дрожью по коже

Тело дрожит, запас кислорода в лёгких истощается с каждым мгновеньем, голос ломается от всякого вынужденного выдоха. Калейдоскоп мыслей в голове Сяо не перестаёт беспорядочно вертеться, от чего голова идёт кругом. Чувствовать всем горящим нутром каждую фалангу пальцев Альбедо невыносимо. Невыносимо приятно. Глаза непроизвольно увлажняются, потому ресницы хаотично слипаются друг с другом, а видимое покрывается мутной плёнкой. Очередной тихий стон срывается с уст, но Сяо не успевает его заглушить и точно чувствует в ответ успокаивающее поглаживание по щеке. Прижавшись сильнее к чужой ладони юноша касается её чуть раскрытыми пухлыми губами не в силах оставить невесомый поцелуй, несмотря на явное желание осуществить задуманное. Сяо слегка хмурит брови, сводит дрожащие колени и едва напрягается всем телом, чувствуя надвигающийся прилив разряда по телу. — Альбедо, — шепчет парень на выдохе и, наконец, раскрывает золотистые глаза. Пред взглядом юноши предстаёт потолок собственной спальни, а до слуха доносится лишь его же тяжёлое дыхание и стук капель дождя о поверхность окна. Лёжа в одиночестве в одной только футболке, задёрнутой до груди, Сяо прикрывает на мгновенье глаза. Ему сложно. Сложно не говорить о тех чувствах, что он испытывает любимому человеку. Прошло, наверное, пару месяцев с момента осознание, а главное, принятия факта того, что он влюбился в кого-то впервые по-настоящему сильно. Бирюзовые глаза и бархатный голос в одночасье стали его признанной мечтой, Сяо желает любить и быть любимым Альбедо, но... боязнь перед невзаимными чувствами до сих пор сильно ограничивает его действия. Лениво перевернувшись на бок, парень какое-то время смотрит на испачканную правую ладонь и, после, тут же позволяет ей безвольно свисать с постели. Укрывшись одеялом с помощью свободной руки, Сяо продолжает без особого интереса разглядывать уже приевшийся в голове интерьер комнаты. Несмотря на дневное время, дом хранит в себе тёмные, блеклые краски, в чём непременно сыграла главенствующую роль пасмурная погода, длившаяся с прошедшей ночи. Такая атмосфера нагнетает болезненное состояние, рассеивает по воздуху какие-либо образовавшиеся мысли. Телу легко. Звонок в дверь приводит Сяо в чувства. Первой и основной его догадкой является то, что это один из родителей вернулся с работы раньше обычного, что они, в принципе, могли себе позволить. Потому, более не пускаясь в размышления, юноша поднимается с постели в поисках одежды. Пошарив по комоду, брюнет напяливает на себя первый попавшийся предмет нижнего белья, а уже позднее находит свободные штаны, что были на нём часом ранее. Собственный вид в зеркале мало радует. Пряди, обрамляющие бледноватое лицо, прилипли к коже, футболка в последствии оказалась сильно мятой, но хотя бы чистой. Тягостно вздохнув, Сяо сполоснул руки в ванной комнате, наспех завязал в хвост часть волос и быстрым шагом направился к входной двери. Уверенный в догадке, парень смело открывает дверь, а сердце его в сию же секунду проваливается. — Привет, — сиплым голосом начинает брюнет, не имея более сил смотреть в эти бирюзовые глаза напротив, — я не ожидал, что ты придёшь сегодня. После сказанного Сяо еле сдержался от того, чтобы не ударить себя ладонью по лбу, ведь точно вспомнил про запланированное на сегодня занятие рисованием. — Ты забыл о занятии, верно? — получив кивок в ответ, Альбедо продолжил, — неважно выглядишь, ты болен? Сделав шаг навстречу, блондин коснулся тыльной стороной ладони лба и щеки юноши, на что второй немедля отпрянул. — Не стоит беспокоиться, само пройдёт. Тебе лучше идти, — уверенно дал свой ответ брюнет, — не хочу заразить. Шум дождя, идущего за пределами террасы, спасительно отвлекает, вошедшая в дом прохлада остужает чуть покрасневшее лицо, но и этого кажется мало. В последний раз подавшись вперёд, Альбедо целует тёплый лоб Сяо, пробормотав что-то на прощание, но слова эти разлетаются по ветру и становятся неуловимыми для брюнета от щекочущего сердце жеста любимого человека. Стоя на пороге Сяо продолжает наблюдать за удаляющимся силуэтом блондина, прислушиваясь к стуку капель. Тело дрожит, а запас кислорода в лёгких истощается с каждым мгновеньем.