Жизнь между строк

Юноша утомился от работы. Он с самого утра только и делал, что оттирал пятна с деревянного пола, полировал перила и стирал. В общем, ничего нового, так проходил каждый день - в работе и труде. Он сидел и время от времени теребил подол одеяния послушника – облачение бардового окраса с белым горлом. Тяжелая жаркая одежда для сегодняшнего дня. Открытыми частями тела были лишь руки от локтя и бритая голова. По тощей шее стекла струйка пота и впитывалась в ткань белого ворота. Голубые глаза следили за спуском открытой деревянной лестницы, образующей квадрат и застеленной ковром, а дубовые поручни сверкали в мягком свете ламп. Над лестницей находился просвет прекрасного витража. Он изображал пейзаж и красивую девушку, что также как и он отдыхает после работы в поле. Вышла настоятельница монастыря. Женщина с теплой морщинистой улыбкой и мягким телом. На ней был передник и косынка прикрывала короткие волосы. Видимо, он помогала на кухне. «Мы ждем гостью, - спокойно сказала она. – Ты должен дать ей это, когда она придет к тебе». Она вручила ему чашу с мутной водой, загадочно улыбнулась и исчезла. Вскоре скрипнула ступенька где-то наверху – гостья уже здесь. Послушник быстро скрылся в проеме справа и стал наблюдать за девушкой, идущей по лестнице под цветным окном. Он часто задышал – им овладело желание прикоснуться к прекрасному, непонятному, неизведанному, цветку. Она заняла все его мысли. Неискушенный юноша не видел в монастыре столь милых женщин. Она разбудила в нем мужское начало своим только видом. Она прошла в противоположную от него сторону. Прижимаясь к стене, послушник почувствовал одновременно и разочарование и облегчение. Это неподобающие мысли. И чтобы проветрить голову он взялся за метелку, но мысли все не покидали его головы. Он оставил метлу и пошел в сторону столовой, куда до этого прошел предмет его беспокойства. Она одна сидела за столом. Одним глотком допила молоко и встала, решая куда ей идти дальше. Девушка, недолго думая, прошла в следующий проем. В той комнате обычно проводила время глава монастыря. Вот она и вышла к юной гостье. Ее облачение отличалось от его длиной рукавов и кроем. Рукава закрывали смуглую кожу до самых ладоней, а юбка почти прилегала к стройной фигуре. Она была воплощением достоинства и мудрости. Женщина говорила ей о ее судьбе, испытаниях, что ей предстоит преодолеть, но юноша не слушал, а только смотрел. Как только он понял, что они приближаются к нему, он помчался в первую комнату и схватился за метлу, как за единственное спасение. Он лихорадочно подметал, краем сознания отмечая, что две женщины общаются возле лестницы, сидя на скамье, где он сидел совсем недавно. И вот, наконец, она позвала его. Он не смог сдержаться, подбежал к ней и прижался. Юноша зарылся носом в ее каштановые волосы. Чувствуя беспомощность, она оцепенела в мужских объятьях и закрыла обрамленные черными ресницами глаза. Он вдыхал такой желанный аромат волшебного цветка. Пропустил через пальцы волнистые локоны и отпрянул, жутко смущенный. Он не должен был себе такого позволять. Юноша отдал чашу и ушел от гостьи, но и из другой комнаты он не мог отвести взгляда от нее. Наблюдал, как она с помощью советов мудрой наставницы отгадывает тайны вселенной и проникает в сущность вещей этого многогранного мира. «Тебе пора собираться в путь», - раздался голос за спиной. Глава монастыря стояла возле него и смотрела самым понимающим и одновременно прощающим взглядом в мире. Она подбадривающе улыбнулась пухлыми губами и на мгновение положила руку на плечо парня, затем ушла. Он не теряя ни минуты, поспешил собирать свои скромные пожитки. Когда закончил, вышел к двери. Он никогда ей не пользовался, поэтому сейчас смотрел на нее как на единственное и самое сложное препятствие. Дверь не блистала роскошью, внутренние части интерьера. Она была обычной, деревянной, выкрашенной белой краской. Поколебавшись с минуту, он решительно двинулся на выход. Петри слегка скрипнули, и на него хлынули и свет, и ветер, и буйство цветочных запахов. На улицу и жадно вдыхал свежий воздух, всем существом наслаждаясь моментом. Все же этот мир прекрасен.