза. – А ты совсем не такой, как я думал. - Все течет, Кристиан, - не оборачиваясь, говорю я, - все меняется. И снова вокруг ночной лес, и тусклый свет звезд, тысячами глаз смотрящих на грешную землю. *** Домой я вернулся под утро, и сразу же почувствовал чужой запах – женский. Значит, Стайлз нашел Кору. Это хорошо – одной проблемой меньше. Теперь осталось только дождаться слепого волка. О встрече с Крисом Арджентом я рассказал стае только ближе к ночи – одних отвлекала школа, других – работа. Реакция была немного не той, на какую я рассчитывал – ни Питер, ни Дерек не стали задавать ненужных вопросов, типа: «Ты в своем уме?», или «Как ты мог?». Только потребовали, чтобы я объяснил свои мотивы. Я с тоской посмотрел на друга, не желая лишний раз издавать звуки. Тсхат рассмеялся и все им пояснил – лучше, чем смог бы я. Кора все это время смотрела на нас как-то странно, словно пыталась решить сложную задачу. Надо сказать, такой я ее и помнил – невысокая, ладная, темноволосая и кареглазая. И такая же хмурая, как и Дерек. На следующий день Кору определили в школу – Питер лично занялся этим вопросом, а Стайлз обещал присмотреть за девочкой. - Она твоя пара, - заметил я, когда все уже разошлись по комнатам. - Ты прав, - кивнул Тсхат. – Это так странно. Кора тоже это чувствует, только пока не понимает, ЧТО именно это такое. - Рад за тебя, - кивнул я, отворачиваясь к окну. – Пристрой ее к компании Джексона – думаю, нам пора выходить из тени. - А не рано? – хмурится мой друг. В чем-то он прав, конечно, но моя интуиция подсказывает, что это нужно сделать. - Может, самую малость, но это не сыграет большой роли. Мне будет спокойней, если мы будем рядом с молодыми. Не думаю, что дарак откажется от мести. Да и к тройке потенциалов надо повнимательнее присмотреться. - Они изменились – и Эрика больше всего, - отмечает Стайлз. – С каждым днем она становится все более уверенной и сильной. Бойд, по обыкновению, молчит, а Айзек все еще с опаской оглядывается по сторонам. Но в ауре уже пошли изменения – очень скоро это станет заметным. Джексон хорошо сработал – опыта – ноль, но талант и энтузиазм свое дело сделали. - И ему нужна будет команда, - говорю я тихо. – Очень хорошая команда. Мы ведь не собираемся жить вечно. Хейлы всегда останутся Хейлами – семьей внутри стаи, и мы никогда не станем ее частью. Дай мне знать, как только троица будет готова принять обращение. - Ты их чувствуешь, - кивает Стайлз. – Девкалион пришел в город. - Да, ты вовремя перехватил Кору. Теперь он будет искать потенциального истинного альфу. - И лучшей приманкой станет бета Питера, вернее, омега, ушедший из стаи, - усмехнулся Тсхат. – Хочешь поймать альфу альф на живца? Только не забудь предупредить Хейла о своих планах. - Завтра. А к вечеру мы устроим небольшое представление – в лесу у их старого дома. Именно там Девкалион должен будет оставить свой знак. - Кстати, ты заметил, что этот их тайно-явный знак очень смахивает на свастику? – фыркнул Стайлз. - Ты всегда меня удивлял, братишка – и этот раз не исключение. В этом ключе о знаке я еще не думал. - Кстати, как отреагировал Крис? - Лучше чем Кейт. Ты был прав – он, может быть, даже останется в стороне. Наблюдать будет, но вмешиваться не станет. - Жаль, если случится иначе, - кивнул Тсхат. – Он – хороший охотник и не плохой человек. - Но он слишком долго учился подчиняться, - возразил я, присаживаясь на кровать. – Кстати, как продвигаются дела у твоего отца? - Как я и ожидал – оборотни прекрасно справляются с работой. Отец их ценит – раскрываемость повысилась на насколько пунктов в этом месяце. - Пусть работают – меньше времени останется на всякие глупости. - Ты о своей матери и Питере? – усмехнулся Тсхат. – Так забавно наблюдать, как они шифруются. Это доставляет им не меньше удовольствия, чем общество друг друга. - Я заметил, - киваю в ответ. – Поздно уже – давай спать. Стайлз бурчит что-то невнятное и отворачивается к стене. Скоро, очень скоро все разрешится – игра вышла в эндшпиль. ___________________ P.S. Уважаемые читатели - на работе у меня завал, поэтому продолжение будет на следующей неделе - к концу /надеюсь/. Заранее благодарна за понимание. Всех благ.